Спаси меня

На часах было одиннадцать вечера. Антон спешил в клуб, который нашёл недалеко от своего дома. На сайте было много положительных отзывов, поэтому он и решил остановить на нём свой выбор. Ночная Москва завораживала Шаста. Гулять по городу после заката, когда небо уже приобрело тëмно-синие, почти что чёрные оттенки, являлось особой, неповторимой эстетикой. Иногда кажется, что всё самое волшебное происходит именно ночью, когда все спят, и потому не замечают этого. Словно в ночное время город превращался в совершенно другое место, менял облик, а на утро возвращал привычный вид. Он даже замедлил шаг, чтобы подольше насладиться этим великолепием. Накануне вечером шёл дождь, поэтому в воздухе приятно пахло свежестью. Проезжали редкие машины, освещая фарами улицы, а затем растворяясь в темноте. Антон не мог вспомнить, когда последний раз гулял так поздно. Наконец он подошёл к главному входу клуба, над которым ярко светилась неоновая вывеска «Импульс». Зайдя внутрь, он резко почувствовал терпкий запах алкоголя и коктейлей. Давненько Антон не бывал в клубах и уже успел забыть, каково здесь. Миша, друг, с которым он пошёл в такое место первый раз, был отвязным тусовщиком. Шасту было дискомфортно и немного стыдно находиться рядом с ним в таком месте, так как того слишком сильно уносило. Благо, теперь он тут один, и никто не будет заставлять его пить или пытаться спихнуть в постель к каждой встречной девушке.

***

Несколько лет назад. Лекция выдалась на редкость скучной. Преподаватель, по-моему, сам клевал носом от своей нудной болтовни. В целом, половина аудитории уже спала на партах, зная, что учитель за это ругать не будет. То ли ему настолько было всё равно, то ли он просто понимал, что изменить ничего не получится. За всё время учёбы Антон так и не понял, какой из этих вариантов верный. Но стоит признать, пары у Алексея Семёновича — отличная колыбельная. Откровенно говоря, в дни, когда Шаст совсем не высыпался, он позволял себе немного вздремнуть на его занятиях. Вот и сегодня было так же. Он сложил руки под собой и лёг, закрыв глаза. — Эй, Антон, проснись, — на тот момент парень почти заснул. Нехотя открыв глаза, он промычал. — Давай давай, у меня к тебе предложение есть. Справа от Шаста сидел его одногруппник — Миша. Высокий рост, карие глаза, кудрявые непослушные локоны, подтянутое тело. Девушки от него с ума сходили, но Антон искренне не понимал, что они в нём нашли. Нет, не то, что он завидует, но… Черт, ладно. Да, он завидует. Ну потому что это же нечестно. Несмотря на все перечисленные достоинства, Миша был «отвязным тусером», так его прозвал Антон. Всё время ходил по клубам, на парах появлялся нечасто, а пару раз бывало попадал в полицию из-за клубных разборок с пьяными мужиками. Не понимал Шастун, как и почему девушки этого не замечают. — Чего тебе? — раздражённо бросил Антон. Он постарался открыть глаза шире, чтобы лучше видеть своего товарища. Миша приблизился к уху Шаста и шёпотом начал говорить: — Я сегодня в клуб иду, а мой кореш в последний момент слился. Погнали со мной. Друг не раз уже звал его на тусовку, но Антон всегда отмазывался, ссылаясь на объёмное количество домашней работы или приближающуюся сессию. — Сегодня не смогу, на завтра домашней много, — на автомате ответил парень, забыв про важную деталь. — Так завтра воскресенье, ты чего? — засмеялся Миша. — Чëрт, как я забыл-то? — отругал себя мысленно Шаст. Да и