Часть 7
8 января 2023 г., 03:59
Назойливые толчки резко вырывают из сна. Кажется, бьют коленом, потому что ощущения не из приятных. Чонгук шевелится, открывает глаза и закрывает обратно, потому что в полной мере чувствует резко пришедшую головнуют боль.
— Совсем охренел? — сглотнув стон, сонно мямлит Чонгук.
— Нет. Охренел ты, я еле тебя разбудил. — доносится сверху недовольно.
Тэхён сам встал только недавно. Его разбудил Намджун и попросил поднять Чонгука, потому что видите ли тот ему нужен, а сам куда-то свалил. Вставать не хотелось, к тому же, из-за этого у Тэ теперь плохое настроение, которое он конечно же выльет на того, кого не жалко. А тут, как назло, этого деда разбудить не получается.
Чонгук морщится, понимая, что нужно идти собираться. Встаёт и тут же оказывается почти у Тэхёна на руках, но вовремя подхватывает себя вдруг ослабевшими ногами и, шатаясь, бредёт дальше.
Сейчас Тэхён реально испугался. Хотел накричать на Чонгука за неудавшуюся шутку, но посмотрев на него снова, ещё сильнее напрягся. Выглядел он, мягко сказать, неважно. Его можно спутать с ходячим, которых на улице прут пруди. Чёрные волосы влажные из-за пота, движения слабые — вот-вот рухнет.
— А ну стоять! — зло вскрикивает Тэхён.
Он подлетает быстрее, чем Чон успевает среагировать, и кладёт руку на лоб. Чонгук тут же отмахивает его от себя. Прикосновения его раздражают, тем более, от этого распиздяя. Тем временем Тэхён неотрывно смотрит, а его брови съезжаются, от чего на коже появляются складки.
— Кажется у тебя жар. — констатирует он.
— Само пройдёт. — Чонгук отмахивается и идёт дальше.
— Но… — хотел продолжить Тэхён.
— Ой, — раздражённо рычит Чон. Горло отозвалось болью. Останавливается и разворачивается. — только не разыгрывай мамочку, мне одной хватает. — намекает на Намджуна.
— Если об этом узнает Хён… — складывает руки на груди.
Кажется, Тэ нашёл рычаг давления на Чонгука и очень этому рад. Это доставит кое-кому массу раздражения.
— Не узнает, если ты будешь молчать. — через силу улыбается, стискивая зубы.
— И почему это я должен молчать…? — невинно хлопает глазами.
Хоть ситуация ему не нравится, всё же сердце у него есть. Он не хочет, чтобы Чонгук страдал, но его отношение выбешивает всё больше, что сдерживаться сил нет. Поэтому Тэхён выбирает тактику «отдавать то, что дают». Проще, зеркалить поведение человека. Насколько это поможет другому что-то понять, никто не знает, но Тэхён не горит желанием что-то объяснять Чонгуку, остаётся его изводить. А не любящий тратить время на отношения между людьми Чон и не поймёт. Это конфликт будет долгим.
— Потому что я по доброте душевной спасаю тебя от гибели. —
Чон не в состоянии придумывать что-то новое. Вообще что-то делать. Хочется сполоснуть лицо, чтобы хоть как-то привести себя в порядок.
— Ну не скажи. ты меня взял, потому что Намджун сказал. — Тэхён складывает руки на груди.
— Ты меня пришёл раздражать? Свали, а! — пробует надавить Чон.
Но Тэ махает головой. Что-то он осмелел. Он либо не понимает, что за его действия ему может прилететь, либо ему нравится выбешивать людей.
— Хорошо, хорошо, за мной должок. — вздыхает.
И это сработало. Тэхён ещё несколько секунд щурится на Чонгука, но потом всё же отпускает, чувствуя грань. Всё равно от него пока большего не допросишься. Тэхён увидел ещё тогда, на этом же самом месте, что Чонгук не любит, когда о нём заботятся, да в принципе, редко кого-то к себе подпускает, предпочитая думать, что справится, только не всегда это будет сходить ему с рук. В скором времени он может больно упасть. Тэхён чувствует благодарность к этому человеку и хочет помочь, но то, как он себя ведёт перечёркивает всё.
