Добро пожаловать домой

– Мы ненадолго, мам! – Луз отвечала с порога, сидя на корточках и завязывая шнурки осенних бутсов. Эмити скромно стояла рядом, наблюдая за действиями девушки и с нетерпением ожидая, пока та покончит с обувью. – А другие не хотят прогуляться? – в свою очередь поинтересовалась Камилла, переводя взгляд на троицу подростков, уютно устроившись на мягком диване в гостиной. В этот момент Луз странно как-то вздрогнула, не поднимаясь, словно её ударило током. На некоторое время в помещении воцарилась тишина, до тех пор, пока Гас не додумался первым вставить своё слово. – Мы хотим побыть дома и ещё немного освоиться... Да, – уверенно пояснил сообразительный ведьмак. – Хочется поближе познакомиться с человечьими изобретениями! По восторженности в его устремлённых к телевизору глазах без сомнений можно было догадаться, что Портер говорит совершенно искренне. К счастью, Камилла настаивать не стала. Понимала. – Хорошо. Будь на связи, Луз. Быстро и ловко кивнув, девушка накинула куртку на плечи и шагнула за открытую дверь, уступая место для Эмити. На улице было достаточно тепло для того, чтобы Блайт могла надеть полюбившееся платье из гардероба своей девушки, а Носеда – любимые шорты, но недостаточно сухо после вчерашнего дождя, чтобы можно было обойтись без сапог. Поэтому Луз в очередной раз уступила одну из своих пар – такие чёрненькие, со светоотражателями по бокам. В сочетании с голубым цветочным платьишком (и откуда у Луз такие вещи?) они смотрелись достаточно неплохо, дополняя пёстрый контраст. Завершала этот образ красная бандана, принадлежащая, вообще-то, маме Луз – необходимый элемент для того, чтобы скрыть необычные ведьмины уши. Точно такой же оттенок оказался на платье Эмити, в виде красного мака, поэтому повязка тоже смотрелась весьма стильно. – Возвращайтесь к ужину! – это были последние слова, произнесённые матерью, которые услышала Луз. После этого хлопок двери – и вот они с Эмити уже ровно вышагивают по траве, мягкой и зелёной земной траве. Эта трава была не похожа на ту, что прорастала на Кипящих Островах. Вернее, не совсем. На этой была роса, такая прохладная, приятно щекочущая и освежающая кожу ног. Такое явление возможно только в мире, где существует прохладный, а вовсе не кипящий дождь. Эмити осторожно шагала, вздрагивая каждый раз, когда водица касалась её ног. Ощущения были неожиданными, но приятными. Носеда младшая невольно улыбнулась и хихикнула себе под нос, когда Блайт впервые тихо охнула. – Круто, правда? – Луз зашагала вперёд энергичней и потянула за собой Эмити. Та поддалась, всё ещё неуверенно передвигая ногами. – Это называется роса. Это... Как бы это объяснить... После дождя появляется туман, и вода капельки воды остаются на листьях. – Роса? – Блайт слегка нахмурилась. – На Кипящих островах такого не было. – Потому что ваш дождь другой. Это одна из тех прелестей человечьего мира, которые я была обязана тебе показать! На самом же деле, Луз никогда и не думала конкретно о росе. Кто вообще будет думать о росе, оказавшись в волшебном мире, полном приключений и магии? Роса была последним, о чём Носеда могла вспомнить. Но теперь, когда она видела искреннее удивление в золотистых глазах пришелицы, она непременно осознавала, насколько слепо не замечала всё то прекрасное, что окружало её на протяжении долгих лет. Вокруг полно чудес. Луз их не замечала до тех пор, пока не потеряла. Ей не стоит размышлять об этом сейчас. – Действительно... Потрясающе, – лёгкая улыбка коснулась лица Блайт. – И дождь у вас такой... Холодный, приятный, от которого можно не прятаться. – Но и гулять под ним особенно не стоит. Если, конечно, ты не хочешь заболеть, – усмехнулась Носеда. Эмити подхватила хорошее настроение спутницы и теперь улыбалась шире. – Тем не менее, – отвечала Блайт. – Это всё равно