Звёзды не гаснут

      Гермиона критично осматривала себя в зеркале. При сборе вещей в школу она точно не думала, что ей придётся посещать ужин в обществе аристократов, а потому не покупала никаких особенных нарядов. На самом деле, личных вещей у неё было не так уж и много.       В её распоряжении имелось лишь чёрное коктейльное платье, и девушка очень сомневалось, что оно подходит. Этого она совсем не предусмотрела, когда соглашалась посетить мэнор. Длина платья была допустимой, но вот разрез на бедре был на краю приличия. Из пюсов — платье открывало вид на её ключицы и шею, а вырез позволял увидеть только верх груди. Силуэт «русалка» хорошо подчёркивал фигуру Гермионы.       И всё же было что-то не так. Грейнджер взмахнула палочкой, удлиняя платье. Подол теперь касался пола, а когда гриффиндорка наденет туфли на каблуках, шанс задеть его и упасть будет минимизирован. Да, длина явно сделала это платье более вечерним. Ещё пару взмахов волшебной палочкой, и волосы были собраны в аккуратную причёску, открывавшую шею девушки. Сюда бы отлично вписалось украшение, но, увы, подходящей цепочки с кулоном у неё не было. Хотелось выглядеть как можно лучше, чтобы произвести впечатление на Нарциссу. Показать, что она может соответствовать её сыну.       Послышался стук в дверь.       — Войдите, — Гермиона не обернулась, всё ещё пытаясь найти изъяны в своём образе.       — Принцесса, твоё волнение… — начал Теодор, стоило ему открыть дверь, но замолк, как только увидел девушку.       — Я надеюсь, это хорошее молчание. В противном случае, ужин с родителями Драко придётся отменить, — Грейнджер посмотрела на парня через зеркало.       — Нет! Это… Ого! — Тео улыбнулся подходя ближе к гриффиндорке. — Ты потрясающе выглядишь.!       — Спасибо, — Гермиона улыбнулась в ответ.       Не то что бы комплимент Нотта исправил сразу всю ситуацию, но ей было приятно, что ему нравилось то, что он видел. Ему нравилось смотреть на неё.       — Вообще я пришёл сказать, что тебе не стоит волноваться. Это лишь ужин, — парень положил руки ей на плечи, смотря на свою даму в зеркале.       — Ужин с родителями Драко. Аристократами до мозга костей, — усмехнулась гриффиндорка.       — Именно из-за того, кем они являются, это им стоит нервничать, а не тебе, принцесса.       Теодор ухмыльнулся, проводя ладонями по коже Гермионы, слегка сжимая и лаская заднюю сторону её шеи. Девушка сглотнула. Это было так приятно. Она не могла отвести глаз от отражения. Чёрт, а они хорошо смотрелись вместе.       — Тебе нравится, — Теодор не спрашивал, также смотря на них.       — Да, — Гермиона не стала этого скрывать. Та и не было в этом смысла.       Они бы продолжили так стоять, если бы их не прервал новый стук в дверь. На этот раз Гермиона обернулась и увидела Драко в дверном проёме.       — Я хотел спросить, почему ты задержался, но кажется вопрос неактуален, — это было обращение к Тео, но Малфой не мог оторвать глаз от гриффиндорки.       Он помнил Грейнджер в платье на четвёртом курсе. И она была хороша, даже больше. Но этот момент был совершенно другим. Перед ним стояла совершенно новая Гермиона. Часть его триады. До одури красивая и сексуальная. Дрочка с Теодором была забыта. Они хотели эту роковую гриффиндорку. Их женщину. Босоногую и в этом чёртовом платье.       Малфой подошёл к своим партнёрам ближе.       — Ты готова? — Драко смотрел ей в глаза.       — Да, — нет. Она не была готова, но отступать не собиралась.       Девушка отошла от слизеринцев, надевая туфли, а затем они втроём направились в их гостиную. Директриса открыла им доступ к камину, чтобы они могли покинуть школу, и даже предоставила несколько порций летучего пороха. Кажется, она была рада, что Гермиона решилась встретиться со своими страхами.       Драко вошёл в камин первым, и вскоре зелёное пламя поглотило его. Гермиона вдохнула и выдохнула. Девушка аккуратно вошла в камин, ей очень не хотелось появится в Малфой-мэноре перепачканной в саже.       — Гермиона, — позвал её Нотт. — Всё будет хорошо.       — Да, конечно.       — Нет, Гермиона, — Теодор отставил чашу с летучим порохом и взял руки Гермионы в свои. — Послушай меня. Там тебя встретит Драко, ты не будешь одна. И если ты поймёшь, что ещё не готова, или что-то вызовет плохие воспоминания, то мы уйдём. И я готов это повторять столько, сколько потребуется.       Брюнет был полностью серьёзен. Чёрт, он ведь назвал её по имени. Это казалось так странно, но в этот момент Гермиона понимала, что шутки кончились.       — Давай порох, — Гермиона улыбнулась ему и взяла горсть. Пора было проявить её гриффиндорский дух. — Малфой-мэнор!       Девушка затаила дыхание. Всего несколько мгновений и она оказалась перед Драко, который улыбался ей.       — И вот ты здесь, красавица, — девушка вложила ладонь в протянутую руку.       Кажется, она слышала, как громко стучит её сердце. Малфой-мэнор. Её ночной кошмар. Девушка оторвала взгляд от своего мужчины, оглядывая комнату. До этого она не могла сказать и слова от страха, но сейчас — от шока.       — Это точно твой дом?       — Единственное и неповторимое гнездо семьи Малфой, — Драко чувствовал себя довольным, видя реакцию девушки.       В этот момент из камина вышел Теодор, подходя к Драко.       — Что ж, она не кричит и не пытается убежать в Хогвартс, так что пока всё хорошо?       — Я всё слышу! — девушка покачала головой, продолжая осматривать одну из десятка комнат этого дома.       Дом был наполнен свежим ароматом. Было так много света. Вся мрачность покинула эти стены. В интерьере присутствовали только светлые оттенки. Окна стали больше, пропуская свет, что дарил им закат. Этот дом дышал новизной. И богатством. Без этого никак. Это совершенно не то, что она ожидала увидеть. Даже близко. Драко и Тео говорили, что мэнор не тот, что прежде, но о таком она и помыслить не могла. Это же абсолютно другой дом!       — Нравится? — подошёл к ней Теодор.       — Это просто поразительно.       — Рад, что нравится. Это, так сказать, приветственная гостиная для близких людей. Она ближе всего к жилому крылу.       — Если ты не остановишься, то мы дойдём до столовой только к ночи, — усмехнулся Драко и взял Гермиону за руку. — Как насчёт оставить экскурсию для следующего раза?       Следующего раза? Конечно, они надеялись, что гриффиндорка посетит мэнор не единожды. Гермиона не знала случится ли это, но и обидеть их не хотела. Оба будто были безумно горды тем, какое впечатление дом произвёл на них.       — Да, оставим на другой раз.       — Отлично, — Тео улыбнулся ещё шире.       Кажется, Нотт был безумно рад оказать здесь. Он будто и правда вернулся домой. Возможно, это место и стало таковым для него за лето. Люциус и Нарцисса приняли его как партнёра своего сына с распростёртыми объятиями. И Гермиона была рада за него, ведь у Тео больше никого не было. Он последний из Ноттов.       Они, наконец, покинули «приветственную» гостиную и двинулись дальше. Гермиона была удивлена, насколько этот дом теперь напоминал ей дворец. Безумно красивый и завораживающий. Золото, шёлк, бархат, росписи на потолках. Они прошли ещё пару комнат, и все они были разными. Яркими, строгими, мягкими, классическими, но никак не мрачными или тёмными.       Теперь Грейнджер поняла, что имели ввиду слизеринцы, когда говорили, что Малфой-мэнор уже не тот, что прежде.       Очередные двери были открыты, и они оказались в столовой. Стол ломился от обилия еды, не было и кусочка пустого места на белоснежной скатерти. Гермиона сглотнула и крепче сжала руку блондина. Вот же трусиха.       Малфой-старший выглядел куда лучше с их последней встречи при битве за Хогвартс. Сейчас он больше походил на мужчину, которого она встретила в лавке перед вторым курсом. Его волосы вновь обрели блеск, глаза вновь горели жизнью и кожа вернулась в состояние аристократической бледности, такой же как у Драко.       