Переломный момент

      По городу маги шли молча. Поттер позаботилась о том, что бы на них никто не обращал внимания и наложила чары, отвлекающие внимание, в данной ситуации это был лучший выбор. Маглоотталкивающие чары действуют только на маглов, но мало ли какие залётные волшебники здесь пробегать будут. Доказывай потом, что ты не вызволяла Грин-де-Вальда из тюрьмы.       До гостиницы дошли быстро. Поттер всё же хватило ума понять, что что-то может пойти не по плану (собственно, всё обычно и шло не по плану, она же Поттер!) и изучила окрестности Нурмергарда, включая этот городок. Сняв двухспальный номер, Аврелия довела до него своего будущего наставника.       — Располагайтесь пока здесь. Сходите в душ и сожгите одежду, она меня бесит. И к тому же может выдать в вас беглеца. Я пока пойду куплю вам новую, — не став терять время распорядилась ведьма. — Когда вернусь, проведу обследование вашего организма и всё же верну вам молодость. Потом поговорим и я возможно отвечу на ваши вопросы, — она уже разворачивалась к двери, когда её остановил Грин-де-Вальд.       — А разве ты не можешь наколдовать одежду?       — Мне всего пятнадцать, следовательно, я не могу колдовать палочкой вне Хогвартса. И я знаю, это дебильное правило и существует оно только в Англии, но что поделать, я Британская подданная и обязана подчиняться, — Аврелия скривилась, говоря о законе об ограничении колдовства несовершеннолетних. А может и вспомнив о человеке, создавшего этот закон, — и нет, то что я владею беспалочковой магией не значит, что я могу трансфигурировать одежду без палочки. Почему-то эта наука туго у меня идёт. Всё, я ушла.       Грин-де-Вальд уже устал удивляться наглости этой девицы, да и сейчас он слаб, чтобы что-то делать. Он ещё даже её наставником не является. Но как бы он не злился на поведение молодой волшебницы, он признавал, что она имеет на это право. Она в пятнадцать была сильнее чем Дамблдор в пятьдесят. Ей бы набраться опыта и она затмит всех. Неогранённый бриллиант. Пожалуй это честь, стать её наставником. Зато теперь понятно, почему она выбрала именно наставничество. Только держа её под полным контролем можно направить её энергию в менее разрушительное русло и удержать её от безумия. Да, безумие, рождённое вседозволенностью - это бич сильных магов. Не каждый может справиться со своей мощью и не сойти с ума. Помощь со стороны в этом вопросе отнюдь не лишняя.       Аврелия вернулась только через час, когда Грин-де-Вальд успел дважды побывать в душе, обследовать номер и сжечь одежду. На удивление, беспалочковая магия удавалась ему чуть ли не лучше, чем пятьдесят лет назад, хотя после снятия наручников он вообще колдовать не должен. Поттер явно что-то как-то с ним сделала, но что? И ведь не признается. Но Грин-де-Вальд не зря был тёмным лордом, за которым пошла половина мира, он умел добывать информацию. Если она сама не признается, то он из неё эти сведения выпытает. Или выкупит, это как пойдёт.       — Ты что-то долго. Что-то случилось?       — Да нет, — Аврелия передала пакет с одеждой магу, — Просто встретила оборзевших личностей, которые решили, что могут меня ограбить. Или похитить, я не разобралась. Пришлось задержаться и показать им, насколько сильно они были не правы. А потом пришлось прятать не шевелящиеся, но вроде живые тела. Знаешь, а мне нравится этот город, — без перехода продолжила молодая волшебница. — Может, стоит здесь задержаться, как думаешь?       — Как-то странно ты реагируешь на попытку твоего ограбления. Ну или похищения, это не так уж и важно. Любой другой подросток на твоём месте истерил бы, — заметил Грин-де-Вальд, разглядывая свою временную одежду. А то, что одежда временная, он не сомневался. В любой другой ситуации он даже под страхом смерти не надел бы этот ужас. Маг всё же родился в девятнадцатом веке, и современные джинсы и футболки приводили его в ужас.       — А я что, похожа на обычного подростка? — удивлённо поинтересовалась Аврелия. — Меня пытались убить ещё до моего рождения, так что я привыкла. Только за последние четыре года меня пытались убить семь раз. Хорошо, что в этом году меня признали эмансипированной, и я теперь не обязана кому бы то не было подчиняться. Прямо подарок судьбы, — на этих словах девушка немного нервозно улыбнулась. И без перехода продолжила. — Не переодевайся пока, я сейчас проведу обследование и если всё нормально, то я всё же займусь твоей молодостью.       — Не хочешь всё же рассказать мне, что это за эликсир и его влияние на мой организм? — не стал спорить и возвращаться к предыдущей теме Грин-де-Вальд, и с некоторым облегчением, в котором он никогда не признается, отложил ужасающую его одежду.       — Да не особо, — хмыкнула волшебница, рукой указав магу на кровать. Тот не стал противиться и покорно лёг. — Но я так понимаю, что ты от меня не отстанешь, — скорее утвердительно, чем вопросительно сказала Аврелия и посмотрела в глаза лежащего перед ней мага. Он согласно кивнул. — Ну и ладно. Ты и сам бы смог понять, что это за эликсир, если бы хорошо подумал головой. Впрочем, что ожидать от человека, пятьдесят лет просидевшего в тюрьме в одиночестве, — последнее предложение Поттер сказала как бы сама себе, но так, чтобы волшебник точно услышал. И он услышал, и заскрипел зубами, но решил пока не обращать на эти подколки внимания. У него ещё будет время отыграться.       — Ну так просвети недогадливого меня, — сыронизировал Геллерт.       — Всё очень просто. Это эликсир жизни, полученный из философского камня, — шок, это по нашему. Геллерт всего ничего знал Поттер, но уже даже не удивился. Подумаешь, какая мелочь, всего-то легендарный эликсир из не менее легендарного камня. Ничего удивительного.       Грин-де-Вальд посмотрел на юную ведьму. Судя по её немного разочарованному лицу, она явно рассчитывала на куда более бурную реакцию, чем просто расфокусированный взгляд. Но у Геллерта всё же намного больше опыта, чем у ведьмочки, и он сумел скрыть свою реакцию, в отличие от неё. Хотя для своих пятнадцати лет, она очень неплохо владеет своим лицом.       — Скажи мне, милый ребёнок, откуда у тебя философский камень? — отстранённым голосом поинтересовался всё же шокированный чародей.       — Я не ребёнок! — чуть ли не прошипела Аврелия.       — Да ну? Правда что ли? — с издёвкой спросил Грин-де-Вальд.       Теперь настала очередь Поттер скрипеть зубами. Она явно хотела очень много высказать своему будущему наставнику, но промолчала. Очень выразительно промолчала. У Геллерта даже сложилось впечатление, что если бы он не был ей нужен, то она от него немедленно бы избавилась. Грин-де-Вальд остался доволен небольшой проверкой. Поттер отлично держит себя в руках, а контроль над мимикой придёт с опытом.       — Ты не ответила на вопрос. Откуда у тебя камень?       — Украла, — нехотя буркнула Поттер. Грин-де-Вальд аж подавился от такого заявления. —Даже не пытайтесь умереть раньше времени. Если понадобится, я вас и с того света достану, — Аврелия подала своему снова подавившемуся будущему наставнику воды.       — Мне уже страшно спрашивать, но ты камень у Фламеля украла? — осторожно поинтересовался Грин-де-Вальд.       — Нет конечно! За кого ты меня принимаешь? — возмутилась девушка. — Я украла его у Дамблдора.       — А у него он откуда?       — А вот он уже украл у Фламеля. Вот только не так уж Фламель и наивен, как думал Дамблдор, — Аврелия рассмеялась над наивностью самого Дамблдора. — Фламель чуть ли не каждое столетие подобную кражу камня устраивает. Подсовывает заинтересовавшим его магам подделку, строит из себя немощного старика и смотрит, что те предпримут. Своеобразная проверка на вшивость. Дамблдор не прошёл.       — И где ты раздобыла подобную информацию? — Геллерт даже не скрывал своей заинтересованности и злорадства над бывшим другом.       — У Фламеля. После того как я увела подделку из-под носа Дамблдора, я сделала себе небольшой запас эликсира и отправила камень обратно Фламелю, с советом лучше выбирать себе друзей. Мне было почти двенадцать, Фламелю почти семьсот. Нет ничего удивительного в том, что он нашёл меня уже через пару месяцев. С тех пор и общаемся потихоньку.       — Как ты смогла сделать эликсир?              — Это не так уж и сложно. На исследования у меня ушло всего несколько недель. Ты бы и за пару дней справился. Хотя как потом рассказывал Фламель, есть два способа создания эликсира. Первому он учит заинтересовавших его личностей. Какой-то сложный, долгий и энергозатратный ритуал, я до сих пор не разобралась в нём. А второй намного проще, он сам им пользуется. Сказать не могу, я дала клятву. Если тебе интересно, я вас потом познакомлю и ты сам у него спросишь, — но если судить по интонации, с которой девушка озвучила это предложение, знакомить она их не хочет. Да тёмному лорду этого и не хотелось. Он не сомневался в опасности одного из самых старых волшебников в мире. Но его заинтересовало другое.       — Если ты дружишь с Фламелем, то почему попросила стать своим наставником меня, а не его? — от Геллерта не укрылось то, что Поттер от этого предложения передёрнуло.       — Я конечно немного с прибабахом, но не до такой степени, чтобы отдать Фламелю власть над своей жизнью. Кто знает, что на уме у этого старика. Я вот почти уверена, что до конца ученичества я у него не дожила бы. Моя интуиция прямо вопила об этом, когда Фламель предложил стать его ученицей. Самый страшный момент в моей жизни. И отказаться страшно, и соглашаться смертельно опасно. Меня потом предки неделю успокаивали.       — Ты же говорила, что осталась последней из рода? Какие предки? — удивился Грин-де-Вальд. Поттер аж скривилась от осознания своего косяка.              — Узнаешь, когда станешь моим наставником. Но могу тебе поклясться, я действительно последняя из рода. Значит так. По результатам диагностики, могу сказать, что ты вполне готов к омоложению. По крайней мере умереть не должен. Так что не будем тянуть время и приступим к процедуре прямо сейчас, — Геллерта уже стала раздражать манера резко менять тему разговора. Но ничего говорить сейчас он не стал и взял протянутый флакон с золотистой жидкостью. — Ради безопасности, я тебя усыплю. Мне так легче будет контролировать процесс омоложения. Так что ты сейчас уснёшь и проснёшься уже молодым.       Грин-де-Вальд глубоко вздохнул и смирился с творящимся произволом. Не став тянуть время, он выпил эликсир. Аврелия тут же наложила на него сонные чары. Последнее, что запомнил маг, было то, что Аврелия наклонилась над ним и стала что-то колдовать.