другое. В нашем мире попасть под дождь очень страшно. Нам приходится защищать свои дома, чтобы дождь не повредил крышу! – Я знаю, – Луз слегка поморщилась, вспоминая, как Ида трудилась над созданием купола во время кипящего дождя. – Вы, ребята, многое упускаете. Но это ещё не всё, что я хотела показать тебе. Пошли! Луз в очередной раз потянула Эмити за руку, и ведьма в очередной раз поддалась её напору. Она была безмерно счастлива видеть свою девушку в таком настроении. Наблюдать унылую Луз было так невыносимо и непривычно... Сейчас всё, наконец-то, в порядке и встало на свои места. Эмити не могла перестать оглядываться. По пути им иногда встречались люди – парочки, компании или одиночки, – и на всех них Блайт смотрела с живым любопытством. Внешне люди и ведьмы отличались не сильно. Разве что, ушами и стилем одежды. – У вас девушки ходят в таких коротких штанах и юбках, – шепнула она на ухо Луз. – Ну да, – тем же тихим не привлекающим внимания голосом ответила ей собеседница. – Для нашего мира это норма. Ещё не самые короткие. – А какой длины самые короткие? Луз замолчала, даже не зная, как и стоит ли вообще отвечать на этот вопрос. – Ну... Скажем, как у меня, – она вопросительно посмотрела на Эмити. – Тебе не нравится, как я одеваюсь? – Очень нравится, – активно закивала Блайт. – Просто это... Немного необычно. Ну, для меня. – Понимаю. Ваш мир тоже мне казался очень необычным, – ответно улыбнулась смуглая девушка, – но со временем я даже привыкла. – Возможно, и мы скоро привыкнем, – задумчиво приговаривала ведьма, шагая вперёд и без конца осматриваясь вокруг себя. Растительность, одежда, повадки людей – всё её интересовало и восхищало. Тут уж можно было побеспокоиться о том, как бы любопытство Эмити не показалось кому-либо подозрительным – некоторые кидали на озирающуюся девушку слегка опасливые взгляды. Единожды Луз удалось расслышать шёпот двух прохожих девушек, сводившихся к выводу о том, будто Эмити – иностранка. Руку Носеды юная ведьма сжимала крепко, крепче, чем когда-либо. Это было приятно – нежная, пусть и холодная, ладонь, – но не значит ли это, что Эмити боится? В совершенно новом для неё мире, Луз была единственным, за кого она могла ухватиться. Она держалась за близкого человека, словно боялась потерять её среди множества других, среди этих молодых, детей, стариков, таких разных и в то же время невероятно на неё похожих. Но все сомнения отошли разом, когда Луз удалось поймать взгляд подруги. В них был интерес, в них было любопытство. Реакция Эмити была совсем другой, ведь и сама Эмити была совсем другой – она не кричала, не прыгала от радости, а лишь спокойно и с душой воспринимала завораживающую новизну окружающего мира. И тогда беспокойство Носеды как рукой сняло. Теперь она узнавала свою девушку. Правда, они прошли через столько, что, казалось, теперь могли не бояться ничего не свете. Но прошли они вместе. И поэтому Блайт так крепко сжимала её ладонь. – Что это там? – розоволосая указала пальцем в самый дальний конец парка. Луз прищурилась. – Ох, это? Там продают мороженое. Парень-мороженщик постоянно разъезжает по всему парку, его можно встретить буквально везде. Хочешь попробовать человечьего мороженого? Эмити тут же радостно закивала. Она была в предвкушении сладкого, но у витрины почему-то растерянно застыла. – Не можешь выбрать? – Носеда вопросительно посмотрела в сторону взволнованной ведьмы. – Я... Я не знаю, Луз! – нервным шёпотом ответила Блайт. – Я не знаю, что это за вкусы... Таких ягод я никогда не пробовала! Человек издала болезненный стон и мысленно укорила себя за то, что сама не додумалась до этого раньше. Она закусила губу, невольно вспомнив кекс, который для неё испекла Эмити и который вручила ей в школе. Естественно, Луз его не выкинула, поскольку девушка ради неё сильно