Another's

Утро начинается не с кофе, а с интенсивной тряски за плечо. Крис недовольно мычит и пытается отмахнуться от чужой руки. Она, честно говоря, всегда рано вставала и много работала. Но после вчерашнего нестерпимо хотелось спать. – Крис, я сейчас подожгу тебя, вставай! – раздался знакомый голос прямо над головой. Эта угроза, само собой, подействовала. Крис подскочила на месте, едва не падая с кровати. – Это шантаж, – заявила она, протирая глаза. Огляделась. – Это был не сон... – Нет, – Маша уже была одета и явно готова идти в бой. – Вставай давай. – Надеюсь, тебе не пришлось спать на полу... – зевнула Крис. – Ага, размечталась, – фыркнула Маша. – Я бы скорее тебя на коврик под дверью спихнула. – Ну да, логично... А... так вот почему мне было так жарко ночью... – Ты всё равно лезла обниматься, – кареглазая подошла к своему шкафу и вынула оттуда примерно такой же комплект одежды, как и у себя. Чёрные штаны, чёрная рубашка, правда, с одним отличием в виде капюшона и чёрные ботинки. – У тебя есть ещё одежда? – Крис спросонья порой запускала рубрику «самые идиотские вопросы этой вселенной». – Нет, я всю жизнь хожу в одном и том же. Крис, не тупи с самого утра, одевайся, чтобы хотя бы не так сильно выделяться. – И как мне это поможет? Меня всё равно никто тут не знает. Увидят – убьют. – Тебя так хотя бы издалека будут принимать за человека огня, – Маша пихнула ей в руки комплект одежды. Отошла к окну, отворачиваясь. – Я не смотрю. Крис фыркнула от возмущения и начала в ускоренном темпе переодеваться. Маша честно не поворачивалась. Но у Крис в этот момент создалось пугающее впечатление, что у шатенки и на спине глаза есть. Кто их знает... Она оставила свои перепачканные в земле и траве вещи на краю кровати, а сама облачилась в чёрные штаны, рубашку, ботинки... Ткань у всего этого действительно была тонкой и лёгкой. Никакой духоты не ощущалось. – Я всё, – сообщила она. Маша повернулась, рассматривая её со своей фирменной, слегка насмешливой улыбкой. – Всё не так плохо, – сказала она, сокращая расстояние и самостоятельно накидывая на её голову капюшон. Крис в этот момент оставалось лишь надеяться, что Маша не слышала, как заколотилось её сердце. – Люди огня в основном темноволосые, – пояснила шатенка, заправляя светлые пряди за её уши. – Блондины или даже русые считаются чем-то вроде альбиносов и всегда привлекают внимание. Оно нам сейчас ни к чему. – Хорошо, – Крис внутренне радовалась, что в доме стояла полутьма. Так хоть не было заметно, насколько сильно она покраснела. – Всё, теперь идём. Девочки нас уже ждут. – Во сколько вы встаёте? – У нас тут нет точного определения времени. Мы ложимся, когда солнце заходит, и встаём с рассветом. По вашему, где-то в четыре-пять утра. – Это мазохизм, – Крис фыркнула и послушно направилась вслед за Машей. Она тем временем ещё раз выглянула в окно, убеждаясь, что на улице никого нет, и открыла дверь. В глаза Крис ударил яркий свет, едва не ослепляя. Солнце ещё было низко и било в лицо прямо из-за стоящего напротив дома. Маша схватила её за локоть и потащила за собой. Под их ногами тихо шуршал серый гравий, где-то вдалеке слышались голоса людей, то, как кто-то открывает ставни. Из-за угла одного из домов вдруг вылетело двое мальчишек лет по девять. Оба в таких же чёрных комбинезонах, только маленьких. Они кидали друг другу небольшой трепещущий шарик из огня, будто играли в мяч, и громко смеялись. Один из них, завидев девушек, притормозил и дал Маше кулачок. После чего дальше понёсся со своим другом, не обращая на Крис никакого внимания. – Я смотрю, ты пользуешься популярностью у детей, – хмыкнула Крис. – Это да, – отозвалась Маша. – Дети у нас дружелюбные. Не обижают животных и тех, кто младше и слабее. А к молодым у них вообще отдельная любовь. – Интересно, а животные у вас тоже... не такие, как по ту сторону Границы? – осторожно поинтересовалась Крис, уже боясь услышать ответ. – Нет, конечно, мы держим летающих тиранозавров, – фыркнула Маша. – Тебе ещё о многом