сессия ещё не скоро, тоже не отмажешься. Придётся идти. — Ладно, уговорил, — лениво протянул Антон. — Да ладно, не может быть, ты наконец-то согласился? Неужели снег пойдёт? — стёб Мишы не показался Шасту забавным, и он мысленно послал парня нахрен, добавив про себя, что согласился не от желания, а от безысходности. Но вслух ничего не произнёс. Одногруппник похлопал парня по плечу и отсел обратно. Через несколько минут Антон вырубился. Тот же день, десять вечера. Парни подходили к клубу, находящемуся на самой окраине города. Шастун не разбирался в них и просто доверился товарищу. Хотя «доверился» - это громко сказано. Они свернули во двор, пройдя между домами. На улице стоял ноябрь, поздняя осень. Было холодно, и Антон начинал замерзать, чувствуя пробегающие по коже мурашки. Ноги хлюпали по лужам, пачкая грязью его любимые кроссовки, и настроение ухудшалось ещё больше. — Далеко ещё? — грубо спросил Шаст. Миша ответил отрицательно и указал головой на здание в двухсот метрах от них. Его руки были надëжно спрятаны в карманах твидового пальто. Они зашли в клуб. Вокруг царило безумие. Кто-то орал песни, кто-то танцевал на барных стойках полуголый, кто-то зажимался в углу. Глаза Антона чуть не выпали из орбит. Он, конечно, понимал, что придёт не в церковь, но чтобы настолько. — Это моë любимое место, — восхищённо осматривая обстановку, сказал Миша. Шастун незаметно закатил глаза. И почему он не удивлён? Первое, куда его повёл одногруппник, это к барной стойке, заказал себе коктейль «Белый русский» и выпил залпом. Бармены здоровались с ним и другими гостями, и Антон понял, что здесь большинство друг друга знают. Себе он не хотел ничего брать. И в целом здесь находиться не хотел, всё ещё не понимая, зачем согласился. Интуиция подсказывала парню, что произойдёт что-то нехорошее. И он оказался прав. Прошёл буквально час с момента их прихода, как Миша уже был пьяный в хлам и приставал к девушкам, забыв про приятеля. Изначально он пытался заставить Антона пойти с ним, но тот отказался. Товарищ старался соблазнить видную блондинку, которая всем видом показывала, что не хочет с ним общаться. Но Мишу это почему-то не остановило. О чем они говорили, Шаст не слышал, так как сидел достаточно далеко, но зато прекрасно всë видел и начинал переживать за друга, замечая, что девушка применяет силу, отталкивая его от себя. Несколько минут это не прекращалось, и Антон пошёл к другу. — Миш, пойдём, нам пора, — Шаст старался перекричать громкую музыку, отдающую гулом в ушах. — Не надо меня останавливать, — парень икал и растягивал гласные. Антон понял, что разговаривать с ним бессмысленно, поэтому просто дëрнул его за руку. Попытка не увенчалась успехом, и он начал прикладывать больше силы, стараясь как можно быстрее оттащить товарища от бедной девушки. Тот изначально не обращал на это внимание, но затем, когда у Шастуна уже получалось его отодвинуть на какое-то расстояние, отпихнул одногруппника в сторону. Антона толкнули под локоть, и только он на секунду переключил внимание на того, кто это сделал, как услышал визг какой-то женщины. Развернувшись обратно, он увидел приятеля, лежавшего на полу от удара бутылкой о голову. Приехали. Закончилось всё разбирательством в полиции. Как выяснилось, мужчина, зарядивший в Мишу бутылкой, был супругом девушки, которую товарищ так старательно охмурял. После этого парень пообещал себе, что больше ни за что не вернётся в клубы.

