...тех, кого надо подтянуть по математике

Эмоции Антона вмиг изменились, а лицо побледнело. Даже чай стал не таким вкусным и сладким. Воспоминания вдруг нахлынули неприятными флешбеками, теперь парень не улыбался фотографиям нового учителя, а просто смотрел в экран телефона, на котором всплывали новые негативные и насмешливые сообщения.

3 года назад.

Антон стоит в пустом классе, складывая учебники в портфель. Сегодня он дежурный в классе, все ребята ушли домой и оставили парня убирать кабинет в одиночестве. -''Скучно, конечно… но зато без них'' — думает зеленоглазый. Ему действительно хорошо быть одному, ведь он откровенно ненавидит многих своих одноклассников и их друзей. Напоследок парень достал из кармашка белые запутанные наушники, он воткнул их в свой новый телефон, который еле как выпросил у мамы, ведь насмешек у него и так хватает, а по поводу старого разбитого телефона конфликтов иметь не хотелось. Нет, Антон вовсе не тот мальчик, над которым все издеваются и смеются, напротив — к нему дружелюбны многие ребята. Но есть компания ребят, которым просто смешно от одного его вида: высокий рост, тощее тело, ''женственная'' внешность и мягкий характер. Ну не повод ли для издевательств? Конечно, нет. Однако никого из этой группы это не волновало. Шастун достал деревянную швабру, намочил тряпку, и с любимыми песнями в ушах начал мыть пол. Кабинет у них достаточно большой, поэтому мыть ему в одиночку это всё долго. Но если подумать, то вымывать абсолютно каждый уголок в помещении было необязательно, ведь за парнем никто не следил, а проводить пальцем как ревизор тоже никто не собирался. Очистив класс поверхностно, Антон повторно помыл тряпку и поставил швабру на место. — ''Протереть доску…вынести мусор.'' — Перечислил оставшиеся обязанности парень, — Так… — Шастун не успел закончить мысль, как открылась деревянная дверь с мерзким громким скрипом. Антон заметно испугался. Он широко открыл глаза и поднял брови, так, что чем-то даже стал похож на кота. Обычно, это всего лишь легкий испуг из-за неожиданности и резкого звука, и страх обязательно должен уйти на задний план, но. с каждой секундой он нарастал всё больше. В кабинет медленно входила компания из пяти человек. Глаза у них горели адским пламенем — это не предвещало ничего хорошего. На хулиганских лицах играли зловещие ухмылки, особенно у одного из них, и он стоял спереди. Уголками его улыбки можно было бы вскрыть себе вены — именно об этом сейчас думал Шастун, ведь намного проще убиться самостоятельно, вместо того, чтобы снова терпеть насмешки со стороны этих ребят. — Ну, привет, — после этих слов у ''главного'' парня — Серёжи Матвиенко улыбка резко пропала. Она сменилась безразличием. Антон лишь молча стоял у доски и не мог вымолвить ни слова, хотя гнев и неприязнь переполняли его слабое сердце полностью. — Не молчи! — шикнул рыжий парень, стоящий рядом с Сергеем. Тревога накатывала с каждым сердечным ударом. — Что вам. — зеленоглазый не успел договорить, как Матвиенко подошел к нему, и, сжимая зубы, злобно прошипел Антону в лицо: — Мы знаем, что это сделал ты! Шастун не понимал, о чём именно говорит темноволосый, и почему они пришли сейчас — когда никого нет рядом. Догадки всё же были, но не могут ведь эти парни оказаться настолько отбитыми… Пока мысли в голове Антона перемешивались одна с другой, его глаза потихоньку набирались всё больше влаги, что, вот-вот слеза потечет по бледной щеке парня. Сергей схватил Антона за воротник нежно-розовой толстовки и наигранно улыбнулся. — Что молчишь? Страшно?! — Он говорил это с таким безумием во взгляде, что значительная разница в росте уже не играла никакой роли, ведь всё равно, Антон — бедная овечка, а Серёжа — волк. — Я. я не понимаю… — Всё, что успел сказать юноша. После этих невинных слов, в его сощуренный от страха глаз прилетел крепко сжатый кулак… А после этого удара, на него было направлено ещё, ещё и ещё несколько ударов.

Не настолько больно физически, как морально.

А Антон так и не понял, почему его избили, и почему били все последующие годы. А Антон так и не понял, отчего его настолько сильно ненавидят. И сейчас, пялясь в экран, Антон не понимает, почему его гнобят. 21:06 Сергей Матвиенко: Чё молчишь, Антошка? 21:06 Рома Маякин: Отвечай, ты педик? 21:07 Андрей Тьма: Хахахвх

21:08 Антон Шастун: Чего вам? это не смешно

21:08 Сергей Матвиенко: Ты же гей, мы это знаем 21:09 Сергей Матвиенко: Не молчи, иначе только хуже С каждым сообщением Антону становилось страшнее; он совсем немногим рассказывал, или только намекал о своей ориентации, старался не разбрасываться словами и держать рот на замке, но всё же иногда наивность брала верх. Больше всего он боялся, что об этом узнают они — эта шайка задир и бандитов с богатенькими родителями.