предстоит узнать. – Не пугай меня. – Невероятные и опасные существа у нас правда есть, – отозвалась Маша с непринуждённой улыбкой. Крис поперхнулась. – Но они безобидные, если не дразнить. Да и встречаются довольно редко. Вообще, у каждого жителя Старого Света, да и в целом, всего мира Иных, есть своя, так сказать, зверюшка... – Стоять, – перебила её Крис. – Я опять запуталась. Что за Старый Свет, что за зверюшки... Почему у вас всё так сложно? – Ну... Старый Свет – это, если говорить простыми словами, как территория России, только в Ином мире. Просто именно эта часть нашего мира образовалась самой первой. У нас нет названия стран. Только три части Света: Старый, Новый и Ледяной. – Ледяной тут каким боком? – жалобно уточнила Крис. Маша хихикнула. К этому времени они уже зашли в лес и шли между деревьями. – Это самая маленькая часть Света. Там живёт всего несколько тысяч Иных. Они управляют зимой. Делают снег, лёд... Смотри, всё это сложно понять, но возможно. В Старом свете живут, по вашему, славяне. Русские, украинцы и так далее. Это самая древняя часть. А Новый Свет – самая новая, но самая многочисленная по количеству населения. Там мешается вся Европа и Америка. Иные живут большими городами, маленькими деревнями... Но разделения по странам нет. Все они говорят на разных языках, но каким-то чудесным образом понимают друг друга. – Откуда ты так много знаешь о мире людей? – Мы изучаем оба мира. Это необходимо, чтобы создавать равновесие в природе. Да и, как видишь, у нас много чего есть из мира людей. Некоторые предметы быта, схемы строительства домов, книги. – В мою голову за последние сутки поступило слишком много информации, – вздохнула Крис. Они к этому времени дошли до нужной полянки и сели на траву. – А что ты говорила про... зверюшек? Меня до сих пор этот факт напрягает. – У каждого из нас есть своё... так скажем, тотемное животное. Они появляются, когда человек совершает какое-то достижение. У каждого оно своё. И конечно, не совсем обычное. Мы не зовём их просто животными. Они скорее наши Спутники. Рождаются из нашей энергии и защищают на протяжении всей жизни. – И какой же у тебя Спутник? – Собака. Она появилась, когда мне было одиннадцать. Тогда я впервые сумела взять силу под контроль и предотвратила возгорание, которое чуть не устроил один парень из нашего класса. Перевела огонь в свои руки и погасила. Тогда и появился мой Спутник. – Собака? – Крис удивлённо приподняла бровь. – Даже не трёхголовая, – рассмеялась Маша. – Просто собака. С виду. Но она тоже обладает особой силой. В трудную минуту она указывала мне путь. – И где же она? – Мы не держим Спутников в доме. Предоставляем им полную свободу. Они приходят, когда захотят. Или когда мы зовём. – Просто ради интереса. Какой Спутник у Тани? – Огромный страшный волк. Он появляется очень редко. И совершенно не хочет идти на контакт с другими зверями. Волк-одиночка. Полностью передаёт характер Тани. – Характер Тани – это огнедышащий дракон. – Драконы у нас тоже есть. – Ты ведь шутишь? – Они вполне милые, если не дразнить. И встречаются довольно редко. Только у людей огня. – Я не удивлена, – Крис зевнула. Не так-то просто почувствовать бодрость, когда трава до сих пор покрыта холодными каплями росы, а в воздухе стоит туманная дымка. Какое-то время они молчали. А потом земля вновь мелко затряслась. В этот раз Крис почти не испугалась. Тряхнула головой, чтобы сбросить остатки сна, и морально приготовилась снова испытать на себе тонкий юмор Тихой. А она снова появилась на своём земляном сёрфинге (Крис не знала, как ещё описать это явление). Но в этот раз Тихая ехала не одна, а с Таней, которая крепко обнимала её со спины, боязливо глядя под ноги. Возле сидящих на земле Маши и Крис девушки соскочили с пульсирующего бугорка и последние пару метров прошли ногами. Земля тут же выровнялась и перестала дрожать. – Пешком вы вообще не ходите? – поинтересовалась Крис. – Мы опаздывали, – оправдалась Тихая. – Она лихачит. Несколько раз чуть в дерево