Реакции (и имейджины)

Никита Сергеевич Хрущев       Удивительно мало причин для ревности с твоей стороны было в отношениях с Никитой. Временами, слушая истории приятельниц об их кавалерах, ты диву давалась, насколько повезло тебе. В этом вопросе, во всяком случае, точно. Ведь ты с почти полной уверенностью можешь сказать, что твой молодой человек ни за что не изменит тебе с другой.       Правда вот иногда противное, мерзкое чувство все-таки появляется в груди. Не можешь же ты, в самом деле, быть единственной, кто видит, какой замечательный парень — Никита. И справедливости ради стоит отметить — ты не была.       В городе есть и другие девушки, что не прочь заполучить его себе. Правда, один нюанс они не берут в расчет.       — Что ей было нужно? — спрашиваешь ты, неприязненно глядя на девушку, только что болтавшую о чем-то с Никитой.       Может дело было в том, как непозволительно близко она к нему держалась, может в том, как звучал при этом ее голос — слов ты не слышала, но интонации говорили сами за себя — в любом случае, тебе это категорически не понравилось. Она категорически тебе не понравилась.       — Не знаю, — совершенно искренне отвечает Никита. — Я так до конца и не понял.       Ты недоуменно смотришь на него, пытаясь понять, как можно было «не понять до конца». Даже тебе, пропустившей значительную часть и не слышавшей почти ни слова, все было предельно очевидно. Так почему же…?       Вдруг до тебя доходит, и тебе становится стыдно и чуточку грустно. Ты вспоминаешь об одном из Никитиных свойств — его жуткой неуверенности в себе, когда речь заходит о женщинах и общении с ними. Этот парень мог спокойно требовать у начальства улучшения условий для своих коллег, рассказывать какие-то совершенно безумные истории, легко находить общий язык почти с кем угодно, но стоило только симпатичной девушке обратить на него внимания, он сразу почему-то теряется.       — Пойдем? — предлагаешь ты, сделав мысленную заметку поговорить с Никитой о его странной самооценке.        Сергей Павлович Королев       Особую роль в ваших с Сергеем Павловичем отношениях играет работа. В конце концов, именно с нее все и началось: она познакомила вас, помогла лучше узнать друг друга, сблизила… И все же, как бы это не прозвучало, именно она создает самые серьезные преграды на пути к совместному счастью.       Каждый, кто знает товарища Королева, хорошо понимает, с каким трудоголиком имеет дело. Понимаешь это и ты.       Сергей Павлович — невероятно предан своему делу. Эта его черта восхищает тебя, да и многих других, но только до тех пор, пока не становится ясно, насколько все сложно.       Ты, конечно, и сама любишь то, чем занимаешься, и, конечно, знаешь, что задачи, решаемые вашим НИИ, крайне важны для Родины (не только как научные исследования, но и как вклад в дело ее обороны), но все-таки иногда… Иногда тебя чуточку пугает, сколько времени твой возлюбленный уделяет им. Иногда он настолько уходит в работу, что совершенно забывает обо всем остальном.       Даже порою о собственных потребностях.       Возможно, прозвучит немного глупо, но временами ты ловишь себя на том, что начинаешь слегка ревновать. До тебя дошла история о том, почему Сергей Павлович развелся со своей бывшей женой.       Конечно, может статься это только слухи, но почему-то они кажутся тебе весьма похожими на правду. Говорят, что они разошлись потому, что она поставила его перед выбором: работа или их брак.       И Королев выбор сделал.       — Лучше бы уж другая какая соперница, — с досадой бормочешь ты, когда Сергей Павлович снова уезжает в командировку: — Одушевленная.        Эрнесто Гевара       О репутации своего нынешнего кавалера ты узнала еще до — задолго до — начала ваших отношений. Сказать по правде она, как, впрочем, и многое другое в этом молодом человеке, сильно удивила тебя тогда. Помнится, ты никак не могла взять в толк, как такое непонятно что может пользоваться у девушек успехом.       Сейчас, если честно сказать, ты тоже не понимаешь этого.       За время вашего общения Эрнесто успел раскрыться с совершенно иной стороны (и этим окончательно поставить тебя в тупик). Он оказался умным и чутким человеком, склонным, впрочем, ко всяким идиотским выходкам. С выходками этими тебе пришлось смириться потому, что все остальное в тем тебе симпатично.       Да, теперь ты понимала, что влюбиться в Эрнесто вполне реально. Только вот те его черты, что так нравились тебе, были надежно скрыты от большинства.       Так почему…?       Пожалуй, именно эта иррациональность многих девушек задевает тебя, заставляет раздражаться каждый раз, когда кто-то из них пытается обратить на себя внимание Эрнесто.       Еще в такие момент ты немного боишься, хотя и понимаешь, что это глупо, что он решит вернуться к старым привычкам.       Поняв, что больше так продолжаться не может, ты делишься своими мыслями с Эрнесто. В конце концов, в нормальных отношениях партнеры должны разговаривать друг с другом о таком, верно?       Твои слова отчего-то сильно веселят его. Он даже смеется, но, заметив, что ты совершенно серьезна, прекращает.       — Знаешь, — говорит он, тоже в миг посерьезнев. — Пока с тобой расходиться не планирую. Придется тебе еще потерпеть. Довольно долго, — добавляет он и улыбается.       Ты невольно улыбаешься в ответ. Похоже, твою маленькую тайну он все же раскрыл.        Фидель Кастро       Прежде, ты никогда не думала о себе, как о ревнивой девушке. Слушая рассказы подруг и просто знакомых о том, как сталкивались с этим чувством они, как ревновали они своих женихов и мужей, ты только улыбалась украдкой, думая, что уж тебе-то опасаться нечего.       Так было до вашего с Фиделем знакомства, до того, как начались ваши странноватые отношения.       Женским вниманием партизанский лидер, ты не сомневаешься в этом ни на секунду, был несколько обделен лишь по одной-единственной причине — из-за ведущихся боевых действий и вызванной ими необходимости уделять все практически время и внимание исключительно им. И даже так — от тебя не укрывалось это — находилось немало влюбленных в него девушек и женщин. В том числе тех, кто по твоему глубокому убеждению, — гораздо лучше тебя, гораздо больше подходит ему.       Каждый раз, замечая одну из них рядом с Фиделем, ты невольно пугаешься, что… В конце концов, он ведь правда может…       Каждый раз ты усилием воли гонишь подобные мысли прочь, но мерзкое чувство все равно остается с тобой. Избавиться от него не так-то просто. Как ты ни пытаешься, оно все равно преследует тебя.       Возможно, стоит поговорить об этом с Фиделем. Только вот ты пока не до конца уверена, что готова к этому разговору или, быть может, к тому, что опасения твои могут подтвердиться. Ты знаешь, что рано или поздно разговор состоится, просто пока…       Пока ты пытаешься справиться сама, убедить себя, что страхи беспочвенны, но в глубине души понимаешь — основания для них все-таки есть.