— Я ничего не видел и не слышал. Великий слепой. — закрывает глаза. — Только посмей не сдержать обещание. — тычет в него пальцем.
Ладно, если так хочет Чонгук, Тэхён не будет к нему лезть. Отпустит его с относительным миром, но никто не запрещал ему приглядывать за ним.
Намджун пришёл примерно через час и собрал всех за столом. Чонгук к этому времени успел привести себя в относительный порядок, а Тэхён чуть вздремнуть, поэтому утренний случай вылетел из головы.
— Так, сегодня мы идём за припасами. Я присмотрел в этом районе дом. —
— Думаешь, его не обшмонали? —
Чонгук развалился на стуле. Идея таскаться, теряя время, по неизвестно каким домам его не прикалывала.
— Я думаю, там есть хоть что-то. Выглядит нормально. Если что, там и сориентируемся. — задумался. — Я так понимаю, что сюда особо никто не заезжает. —
— Редко, потому что окраина. — вставляет лежащий на столе Тэ. Он всё ещё сонный. И сколько же ему нужно, чтобы выспаться? — Нецелесообразно. — говорит с явным отвращением.
Чонгук мычит в знак согласия, не желая тратить силы на объяснения, — Тэхён сказал кратко и чётко.
— А как вы вообще народ кормили? Неужели находилось столько. —
— Когда как. Кое-что выращивали, что-то приносят, пока хватало. Вылазки были скорей для развлекухи. — пожал плечами Тэ.
Этот разговор напомнил ему о его бывшем месте пребывания. Да, там и правда были все условия, чтобы не ютится, делать, что хотелось, и не испытывать недостатков. Тэхён определенно скучал по комфорту, но тут же откинул эти мысли, а для пущей уверенности потряс головой, чтобы ни одной не осталось. Такие мысли нужно пресекать, как только взойдут. О старой жизни стоит, нет, нужно забыть, всё равно возвращаться он точно не планирует.
Чонгук усмехнулся. Ему и так не нравились белые, а теперь ещё выясняется, что грабёж был лишь игрой, а не выживанием.
— Ладно давайте соберём все вещи. — Намджун стукнул по столу и встал. — Берите только нужное, сюда мы больше не вернёмся. —
— Что? Почему? — встрепенулся Ким.
Тэхён только задумался о какой-никакой стабильности, радовался что ад в его жизни закончился и теперь он сможет вздохнуть более менее спокойно, но тут ему заявляют о том, что снова придётся терять.
— Тебя бросили. Как выяснилось, за тобой могут вернутся, а нам не надо повторных событий. — необычно спокойно говорит Чонгук, отводит взгляд, а потом встаёт и уходит.
Чон не признаётся себе, но в глубине души ему жалко и до ужаса не нравится, когда люди так несправедливо поступают с другими. Да, Тэхён привёл белых, да, стрелял в него, но забрал его сестру не он. Только сам пострадал, решив сохранить Чонгуку жизнь, который то и делает, что огрызается на него по пустякам. Да, он тоже может быть жертвой. Чон почти уверен в этом. Как же он надеялся, что не ошибается на его счёт.
Чёткого плана действий у них нет и пока не появлялось, тем более у Тэ, который мечтал об расслабляющей ванной. Конечно, сестру спасать никто не отменял, но сплоченностью в группе так и не пахло. Они просто сбились в одну кучу и барахтаются на грани, пытаясь что-то сделать, только замедляя друг друга. Уверенность в спасение Наён меркла день ото дня. Пора им уже поговорить и договорится, тем более, когда к ним причалил ещё один ребёнок, которого придётся оберегать.
Тэхён даже не стал возражать на слова Чонгука о том, что его снова могут забрать. Отчасти есть его вина во всём том, что случилось. Может если бы не он, ничего бы не случилось. Тем более он не горит желание возвращаться.