не влетели, – пожаловалась Таня, оглядывая подруг. – Маш, ты ей костюмчик выделила? А что, выглядит неплохо. Даже лучше, чем вчера. – Да, кстати, – вспомнила о своём праведном негодовании Крис, – спасибо за принесённые извинения! Конечно, я простила тебя за то, что разукрасила мне пол-лица. – Ты хотела меня ударить, – невозмутимо и без капли раскаяния ответила Таня. – Могла ударить в ответ. Ожогам я бы с удовольствием предпочла разбитый нос. – Тут никто не умеет драться руками. – Действительно, зачем вам это? У вас же всегда при себе газовая горелка, встроенная в обе ладони. – Ну ладно, прости, – сдалась Таня, садясь рядом. – Как трогательно, – фыркнула Крис, отодвигаясь от неё. Маша и Тихая молча наблюдали перепалку, решив не вмешиваться. Правда, через несколько секунд и спорщикам пришлось угомониться. Потому что в этот момент откуда ни возьмись налетел лёгкий порыв ветра. Практически неощутимый, прохладный, бодрящий. Он не был похож на тот ветер, который дует в мире людей. Он вызвал не мурашки по коже, а... по сердцу. Крис почувствовала внутри странную дрожь. А все остальные сразу затихли. – Шухер! – шепнула вдруг Тихая, плашмя падая на землю. Маша и Таня рухнули следом. А Крис всё так и стояла, пытаясь прислушаться к своему внутреннему голосу, который прямо сейчас что-то кричал у неё в голове. Маша в итоге приподнялась и дёрнула её за руку, роняя рядом с собой. – Заторможенная она какая-то, – не удержалась от комментария Таня. Тихая тем временем положила руку на землю, и на этом месте с едва слышимым воем и треском взросла небольшая, вытянутая кочка, которая сумела прикрыть их головы. – Что там такое? – Крис осторожно высунулась из-за низкого пригорка. Остальные трое повторили этот жест. А на открытую полянку рядом с холмом, на котором начинался лес, словно из ниоткуда, выбежала худая девчонка с блондинистыми волосами по лопатки. Выглядела она лет на шестнадцать, не больше. Одета она была в белую хлопковую рубашку со свободными рукавами и такие же свободные белые брюки. Она была без обуви и неслась через сырой, росистый луг так легко... будто летела. Именно за ней и нёсся поток этого бодрящего ветерка. Посредине лужайки девочка остановилась, повернувшись спиной к четверым шпионам, и начала совершать какие-то плавные, красивые движения руками. – Это человек воздуха? – шёпотом спросила Крис. – Это подружка Тихой, – также шёпотом отозвалась Таня. – Неправда! – зашипела на неё Тихая, отвешивая подруге подзатыльник. – Кого ты обманываешь? Ты катишь к ней с пятого класса. – Да я тебя сейчас!.. – продолжая шипеть друг на друга, коротковолосые откатились назад, пытаясь задушить противницу. Крис и Маша, не обращая на буйных подруг внимания, продолжали наблюдать за загадочными манипуляциями блондинки. – Что она делает? – спросила Крис. – Разгоняет туман. Люди воздуха всегда занимаются этим по утрам, – отозвалась Маша. Сзади них явно послышались призывы о помощи. – Слушай... Ведь огонь и земля – это наиболее разрушительные стихии? – снова подала голос Крис, оборачиваясь и наблюдая за происходящей свалкой. – В большинстве случаев. – Нам безопасно находиться рядом, когда представители самых разрушительных стихий дерутся? – Знаешь... нам стоит задуматься, – хихикнула Маша, хватая Таню за пятку и пытаясь оттащить от подруги. А те уже начали опасно приближаться к краю холма. – А я говорю, сейчас ты скатишься и подкатишься к ней, – шептала Таня, давясь смехом. – Таня, нет! – с угрозой в голосе шипела Тихая, пытаясь сбросить её с себя. Не тут-то было. Таня явно была сильнее. Кончилось всё тем, чем и должно было кончиться. Не удержавшись на краю холмика, обе девушки начали съезжать вниз, на лужайку. Прямо под ноги девочке. Маша приложила руку ко лбу, шепча себе под нос проклятия, а Крис спряталась за пригорком, стараясь не заржать в голос. Блондинка, услышав за своей спиной странные звуки, резко обернулась, отчего воздух взметнул её волосы вверх. Картина действительно смешная. Тихая и лежащая на ней Таня головами