21:09 Антон Шастун: Я не гей, с чего вы вообще это взяли?

Парень отвечал спокойно, хотя внутри него бушевала самая настоящая тревожная буря. 21:09 Даниил Страхов: Нам это рассказали, ты можешь не притворяться. 21:10 Сергей Матвиенко: Я говорю ближе к делу: если ты не хочешь, чтобы об этом узнал весь Воронеж, то ты должен кое-что сделать для нас)) но даже если у тебя это получится, не думай, что ты авторитетом сразу станешь. Таких как ты никто не любит, а мы вообще ненавидим. Думай быстрее. После уроков увидимся.

21:10 Антон Шастун: А что делать надо?..

Но ответа не последовало. Ни через 5 минут, ни через час, ни через три. Антон, честно, пытался заснуть и успокоиться, забыть это… Однако эти тревожные мысли о завтрашнем дне, и вообще о будущем, никак не унимались. Недопитая чашка малинового чая так и осталась стоять на подоконнике, пока парень, ворочаясь, уже засыпал. В четыре часа утра.

***

А вот и утро! Мелодично звенел будильник, вовсе не угнетая, достаточно тихо. Из приоткрытого окна было слышно, как чирикают птицы и шуршит природа во дворе. На часах было 6:30 — чудесное время для начала очередного чудесного дня. Конечно же, всем этим вещам порадовался Арсений Сергеевич. Голубоглазый медленно встал с кровати и потянулся, зевая. Он подошёл к окну, и, слегка щурясь от нежных лучей солнца, учитель улыбнулся, разглядывая небольшой двор, в котором росло немало деревьев. Всё это ему несомненно нравилось, ведь урвать совсем неплохую съёмную квартиру в чудесном районе — реальная находка. Здесь редко проезжали машины, почти не шумели подростки, и не плакали маленькие дети. В такой тишине он мог прожить бы и всю жизнь, но приехал он сюда ради работы в школе. Можно объяснить: Арсений — молодой, но чудесный учитель, у которого замечательные и эффективные методы обучения и воспитания. Он может найти подход почти к любому ребенку, и вовсе не повышать голос. Поэтому его и пригласили работать сюда, чтобы подготовить безобразных подростков к предстоящим экзаменам, за дополнительную плату. А вообще-то… Он просто проезжал мимо. Попов сделал небольшую утреннюю зарядку и пошел в душ. Всё было прекрасно по необъяснимым ему причинам. Стоя под струями прохладной воды, Арсений размышлял, отчего у него вдруг такая любовь к природе и умиротворенный сон. Но в голову не лезло ничего кроме того зеленоглазого парня, который со смущением всеми силами старался не смотреть преподавателю в глаза. И только сейчас брюнет понял, что за это время он постоянно думал о школьнике, рисуя его образы у себя в голове снова и снова. — ''Наверное, просто, личность такая харизматичная…''

***

Сейчас на часах было уже 7:09. Антон, зевая и хмурясь тихо шипел и переворачивался с одного бока на другой. — Антон! Какого хрена ты до сих пор в кровати? — Возмутилась мама, войдя в комнату парня. — Да я встаю уже… — Шастун понимал, что уговаривать остаться дома — бесполезно, и лучше просто молча уйти. Будь что будет. Нехотя, юноша всё же встал. Невыносимо закружилась голова и потемнело в глазах. Он поймал равновесие и подошел к подоконнику, где стоял холодный чай, на котором образовалась еле видная пленка. Парень отпил пару глотков и пошел в ванную комнату. — Паршивенько. — Он посмотрел на свое отражение: худые впалые щеки, мешки под глазами, гнездо на голове и плюс к этому ужасное самочувствие. Антон умылся, почистил зубы и даже расчесался. Он решил, что если будет выглядеть хорошо, то и день пройдёт неплохо. Нацепив свои кольца, Шастун достал из шкафа белую и черную рубашки и школьные брюки. — Чёрную… или белую.? — тихо говорил парень, думая, какая рубашка лучше. Всё же решив, что черная будет смотреться элегантнее, Антон по-быстрому оделся. Хоть и иногда у него в голове мелькали тревожные мысли о разговоре с Матвиенко, но он перебивал их другими мыслями — об Арсении Сергеевиче.

