Another's

Тот промежуток времени, в который Маша и Таня снова подхватили Крис под мышки и потащили в сторону леса, благополучно стёрся из её памяти. Непонимание и ужас от всего происходящего накрывали уже не так сильно. А после загадочного обряда девушки в белом платье вообще ощущалась приятная усталость. Хотелось забить на всё, свернуться калачиком и уснуть. Это было похоже на лёгкое опьянение, только без головной боли и желанием набедокурить. Зато с отличной раскоординацией. Если бы не её новые знакомые, Крис бы самостоятельно и метра не прошла. Темноволосые упорно тянули её за собой, вновь минут пятнадцать мотыляли меж деревьев. Но, наконец, они остановились на небольшой солнечной полянке. Тут и там виднелись кустики с ярко-красными ягодами земляники, птицы драли глотки в мохнатых ветвях сосен. В воздухе стоял приятный хвойный аромат. Кажется, в этот момент Крис снова почувствовала себя дома. Маша и Таня одновременно отпустили свою ношу, и Крис мешком рухнула в мягкую траву. – Ну я перестану сегодня на земле валяться или нет? – тут же пришла в себя и возмутилась она. – Не жалуйся, мы вообще-то своими жизнями тут рискуем, пока таскаем тебя, – проворчала Таня, садясь напротив неё. Маша тоже опустилась на землю. Две пары тёмных глаз так и впились в уставшую от всех этих загадок Крис. – Рассказывай, – потребовала Маша. – Что? – жалобно спросила Крис. Предвкушение того, что сейчас что-то может хоть немного проясниться, придало немного энтузиазма. Но и страха, честно говоря, тоже. – Всё. Как так произошло, что ты перешла Границу? – Граница... это то место, где разделяется небо? – осторожно уточнила Крис. – Если тебе так угодно. Тот пригорок. Понимаешь... дело в том, что обычному человеку не перейти её. Мы много раз сидели там и смотрели вверх. Грибники доходили до края пригорка, а потом растворялись в воздухе. Потому что для них в этом месте продолжается лес. Они просто спускаются в канаву и идут дальше. А ты... ну, сама понимаешь. – Мне кажется, здесь какая-то ошибка, – Крис затрясла головой. – Я понятия не имею, кто вы такие и что это за место, я провалилась в эту канаву совершенно случайно. Тогда была гроза... Ударила молния, я споткнулась и полетела. Меня не должно быть здесь, я человек. Давайте я просто уйду, и мы все забудем это как страшный сон... – Крис даже начала подниматься на ноги, чтобы смыться. – Сидеть! – одновременно рявкнули Таня и Маша. Девушка покорно опустилась обратно. – Говоришь, молния... – задумчиво сказала Таня. – А если это её разряд встряхнул Границу? Она же создана и на основе этой энергии тоже. – Да, молния может вызывать какие-то колебания, – согласилась Маша. – Но не настолько сильные, чтобы человек смог вот так просто выскочить в наш мир. Ты сама знаешь, Граница может пропустить лишь того, в ком есть хоть капля иной крови. – Да нормальная у меня кровь! – встряла Крис. – Красная, как у всех людей. – У нас тоже красная, гений, – хмыкнула Таня. – Иная кровь... это понятие не о цвете, составе и прочей биологической фигне. Это зарытая где-то глубже философия. – Ладно... допустим, что я не сплю... – Крис со смирением вздохнула. – Тогда объясните, что это за место и кто вы такие. – А ты ещё не догадалась? – Маша с лёгкой улыбкой вытянула руку ладонью вверх. А секунду спустя над её рукой вспыхнул огонь. Настоящий, яркий и горячий язычок пламени высотой сантиметров пятнадцать. Он колыхался на лёгком ветерке, но не разгорался сильнее. Крис, кажется, начала молиться. – Маш, хорош, у неё сейчас глаза из орбит вылезут, – Таня тихо посмеялась, пиная подругу в плечо. Длинноволосая с улыбкой сжала ладонь в кулак, и огонёк угас меж её пальцев. – Итак... значит, вы двое – маги огня? – сделала робкое предположение Крис. Таня фыркнула. – Будь проще, называй нас людьми огня, – отозвалась Маша. – Подождите... огонь. А та девушка... она – человек воды? – в ответ кивок. – Огонь, вода... Земля и воздух... – Озарение, – усмехнулась Таня, глядя на её расширенные от шокирующей догадки зрачки. – Вы управляете стихиями! – воскликнула Крис. Потом снова нахмурилась. – Но если вы не люди... то почему люди огня?.. – Чтобы не париться, – махнула рукой Маша. – Не цепляйся к словам. К тому же... в какой-то степени нас и людьми можно назвать. Мы по сути и есть люди... просто... – Иные, – перебила её Таня. – Мы не люди, но и не волшебные существа. Мы где-то между. Поэтому называем себя Иными. – Мы живём, как жили люди когда-то давно, – снова вступила Маша. – Мы частично знаем, что сейчас происходит в том мире. Какие-то новые технологии, сумасшедшая электроника, как из фантастических книг. У нас этого, конечно, нет. Короче, добро пожаловать в век десятый по вашим меркам. Но мы абсолютно цивилизованные. Живём в деревнях, учимся, развиваемся. Да и биологически мы устроены так же, как и обычный человек. Просто в нас есть сила, недоступная никому более. Сила, позволяющая управлять обоими мирами. И миром Иных, и миром людей. – Безумие, – Крис несколько минут пялилась в никуда, пытаясь переварить полученную информацию. – А вы... ну, общаетесь меж собой? Просто мне показалось, что между вами и той девушкой было какое-то напряжение. Просто человек не ваш, или люди разных стихий не дружат? – С той девушкой... Ларисой, – Маша коротко глянула на Таню, выражение лица которой вдруг омрачилось, – у нас отдельная история. Но это неважно. Понимаешь, ты к нам загремела...