Нарцисса… Эта женщина похоже всегда выглядит безупречно.       Супруги встали, увидев триаду. На пару секунд в столовой наступила тишина. Люциус вышел из-за стола, подходя ближе.       — Мисс Грейнджер, рад приветствовать вас, — она была благодарна, что мужчина не стал подходить слишком близко.       — Добро пожаловать в Малфой-мэнор, — Нарцисса улыбнулась и также вышла из-за стола.       Гермиона сглотнула, но всё же смогла слегка улыбнуться. Эти люди старались быть с ней осторожными, особенно Люциус.       — Приятно с вами официально познакомится. Мистер и миссис Малфой.       Да, это было именно знакомство. Первое, официальное, без оскорблений, преследования и смертей за спиной. Их новое начало. И только время покажет насколько они могут сосуществовать друг с другом.       — О, просто Нарцисса. Я безумно рада тому, что могу наконец познакомиться с вами поближе.       — Пройдёмте за стол, — Люциус проводил свою жену к стулу.       Теодор и Драко также проводили девушку к столу. Блондин отодвинул для Гермионы стул, и гриффиндорка благодарно ему улыбнулась, садясь на своё место.       — Мисс Грейнджер, желаете вина? — спросил Малфой-старший.       Вино определённо не помешает, а возможно и что-нибудь покрепче.       — Просто Гермиона, — официальное обращение из уст Люциуса по отношению к ней резало слух. — И я не откажусь от вина.       С хлопком, от которого Гермиона вздрогнула, в столовой появился домовой эльф, явно ждущий, когда его позовут. Девушка почувствовала, как мужская рука сжала её колено. Тео. Он пытался успокоить и ей стало действительно чуточку лучше. Она здесь не одна. Чёрт побери, её напряжение можно было почувствовать в воздухе. Она давно не испытывала такого. Девушка ожидала, что весь этот фарс прекратится в любую минуту, и из-за угла выйдет кто-то из непойманных пожирателей. Грейнджер знала, что это абсурд, но не могла ничего сделать с рефлексами и инстинктами, которые укоренились в ней за время войны.       Эльф передал бутылку вина Драко. Блондин открыл её и самым первым наполнил бокал Гермионы. Почти до краёв. Что ж, насколько невежественной она будет выглядеть, если залпом осушит весь бокал? Как минимум, его мать могла подумать, что она алкоголичка. Это было бы не так далеко от правды, если припомнить в каких количествах Грейнджер употребляла алкоголь этим летом. Парни это точно знали. Выставленный ею алкоголь на полки в день приезда был красноречивее любых слов.       — Любишь вино? — поинтересовалась Нарцисса. — У нас потрясающий винный погреб, думаю мальчики тебе с удовольствием покажут.       — Можно и так сказать. Но мне редко доводилось попробовать достойное вино.       Теодор усмехнулся, смотря на девушку, за что получил укоризненный взгляд гриффиндорки. Его забавляла эта ситуация.       — Гермиона любит напитки покрепче, — выдал без стеснения Нотт.       О Боже, это было неловко. Ему конец. Ногти девушки были не длинными, но она без зазрения совести впилась ими в его руку, что до сих пор была на её колене. Вот негодник. Он смеет подтрунить над ней в такой момент.       Теодор не издал ни звука и даже не изменился в лице. Подлец.       — Ау, — буквально прошептал Драко, посмотрев на Гермиону с улыбкой.       Девушка тут же отдёрнула свою руку. Драко чувствовал, что она причинила Тео боль. Свободной рукой гриффиндорка взяла бокал, делая несколько больших глотков. Эти змеи с ума её сведут.       — Да, с этими мальчишками бывает непросто, прекрасно тебя понимаю, — Нарцисса улыбнулась.       Гермиона на секунду замерла, но затем улыбнулась женщине в ответ.       — Что вы такое говорите, Нарцисса. Я же образцовый сын, — Тео состроил обиженную мордашку.       — Не паясничай и начинай есть. А лучше положи что-то девушке в тарелку, — поругала женщина этого чертяку. — Гермиона, что ты любишь? Мы, к сожалению, не знали, что ты предпочитаешь, поэтому домовики приготовили разные блюда. У тебя есть аллергия на что-то?       — Нет, спасибо, — девушка оглядела стол. — Я бы попробовала рыбу.       Драко сидел ближе, а потому сам положил самый лучший, по его мнению, кусок на тарелку Гермионы. Эта оказалась сёмга, запечённая под сливочным соусом. Попробовав это блюдо, девушка не могла не отметить потрясающий вкус.       — У тебя уже есть какие-то планы после окончания школы?       — Да, я бы хотела работать в Министерстве.       На самом деле, она хотела куда больше, чем работать в Министерстве. Гермиона хотела принести что-то новое в этот мир. Девушка хотела стать Министром магии, но понимала, что время, которое у неё осталось слишком ничтожно, чтобы получить данную должность. Грейнджер не обнадёживала себя, понимая, что последние год или два она вряд ли сможет вообще работать. Огорчало ли это её? Немного. Но знала, что не сдастся без боя. Даже не будучи Министром магии, она всё ещё может быть полезной этому миру.       — Что ж, времена меняются. В чистокровных семьях леди являются хранителями дома, но новая Леди Малфой, работающая в министерстве, будет отличным явлением, — добавил Люциус.       — Рада это слышать, — Гермиона отпила ещё вина.       Ну, хотя бы не придётся с ними бороться по поводу работы. Похоже, взгляд на жизнь у этих людей и правда кардинально поменялся.       — А как твои родители восприняли новость, что подходящий союз включает двух мужчин? Насколько я знаю, такие союзы у маглов не приветствуются.       Сердце вновь кольнуло. Как и всегда при упоминании родителей. Но всё хорошо. Она ведь справлялась до этого момента.Сделает это вновь. Скроет эту боль внутри. Улыбка всё решает, и Гермиона улыбнулась.       — Они пока не знают. Я узнала, что состою в триаде, когда уже была в Норе. Мои письма приходили туда, пока я была в Австралии.       — Оу, понимаю, — женщина кивнула.       — Я не стыжусь Драко и Тео, просто я всё ещё привыкаю к этому всему. Я хочу дать нам больше времени. Только нам втроём, — Гермиона улыбнулась своим парням. — Я напишу им письмо позже.       Нет, не напишу.       — Ты права. Пусть мы и не хотели задевать тему прошлого, но я хочу сказать тебе спасибо, что ты дала этим мальчикам шанс. И я бы хотела познакомиться с твоими родителями, когда ты будешь готова. Может быть, мы устроим рождественский ужин?       — Да, конечно, было бы замечательно.       Не будет никакого рождественского ужина. Во всяком случае, не с её родителями.       Боль не хотела покидать её.       — Тео, ты неважно выглядишь, — Нарцисса перевела взгляд со своего сына.       Гермиона посмотрела на Теодора. Тот был бледный, а губы его были плотно сжаты. Девушка повернулась, смотря на Драко. Он выглядел так же. Что с ними.? И тут девушку осенило. Её боль. Они чувствуют её. Вот чёрт! Она не хотела делать им больно. Не хотела, чтобы они это чувствовали. Девушка постаралась взять себя в руки.       — Мама, мы должны отойти ненадолго, — сказал Драко, поднимаясь со своего места.       Блондин взял Гермиону за руку, ведя в только ему известном направлении. За ними плёлся Теодор. Гриффиндорка вовсе не была готова к разговору, который решил устроить Малфой. Не хотела открывать свою тайну.       Триада вошла в одну из малых гостиных. Драко посадил Гермиону на диван, а сам остался стоять над ней, осматривая девушку. Теодор же решил не испытывать себя и сел в ближайшее кресло. Он не был готов устроить девушке допрос. Её боль ударила по ним резко, большой волной. Это было сильно, всепоглощающе. Нотт не смог абстрагироваться от неё, и его накрыло. Это было похоже на Круциатус, который разрывал его сердце.       — Гермиона, что случилось с твоими родителями? — Драко не был деликатным.       Девушка сглотнула, втянув воздух. Она не хотела это произносить. Гермиона надеялась, что это временная проблема, ей просто не хватало знаний, чтобы всё исправить. Да, ей просто нужно время. И всё же она не могла отрицать случившиеся.       — Гермиона, — Малфой присел перед своей гриффиндоркой на корточки, беря нежные женские руки в свои. — Прошу скажи нам. Мы чувствуем, как тебя буквально разрывает изнутри. Чёрт, я не умею красиво говорить, но ты больше не одна! Мы триада. Это не значит, что ты обязана мне рассказывать абсолютно всё, но я хочу знать почему моей женщине плохо. Должен знать, чтобы помочь.       — А говорил, не умеешь красиво говорить, — усмехнулся Теодор, стараясь немного разрядить обстановку.       Они переживали за неё. Девушка всё ещё не понимала, что между ними происходит. Она едва научилась с ними взаимодействовать. Но её нутро тянулось к ним. А парни тянулись к ней. Всё это время триада ходила по острию лезвия. Рано или поздно они порежутся. Гермиона боялась этого.       — Принцесса, ты не обязана всегда быть сильной, — добавил Тео.       Не обязана? Нет же, обязана! Она должна быть сильной. Так всегда было. Она должна быть собранной. Её беспокойства и слёзы не сделают никому лучше. Так всегда было во время войны. Но война прошла…       — Они не помнят меня, — стоило произнести это вслух, как громкий вслип вырвался из неё.       — Что? — не мог поверить своим ушам Драко.       — Когда всё стало слишком опасно, я стёрла им память обо мне и отправила подальше от Лондона, — слёзы полились из глаз девушки. — Обливиэйт не обратим.       Она сказала это. Гермиона призналась, что стала сиротой. Когда применила заклинание она была готова к последствиям, и всё же надежда на то, что всё обратимо теплилась в ней. И разрушалась каждый раз, когда она пыталась вернуть память родителям. Девушка перечитала множество книг, использовала несколько методов, но всё безрезультатно.       Драко не знал, что сказать, а потому просто обнял девушку. Гермиона вцепилась в него будто тонула. Это действительно было так. Её рыдания и всхлипы были похожи на крики раненного животного, который отчаянно молил о помощи. Всё это время она страдала одна.       — Мы что-нибудь придумаем, Грейнджер. Я обещаю.       Да, они найдут лучших колдомедиков, докопаются до старых фолиантов, но найдут любую информацию, которую смогут использовать. Это Драко мог обещать. Он не знал, смогут ли они вернуть воспоминания её родителям, но был готов сделать для этого всё, что возможно.       Теодор сел рядом со своей принцессой, обнимая со спины. Это всё, что они сейчас могли ей дать. Своё тепло, свою любовь и поддержку.       — Давай принцесса, выпусти всю свою боль. Мы заберём её.       Они действительно хотели забрать её страдания. Гермиона сломалась. Она не знала, сколько прошло времени, но продолжала плакать. Казалось, слёзы больше не могли литься из её глаз, но они не останавливались. Девушка чувствовала, как ей становилось легче. Её слизеринцы забирали её боль. Она не знала как, но была им благодарна, даже если на место боли пришла лишь пустота.       Когда её рыдания затихли, Грейнджер всё ещё продолжала держаться за Драко. Так тепло и уютно.       — Мы должны вернуться к твоим родителям.       Гермиона попыталась отстраниться, но Малфой не отпустил её. Они не могли сидеть здесь вечно.       — Не должны. Всё, что тебе нужно, это отдохнуть.       Руки Малфоя слегка ослабли, но вместо того, чтобы убрать их полностью, блондин поменял положение. Подхватил девушку на руки и встал с ней на ноги.       — Драко! — вскрикнула от неожиданности Гермиона, хватаясь крепче за плечи парня. — Поставь меня, я могу идти сама.       — Можешь, но я не хочу тебя отпускать.       Малфой посмотрел гриффиндорке в глаза, и она не стала спорить. Он действительно сейчас не хотел отпускать её. Да и Гермиона не хотела терять это ощущение спокойствия, которое дарили Тео и Драко.       — Я поговорю с твоими родителями и присоединюсь к вам.       Малфой кивнул и понёс их принцессу по лестнице на второй этаж. Теодор знал, что ни в какой Хогвартс они сегодня не вернутся. Драко понёс девушку в их спальню. Место созданное только для них троих.       