Где-то на просторах сети

желтоватый оттенок исходящий от настольной лампы ложился на учебники, задевая тетради, которых на столе было куда больше. Она оказалась у Кадзухи за первое место в олимпиаде по литературе, проведённой в прошлом учебном году. Блестяще написанная работа поразила школьный совет, что даже некоторые назвали Кадзуху юным гением. В то время за олимпиады выдавались материальные призы, такие как канцелярские принадлежности, бумага для принтера, и та самая лампа. Кадзуха не был против своего приза, пока остальные жаловались учителям и между собой. Благодаря ней Кадзуха днями просиживал за уроками, и ночами за своими вымышленными мирами. Скоро должна состояться контрольная работа по математике, которая заставляла Кадзуху зачеркивать пример за примером, отчаиваться перед задачами и ломать голову над графиками. – как это вообще делать..я точно делаю алгебру? Здесь почти нет цифр. – от плохой концентрации глаза Кадзухи забегали по предметам рядом: фотография, мелочь на пачку жвачек, проездной, и огромное количество исписанных листов. Кадзуха разглядывал их, и только сейчас осознал всю свою проделанную работу за столько лет. Внезапно Кадзухе захотелось взять свой телефон. Но подготовка к контрольной придерживала его за плечи, не позволяя потянуться за гаджетом. – угх, почему выбирать так тяжело то? – жалобно застонал Кадзуха. – Скарамучча был бы рад когда зайдет на сайт, но получить плохую отметку тоже не вариант.. от размышлений вслух Кадзуху отвлёк телефонный звонок. Удивленный внезапному вспоминанию его существования, парень быстро схватился за телефон. Звонившим оказался Венти, и Кадзуха сразу уменьшил громкость, прежде чем приложить его к уху. – привет! Давно не общались, правда? – привет. Да, целые два часа. – это реально много как бы, правда ещё не достигает уровня моего ай-кью. – хихикнул Венти, как всегда довольствуясь своим ответом. – да да, не поспоришь. А с какой целью звонишь? – точно! Кхм, дружище, приглашаю на наш скромный концерт. – что?! – недоуменно спросил Кадзуха. Венти загадочно добавил: – буду ждать с нетерпением на месте прошлого фестиваля. – стой, расскажи подробнее. И почему "наш"? С тобой кто-то еще будет? – я хотел рассказать на месте, но раз ты так хочешь узнать, то твоя взяла. Мы с Тартальей решили создать свою группу пока вы там со Скариком вместе туда-сюда ходите, общаетесь. Мы решили назвать нас "Бродячие дети". Кадзухааа, ты жив там? – а? Ага, я просто задумался. И все же, как Тарталья успел научиться.. – ..гитаре. Оказывается, он любил играть на ней раньше, и хотел быть участником комфортной группы, но бросил из-за отсутствия подходящих людей. Прикинь как ему повезло встретить меня! Спасибо тебе, Кадзуха, что познакомился со Скарамуччей. – Венти, если ты забыл, то напомню, что это ты меня с ним познакомил. – но общий язык то вы нашли между собой, а это для тебя тяжело. Кстати, что там у вас? Погуляли? Совсем забыл спросить в школе из-за этих оболтусов. – аа..– Кадзуха старался не подпускать к себе мысли связанные с вчерашним вечером до завершения работы с математикой, оставив анализ на потом. Венти сокрушил планы Кадзухи, но тот уже понял, что заняться учёбой не выйдет. – Венти, ну, ты вокалист в вашей группе? И на гитаре еще играешь? – ээ-э, куда тему развернул, а ну обратно. Он задел тебя вчера? Я не думал что Скарамучча способен на такое, я ему не прощу если это– – нет, совсем не так. Абсолютно не так. Мы погуляли хорошо. даже слишком хорошо..– добавил Кадзуха, только уже в своих мыслях. – надеюсь это правда. А я сам тоже это узнаю по вашим взаимоотношениям сегодня! Венти поспешил добавить, не дожидаясь вопросов от Кадзухи: – возьмёшь с собой Скарика сегодня? Где-то через часик споем одну песню из четырёх. Был бы рад вам обоим. – беспокоишься что больше не будет зрителей? – эй ты! – фыркнул Венти в трубку. – мы достаточно хороши, мимо нас не пройдут все, кто-то да останется. – я пошутил, прости если задел. С ума наверное схожу постепенно. – Кадзуха закрыл глаза, и улыбнулся. Не от счастья или безнадёжности, а просто так, по желанию. – да все мы сходим частично. Ты же позовешь парня своего? – ты о ком? – глаза Кадзухи совсем скоро снова открылись. – о Скарамучче твоём, о ком же еще. – до скорого. Кадзуха положил трубку, слушая короктий гудок после завершения звонка. – шутит насчёт ерунды чаще обычного. А ведь раньше даже не касался этой темы. – зевнул Кадзуха, и протер выступившие