вниз катятся по травянистому склону и тормозят уже на лужайке, покрывая друг друга трёхэтажными оскорблениями. Но, остановившись, они обе замолчали. – Даша, – Тихая, лежащая на спине и слегка запрокидывающая голову, улыбнулась во все тридцать два, – привет. Даша какое-то время с приоткрытым ртом пялилась на них. – У вас... всё хорошо? – осторожно спросила она. – Да, да, – Тихой наконец удалось сбросить девушку с себя и вскочить на ноги. – Просто споткнулись. – А... – Даша понимающе кивнула. – А вы по очереди спотыкались или одновременно? – Одновременно, – отозвалась Таня, тоже вставая. Даша сделала шаг назад, опасливо глядя на человека огня. Более дружелюбно взглянула на Тихую. – Ну ладно, – сказала она. – Мне пора. Там... дела. Не спотыкайтесь. После этой фразы Даша резко развернулась и так же шустро убежала с лужайки, поднимая за собой очередной порыв ветра. – Я похороню тебя заживо, – прошептала Тихая. А Крис пока вылезла из-за кочки и, задыхаясь от смеха, уселась на неё сверху. Дома она так не смеялась... Маша тоже расположилась на пригорке, не выдерживая и начиная смеяться вслед за голубоглазой. – Что, Тих, подкатила? – поинтересовалась она, вытирая набегающие слёзы. Тихая в ответ коротко топнула ногой, и кочка под ними резко сровнялась с землёй, заставляя их упасть друг на друга. – Запрещённые приёмы пошли, – смеялась Крис, кое-как поднимаясь. – Тихая, ты мастер кадрить девушек. Тихая с мучительным стоном опустилась в траву, закрывая лицо руками. Таня, продолжая фыркать от смеха, поднялась обратно на холм. И уже с более серьёзной интонацией обратилась к Маше: – Ладно. Что будем делать с этой? Вам не удалось ничего больше выяснить? – Да что уж тут выяснишь, – вздохнула Маша. – Всё неспроста, это точно. Но вот что конкретно произошло... Похоже, нам придётся лазить по библиотеке, искать информацию там. – Маша, в нашей библиотеке около десяти тысяч книг. – Таня, большая часть этих книг является либо сказками для детей, либо ненужными нам энциклопедиями и кулинарными пособиями. Нам нужны книги из Тайного Сектора. – Почему Тайного? – влезла Крис. – Авторы книг из этого сектора... пытались объяснить необъяснимое. Эти книги самые старые, толстые и пыльные. В них написаны легенды, услышанные ещё нашими предками, странные явления в нашем мире. Странные явления, связанные с пересечением обоих миров. Но просто эти книги нельзя выносить из библиотеки. А если мы притащимся туда с тобой и будем ворошить древние тома, то это скорее всего будет выглядеть несколько подозрительно. – Нереально, – продолжала настаивать Таня. – В школе нам рассказывали много легенд. Но я не вспомню ни одной истории о человеке, перешедшем Границу. Ну, или что ты там такое... В этот момент к подругам поднялась и Тихая, не забыв отвесить Тане подзатыльник. – Что тут думать, – бодро сказала она. – Здесь всё должно быть взаимосвязано. Крис, ты замечала за собой что-то... необычное для человека? – Ну... я мало общалась с другими, – Крис снова уселась в траву. Три кареглазые повторили её действие. – Всегда была тем самым странным ребёнком, который уходил гулять в лес. – Кстати, – тут же перебила её Таня. – Я совсем забыла спросить... Ещё вчера подумала об этом, но не спросила. Ты довольно легко согласилась остаться здесь на неопределённое время. Но... тебя разве никто не ждёт там? Семья не будет переживать, куда ты вдруг пропала? – У меня нет семьи, – чуть помедлив, призналась Крис. – Ни семьи, ни друзей, никого. Я всегда жила будто отдельно от всего мира. Сколько себя помню, я росла в детском доме. Мои родители избавились от меня. Меня нашли в корзине на обочине, когда я была совсем маленькой. Кажется, мне было около двух недель. Три девушки вдруг заметно напряглись и переглянулись. Крис тоже напряглась. – Рассказывай дальше, – вкрадчиво попросила Маша. – Что с тобой происходило странного? Почему ты была... отдельно? – Ну... – Крис почесала затылок. – У людей это называется не социализированный ребёнок. У меня вроде и были друзья, но