Тео не собирался задерживаться, а потому вернулся в столовую сразу. Он знал, что старшие Малфои наверняка слышали рыдания Грейнджер. Она была очень громкой, но сейчас юноша чувствовал, что девушке стало легче. Нарцисса явно была взволнована, по лицу Люциуса не было видно волнует его произошедшее или нет.       — Милый, что у вас произошло? — Нарцисса подошла к Нотту, заглядывая в его глаза.       — Во время войны Гермиона использовала Обливиэйт на родителях. Она не смогла вернуть им память.       — Бедная девочка, — Нарцисса покачала головой, вздыхая.       — Я займусь этим.       Люциус встал из-за стола, направляясь в свой кабинет. Он не был многословен, но если умнейшая ведьма столетия не смогла справиться, то им явно придётся попотеть, чтобы вернуть память его будущим родственникам.       — Я присоединюсь к вам позже.       — Не нужно. Оставайтесь рядом с мисс Грейнджер, ей вы сейчас нужнее.       Нарцисса улыбнулась краешком губ, провожая мужа взглядом.       — Иди, Теодор, ты сейчас нужен им, — она погладила Нотта по руке.       Подавленное состояние девушки сказывалось и на мальчиках. Теодор выглядел очень уставшим и даже немного болезненным.       — Миса занесёт для Гермионы сменную одежду. И немного горячего чая с молоком и парой капель сонного зелья не повредит.       — Буду благодарен.       Возможно Гермиона и не оценит зелье в чае, но ей нужно было хорошенько отдохнуть. Сон поможет ей.       Теодор вышел из столовой. Вздох невольно вырвался из него. Сколько ещё было скрыто в этой девушке? Какие ещё страхи были заперты внутри её души?       Нотт почти бежал по лестнице. Он хотел оказаться рядом со своими партнёрами как можно скорее. Хотел увидеть Гермиону и убедиться, что хотя бы немного, но ей стало лучше. Этого не случилось. Когда Тео вошёл в комнату, Грейнджер сидела на кровати, а глаза её были пустыми.       — О, милая, — Теодор подошёл к девушке и сел рядом.       Он чувствовал, что после столь продолжительного плача, она была опустошённой. Девушка положила голову на плечо слизеринца, вновь впитывая его тепло и чувство безопасности. Тео приобнял гриффиндорку одной рукой, переведя взгляд на открытую дверь ванной. Видимо, Драко отошёл набрать воду для их принцессы. Что ж, горячая ванная с пеной это очень хорошая идея.       Через пару минут перед ними появилась Миса. Эта эльфийка часто смотрела за Драко, пока тот был ребёнком. С тех пор, как маленький хозяин уехал в Хогвартс, она вновь стала выполнять обычные дела по дому.       — Хозяйка приказала Мисе приготовить чай и сменную одежду для молодой госпожи.       — Спасибо, Миса, оставь всё на столике.       — Миса может ещё что-то сделать? — эльфийка с беспокойством поглядывала на Гермиону, ставя поднос на столик.       — Нет, ты можешь идти, — ответил Драко, выходя из ванной комнаты.       Домой эльф в эту же секунду растворился в воздухе, не желая мешать своим хозяевам. Драко подошёл к кофейному столику и взял пижаму.       — Пойдём, принцесса, Драко приготовил для тебя ванную.       Все трое вошли в помещение, которое полностью заполнил горячий пар. Малфой оставил вещи и свежие полотенца на видном месте.       — Ты сможешь сама раздеться? — спросил Тео, хотя уже стоял на коленях, снимая с девушки туфли.       Уголок рта Гермионы дёрнулся от этой картины. Они так заботятся о ней. Пусть это и было эгоистично, ей нравилось это и она не хотела, чтобы это заканчивалось.       — Молния на платье.       Драко оказался за её спиной, аккуратно беря язычок молнии и ведя его вниз. Всё больше кожи открывалось его взору. Он мог видеть несколько родинок. Её аккуратные лопатки. Платье не предполагало лифчика. Чёрт. Малфой вдохнул побольше воздуха, беря над собой контроль. Он не мог полностью раздеть девушку, ей сейчас было нужно совсем не это. Малфой убрал руки, касаясь губами затылка Гермионы.       — Мы будем ждать тебя в комнате, — блондин отошёл, дабы держать руки подальше от девушки.       Тео тоже встал и поцеловал девушку в щёку. Они хотели показать ей, что она не одна, что она любима. Если бы они были более близки, парни и вовсе бы не покинули эту комнату. Но всему своё время. Нотт также вышел и закрыл за собой дверь.       Гермиона не слышала щелчка замка, но не придала этому значения. Она знала, что они войдут, если Грейнджер попросит их вернуться. Платье упало на пол, собравшись вокруг её ног. Сейчас, некогда красивое платье, не вызывало в ней никаких эмоций, поэтому она просто переступила его, заходя в, судя по размерам, небольшой пруд. Девушка успела подметить, что кровать в спальне парней также была очень большой. Всё здесь было рассчитано более, чем на двух человек.       Парни надеялись, что она переедет сюда. Малфои переделали весь дом ради неё. Их со слизеринцами спальня была просто огромной. Помимо этого в ней стояло два стеллажа с книгами, полки которых были наполовину пусты. Они будто ждали, когда придёт владелец и заполнит их литературой. И девушка была уверена, что в гардеробной будет место и для её вещей.       В воздухе витал приятный аромат, и Гермиона прикрыла глаза. Стало так спокойно. Она пролежала в воде около десяти минут, прежде чем поняла, что начинает засыпать.       Девушка вышла из воды, и мурашки покрыли её тело. В комнате было прохладнее, поэтому, не теряя времени, гриффиндорка воспользовалась полотенцем, вытирая лишнюю влагу.       Посмотрев на ночную рубашку изумрудного цвета, Гермиона не смогла сдержать смешка. Она не знала, было это сделано специально или же случайно, но зелёный цвет всегда ассоциировался у неё только с факультетом змей. Похоже, ей придётся привыкать к данным оттенкам в её жизни. Гриффиндорка не удержалась и посмотрела в зеркало. Ей шёл этот цвет. Ткань была приятной к телу. Гермиона была уверена, что эта пижама стоила гораздо больше, чем половина её гардероба       Девушка вышла из ванной. Драко и Тео сидели в креслах, попивая чай в ожидании её. Грейнджер подошла ближе, присаживаясь на свободное место. Парни ничего не сказали. Слова были лишними, поэтому Теодор просто передал ей чашку, что уже давно ожидала девушку. Гермиона взяла её в руки, чувствуя её тепло.       — Чай с молоком? — уточнила девушка.       — Отличная штука для хорошего сна, — пояснил Тео, отпивая из своей чашки.       Грейнджер кивнула. Она и так чувствовала себя вымотанной, а после чая глаза её начали буквально закрываться, и девушка никак не могла этому противостоять.       — Идём в кровать.       Драко забрал у неё чашку, ставя ту обратно на столик, и взял Гермиону за руку, чтобы отвести к кровати. Она ни сколько не сопротивлялась. Очутиться сейчас в постели было её единственное желание. Теодор откинул покрывало, и девушка с удовольствием забралась на середину. Шёлковые простыни приятно холодили кожу, и гриффиндорка не сдержала стона. Она ведь могла привыкнуть к этой роскоши.       Слизеринцы не стали ждать и легли по разные стороны от девушки. Они уже очень давно мечтали о том, как она будет лежать между ними, в их постели. Гермиона с удовольствием устроилась, положив голову на грудь Драко и прижимаясь спиной к груди Теодора. Ей было слишком хорошо, чтобы она могла как-то проанализировать свои действия. Всё утром. Слизеринцы замерли от столь смелого поступка их гриффиндроки и смогли расслабиться, лишь когда поняли, что та уснула.       Теодор прижался к девушке сильнее, перекидывая руку через её талию, желая ощущать женское тело сильнее.       — Эй, полегче, — шикнул на него Драко, но Тео лишь ухмыльнулся.       — А ты не двигайся, подушка, — подколол его Теодор, устаиваясь поудобнее.       Малфой закатил глаза на ребячество своего партнёра. Лёгкая улыбка появилась на его лице. Он был вполне доволен своей ролью подушки, а потому прикрыл глаза.