Рядом с этими ребятами, Тэхён снова начал чувствовать давно забытые чувства. Они дали ему небольшую защищенность, от этого спокойнее, а больше ничего не надо. Если что, потерпит — это единственное, чему его всё-таки научил Хосок со своей идеей очищения человечества от порочных и грязных людей. Хотя сам не лучше. Как же Тэхён ненавидит его за этот бред. Хочется вырвать этот кусок дерьма из себя.
Тэхён не осознает, но он уже готов сделать много чего для тех, кто его буквально вырвал оттуда и не оставил. Да, они знакомы от силы день, только больше боли ему доставили совсем не они. Это подкупало. Он нутром чувствовал, что заботливый, как старший брат, Намджун и даже резкий, вспыльчивый Чонгук, не желают ему зла. Они не заставят чувствовать всё, что раньше было с ним.
***
Чонгук шёл позади, смотря себе под ноги. Сказать, что ему плохо, ничего не сказать: голову постоянно сдавливает, а тело слабеет с каждой минутой, что хочется просто лечь на холодную сырую землю и остаться тут. Раненую ногу он просто не чувствовал, это радовало. Только жаловаться он не собирался. Не хватало ему ещё валятся и снова тратить время. Намджун и Тэхён тихо разговаривали, в основном не о чём, не замечая Чонгука. — Чонгук, а ты чем занимался до апокалипсиса.— поинтересовался Тэ. Чонгук недовольно прорычал. — Ничем особенным. — Тишина наполнила атмосферу. Тэхёну стало неловко, и это поубавило его пыл. Больше Чонгука он не о чём спрашивать не будет. — Ладно, не будем отвлекаться. — отозвался Намджун. — Мы уже пришли, вот и он. — Дом и правда выглядел хорошо, будто и не было всего того ужаса, что царил вокруг. Этот участок земли будто под куполом, защищавший атмосферу прошлого. Хотелось здесь остаться. О случившимся напоминала лишь небольшой хаос на участке: в основном всё заросло травой, дерево неподалёку доставало до земли своей кроной. Видимо, раньше на нём висели качели, но сейчас на ветке осталась лишь одна верёвка. Сам дом был двухэтажный, почти такой же как и у самого Чонгука, но больше. В нём можно было бы поместить не одну семью. И почему он раньше не видел этот дом, хотя исходил свой район вдоль и поперёк. Намджун поднялся по лестнице и подёргал дверь. Она не подавалась. — Придётся искать другой вход. Подождите здесь. Я открою вам дверь. — Намджун зашёл за дом и исчез из поля видимости. — И как ты планируешь лечится? — осторожно спрашивает Тэ и сложил руки на груди, спасаясь от холода. — Намджун рано или поздно заметит. — — Тише. — всё, что сказал Чонгук. Тэхён снова повернулся к дому и тут же раздался звук разбитого стекла. Чонгук напрягся. Намджун теперь в доме, и мало ли что там может быть. Но уже через несколько минут послышались новые шорохи и дверь распахнулась. Из проёма выглянул целый и невредимый Джун, приглашая войти. Тэ и Чон без раздумий зашли внутрь. Небольшой кавардак и запах пыли встретили их. — Так, — Намджун повернулся. — Чонгук иди на второй этаж, мы с Тэ проверяем первый этаж и подвал. — Оба мысленно согласились с распределением и без разговоров пошли по своим точкам. Правда Чонгук не подумал о ноге и как он будет взбираться по лестнице. Благо, она была цела и устойчива. Почти без проблем поднявшись наверх, Чон осторожно заходит в первую комнату, внимательно осматривая всё вокруг. На стенах пастельно розовые обои в полоску, на потолке висят блестящие украшения, высокая светлая кровать, выполненная в винтажном стиле. Золотые вставки на ней гармонично вписываются в антураж, не удешевляя стиль. Чонгук проходит к столу у окна, выходящие на задний двор. Там он замечает небольшую площадку для игр, поросшую