я всегда была молчаливой. Любила бывать на природе. Я часто сбегала из детского дома в лес. Уже в возрасте лет десяти спокойно могла выжить там. Так даже воспитатели говорили. И, наверное... было кое-что необычное. Я никому об этом не говорила, ведь кажется, что это бред полнейший. Но сейчас со мной происходит такое, что, похоже, мои странные догадки были реальностью. – Что такого странного? – нетерпеливо спросила Таня. – Мне всегда казалось, что природа... оберегает меня. Я могла уснуть в корнях дерева, в сугробе, на берегу реки. Я никогда не боялась грозы и дождя. Я всегда была уверенна, что беда обойдёт меня стороной. А в тот день я впервые почувствовала тревогу. Впервые подумала, что в этот раз природа меня не сбережёт. Поэтому рванула и попала в эту канаву. В общем... вот моя странность. Я никогда не чувствовала себя в безопасности рядом с людьми. А на природе ощущала спокойствие. Будто... будто была дома. Я боялась всего, помимо того, что не подчиняется человеку. – Думаю, это не так уж и необычно, – пожала плечами Тихая. – Наверняка многие люди любят природу и чувствуют себя там спокойно. – Про меня... многое рассказывали, – сказала Крис, снова опуская взгляд. – Каких только прозвищ не давали. Подкидыш, пришелец, лесной тролль. Странно, но я никогда не обижалась на это. Истории, который они придумывали, казались мне смешными и интересными. Но дружиться я всё равно не хотела. В целом, это всё, что могу рассказать интересного о себе. Я самая обычная сирота и девочка-неудачница. Но вот, что ещё было странно. Может, мне, конечно казалось... Но, когда я злилась, очень часто налетали порывы ветра. Я замечала это с детства. Будто... моё настроение может влиять на погоду. Но скорее всего это игры моей фантазии. – Я бы на твоём месте отнеслась к этому серьёзнее, – отозвалась Маша. – Это ведь... странно. Не исключено, что это действительно что-то значит. Раз уж ты попала к нам. Непонятно пока, что именно. Да и вообще... Твоя история загадочная. Подкидыш... Где вообще твои родители? – Я даже не знаю, как их звали, – Крис невесело усмехнулась. – Меня нашли на обочине рядом с лесом с запиской в корзине. Имя и дата рождения. Больше я ничего о себе не знаю. С одной стороны, это жутковато, конечно. Но с другой... зато я свободна. Могу идти куда захочу, хоть на край света рвануть, и никому не будет до этого дела. – Да, есть в этом свои преимущества, – вздохнула Маша, снова переглядываясь с подругами. – Непонятно... – Ну... Расскажите, что ли, тоже что-нибудь интересное. Например, вы очень кратко пробежались по истории причины начала войны. Пропала какая-то девочка, да? – Девочка, – усмехнулась Таня. – Если бы это была просто девочка, проблем не было бы вообще. Во-первых, никто не стал бы похищать дочь обычного горожанина. В этом нет смысла. Да и, даже если бы и стал бы, из-за этого не разгорелась бы такая бойня. – Похитили... ну, если говорить простым языком, принцессу, – добавила Тихая. – У правительницы воздуха была дочь. Новорождённая. Её и забрали. Неизвестно, кто. Но эта дура не нашла ничего лучше, чем обвинить во всё Машкиного отца. – Мой отец не умнее, раз повёлся на такую откровенную провокацию, – вздохнула Маша. – Ты вообще с ним не общаешься? – Приходится иногда. Но... я не считаю, что у меня есть родители. – Она всё детство ревновала его к своей сводной сестре, – встряла Тихая, за что получила убийственный взгляд. – У тебя есть сестра? – удивлённо спросила Крис. – Что-то вроде. У нас один отец и разные матери. Моя мама умерла, когда мне и года не было. А отец нашёл ей замену пару месяцев спустя. Я ненавижу его ещё и за это. Не то чтобы я ревновала... Просто как-то не поладили. Меня давно уже это не трогает. Крис чуть не ляпнула что-то по типу «хоть у кого-то из нас есть родители?», но вовремя прикусила язык. – Мне жаль, – сказала она. – И как теперь ваши отношения с людьми воздуха? – У Тихой, как видишь, прекрасно, – тут же высказалась Таня. После этого они чуть не подрались ещё раз ещё раз. Маша