слёзки. – Скара надо позвать получается. И как мне с ним общаться после вчерашнего? Тогда я об этом не думал, но сейчас.. – Кадзуха свободно общался с самим собой вслух, ведь отец отправился на похороны матери. Он оставил Кадзуху дома, ведь при жизни мать велела не подпускать сына на последнюю встречу с ней. Сам Кадзуха тоже не нуждался в этом, от слова совсем. Сейчас он может встретиться с людьми, которые позволяют ему чувствовать себя любимым. И это осознание крошками складывается в его светлой голове, постепенно совершенствуясь в размерах. – здравствуй, не беспокою? – Кадзу, рад слышать. Неа, ты в любом случае важнее остальных дел. Кадзуха почувствовал, как губы его слегка онемели от чарующего голоса Скарамуччи, уводящего его от реальности. Отогнав возникший романтизм, Кадзуха заговорил, придерживая серьёзный тон: – Венти попросил меня позвать тебя на его концерт. Точнее, на их с Тартальей концерт. Или это звучит слишком преувеличенно.. – что? Я правильно расслышал? – ага. Я сам был в шоке от такого. Они молодцы. – согласен. Даже не заметил то, как Тарталья вернулся к музыке, какой же плохой из меня друг. – утрировал Скарамучча, выдыхая. – хах, понимаю. Я тоже в последнее время особо не вникал в увлечения Венти, от этого так совестно на душе. А тебе как? – это можно оправдать, даже если так делать мне не очень нравится. На нас тоже свалилась некоторая ноша, на тебя особенно. – так-то ты прав конечно. Мало времени, надо выходить, начало через час. – сообщил Кадзуха, и запнулся, вдумываясь в тишину звонка, в нерешительности прикусывая губу. – можно узнать сначала, в каких мы отношениях? – уши Кадзухи вдруг резко заложило, а щеки стыдливо вспыхнули. От собственного голоса Кадзуха почувствовал себя еще более неловко, и пелена трепета навалилась на него горячей волной. – а в каких ты хочешь быть? – всмысле? – мне интересно знать то, что хочешь ты. А потом уже мое желание. – взаимно, так что же делать в данной ситуации? – Кадзуха внезапно хихикнул, сам не поняв, почему. – в книгах после тяжёлых, и одновременно разгрузочных сцен герои делают то, что пишется в романах предназначенных для аудитории шестнадцати лет. – как всё сложно.. – неохотно сказал Скарамучча. – по-другому моя речь не способна выразить эмоции, которые я испытываю с нашей встречи. – а моя способна. Но я не буду ничего говорить так далеко от тебя. Кадзуха ожидал тех самых слов, заставляющих всё тело трепетать от острых ощущений счастья и приятного волнения. Это подсознательное желание сокрушилось, оставляя за собой лишь томное ожидание. – ладно.. нужно приходить на место того фестиваля, ты помнишь. – хорошо, до встречи. Удачной дороги, Кадзу. – и тебе тоже. До встречи. Кадзуха неохотно положил трубку первый, и поставив телефон на зарядку до выхода, распахнул гардероб в поиске подходящей одежды. Это неожиданное желание потрясно выглядеть захватило его тело, как наркотик, проигрывая в голове различные мелкие сценарии. – – почему.. – Кадзуха отчаянно прикладывал проездной к турникету. В метро царил нескончаемый шум, что создавало ещё больший стресс и давление. – я итак потерял много времени, не успеваю..и денег совсем нет, как мне пройти то.. – нашёптывал Кадзуха еще более потерянно. Он начал в панике оглядываться по сторонам, но был в курсе, что помощи здесь ему не дождаться. Дрожащими руками Кадзуха уже было взял телефон чтобы набрать Скарамуччу, но нежный женский голос за его спиной произнёс слова, заставившие его охнуть от удивления. – я оплачу, не переживай. – белозубая улыбка на ее лице выглядела изумительно, как и янтарные радужки ее глаз. В сочетании с светлым каре они выглядели по особенно прекрасно, придавая девушке ангельский вид. Кадзуха в растерянности вновь окинул взглядом ее, затем устройство, к которому приложилась другая карточка. Девушка лёгонько толкнула Кадзуху вперед, ибо стоял как посаженный, не осмеливаясь шелохнуться. Кадзуха был уже по ту сторону, и наконец сообразив что произошло, хотел поблагодарить свою спасительницу, но потерял ее среди массы людей. Когда прохожий с резким запахом одеколона грубо задел Кадзуху широким плечом, он наконец спустился вниз к поездам. Мысль об недавнем инциденте вертелась в его голове всю дорогу, ведь с точки зрения Кадзухи люди не настолько добры чтобы оплачивать проезд других, ведь таких как он просто немыслимое количество. И всё же.. девушка была в чём-то отличающейся. – подумал Кадзуха, прежде чем выйти на свежий