травой, которая местами уже начала высыхать, и грязный надувной бассейн, валявшийся непонятной кучей в стороне. Да уж, скоро придут холода, до этого времени нужно разобраться со своими проблемами. Отрывается и снова смотрит в комнату. В углу валяются мягкие игрушки. Чонгук поднимает одну из них. Это розовый единорог, он в пыли и немного порван на ноге. Похожего Чонгук вытащил из игрального автомата, когда они с сестрой ходили по магазинам. Она посмеялась над таким подарком, так как была уже взрослая для подобных игрушек, но всё же поставила на полку в знак любви. Позже она не разрешила его выбрасывать, и он переехал вместе с ними в новый дом. Чонгук бережно отряхивает игрушку, глупо улыбаясь, и кладёт его на полку. Тут его взгляд цепляется за белые створки, совсем тонкие, чтобы выполнять роль дверей. Они служат лишь для красоты и, обычно, для разделения двух детских комнат. Чонгук рывком открывает створки, а за ними и правда детская комната, только не успевает он осознать, как к его ноге подскакивает ребёнок, правда, давно холодный. Клацая своими уцелевшими зубами, оно силилось достать до свежего мяса. Чонгук успел руками уткнуться в голову, не давая укусить. Ему стало тошно. Когда-то это было обычным ребёнком, как его сестра когда-то, а сейчас это лишь оболочка, не чувствующая ничего. От чего-то стало так грустно, что перехватило дыхание. Чонгук, увлечённый своими мыслями и защитой ноги, не заметил, как с пола поднялась ещё одна такая же оболочка, только больше. Женщина. Скорее всего мать.***
— Хён, тут ничего. — кричит Тэхён. Он тянется за пачкой печенья из верхнего шкафчика. Одно неосторожное движение и она падает на пол. Подбирает её, вертит ища срок годности, удостоверяясь в своих суждениях, и для пущей убедительности стучит ею по столу, понимая, что они дубовые. — Всё просрочено. — грустно подытоживает он. Намджун выхватывает упаковку из рук Тэ. — Сойдёт. — и несёт её на большой стол. Тэхён недоверчиво хмурится, морщит нос, кривит губы и всё не решается спросить. Думать о том, что они будут есть просрочку не хочется. — Пошли, возможно, внизу есть что получше. — Намджун машет рукой и выходит из кухни. В доме есть не только второй этаж, но и подвал, там может быть что-то полезное. Вполне возможно, заготовки и алкоголь. — Иди без меня. Я сейчас приду. — кричит в след Тэхён. Он дожидается, когда шаги хёна стихнут, и открывает шкафчик рядом, доставая оттуда коробку с кучей лекарств. Она сразу же летит в бездну рюкзака, который ему любезно выудили из старых вещей Чонгука, только сложить в него Тэ было увы нечего. Тэхён не знает, почему так и не сказал ничего Намджну, а теперь ещё не показывает медикаменты. Может потому, что у него договор, а возможно, потому что его попросил Чонгук. Точно он всё равно не знает, отдавая управление сердцу. Тэ убирает рюкзак к стене и направляется к лестнице. Она встречает его темнотой и, неожиданно, грохотом. Сначала несколько странных звуков, а потом голос Хёна. — Тэхён, уходи! — зло кричит Намджун. Но Тэхён не может сдвинутся с места. — «Что случилось? Может позвать Чонгука? Закричать? Убежать? Бросить?» — слишком много мыслей, которые буквально пригвоздили к полу. В темноте можно различить силуэт Хёна, который кажется от кого-то отбивается, скидывая мебель и кидая предметы. Он благополучно добирается до лестницы, пытается закрыть дверь, но её зажало каким-то мешком. Тэхён до сих пор ничего не понимает и не видит того, с кем сражается Намджун. Это должно быть выглядит забавно, но вот на деле тело охватывает ужас и страх, когда видишь его больше в глазах другого. Только