Пепел надежды. Осколки любви…

Мари шла по мокрому от дождя тротуару. Был уже вечер. Да, да, не удивляйтесь. Аля заставила ее переодеться и выпить с ней чай, прежде чем та пошла. Так вот. Девушка переодела на юбку, футболку, пиджак и кроссовки. Ночной Париж был чем то великолепным в это время… Хотелось гулять, гулять и гулять. *** И вот снова вечер. Прошло полгода… Долгих полгода. Феликс встречался Мари на глаза, но был холодным и отчуждённым. Будто дал надежду и тут же лезвием отрезал её, делая больно брюнетке… Было плохо… Но не стоит упускать тот факт, что она была влюблена в Адриана. Все ещё… Снова и снова синеглазая гуляла, чтоб отдать свою боль вечернему Парижу. Эйфелева башня восхищала… Все было прелестно и хорошо, но только девушка заметила фигуру спереди. «Что тут делают люди? Почти двенадцать часов ночи, да и холодрыга!» — размышляла Дюпен-Чен. Она поправила своё кремового оттенка пальто и уставилась вперёд. Незнакомец, видимо, тоже заметил её и посмотрел. Чёрное пальто развевалось и оказалось не застегнутым, платиновые, заглаженные волосы… Феликс. О господи… Маринетт развернулась и пошла как можно быстрее от злополучного места. Она услышала шаги позади себя. Нет, бег… Девушка побежала. Ещё чуть чуть… немного и она упала! Поскользнулась на льду и упала, грубо говоря, лицом в сугроб. Через несколько секунд она почувствовала руки у своих подмышек. — Ты можешь быть аккуратнее, Маринетти, — произнес холодный голос. Маринетт сглотнула ком в горле. Только, как он опустил её на землю, если быть точнее на тротуар, Феликс принялся отряхивать заснеженное пальтишко. — Замёрзнешь, заболеешь, — бурчал Грэм дэ Ванили. — Я… и тебе привет, — лишь только успела проговорить синеглазая. — Угу, доброго вечера, — поднялся он наконец. Феликс был значительно выше брюнетки. — Я… тебя… благодарю? — еле как выдавила Маринетт. — Не стоит, — поднял ладонь он. Что случилось с Феликсом? Когда его научили манерам? Где его сарказм и… почему он не выкинет ещё одну ядовитую шутку девушке? Она, мягко говоря, была в шоке. — Слушай, Феликс. Что то случилось? — спросила невзначай Дюпен — Чен. — Нет, ничего такого, о чем стоит переживать! А что? — успокоил блондин. — Странно, что ты так себя ведёшь… — А, так людям же не нравится какой я. Вечно строг к себе, пунктуален. Я ядовит. — И совсем ты не… — Я побольше знаю. Выслушал гневных комментариев. — Оу, я очень сожалею тебе, Феликс… — Не зови меня так. Меня так звали гувернантки, который не слишком мне нравились. Лучше Фил, если на то уж пошло. — Мы не настолько близко знакомы, чтобы… — Перестань, Маринетти. Разве тебе не нравится Адриан?! Ещё его глупая улыбка и весьма добрые зелёные глаза?! Парень взъерошил волосы и глупо улыбнулся. — Маринетт… давно тебе хотел сказать, что ты мне нравишься, — проговорил со стеснением Феликс. — Нет… НЕТ! Ты — не Адриан! — от шёпота перешла к крику девушка. — Не кричи, истеричка, — заткнул ей рот холодной ладонью Грэм дэ Ванили. Вскоре блондин выдохнул и убрал руку. — Ты не смеешь так делать! Ты… — Тс, слышишь?.. Скрипка. В такое время… — О, да. Красиво, но… — Вальс, — зеленоглазый оглянулся, в попытках найти кого нибудь. — Жаль, тут нету других девушек. Я бы предложил… танец? — А я парень? — сложила руки на груди Маринетт. — Нет, я не это имел в виду. Хотел позлить. Леди, не удостоите ли меня чести пригласить Вас на танец? — сделал поклон и вытянул руку Феликс, как в старых фильмах. — Какие манеры! О, Боги. Куда ты дел старого Феликса? — Я же попросил… — Да ну тебя. Но на танец лишь один раз! Парень оживился и по хозяйски положил ладонь на талию девушки. — Я не… — начала уже синеглазая. — А мне на ногу положить? — переместил на бедро руку блондин. — Извращенец! — шлепнула по руке его брюнетка. Феликс ухмыльнулся и закружил девушку в зимнем вальсе. Точные движения, но тем не менее, создавалось впечатление, что те