Весьма странное знакомство.

— Паш, вы можете как-то потише..? — в растерянности, она кое-как спустилась с лестницы. — Не забывай, что у нас маленький ребенок. — Прости, солнышко, — он отпустил Есю, которая тут же стала виться вокруг ног Оли. — Оль, познакомься, это моя сестра. — Спасибо, не горю желанием. Вы уж извините меня. Я, наверное, пойду наверх. Оля развернулась и стала подниматься на свой этаж, но Паша положил руку на ее талию. — Что случилось? — он настороженно смотрел на то, как Катя ехидно улыбается. — Все отлично. Не бери в голову, — одернув его руку, она пошла дальше. — Ну и жену ты себе нашел, братик, — смеялась Катя, как только Оля скрылась из виду. — Прекрати. Она отличная жена и отличная мать. — Ой, утешай себя, правильно. Ты же не привык смотреть правде в глаза. Ты привык во всем искать благодать для своей розовой попки, — Катя сделала пару шагов и сравнялась с ним. — Перестань! Если у тебя в жизни ничего не получается, то не нужно срываться на мне. — А то что? Ударишь? Пошлёшь? Только я этого не боюсь. Здесь и мой дом тоже, Пашенька. Захочу, жить останусь. Буду каждое утро мозолить тебе глаза, а в особенности этой курице, — Катя посмеялась и повысила голос в двое. — Бедняжка! Потрахалась с первым встречным! — Заткнись! — Паша положил руку на ее рот. — Ты что устроила?! По-твоему я скучал по тебе, чтобы ты сейчас тут устроила не пойми что?! — Послушай сюда, — она убрала его руку. — Это мое дело, и я буду решать что мне тут устраивать. — Тогда не забывай что я старше и если потребуется заткну твою никчемную пасть. — Уже боюсь! — Катя похлопала по плечу. — Трахайся дальше, смотри, что б негра тебе не родила! — она вновь прокричала последние слова и ушла на улицу к родителям. Паша поднялся на второй этаж и подошёл к Оле, которая стояла у окна, пытаясь сдерживать слезы. Тема спал у нее на руках, но ощущал страх, поэтому ежился. Пашены ладони оказались на ее хрупкой талии. — Убери, — прошептала Оля, набирая воздуха в лёгкие, — иди к ней. — Я хочу быть с вами.. — он осторожно целовал ее шею. — Я тебя очень сильно люблю.. — Прекрати! — сделав пару шагов вперёд, она повернулась и подняла свои мокрые от слез ресницы на него. — Я не собираюсь терпеть унижения! Мне и без этого плохо! Сын плохо спит, ты пропадаешь не пойми где и с кем! Я одна.. одна понимаешь..? Зато ты, пришел, обнял, поцеловал, как будто так и нужно. — Олечка, успокойся.. ты чего плачешь-то? — Паша взял малыша и положил его в кроватку. — Да не бери ты в голову ее слова. Она из зависти это говорит. — Да плевать я хотела! — крикнула Оля, сделав глубокий вдох. По ее розовым щекам текли слезы. — Какое право она имеет вот так в лицо оскорблять меня? Какое, сука, право?! — Успокойся, — Паша прижал ее к себе, — тише.. — Я уже сказала тебе, чтобы ты не трогал меня, — Оля отошла в сторону. — Не удивлюсь, если сейчас под дверью стоит она и слушает, выжидает, что мы поссоримся. Да, Катя?! — в коридоре что-то упало. — Видимо ещё и любимую вазу Марины Леонидовны уронила! — Оля, тише.. сын спит, — Паша открыл дверь и увидел, как Катя ставит вазу на место. — Ты что тут делаешь? — Вазу уронила, вот, поднимаю.. Оля подошла к двери и захлопнула ее. Паша был в полной растерянности. Он не знал что сейчас нужно сделать.. Она плакала, плакала так, будто задели самые важные для нее чувства. — Я не собираюсь терпеть унижения! Понял?! Я не буду это терпеть! Соберу вещи и уйду, вместе с сыном! — Оль, да тише ты! Все хорошо будет! — Паша прижал ее к себе, повалив на теплую кровать. — Успокойся, котик мой.. тише.. Оля рыдала, уткнувшись лицом в его грудь. Ей было настолько больно и обидно, что иногда плач переходил на крик. Паша старалась как можно сильнее прижать ее к себе, успокоить, приласкать, но она лишь отвергала его действия. В кроватке закряхтел малыш и пришлось затихнуть. Оля подняла его из кроватки и укачивала, но он лишь кричал. Дверь в спальню распахнулась и на пороге стояла Катя. — Братик, мама зовёт нас ужинать. Для твой жены, прости господи, все уже на крыльце стоит, — она бросила насмешливый взгляд на Олю. — Значит иди и ешь ее порцию. Она не будет унижаться перед тобой, — заключил Паша, выставив ее за дверь. — Оль, пойдем кушать? Ты целый день ничего не ешь.. Она опустила малыша назад в кроватку и пошла на первый этаж. Катя рассказывала истории за время своих странствований по России, а также часто затрагивала темы, а которых знала только она и Оля. — Какие люди! — вскликнула Катя, промакивая губы салфеткой. — Паша, ужин отпад! Давай налетай. — Правда? Тебе понравилось? — Да! Пальчики оближешь. — Я рад. Оле скажи спасибо. Она так старалась, готовила все перед вашим приездом, — Паша отрезал небольшой кусочек стейка из лосося и улыбнулся. — Оля, ты просто гений! — Ужин отстой просто! Аж блевать охота! — крикнула Катя и побежала в туалет. Оля прикусила нижнюю губу и тяжело вздохнула, стараясь не показывать всем своей боли. Она взяла в руку ложку и поднесла ко рту. Марина Леонидовна как раз для нее сварила куриный бульон без добавок чего-либо, но на вкус это было что-то острое и слишком соленое. Оля выплюнула все, прикладывая ко рту салфетку. — Ты чего? — Марина Леонидовна подошла к Оле. — Что такое? — Суп острый и очень соленый.. — она вновь заплакала, вставая из-за стола. — Ну как тебе суп? Оценила? — Катя улыбнулась, смотря Оле в глаза. — Не понравилось? Бедняжка.. будешь голодать. Хотя, ты справишься с этим. Номерок-то сохранила тогда? Звони и проси, чтобы тебе дали хоть бы пососать, — Катя засмеялась, пока все смотрели на них в полном недоумении.