воздух. Ясное небо глядело на него сверху, обещая сопровождать всю предстоящую прогулку. – – Кадзухааааа! – Венти кинулся на друга с объятьями, заметив его в нескольких метрах от себя. Неизвестно как, ведь Кадзуха шел максимально незаметно, вливаясь в ритм изредка покачивающихся из стороны в сторону листьев. – привет привет, Вентик. – Кадзуха отстранился, оглядываясь вокруг. Людей было немало, и каждый шел за своими нуждами. – а где Тарталья? – вспомнишь солнце, вот и лучик. – раздался голос позади Кадзухи, безусловно принадлежавший Тарталье. – духи зачётные, тебе подходят. – а, спасибо что-ли. – замешкался Кадзуха. – кстати, ты же слышал что мы с Венти успели подготовить четыре песни? – гордым голосом сказал Тарталья. – надеюсь, тебе понравится. Хотя, иначе невозможно. Кадзуха мягко улыбнулся, не найдя подходящего ответа. – Скар тоже будет? Уверен, этому балбесу совсем чихать. – а я так не думаю. – белобрысый дружище наш, что ж ты такое говоришь. Если бы не ты, он скорее проигнорировал. – что-то чересчур много тем для разговора крутится вокруг нас. – прошептал Кадзуха, пытаясь намекнуть на свое недовольство. – химия между вами в глаза бросается издалека. – вставил слово Венти, до этого лишь наблюдавший за разговором друзей. – давайте сменим те–, – не успел договорить Венти, как оборвался на полуслове. Или не был. В любом случае, Кадзуха не услышал завершения фразы. вскинув голову, парень замер – он увидел Скарамуччу, приближающегося к ним. После столкновения взглядов с Кадзухой его шаги ускорились, и вот руки прижимают к себе родное тело, заключая в цепкие объятия. – привет еще раз. – улыбнулся Кадзуха. – привет. – Скарамучча улыбнулся в ответ и отпустил Кадзуху, обращая внимание на наблюдающих за ними парней. – а с нами не здороваешься? – Тарталья театрально закатил глаза и покачал головой. – и вас приветствую конечно. – славно что Кадзухе не пришлось долго тебя ждать, такой депрессивный был, а сейчас вон как оживился. – усмехнулся Венти, поправив рукава розового свитшота. – не фантазируй, такого и в помине не было. Почему вы так открыто говорите такие вещи? – Кадзуха, наоборот ты тут слишком закрытый. – Венти с неким сочувствием взглянул на друга. – Тарталья, покажем им? – а то! – подхватил парень, и атмосфера стала становиться такой, какой была на их давней прогулке в парке. Венти с Тартальей выбежали на сцену, взяли в руки свои гитары, и проверили их на звучание. Убедившись, что всё в порядке, Венти задорно улыбнулся, и из его губ стали литься зарифмованные строки, сопровождаемые аккордами и боями. Тарталья добавлял в их дуэт энергичности, привлекая больше людей. вскоре Кадзуха и Скарамучча заметили, что наблюдают за сценой далеко не одни, и знатно порадовались за друзей. неясно почему, но музыка разожгла в Кадзухе желание коснуться пальцами пальцев Скарамуччи, до которых было так легко дотянуться. Он был слегка поражен своей смелости, но и не меньше благодарен ее появлению. Крошечное, секретное от всех касание. Скарамучча явно не ожидал этого, и оттого в груди отдалось теплом. Прямо как то, что происходит в книгах, о которых недавно рассказывал Кадзуха. Уже совсем скоро Венти и Тарталья спустились к ним под звук аплодисментов присутствующих, сияя улыбками. – видали? Честно, не ожидал что стольким зайдет! – возбуждённо говорил Венти, активно жестикулируя руками. – всегда лучше дуэт или группа чем соло, это создает особой атмосферы. "Бродячие дети" легенда! – Тарталья широко улыбнулся, и потянулся обниматься к друзьям. Скарамучча поначалу хотел остаться в стороне, но тоже был заключен в объятия, и сопротивляться было тщетно. Вскоре четвёрка распустила объятия, и продолжила болтать о всяких мелочах, периодически вставляя шутки. Такие дружеские беседы позволяли почувствовать себя расслабленным, отгороженным от внутренних демонов. Как лекарство, охватывающее сердце ликованием. – ... мне об этом комиксе Ху Тао рассказала, завораживает. – Ху Тао? Та самая девушка, славящаяся тем, что закопала убитую курицами мышь на огороде своего дедушки, и провела целый ритуал? – дада, она самая, а еще.. – мальчики, извините что отвлекаю от беседы, но могу ли я вас сфотографировать? Бесплатно! друзья вопросительно уставились на подошедшую девушку. Фотоаппарат висящий на шее не противоречил ее словам. Пока они смотрели на нее как на незнакомого фотографа, в глазах Кадзухи всплыл образ девушки из метро. Те же янтарные глаза и светлые, как снежинка, волосы.