***

Всё было так же, как Антон и запомнил. Громкая оглушающая музыка, терпкий запах алкоголя и табака. Словно ничего и не менялось. Хотя нет, кое-что всё же изменилось. Сейчас он пришёл сюда по собственной инициативе, его никто не заставлял. Он прошёл к барной стойке и взял себе бокал красного полусухого. Алкоголь приятно согревал организм и затуманивал разум, а на губах оставался приятный привкус. Парень чувствовал, что весь стресс, испытанный за последние дни, исчезает, становится чем-то совершенно неважным. С каждым последующим бокалом это ощущение усиливалось, и оставалось только приятное опьянение, какого-то фига заставившее его выйти на танцпол. Играла незнакомая Антону иностранная песня, но она показалась ему такой приятной. Тело само начало плавно двигаться в такт музыке, и он целиком отдался танцу. Парень не пытался это контролировать, а просто доверился ощущениям, двигался так, будто вокруг никого не было. Песня закончилась, и Шаст вернулся за барную стойку, сразу же выпивая ещё один бокал красного. Вдруг Антона сильно толкнули, и он еле удержал его в руке. — Извините, пожалуйста, — быстро бросила ему девушка. Парень хотел было сказать, что ничего страшного, но увидел, что она не просто так это сделала. К ней нагло приставал взрослый мужчина сорока лет, стараясь её практически раздеть. Пытался зацепить лямку платья и стянуть её, заставив оголить грудь. Она жалась к барной стойке и вырывала свои запястья из его рук. Пару раз вскрикивала, но из-за окружающего шума этого никто не замечал. — История повторяется, — пронеслось в голове у Шаста. Несмотря на алкогольное опьянение, он решил помочь девушке и резко одëрнул мужчину. Тот в ответ начал ему что-то орать, но парень не мог разобрать слов. Да и зачем? По-любому какие-нибудь ругательства. Осознав, что Антон не отстанет, мужчина грубее сжал руки девушки и оттащил её от барной стойки, увлекая за собой. Антон подождал пару секунд и отправился вслед. Протискиваться между людьми и не терять из виду парочку с каждым шагом становилось сложнее. Минуты через три они оказались в тесном безлюдном коридоре. Мужчина развернул девушку к стене и задрал подол платья, оголяя бёдра. Брюнетка вырывалась, кричала, но он заткнул ей рот ладонью. Антон подошёл сзади и резко ударил обидчика в голову. Удар получился несильным, но резким. Тот от неожиданности отшатнулся и переключил внимание на него. Этого Шаст и добивался. Ему прилетела ответная пощëчина, отчего парень рухнул на пол. Боль ударила в голову, и от неё на мгновение зазвенело в ушах. Девушка сообразила, что нужно делать, и побежала за помощью. Через пятнадцать минут ко входу клуба подъехала полиция. Антону явно не везло с походами в клубы. Странное было чувство. Опьянение, головная боль от драки и осознание, что он опять сидит в полиции. И опять из-за клуба. Он так надеялся, что сможет повеселиться, спокойно отвести душу, а закончилось всё так же, как в прошлый раз. У них забрали телефоны и заставили написать объяснительные, рассказать в них, как всё произошло. Но парень не жалел о том, что сделал. По факту, он спас девушку от изнасилования. Как только Антон закончил и отдал написанное участковому, тот достал его мобильный. – Родственники есть, кому можно позвонить и оповестить о случившемся? – Нет. – Где-то работаешь? – тон участкового был жёстким как сталь, и парня это слегка напрягало. Он нервно сглотнул и назвал компанию. – Ясно. Значит звоним директору. Твою мать. Несмотря на полубредовое состояние, Шасту стало страшно от понимания серьёзности ситуации. А если его уволят после этого инцидента? Господи, вот надо же так глупо попасть. Антон услышал гудки и начал крутить кольца на пальцах. Его типичная привычка в подобные моменты. Ладони потели от волнения, а сердце колотилось так, будто через минуту вырвется из груди. На удивление парня, Арсений снял