постаралась, но и не съела, ведь торчащих фей по-любому не смогла бы переварить. Естественно, она оценила подарок, но её кожа до сих пор покрывалась мурашками при любом воспоминании. – Что брать-то будете? – задал вопрос продавец, явно не слишком удовлетворённый неуверенностью девушки. – Минуточку, – примирительно попросила Луз и вместе с Эмити прислонилась к витрине. – Они все вкусные. Выбирай любое! – Я буду, эм... Розовое? Продавец недопонимающе изогнул бровь над правым глазом. – То есть клубничное? – Да, да, клубничное! И мне одно шоколадное, пожалуйста! – утвердила заказ Носеда. Эмити с ней спорить не стала. Уже через пять минут две девушки шли по аккуратно вычищенной тропинке парка, держа в руках по рожку с мороженным. Вот только Луз энергично поедала угощение, в то время как Блайт недоверчиво рассматривала сладость в своих руках. – Странное оно, – пробормотала ведьма. Это её замечание снова напомнило Носеде о жутком пироге с феями. – Ты попробуй. Может, понравится. Эмити аккуратно лизнула. Сначала по её телу пробежала мелкая дрожь, но после она вскинула голову, сверкнув золотистыми глазами. – Вкусно! – поставила она наконец оценку. – Необычно, но очень вкусно! – Мороженое вкусное в любом мире! – шутливо прибавила Луз. И тут она решилась на следующих шаг. Вновь откусив от своего шоколадного, Носеда свободной рукой схватилась за ладонь Эмити, сжав её в своих тёплых пальцах. Она даже почувствовала, как шевствующая рядом буквально напряглась. Напряглась от неожиданных прикосновений. И дураку стало бы понятно: она и без того была на нервах. Эмити была напряжена, и даже сейчас недавно пережитое не давало ей расслабиться полностью. Луз это совсем не нравилось. – Давай немного посидим, – предложила она. Блайт в очередной раз согласно кивнула – они прошли достаточно, и дать ногам немного отдохнуть было бы отнюдь не лишним. Не расцепляя рук, обе девушки опустились на скамейку, при этом Луз издала лёгкий вздох. Для человека всё это было привычным, но тем, по чему она здорово успела соскучиться. Для ведьмы всё было в новинку, тем, что можно (и необходимо) было изучить, посмотреть, потрогать. Небо темнело, зажигая серебристые звёзды поочерёдно, словно тысячи ярких лампочек. Включился в парке первый фонарь, очень вскоре его подхватили и остальные. Теперь оранжеватый свет отбрасывал причудливые тени двух странниц, одних из немногих вечерних посетителей парка. – Твоя мама не будет сердиться из-за того, что мы всё ещё здесь? – спросила Эмити. В отличие от ведьмы, что только-только доедала своё мороженое, Луз покончила с ним вдвое быстрее. Облизывая пальцы от остаточных вафельных крошек и надеясь, что никто не обратит на это особенного внимания, она повернулась к девушке даже немного резко. – А, ну... Нет. Скорее всего, мама ещё готовит ужин, это просто рано стемнело. И она может мне позвонить, если что. – Верно, – согласилась Блайт, расслабленно прикладываясь к спинке скамьи. Было тихо. Число посетителей значительно уменьшилось всего лишь за какой-то час – вероятно, из-за темноты. Парк начал казаться ещё более огромным по своим размерам, но вместе с тем пришло и ощущение уюта, чувство одинокой удовлетворённости. – А звёзды у вас всё те же, – многозначительно заметила Блайт, обратив к тёмному небу свой ласковый взор. Подняв глаза, Луз обнаружила, что её девушка говорит правду: уже загорелись первые звёзды. Они пока не соединялись ни в какие созвездия, хаотично загораясь в разных частях небосвода, но излучали яркий, белый свет. Луз никогда не придавала этому значения. – Да. В этом наши миры схожи. Носеда улыбнулась, ощутив какую-то странную ностальгию. В одно и то же время ей хотелось и смеяться, и плакать, и просто не делать ничего. Всё как-то... Смешалось внутри подростка. На протяжении практически всего времени, проведённое ею