после нескольких толчков, дверь всё же поддаётся и закрывается. Намджун наваливается на неё, чтобы сдерживать то, что пытается выйти наружу. — У них тут что, дискотека была? — неудачно шутит Намджун и чувствует спиной толчки. Скребущие звуки по дереву нагоняют жути. Джун перехватывается и теперь чуть отлипает от двери. Звуки не угасают. — Что там? — испуганно спрашивает, наконец пришедший в себя, Тэхён. — А ты как думаешь? — пытается отдышаться. — Чуть не сцапали. — Тэхён иди к Чонгуку и спрячьтесь куда-нибудь. Я долго не смогу их держать. — — Но я не смогу. А как же ты? Может Чонгук… — — У Чонгука нога. А ты сможешь убежать? — по взгляду Намджун всё понял. — Я собираюсь увести их отсюда. Пожалуйста, найди Чонгука. — Тэхён колеблется. — С вами, а тем более с тобой, Тэхён, ничего не случится. Я вернусь за вами, обещаю. — уверенно смотрит в глаза. — Удачи, Хён. Не смей умирать. — шипит Тэхён.***
Чонгук уже мысленно попрощался с жизнью, как из коридора заскакивает парень, и одним точным ударом режет прогнившую шею, которая легко спадает с плеч и падает на пол, заливая его красными каплями. Маленькое тельце, подёргавшись в конвульсиях, отлипает от ноги Чонгука и валится туда же, забрызгивая окружение. На незнакомце надета кепка, поэтому Чонгук сначала его не узнал, только когда он заглянул в глаза, понял, что это был тот же рыжий парень-ниндзя, которого он встретил в той высотке по «удачному» стечению обстоятельств. Почему они встречаются уже второй раз? Их что к друг другу магнитом тянет? Женщина уже совсем рядом и кажется переключилась на другого. Она определённо побежит за ними. Тонкую дверь запирать уже нет ни времени ни возможностей. Поэтому незнакомец хватает Чонгука и выпихивает его из комнаты, ведя как можно скорее вниз по лестнице, и запихивает вместе с собой в каморку под лестницей. Оба затихли. Слышно, как мертвец подходит к лестнице и издаёт непонятные хрипения, но не следует вниз, оставаясь где-то наверху. Почему? Было бы лучше, прокатись бы это по лестнице, даже думать не надо, как расправляться с ходячим. Почему оно не идёт вниз? Но на раздумья нет времени. Парни снова что-то услышали. Кто-то стремительно приближался к ним. Он сбавил обороты у лестницы. — Чонгук?! — осторожно вскрикивает Тэхён. Чонгук видел его в щёлку между брёвнами. Тот не дождавшись ответа, взбирается вверх по ступенькам. — Чёрт, Тэхён! — шепотом сказал Чонгук, стукнув кулаком о дерево, но, как и предвиделось, его уже не слышат. Чон сделал несколько шагов назад к двери, но его останавливают. — Уйди! — шипит на незнакомца. Нет. Тэхён точно не должен туда идти. Что его угораздило? И где Намджун? Чонгука не понимает, почему незнакомец останавливает его. То спасает, то оставляет на произвол судьбы — его не поймёшь. Только Чон знает, что без помощи кое-кому не жить. Тэхён не справится с ходячим. Не приспособлен он для этого. Они всё ещё могут помочь Тэ. Чонгук снова предпринимает попытку, и не смотря ни на что, открывает дверь. — Ты хочешь, чтобы тебя съели? — хватает за руку. Чон задумался. Его незажившая нога явно убавляет шансы на спасения не только себя, не говоря уже о другом. Почему он не проверил дом на наличие мертвецов? Почему забыл о банальной безопасности? Но с руками у Чонгука всё в порядке. Он обязан хоть попытаться помочь. Делает шаг, но его за плечо откидывают обратно. Оказывается, что незнакомец не такой уж и слабый, как кажется при взгляде на его тело и рост. Нет, рост совсем обычный, просто… неожиданно. — Блять, сука, да почему же все такие… — рычит парень. — Сиди здесь! — Рыжий захлопывает дверь за собой