трубку. Участковый вкратце объяснил ситуацию и потребовал срочно приехать. Вот почему он спокойно не может жить? Без постоянных приключений? То машина его собьёт, то в полицию попадёт. Прям не Антон, а магнит для проблем. Входная дверь распахнулась и мужчина быстрыми уверенными шагами зашёл в помещение и встал за спиной Шаста. — Отпустите его, я договорился с Вашим начальством, – грубо отчеканил знакомый голос. Попов. Через время они уже сидели в его машине. Телефон парню вернули и сняли все обвинения. Ему, конечно, было интересно расспросить Арсения о том, как ему удалось так быстро всё решить, но на это не хватило ни сил, ни смелости. Антон приземлился на переднее кресло справа от начальника. Сердце по-прежнему колотилось от волнения. – Мда, Антон, удивительный ты, конечно, человек. Не успел из больницы выйти, как вляпался в какую-то неприятность, – Попов сжимал в руках руль, смотря перед собой, а затем взглянул на парня. – Как всё случилось-то, расскажешь? Учитывая то, что меня в два часа ночи разбудил звонок из полиции и мне пришлось сюда приехать и со всем этим разбираться, думаю, я имею право знать. Арсений был явно недоволен этой ситуацией, но его можно понять. В последние несколько дней от Антона были одни проблемы, разгребать которые приходилось Попову. То палату оплатить и с врачами договориться, то приехать поздней ночью в полицию и отмазать его. Шаст рассказал всё как было без единой запинки. Мужчина внимательно выслушал и ответил только: – Ладно, понял. А затем чуть позже добавил: – Я избавлю тебя от лекций о том, что ты работаешь в престижной компании и даже в клубах нельзя об этом забывать и влезать в подобное дерьмо, – Попов проговорил это быстро, а затем сделал небольшую паузу. – Тем более, что ты поступил как настоящий мужчина. Но на будущее, всё же не забывай об этом. Арсений приподнял уголок губы, посмотрев на подчинённого. Интересный, конечно, человек. Сказал, что лекции не будет, но всё же её прочитал. – Извините, пожалуйста, – виновато изрёк парень. – Такого больше не повторится. Директор проигнорировал его извинения. – Тебя домой вообще безопасно везти? Или там тоже найдешь себе приключения? – недовольное лицо Арсения сменилось ухмылкой. Кажется, его это забавляло. Увидев растерянное лицо Антона, не подготовленного к иронии, он хмыкнул и попросил продиктовать адрес. Дальше они ехали молча. Попов периодически зевал и протирал глаза от недосыпа. Спустя пятнадцать минут Шаста привезли прямо к подъезду. Зная, в каком состоянии сейчас парень, Арсений пошёл провожать его до квартиры, хотя тот долго упирался и упрашивал его этого не делать, убеждал, что с этим точно справится сам. Но Попов в это слабо верил. Облокотив Антона на себя и закинув его левую руку на своё плечо, он понёс парня до квартиры. И в этот момент Шасту стало до ужаса неловко, потому что прикосновение Арсения напомнило ему о недавнем полу эротическом сне. Он почувствовал, как щеки мгновенно зарделись румянцем. Парень подумал, как же хорошо, что люди не умеют читать мысли. Хотя в случае с Поповым это был спорный вопрос. У него были очень пронзительные глаза, и парень каждый раз терялся, когда смотрел на него. Голова Антона всё ещё трещала от боли, и он, не выдержав, жалобно простонал. Как раз в тот момент, когда пытался безуспешно открыть дверь. – Понятно, – протянул Арсений. – Нет, сегодня одного я тебя точно не оставлю. Дай сюда ключ. В этот раз Шаст не стал спорить и сопротивляться, а сделал так, как его попросили. Попов завёл его в квартиру и сразу же повёл в спальню, чтобы уложить спать это измученное пьяное тело. Антон к тому моменту уже практически спал и не понимал, что происходит вокруг него. Мужчина стянул с него ботинки, положил в кровать и накрыл одеялом, предварительно на всякий случай поставив рядом с кроватью тазик. Убедившись, что Шастун уснул, он вышел из комнаты.