на Кипящих островах, она пыталась найти дорогу домой. Теперь она невероятно скучала по Иде, по Королю, по Лилит, по своему второму дому. Девушка с грустью вспоминала те тёплые летние дни, которые начинались всегда с предвкушения новых приключений, с безумного покалывания в сердце – того, которое сочетает в себе восторг и волнение. Ту небольшую уютную комнатушку на втором этаже волшебного дома, тот невероятно мягкий матрас, на котором так приятно спать подолгу. Большой диван в гостиной. Горячий какао, с другим и слегка необычным вкусом. Король с его милыми указами. Сычик. Лилит. Ида... Луз хорошо запомнила их первую встречу. Сначала незнакомая ведьма её напугала, потом показалась ей самой крутой из всех, кого она только знала (в принципе, и сейчас это в какой-то степени остаётся истиной), но всё вышеперечисленное – абсолютная мелочь и не правда, по сравнению с тем, кем Ида стала для неё сейчас. По сути, она буквально взяла незнакомую девочку на своё попечительство. Луз тосковала по маме, но это не значит, что она не станет тосковать по Иде. И ладно, если б это оказалась обычная тоска – девушка готова была отдать что угодно, лишь бы узнать, что сейчас с Идой и остальными. Мысли снова нахлынули на неё, грозясь потопить. На некоторое время Носеда потеряла связь с миром: её воображение воспроизводило разные возможные исходы. О, как бы ей хотелось, чтобы оправдались её надежды! Голова Эмити, упавшая на плечо Луз, заставила человека вернуться на Землю. Блайт совершенно прислонилась к спутнице, своими руками нежно обняв её за локоть. Смело. Она не спрашивала. Она знала, что можно. Что нужно. Луз так любила её за это – не только, разумеется, за это, но и потому в какой-то степени. Эмити что-то невнятно промычала, ёрзая в попытках поудобнее устроить свою голову на плече Носеды. Её хватка становилась крепче, сама ведьма теснее прижималась к своей девушке. Тепло её тела Луз могла чувствовать каждой частичкой собственного. Исчезли образы, страх, Коллекционер и разрушенные острова. Теперь здесь были только она, парк и лицо Эмити в рыжеватом фонарном свете. – Ваш мир такой восхитительный, – тихо проговорила ведьма. – Ты была права. Мне здесь очень понравилось. Лицо Луз приняло слегка удивлённое выражение. Нет, правда: Эмити не звучала так, будто шутила или намеревалась обмануть. – Серьёзно? Я боялась, что тебе будет скучно, ну, знаешь, – она пожала плечами, – никакого волшебства, никаких битв и приключений... Ничего такого. – Поэтому мне и нравится здесь, Луз! В нашем мире нередко приходится бороться, чтобы доказать своё право на жизнь, на что бы то ни было, – розоволосая ведьма слегка вздрогнула: её настигло прошлое, прошлое, в котором она не знала ничего, кроме цели и её абсолютно безошибочного достижения. – Ты помнишь, кем я была, – печально сказала она, – и я далеко не одна такая на Кипящих островах. Наш мир опаснее, и в нём нужно уметь выживать. Я не вспомню, когда в последний раз чувствовала себя настолько... Расслабленной. Странное чувство, сосущее "под ложечкой", оказалось для Луз чем-то вроде стыда. – Я всегда считала ваш мир лучше своего, – смущённо призналась она, почесав свободной рукой затылок. – Просто ты к нему привыкла. И новое казалось тебе удивительным. Тебе хотелось приключений, тебя тяготило спокойствие. А я, – она поджала губы, опустила взгляд к земле и задумалась. – А я устала постоянно кому-то что-то доказывать. Оправдывать ожидания своей мамы... – Эмити с болью зажмурила глаза, но сумела вытерпеть нападок воспоминаний. – Я скучаю по ним. По папе, Эдрику и Эмире... Не меньше, чем ты скучаешь по Иде. Но, знаешь... Мне кажется, этот перерыв нам обеим был нужен. Когда ты пообещала "обычное повседневное свидание", я обрадовалась. Ведь именно этого "обычного и повседневного" мне всегда не хватало. Я знаю, многие