и Крис едва успели остановить катастрофу. – Если серьёзно... – задумчиво сказала Маша. – Мы не имеем ничего против. Мы не любим наших правителей, но любим наш народ. И под нашим народом я подразумеваю все четыре стихии, не только огонь. А вот люди воздуха настроены более враждебно. Не все, конечно. Та же самая Дашка неплохая девчонка. Но люди воздуха являются народом со стадным чувством. Все они идут за своим предводителем. А она немало сплетен о людях огня придумала. Я, конечно, понимаю, что потеря единственного ребёнка – это горе. Но развязывать из-за этого войну, которая может уничтожить весь мир... – Каждый из четырёх наших правителей – тот ещё идиот, – сказала Тихая. – Главарь людей земли изначально кричал о том, какие люди огня плохие, что украли эту принцессу. А потом, когда он понял, на какой стороне будет легче, быстренько переметнулся. Проблема в том, что очень многие действительно считают, что люди воздуха и воды не приносят пользы и должны быть убиты. Порой мне стыдно за свой народ. – Правительница воды оказалась смелее, – нервно усмехнулась Таня. – Не пошла за толпой, встала на сторону... – Слабых? – Люди воздуха совсем не слабые, – возразила Маша. – Это только кажется, что они на фоне огня и земли ни на что не способны. Но на самом деле в каждой стихии кроется такая сила... О которой, боюсь, нам ещё предстоит узнать. – Как же всё это сложно, – Крис схватилась за голову. – Ощущение, что я загремела сюда не просто так, возрастает с каждой секундой. Девушки какое-то время молчали. Всё происходящее было настолько странным и пугающим, что у всех начало звенеть в ушах. Они редко обсуждали войну между собой. Всё и так было понятно. А тут, когда обо всём нужно рассказать Крис... Легко не было никому. – Неужели ничего нельзя сделать? – спросила наконец Крис. – Наверняка же тех, кто хочет остановить войну, больше, тем тех, кто хочет конец света. – Думаю, сейчас пятьдесят на пятьдесят, – вздохнула Таня. – Количество на самом деле мало что значит. Если захотеть, то одному можно и десятерых положить. Но как заставить людей пойти за нами? Нас считают убийцами и преступниками. – Объединить стихии становится невозможным. Может, когда-то давно ещё можно было что-то сделать. Но сейчас... – добавила Маша. – Если люди действительно хотят покончить с этим, то они пойдут. Наверняка же многие знают, что ту принцессу похитили не вы, а... Кстати, а кто тогда? – озадаченно спросила Крис. – Никто этого не знает, – твёрдо сказала Маша. – И уже не узнает. Это произошло много лет назад. Я уверена, что мой отец не делал этого. Я даже больше склоняюсь к варианту, что младенец погиб. Или сама правительница его спрятала. У неё с моим отцом всегда были сложные отношения. А тут такой повод настроить всех против него. – Это произошло много лет назад? – переспросила Крис. – А сколько? Сто? Двести? – Не настолько, – хохотнула Таня. – В августе ей должно исполниться... Сколько, двадцать? – Да, кивнула Тихая. – Считай, почти двадцать лет назад. Она родилась двадцать первого августа. А в начале сентября пропала. – Забавно, – хмыкнула Крис. Поймав непонимающие взгляды, пояснила: – Я тоже родилась двадцать первого августа. Три девушки резко замолчали и впились в неё взглядом. Крис почувствовала, как где-то внизу живота закручивается тягучий комок страха. – Крис, – севшим голосом сказала Маша, хватая её за руку. – Так, подождите. Рано делать выводы. Сколько лет тебе исполнится? – Двадцать... – пропищала Крис. У Тани, кажется, задымилась голова от волнения. – Когда тебя нашли? Что было в той записке? – Меня нашли в начале сентября... А в записке было: «Кристина. 21.08.» – Кристина... – хором выдохнули кареглазые. – Я даже не задумывалась о том, что Крис – это сокращённое, – торопливо, запинаясь от напряжения, выговорила Маша. – А её, ту принцессу воздуха... Её звали Кристина! Ты понимаешь, что это значит? – Что? – глупо спросила Крис, хотя всё стало понятно ещё давно. Ужасающая догадка шокировала. – Ты и есть пропавшая принцесса!