плывут. Порхают! Маринетт закрыла глаза, представила, что сейчас она самый счастливый человек на свете… она танцует с Адрианом. Стоп. Все закончилось так быстро, как началось. — Что…что случилось, Адриан? — подняла голову брюнетка, но увидела лицо Феликса… — Адриан?! Снова мой кузен? Да как Вы… — оторвал руки от талии синеглазой тот. — Адриан! Пф! Ангел он наш! Поправив пальто, блондин стремительно пошёл вперёд… Куда то по аллее, где его скоро будет не видно. — Феликс! Я не то имела в виду! Стой, — побежала снова за ним девушка. В груди предательски жгло. Быть может, это обида? Обида на себя. Ведь она ранила человека. Она хотела перед собой видеть Адриана. Она представляла его. И как теперь объяснить, что Дюпен-Чен не любит Агреста?.. Вьюга значительно усилилась. Мари бежала, пока не взяла за руку наследника фамилии Грэм дэ Ванили. — Что тебе надо?! — выгнул бровь тот, не переставая идти. — Прощения! — поспевала за ним, не отпуская руку девушка. — Уйди. Прощение принято, дай побыть в одиночестве. — Феликс! — Я просил… — Помню, Фил… — …меня так не называть. Бесишь, Дюпен-Чен. — О, так ты не забыл мою фамилию? Таким образом парень и девушка дошли до какого то здания. — Пока, Маринетти! — махнул рукой блондин и открыл дверь в подъезд. — Погоди… а ты разве не в доме Агрестов живешь? — спросила недоуменно синеглазая. — Не-а. Мы с твоим ангелом немного поругались. Я теперь на своём попечении. Я взял квартиру, пока тут живу. Через год уеду в Лондон, ибо в Париже у меня практика по Универу. Черт, зачем я это говорю тебе?.. Дуй отсюда. Брюнетка посмотрела на время. Поздно… Тёмное небо и испорченная погода давали знать о себе. Вьюга выла и черт бы побрал это тонкое пальто! Маринетт поёжилась от холода… До дома идти полчаса, если не больше. Феликс вздохнул. — Иди давай, — парень глянул на замёрзшую девицу и на огромные хлопья снега, перемешанные с холодным ветром. — Ой, как ты меня бесишь. Без разговоров зеленоглазый взял брюнетку за рукав пальто и повёл в дверь подъезда. По лифту они поднялись на 10 этаж и Феликс открыл дверь в квартиру. — Я сегодня добрый, но не пользуйся моим снисхождением, — твёрдо отчеканил тот и прошёл вперёд. — Обувь снимай тут и раздевайся в той комнате. Разведайся… Она не поняла смысл, но парень уже ушёл. На ватных ногах, все ещё не понимая что происходит, Дюпен-Чен дошла до нужной комнаты и сняла с себя пальто. Короткий стук в дверь и оттуда уже высовывалась стопка одежды. Девушка быстро приняла ее. Рубашка и штаны… Собственно, как обычно зеленоглазый и носил. Одежда пахла мужским парфюмом… Маринетт глубоко вдохнула и надела на себя одежду. Была бы ее воля, та бы ни за что не сняла её. — Ты есть будешь, бедолага? — спросил далекий голос. — Что? — переспросила она. — Сюда иди, говорю. Синеглазая послушно пошла к бархатистому голосу, то есть обладателю гипнотического голоса. — Кушать будешь, Маринетти? — повернул голову на бок Феликс. — А ты умеешь… — начала спрашивать брюнетка. — Да, умею. Я в Лондоне проходил курсы кулинарии, поэтому отменно готовлю. — Нет, я устала. — Устала? — хмыкнул парень. — Идём, покажу где спать. — Я буду тут спать?.. — Нет, сейчас выкину тебя на улицу, под лавкой поспишь, — раздраженно процитировал Феликс. Давить на него она не стала. Все таки она… в гостях? Хотя Грэм дэ Ванили сам ее пригласил. Пока она размышляла, Феликс чуть ли не кричал. — Ало! Маринетти! Я с кем говорю?! Тут можешь спать, — он махнул рукой на расправленный диван с подушками и одеялом. — Давай. — А, Феликс! — крикнула девушка в спину уходящего блондина. — М? — Спокойной ночи… Тот ничего не сказал, лишь захлопнул дверь. Снова темнота… снова одиночество… Нет, у Мари были такие случаи. Это было, когда Аля уходила с ночевкой к Нино. Сейчас синеглазая чувствовала, что не одна. В квартире был Феликс… Этого было достаточно, чтоб спокойно спать. В доме царила безопасность и спокойствие…