завидовали мне, и я не хочу сказать, что сама не люблю свою жизнь. Но быть лучшей... Иногда тяжело. Иногда хочется побыть просто собой. "Тебе этого не давали," – с болью подумала Луз. Она хорошо понимала. В своём мире ей тоже тяжело давалось быть собой. Её не принимали. Но она не изменяла себе. Эмити пришлось это сделать. Несправедливо. – Моя картошечка, ты прекрасна в любом образе. И я по-любому люблю тебя, – с нежностью Луз наклонилась ближе и положила ладонь на щёку своей возлюбленной. – Тебе не нужно притворяться. Рядом со мной... Рядом с нами ты можешь быть собой. Мы обязательно найдём дорогу домой – обещаю, ты скоро увидишь своих родителей и Эдрика с Эмирой. Мы справимся. Похоже, убеждать кого-либо Носеда умела даже лучше, чем себя саму. Эмити разом посветлела; щёки девушки порозовели, что видно было даже в тусклом свете, а глаза загорелись восторгом. Несколько секунд возлюбленные глядели друг на друга, и обе даже не сумели определить, в какой момент их губы сомкнулись. Чувствуя тепло друг друга, они позабыли о том, что, хоть людей в парке оставалось всё меньше, они всё же ещё присутствовали; забыли о ночи, о звёздах, о Кипящих Островах. Свободная рука Эмити мягко легла на плечо Луз. Поцелуй не прекращался. Они шли к своему рекорду. Раздался телефонный звонок – песня с забавной энергичной мелодией прервала легендарный момент. Девушки отстранились; Луз будто передёрнуло. – Мама! ******************** – Будь на связи, Луз. Когда послышался хлопок двери, Камилла неторопливым шагом направилась в сторону кухни, очевидно, намереваясь приступить к приготовлению ужина. Проходя мимо гостиной, она рассеянно улыбнулась детям. – Вы побудьте здесь... Мне нужно приготовить что-нибудь для вас, хорошо? После этих слов Хантер оживился первым. – Вам помочь? – взвинтился юноша. – Нет, нет... Лучше побудьте тут, отдохните, осмотрите всё... Желательно, только, ничего не сломайте, – женщина усмехнулась. – Я лично прослежу за этим! – торжествующе ответил Гас, шуточно отдав честь госпоже Носеде. Как только женщина вышла из комнаты, подростки вопросительно друг на друга уставились, словно бы жаждали и всерьёз намеревались получить ответ друг от друга. – И... Что мы будем делать? – первым спросил Хантер. – Смотреть в эту коробку? – предложил Гас с хорошо ощущаемым чувством лёгкой неуверенности. – Луз рассказывала, что это что-то вроде магического шара. – По нему можно разговаривать? – изумилась Уиллоу. – Не думаю, что это удобно, – задумчиво протянул Портер. – Но, наверное, на нём хорошо смотреть новости! Посмотрите, какой он большой! С этим утверждением согласились все. Вот только один вопрос оставался нерешённым. – А... Как его включать? На вопрос Хантера любопытный Гас подошёл ближе к телевизору, тщательно всматриваясь в незнакомый для него объект. Он согнулся и сощурил глаза, в которых читались и любопытство, и даже некоторая опаска. Вот ведьмак уже чуть ли не носом упирался в плоский экран. Своими руками он принялся щупать ознаменованный "ящик" по бокам и сзади. – Тут много кнопок! – воскликнул он, обрадовавшись такому повороту событий. – Лучше не нажимай. Вдруг сломаешь, – разумно предположила девушка, вместе с Хантером наблюдая с дивана за действиями товарища. – Есть ещё кое-что, – взгляд Портера остановился на странной вещице плоской продолговатой формы. – Здесь ещё больше кнопок, – наконец-то выпрямившись, он взял в руки загадочный предмет с целью его изучить. Гас вертел в руках пульт от телевизора, осматривая его с разных сторон, нюхая, щупая. Оставалось только лизнуть, чтобы проверить на вкус. – Принеси сюда, – попросил Хантер. Иллюзионист повиновался старшему. Вскоре трое подростков дружно ломали головы над гаджетом, который казался для них самым сложным устройством на всём белом свете. – Эта кнопка больше остальных, – заметил