Великие умы мыслят одинаково

Джаз очень наслаждался подзарядкой. Это очистило его голову, помогло ему обдумать ситуацию. Как только он проснулся, он спустился в лабораторию Уилджека и попросил его найти способ исправить ситуацию. Он также позвал Рэтчета на помощь. Затем диверсант оставил пару в тревожном молчании. Затем третий офицер отправился в свой офис и обнаружил там намного больше блоков данных, чем он привык. На долю секунды он был озадачен тем, почему на его столе было почти втрое больше документов, чем он привык, но потом он вспомнил: он делал документы, которые обычно делали Прайм и Праул, и то, что Айронхайд не мог делать, и их было много. Шлак, этот день должен был быть замечательным. Через пять часов, едва он очутился в горе, сидя за своим столом, он получил сообщение. Близнецы снова нанесли удар. Как оказалось, с сообщником. Рэтчет был менее удивлён, чем обычно, когда его разыграли. На самом деле он гонялся за Бамблби через весь Ковчег за то, что он облил его ярко-зелёной краской, половину лаборатории, Уилджека и Персептора. Джаз отправил Уилджека и Персептора на мойку, но ему пришлось заручиться поддержкой Оптимуса и Проула, чтобы поймать Рэтчета и Бамблби. Приведя всех четверых в свой кабинет, он поместил Бамблби в каюту, Рэтчета также отправил на мойку, а Проул привёл Близнецов. Затем он тщательно отчитал Близнецов за то, что они сделали с лабораторией, когда проводились важные эксперименты, и отправил Близнецов на бриг. Откинувшись на спинку кресла, Джаз вздохнул. Он не знал, как Проул справляется со всем этим, не сходя с ума. Или Оптимус, если уж на то пошло. Кстати говоря... В его дверь нерешительно постучали. В дверь заглядывал Оптимус. Прайм выглядел более неуверенным, чем Джаз когда-либо видел его. Но опять же, это был не тот Оптимус, которого Джаз знал миллионы лет. — Привет, Оптимус. Ты что-то хотел? — Джаз говорил усталым голосом. — Я могу уйти, если ты занят. Это все равно не важно... — Прайм развернулся, собираясь уйти. — Нет, нет, мне всё равно нужно отдохнуть от всего этого, — офицер указал на свой стол, всё ещё заваленный информационными блокнотами (Их стало больше, когда он отвернулся? Они размножаются! Праймус, неееет...!). Тем не менее Оптимус казался колеблющимся, поэтому Джаз указал на свободное кресло у своего стола и любезно улыбнулся. Большой мех осторожно сел, поморщившись, когда кресло застонало под его весом. — Что тебе нужно, Оптимус? — спросил Джаз с той же лёгкой доброй улыбкой. — Я… знаешь, это было глупо. Неважно. — он встал, чтобы уйти, но его остановила чья-то рука. — Оптимус, сядь, поговори. Это останется в стенах этой комнаты, — опять сел. Прайм некоторое время ёрзал, по-прежнему ничего не говоря. — Ну, говори, — настаивал Джаз. — Насчёт того, что ты сказал вчера. Что Прайм — это имя, которое заставляет ботов поворачивать головы. Ты не объяснил, почему, — Оптимус смотрел на стол, пока говорил. Джаз несколько секунд обдумывал это. — А... Что означает Прайм, откуда ты родом? Оптимус ответил сразу. — Это как звание «капитан» в человеческих вооружённых силах. Джаз удивлённо моргнул. Совсем не то, что он ожидал. Такой низкий ранг? — Прайм здесь… Это намного большее. До войны Праймы были… Духовными лидерами. Важными духовными лидерами… На этот раз Оптимус моргнул. — Типа... как человеческие жрецы? — Нет... Больше похоже на человеческого Папу, — Оптимус слегка отпрянул от удивления. — Единовременно существует только один Прайм, потому что… Из-за Матрицы Лидерства. Прямо сейчас она у тебя в груди, — он в шоке уставился на свою грудь. — Матрица, согласно легенде, — это часть Искры Праймуса, данная первому Прайму, Приме. Она передавалась после смерти каждого Прайма следующему Прайму. Говорят даже, что сама Матрица выбирает следующего Прайма, хотя я не могу сказать как. Мой Оптимус был выбран после смерти последнего Прайма в начале Войны. Сентинел Прайм погиб от рук Мегатрона, когда пытался его урезонить, — при этом имени оптика Прайма комично расширилась. — Вскоре после этого Оптимус получил этот титул. Это было примерно… ну, девять миллионов лет назад, — Оптика Прайма снова расширилась, даже больше, чем раньше. — Мне… ему девять миллионов лет? — Оптимус чуть не закричал. — Вообще-то больше, потому что Оптимус жил ещё до того, как стал Праймом, — добавил Джаз факты. Оптимус секунду сидел совершенно неподвижно, прежде чем наклониться вперёд. Джаз склонился над своим столом и всеми блоками данных на нём, и увидел как его лидер с измененным разумом рухнул на пол его офиса. — Вау, это, должно быть, было более шокирующим, чем я думал.