Все дружно плачут в подушку

      Магазин. Продавец пробивает продукты Краткому, а также большое количество выпивки.       — Ого, у тебя намечается большой праздник?       — Да-да, большой праздник… — неувереннно ответил Краткий, почесав затылок.       Поспешно сложив всё в пакеты, он оплатил товары и ушёл из магазина.

***

      Краткий вернулся домой. Его никто не встретил, так как все усиленно работали и разгребали сад.       Он пришёл на кухню и начал раскладывать продукты своими руками. Все обычные продукты были в холодильнике, а выпивку Краткий достал и понёс с собой в кабинет.       Дойдя до двери, зайдя и закрыв комнатушку он положил все бутылки на стол. Достал свой стакан, который оставил на столе после того, как пил воду, открыл бутылку с алкоголем и налил.       Вот оно… Его успокоение. В этом он утопит все свои проблемы и грусть. С каждым глотком его негативные мысли всё больше растворялись в его голове, он становился спокойней.       Но вскоре жидкости не осталось. Он поставил стакан на стол и выдохнул.       — Хорошо…

***

      И вот такие «сеансы» с алкоголем были у него каждый день.       Каждый раз, когда он работал или был на шоу, объясняя очередное испытание, — в противовес своим словам, кстати, потому что говорил, что будет отдыхать, — он чувствовал душевную боль, которая становилась всё сильнее и сильнее, чем в предыдущие дни. Но как только он приходил домой, брал стакан и выпивал ещё немного — сразу становилось намного лучше. И зачем ему психолог, если ему отлично помогает хорошая бутылка крепкого виски, водки или йигроиша?       Но доза «волшебной жидкости» всё возрастала и возрастала: ему теперь нужен был не один стакан, как раньше, а три, пять стаканов или целая бутылка. Он медленно, но уверенно уходил в запой.       И это видели все.       Иногда он напивался в такую стельку, что мог только что-то мычать, а иногда и вовсе падал на траву или пол, так как не удерживал равновесие. Пока он витал в облаках и кратковременном счастье, все видели его агрессию и грусть. Хорошо ему живётся однако…       Ой, что-то он задумался.       И тут же одумался от пощёчины, которую получил от своего лучшего друга, Аза.       –… А-а-А… — он потёр щёку, которая тут же начала адски болеть и пытался что-то сообразить.       Он начал вслушиваться в вопли первой буквы. Оказывается, друг что-то говорил.       –… Ты вместо того чтобы нормально заниматься своими делами хуяришься в дрова чуть ли не каждый день! Какого чёрта, И Краткий?!       – …       — Что у тебя стряслось? В честь чего ты так пристрастился к выпивке?       –… Я-а не хочу об э-Э-этом говорит-с-ть…       — Чего сказал?! — злобно воскликнул первый.       — Ладно, ла-эдно, тока не злис-мь!.. Ну-э… Типэ-а… Ну знаеш-сь… — Аз терпеливо слушал, потому что знал, что когда Краткий напивается — из него можно будет вытащить любую информацию, которая тебе нужна. Пьяный продолжил: –… Мой асси-ис… Тент гова-орил что… У меня типа-э… Депрес-сеняк… — Краткий ещё что-то бормотал, но дальше его рыжий товарищ разобрать речь малинового не смог.       –… Сука, твой ассистент был чертовски прав.

***

      Спустя день после того разговора у Краткого садовник забрал всю выпивку, которую нашёл в кабинете по просьбе Аза. Это будет последний раз, когда Краткий напьётся.       Сейчас пять утра. У Краткого болит голова, его тошнит. Похмелье.       — А-а-А… Где?.. — он искал свои бутылки с алкоголем. Не было ни полных, ни пустых, — Бля-а, нету… Пиздэ-ец…       Он сел за стол и пытался подавить свою тошноту.       — Бля… Купить бы ещё алкашки…       К нему постучались.       — Входите, — прохрипел малиновый.       — С вами всё хорошо? Я просто буду часто проверять ваше состояние, вы совсем зачахли…       — Со мной… Всё в порядке.       — Прекратите отрицать очевидное, сэр… С вами не «всё в порядке». Вам сейчас плохо как никогда.       — Мэф… Ладно…       — Скажите, что случилось с вами такое? Что должно было вас так сильно потревожить?       — Э-а… Я уже утопил свои проблемы…       — Вы уже забыли?       — Дэ-а…       Садовник подошёл ближе и похлопал И Краткого по плечу.       — Господин, так же нельзя: просто брать и топить своё горе. Вы его так только усилите. Вам нужно было хотя бы помощи попросить…       –… Зачем? Я не хочу, чтобы все думали, что я слэ-абый…       — Сэр, вы не слабы. Просто ваша проблема сейчас вам совсем не по зубам. И если вы думаете, что просить помощи — это постыдный поступок, то это совершенно не так.       –… Ну ладно…       — Всё, сейчас пока отдохните, может вы устали от моей болтовни, — сквозь улыбку проговорил садовод и начал уходить к двери.       –… Спокойной.       — Что? А, уже утро, г-н Краткий.       — А, да? Ну хорошо. Спокойного утра.       Садовник ушёл, закрыв дверь. Краткий снова остался один-одинёшенек в тёмном кабинете. Он сложил руки на стол, прилёг, закрыл глаза… И заснул. Надолго.