бывший страж, указав на большую красную. – Наверное, она и включает этот... Магический квадрат? – А вдруг это кнопка самоуничтожения! – эмоционально возразил Гас, и по тому, как нахмурилась Уиллоу, становилось понятно, что она в какой-то степени согласна с обоими. – Может, лучше спросим у миссис Носеды? Оба парня впали в некоторый ступор. – Давай просто нажмём её, – сказал Гас. – Согласен, – кивнул светловолосый. Парк могла лишь только снова нахмурился и вздохнуть. Она, кажется, понимала, в чём проблема. Признать, что чего-то не знаешь и прослыть глупцом? Никогда! Совсем не в стиле этих двух парней. Гас нажал на кнопку. – Там какие-то буквы, – Хантер сощурил глаза. – С... Самсунг? – И что это значит? – спросила Уиллоу, будто её собеседник сам что-то понимал. – А если он сейчас взорвётся?! – испуганно заголосил Портер. Двое его друзей не успели даже почувствовать страх, когда на экране внезапно возникла картина. – Ох, – девушка пододвинулась чуть ближе, поправляя очки. – Вы смогли сделать это! – Но что это? На новости непохоже, – гримволкер удивлённо смотрел в телевизор, на экране которого виднелось двое молодых людей, а именно парень и девушка, что держались за руку и пристально друг на друга смотрели. – Наверное, это человечий сериал, –предположила ведьма, похоже, более остальных заинтересованная передачей. – Сери... Что? – не понял бывший солдат. Гас бросил на друга чрезвычайно изумлённый взгляд. – Ты не знаешь, что такое сериалы?! – Эм... Нет. – Чувак, да ты не видел жизни! Неужели ты не смотрел ни одного из наших фильмов?! Хантер спокойно помотал головой в знак отрицания. – Мой дядя называл это бесполезной тратой времени. Фильмы, общение, игры. Он говорил, что время лучше тратить на подготовку, а не на такую ерунду. Глаза Портера стали на непривычку круглыми и огромными. Он многозначительно переглянулся с Уиллой, и Хантер внутренне недоумевал, различив жалость в глазах своих друзей. На его счастье, телевизор отвлёк товарищей от этой нелепой ситуации. – Я люблю тебя, Джейсон, люблю больше, чем свою никчёмную жизнь, чёрт возьми, – лепетала девушка с экрана, приближаясь к лицу своего возлюбленного. Губы парня и девушки сомкнулись в поцелуе, и были слышны даже звуки причмокивания. – Как это мило! – восхищалась Уиллоу, смущённо прижимая ладони к собственным щекам. – Фе, – неприязненно фыркнул Гас, походу, ничуть не разделяя убеждений подруги. – Уиллоу, выключи это! – С чего бы? – возмутилась девушка. – Это не твой дом и не твой телевизор! – Хантер, ты хочешь это смотреть? – Ну, эм... – парень в нерешительности замялся. – Он в принципе ничего никогда не смотрел, несправедливо требовать с него решения! – огрызнулась ведьма. – Просто дай сюда! Уверен, мы сможем найти что-то поинтереснее! – Гас упрямо схватил пульт и нажал на первую попавшуюся кнопку. На мгновенье экран потух, но уже через секунду загорелся вновь, демонстрируя иную картину. Издавая крики и громкие звуки, двое потных мужчин в чёрной униформе вцепились друг в друга, борясь, защищаясь и швыряя друг друга об пол. Актёры выполняли трюки высшего уровня – те самые, во время которых под рекламным роликом мелкими буквами пишут: "не повторять! выполнено профессионалами". Двое подростков застыли в замешательстве. Кажется, Портер уже сотню раз пожалел, что переключил канал. Но не Хантер. Лиловые глаза полуведьмака так и заискрились, будто бы их включили подобно настольной лампе. – Вот это отпад! – Ну, по крайней мере лучше тех розовых соплей, – Гас одобряюще кивнул и скрестил на груди руки с крайне важным видом. Уиллоу негодовоала. – Тоже мне, парни! Выключите этот ужас! Неужели вы не устали от битв? Гас, не ты ли плакал после того, как мы сюда попали? Названный аж вздрогнул от такого резко напоминания. – Не говори глупостей!.. Но, может, тут и правда есть