***

— Тох, чё ты грустный ходишь? Ни слова не проронил, — обеспокоенно спросил Дима. Парни шли по коридору ко второму уроку на русский язык. Антону не хотелось говорить правду, нагружая друга своими проблемами и переживаниями, ведь он захочет помочь. Ничего плохого в помощи от лучшего друга нет, но Шастун так хочет позаботиться о нём, не втягивая Позова в драки и разборки. Потому что это — ''Только мои личные проблемы, я сам виноват''. — Да ничего, просто настроения нет, — коротко ответил Антон, снова убивая себя мыслями о том, что с ним сделают хулиганы, — Мне нужно будет после школы. зайти в магаз, не жди меня, иди домой сам. Звучало не совсем убедительно, Дима уж точно ни за что не поверил бы в это, но он решил просто помолчать. Нет, он никогда не кинет своего друга, он знает, кто, или что ему может угрожать, однако не знает, как можно помочь. Но для начала нужно убедиться в том, что это именно то, о чём он думает… Парни зашли в класс и сели за свою парту. Дима, напряженно поглядывая на друга, доставал из портфеля пенал и учебник, параллельно думая, как раздобыть информацию. — Кстати, видел Матвиенко? — как-бы невзначай спросил Позов, и Антон заметно вздрогнул, — Он кусок брови вроде сбрил, и прокол новый сделал… — Ага, только мозгов у него не прибавилось! — раздраженно ответил Шастун, корча лицо в ненависти, — И вообще, не надо мне о нём говорить… — сказал он, будучи намного тише, и опустил голову вниз. Дмитрий заметил, что тут что-то не так, и пазл потихоньку складывался в одно целое. — Ну, ладно… А где учебник твой? — Так Дима попытался немного разрядить обстановку. — Забыл. Позов молча положил свой учебник на середину парты, и в то время уже зашел учитель, а за ним и прозвенел звонок на урок. — Так, ребят, по-быстрому тему пишем…

***

Шёл уже пятый урок; Антон буквально засыпает. Мешки под глазами будто утяжелились в сто раз больше, а голова разболелась вплоть до промежуточной расфокусировки зрения. Парень опустил её на сложенные руки, тихо болезненно вздыхая. — Ты чё? Устал? — шёпотом спросил друг. Даже не пошевелившись, зеленоглазый недовольно угукнул. — Так, Шастун! Тебе скучно, или что? Мы можем тебя развеселить! — кричит злая биологичка с другого конца кабинета. Сейчас бедный юноша испытывал дикую неприязнь и раздражение, и вместе с тем стрессом и усталостью, это всё казалось просто адом. Антон жалобно поднял глаза и брови, пока учительница выжидающе стояла, надеясь услышать извинения. — Ну и что ты молчишь? Не надо тут жертву из себя строить! — Она подошла ближе и расставила руки по бокам, а Антон просто смотрел, и ничего не говорил, — Чё недовольный такой, а? Но парню было абсолютно наплевать — это можно было с легкостью понять по его виду. Пока учительница придумывала, чего бы такого обидного сказать, в дверь аккуратно постучали. — Да? — Биологичка обернулась. Тут открылась дверь, и из-за неё показалась темноволосая макушка, а затем и знакомое красивое лицо. — Марина Анатольевна, я извиняюсь, но мне нужно класс пораньше забрать, вы не против? — Обаятельно улыбнувшись, сказал молодой учитель. Антон, услышав его голос, сразу приподнялся и почему-то заволновался. — Ой… Арсений Сергеевич. — Видно, что женщина обомлела от очарования Попова, — Конечно, забирайте, а то они меня окончательно доведут. Вон, Шастун, не знаю, что делать с ним… Математик посмотрел на Антона, который до этого сверлил его взглядом. Парень сразу же отвёл глаза куда-то в сторону. Учитель ухмыльнулся. — Хм… Так, ребят, встаём, и идём на математику, я вас пораньше отпущу. Класс тут же зашевелился и засобирался. Шастун медленно сложил пенал и учебник в портфель, и поплёлся за Димой. Арсений Сергеевич ждал, пока все ученики соберутся и выйдут, чтобы никто не убежал прогуливать. Когда последние Антон и Дима тоже вышли, математик потопал за ними, вежливо поблагодарив биологичку. Шастун чувствовал на себе взгляд учителя, но решил не придавать этому особого значения, ведь, наверное, ему просто смешно. Но нет. — Антон, а ты чего такой грустный ходишь? — Внезапно Арсений Сергеевич оказался совсем рядом с парнем, и тот даже немного испугался. — А.? Да ничего, не берите в голову.

***

— Тааак. Ну, в принципе всё, ребята. Вы свободны, — Попов посмотрел на свои наручные часы. И тут Антон понял, что все уроки закончились, и прямо сейчас ему предстоит пережить не самую добрую встречу с Матвиенко и его ''бандой''. Он встревоженно взглянул на Сергея, который до этого ни разу не посмотрел на Шастуна, а сейчас улыбался ему. Пока остальные ребята собирались домой, Антон же пытался делать это максимально медленней. — Дим, ты иди… Всё равно мне нужно ещё в магазин идти, — не поднимая глаз, сказал парень. Позов сопротивляться не стал, и спокойно ушёл. Но он действовал своему плану. Когда уже многие ушли, математик сидел за своим столом и что-то перечитывал, Матвиенко подошёл к Антону. — Давай быстрей уже, не мямли. Быстро разберемся и всё, — отчеканил он. Арсений Сергеевич ''краем глаза'' наблюдал за разговором. Мало ли, что-то запрещенное. — Да, сейчас… — Парень сжал зубы и взволнованно пытался застегнуть молнию на рюкзаке. — Да пошёл уже! Потом застегнёшь, — Серёжа схватил Антона за рукав черной рубашки и куда-то повёл его, а за ними плелись ещё два парня из этой компашки. Математик успел лишь поднять брови, как в классе уже никого не осталось.