и быстро следует вверх по лестнице. Слышно какой-то грохот и сдавленный крик Тэхёна. Кажется Чонгук лишился души в этот момент. Он утыкается лицом в руки, сдавливая его. Ноги совсем перестали держать. Он опёрся о стенку спиной. Не может он ничего не делать, когда там кто-то умирает. С силой сжимает кулаки, впиваясь в ладони ногтями. — Шуга, там… — знакомый голос выводит Чонгука из мыслей. Двери снова открываются, кого-то запихивают внутрь и снова полутьма. Можно лишь различить глаза напротив. Сердце почти останавливается, когда на руках оказывается живой Тэхён. Они стоят вплотную прижаты к друг другу, потому что место в этой комнатушке для троих маловато. Чон бы ещё чуть-чуть подольше всматривался в глаза Тэхёна, которые оказывают магический обезболивающий эффект. Как будто груз с души упал. Тэ наваливается на Чонгука тяжело дыша, поддерживая себя руками. Он сильно испугался и, кажется, сейчас грохнется. Сердце никак не может успокоится. Слишком тесно, громкое горячие дыхание Чонгука над ухом. Хорошо, что в каморке темно, а то бы Тэ уже умер со стыда. Задевает ногу и чувствует вибрацию в его груди, Чонгук не сдержал стон, потому что не ожидал боли. — Хён, там ещё Намджун. Он мертвецов отгонял, которые внизу. — непонятно кому говорит это Тэ. Шуга что-то бурчит и выходит из каморки. Да, без одного человека явно стало свободнее, но ни один не стал двигаться. Стояли, боясь пошевелиться. — Можете выходить. — Шуга открывает дверь и наконец высвобождает этих двоих. Свет проникает внутрь отрезвляет. Тэхён снова кажется обычным. — Может слезешь с меня? — рычит Чон. Тэхён впопыхах выходит. Чонгук следует следом из темноты на свет, неприятно щурясь от ощущений в ноге. Такие перегрузки ей ещё нельзя давать. Кажется, голова закружилась. Чонгук вертит головой пытаясь прийти в себя. Нащупывает рукой стенку и сползает по ней вниз. — Чонгук?! — подрывается Тэхён. Трогает Чонгука за щёки и лоб, проверяет температуру. Сам Чон уже не может воспротивится, лишь ловит одну руку останавливая, и смотрит в беспокойные глаза Тэ. — Шуга не поможешь? — Тэхён уходит в комнату и возвращается с аптечкой. — Я понятия не имею, что нужно. У него жар и. — его руки трясутся и он не может нормально открыть коробку. — Я так и думал, что ты заболеешь. — говорит запыхавшийся Намджун, который вернулся с «пробежки» и заметил кое-кого почти без сознания. Конечно, он будет злится. — Не надо ночью по улице скакать. — — Не бухти. — Чонгук хватается за голову, понимая что пришло самое страшное. Намджун недоверчиво смотрит на незнакомца, но больше его беспокоит Чон, поэтому первым делом он забирает аптечку у Тэхёна, ища всё нужное. — Намджун, прости, я виноват. Нужно было тебе рассказать. — рядом Тэ. — Тэхён, давай потом. — отмахивает. — О, антибиотики. — достаёт какую-то баночку с порошком. — Тэхён, не поможешь? — кладёт в руки ему что-то. — Знаешь что? Карма тебе, Чонгук. Тут обезбола нет. — достает шприцы. Они вместе переносят Чонгука в гостиную и кладут на диван. Джун как самый умный и опытный снова решает проблемы, которые по глупости снова учудили дети. Он смешивает два препарата: порошок и воду для инъекций, чтобы вколоть антибиотик прямо в ногу. Обезболивающее отличается от воды тем, что ты практически не чувствуешь боли от укола, а тут его как раз не оказалось. — Будет больно. — предупреждает Намджун спокойным голосом, протирая место для укола. Чонгук кивает, но лучше бы он просто умер. На самом деле это был ад. Боль несколько раз прокатилась волной по телу, от чего Чонгук сначала пришёл в себя, а потом чуть не откинулся, отключившись.