ещё что-нибудь получше. Хантер не стал возражать, когда младший в очередной раз взял пульт под свой контроль и принялся листать каналы. На следующем из них оказалось церковное пение, которое все единогласно согласились пропустить. Через пару каналов с рекламой, так же не особо интересных и не приглянувшихся никому, попалась передача о животных. Большие серые слоны, запрокидывая хоботы за голову, поливали своё собственное тело. – Вот это да! – подивился Гас. – Какие огромные животные! – Ох, Гас, только не начинай! – зная, чем всё это может кончиться, Уиллоу потёрла переносицу и умоляющим голосом попросила друга. – Это намного интереснее, чем ваши глупые несуществующие истории. Уиллоу резко развернулась. – Что значит "глупые истории"?! – возмутилась девушка. – И с чего ты вообще решил, что ты заправляешь телевизором? – Верно, – в этот раз Хантер поддержал ведьму. – Гас, это нечестно. Кое-кто из нас заслуживает выбора первый раз в своей жизни! – Вас разве не учили, что девушкам принято уступать? – Глупые сексистские стереотипы! Эй, Уиллоу, верни пульт! Троица принялась активно отбирать друг у друга несчастное устройство, толкаясь, негодуя, отвечая друг другу и не всегда без грубостей. Кто бы мог подумать, что небольшие разногласия заставят лучших друзей, которые через столько вместе прошли, чуть ли не сцепиться в драке? Всё дошло до того, что Гас едва не выхватил пульт из рук Хантера, но в последний момент блондин завёл руку так высоко над собственной головой, что младший попросту не мог до него дотянуться. Но Портер сдаваться не желал. Он всё тянулся, пока Хантер упрямо отводил от него руку. Парням сильно повезло, что они оба не рухнули с дивана, потому что в последний момент, уже едва не перегнувшись через спину, бывший солдат, благодаря чудесно развитым рефлексам, успел схватиться за спинку дивана. Но вот пульту повезло меньше. Его Хантер удержать не смог; предмет раздора упал, его задняя часть отлетела в сторону, и на пол выкатилась пара батареек. – О, нет! – Гас тихо вскрикнул, схватившись за собственную голову. Это было совсем не то, чего он хотел... – Что теперь будет... – безумным шёпотом проговорила Уиллоу, глядя на то, что вылилось по итогу из их глупой ссоры. Этого неприятного проишествия было достаточно для того, чтобы спорщики замолкли надолго. Все трое безмолвно смотрели на раскуроченный пульт, одна поджимала к себе колени, другие двое судорожно пытались придумать, как всё исправить. Ничего не выходило. – Может, его можно починить с помощью магии? – неуверенно предположил Хантер, почёсывая затылок в попытке сообразить что-либо ещё. – Вот как ты себе это представляешь, а? – для самого себя, Гас отреагировал неожиданно резко. – Мы даже не знаем, как оно работает! Луз точно заметит, что тут что-то не так! На некоторое время снова воцарилась тишина. – Луз, наверное, выгонит нас за это, – внезапно сказал Хантер. От такой нелепой мысли Гас даже подскочил. – Луз никогда так не поступит! – А что, если да, Гас? – вмешалась в разговор Уиллоу; её голос был полон прискорбного отчаяния. – Мы обещали ничего не ломать. Если миссис Носеда решит нас выгнать, я даже её пойму! – Что у вас там происходит? – послышался голос с кухни. Все трое замолкли и напряглись. – Н-ничего, госпожа Носеда, всё в по-олном порядке! – Гас растянул гласную для пущей уверенности. Он старался говорить как можно убедительнее, и внутренне молился, чтобы женщина не решила проверить достоверность его слов. Но из-за двери выглянула отнюдь не она. Это высунулась голова Ви, и, к счастью, не Камиллы. – У вас точно все нормально? – поинтересовалась василиск. – Оу, – заметив пульт, она живо сообразила, в чём дело. – Вы не смогли определиться с передачей? Гас слетел с дивана и бросился к Пятой, протянув к ней руки в умоляющем жесте. – Пожалуйста, ничего не говори Луз или её маме! – слегка дрожа, упрашивал маленький ведьмак. – Мы найдём, как всё починить, я обещаю! Портер упал на колени перед Ви, склонив голову и выше протягивая руки. Двое других пристально смотрели на василиса, точно так же ожидая её реакции. К всеобщему удивлению, та лишь рассмеялась. Её смех был искренним, высоким и звонким, и точно не содержал в себе совершенно ничего злодейского. – Дайте-ка я взгляну, – попросила она. Подняв детали упавшего пульта с видом существа понимающего, Ви в считанные секунды собрала разлетевшуюся на запчасти конструкции. Нажала на кнопку – телевизор снова включился, снова раздались звуки и голоса незнакомых людей, на этот раз, во время рекламы. – Спасибо тебе! – горячо поблагодарила василиска Уиллоу. – Не стоит благодарности, – слегка смутилась та. – Но лучше так не кидайте. А то он и вправду может сломаться. Гас принял пульт из рук василиска и с благодарностью ей кивнул. – Уиллоу, – обратился он к подруге, на этот раз с дружелюбной внушающей доверие улыбкой. – Прости меня. Можешь выбрать передачу, если хочешь. Ведьма покачала головой в отрицание. – Нет, Гас, давай лучше ты. Это ты понял, как включать телевизор, так что... – Нет-нет, я настаиваю. Из-за меня этот пульт чуть не сломался. – Может, Ви выберет программу, если мы не можем определиться? – миролюбиво предложил Хантер, опасаясь возникновения новой ссоры. – Да и она нам помогла, а конце концов. Парк и Портер задумчиво посмотрели на вошедшую. – Может, и правда к нам присоединишься? – Ну... Может быть, – слегка неуверенно протянула Пятая; конечно, она всё ещё смущалась в присутствии незнакомых ведьм, но и возражать было бы как-то... Невежливо, что ли? – Думаю, Камилла не будет против, если я немного отдохну с вами. – Ты помогаешь ей на кухне? – Да. Мы очень часто готовим вместе. Но мы уже закончили, так что ничего страшного. – Здорово! Между компанией завязался лёгкий простодушный разговор. В основном Гас и Уиллоу обо всём расспрашивали новую знакомую, в то время как Хантер слушал и почему-то с пристальным вниманием смотрел на василиска. Вопросы были о разном: о жизни с Камиллой, о человечьем мире, о том, как Ви оказалась здесь раньше них. На последний вопрос Пятая ответила так: "это произошло по случайности". Было видно, что она не сильно хочет говорить об этом, и, к счастью, настойчиво расспрашивать об этом её никто не стал. Ви включила новости – "Последние новости о человьем мире", как ознаменовал их Портер, и все внимали и слушали с большим интересом. Через несколько минут громко хлопнула входная дверь. – Мама? Мы вернулись, мам! – громкий голос Луз был слышен из каждого уголка квартиры. – Потише, Луз! Мы слушаем про убийство в Бостоне! – Гас сердито шикнул на воротившуюся. Носеда переглянулась с Эмити. Обе девушки были слегка удивлены. – Вы смотрите телевизор? – Да, новости. У вас, оказывается, тоже жизнь интересная! Столько преступлений на Кипящих островах не случалось за неделю, сколько у вас за сутки! – У них и мир больше, – справедливо заметила Блайт. С "намалёванным" лицом молодая женщина с экрана продолжала рассказывать все известные следствию подробности и об убитом мужчине, и о молодом преступнике, только окончившем одиннадцатый класс. Телеведущую с упоением слушали. Домашняя идиллия. Уют. Все неразрешённые проблемы мгновенно уходят на второй план. Мимолётный момент, который запоминается надолго, который действительно стоит ценить, как и каждую минуту собственной жизни. Так могло бы продолжаться вплоть до самого окончания выпуска новостей, если бы Камилла не вошла в гостиную, в фартуке и со скалкой в руках. – Долго мне ещё ждать, господа? – выжидающе-строго спросила она у детей. Гости, впервые услышав в голосе Камиллы осуждающие нотки, мгновенно позабыли про телевизор и бросились в сторону кухни.