в непростое время. На нашей земле давно уже идет война. Неофициальная. Три года назад всё обострилось... Люди начали нападать друг на друга. Официального объявления пока не было, ведь каждый понимает, что это может закончиться катастрофично в масштабах планеты. – Три года назад? – воскликнула Крис. Пазл в голове сложился. – Так вот почему по ту сторону Границы происходит такая хрень. – Само собой. Всё, что мы делаем, оказывает влияние на людей. Мы по сути и управляем всем, что происходит там. Поэтому правители стараются не доводить до бойни. Но, как ты могла заметить, не всё идеально... – А что будет, если начнётся настоящая война? – Конец света, – пожала плечами Маша. – Если все стихии пойдут против друг друга, то мир людей поглотят природные катаклизмы, которые однажды разрушат его. – А... – Крис почувствовала зарождающийся комочек страха. – А из-за чего началась война? – По сути, она началась очень давно, – наконец подала голос Таня. – У правительницы воздуха была дочь. Новорожденная. А потом она пропала. Люди воздуха обвинили в похищении людей огня. Но это неправда. Сначала переругались главы, а потом в это втянулся народ. Сейчас ситуация... хреновая. Люди земли негласно на стороне людей огня, а люди воды негласно на стороне людей воздуха. Они заявляют, что не лезут, но это тоже брехня. Лезут и полным ходом. – Мы не хотим этого, – сказала Маша. – Мы всегда были за мир, хотя людей огня считают самыми агрессивными. Обвиняют в том, что мы всё это начали. Но мы стараемся помогать слабым, да и в целом довольно дружелюбные. – Ага, особенно Таня, – съязвила Крис. – Извините, конечно, но на фоне этой Ларисы вы действительно кажитесь агрессивными. – Стереотипы, – пожала плечами Маша. – Огонь всегда ассоциируется со злом, а воздух и вода – с добром. Но это далеко не всегда так. – Вот это да... – Крис снова помолчала. – В общем, всё как у людей. Семьи правителей грызутся, а страдает народ. – Не скажи, – хихикнула Таня. – Маша, между прочим, дочь главаря огня. Крис поперхнулась воздухом. – Никогда не думала, что принцессы выглядят так, – сказала она удивлённо. Маша посмотрела на неё с усмешкой. Крис повернулась к Тане. – Твои родители тоже шишки из правительства? Лица подруг вновь померкли. Крис прикусила язык, поняв, что сморозила что-то лишнее. – Мои родители погибли, когда мне было двенадцать, – сказала Таня тихо. – Их убили люди воздуха. Мы с Машей дружим с детства, а с тех пор стали, как сёстры. Так что считай да, я тоже шишка из правительства. – Извини, – Крис поджала губы. Она, конечно, в какой-то захотела рассказать и о своей семье. Точнее, о её отсутствии. Ну, чтобы поддержать. А потом вспомнила, что, вообще-то, она никому не доверяет. Видно, после удара головой забыла об этом. – Всё хорошо, – Таня махнула рукой, пряча за этим жестом всё самое больное, и сразу перевела тему. – Статус в нашем мире мало что значит. Ну, в случае Маши так точно. Со своим отцом она почти не видится. – Потому что он пытается развязать войну ещё больше, а я этого не хочу, – сказала Маша. – Его, конечно, тоже можно понять. Люди воздуха оклеветали его. Но и так реагировать... я считаю, что все должны жить в мире. – И вы... общаетесь с людьми других стихий? – Да. Хоть сейчас это негласно запрещено, но общаемся. Наша лучшая подруга из людей земли. – Но люди земли же вроде как на вашей стороне. Наверное, с ней водиться легче, чем с людьми воздуха или воды. – Главарь земли кричит, что он на нашей стороне. Но на самом деле он просто боится. Понимает, насколько разрушительной силой обладают люди огня и пытается подмазаться. Стратег, – пожала плечами Маша. – Мой отец горит безумной целью начать истреблять людей воздуха, а те – наоборот. Они пытаются отыграться на народе, хотя причём тут мирное население... – Какой-то расизм, – Крис понимающе кивнула. Потом обхватила гудящую голову руками. – Почему это всегда происходит со мной... – Мы озадачены не меньше тебя. Мы никогда не сталкивались с подобным, – Маша положила всё ещё жгучую ладонь на её колено. Крис мелко вздрогнула. – Но мы постараемся во всём разобраться. – А что мне сейчас делать? Где ночевать, в конце концов? Дело-то к вечеру уже близится. – Место мы тебе найдём, об этом не переживай, – сказала Таня. – Но отпустить обратно пока не можем. Есть... многое, о чём мы не можем тебе сказать. Но ты должна остаться здесь. Хотя бы пока. – Хорошо, – согласилась Крис. Темноволосые посмотрели на неё с удавлением. Они, честно говоря, думали, что её уговаривать придётся. А тут сама согласилась. Поймав этот взгляд, Крис пояснила: – Я не знаю, как объяснить, но... У меня с самого начала такое странное чувство.. Будто я действительно должна быть здесь. Я ощущаю такое... спокойствие. Которое в том мире я ощущала, лишь сбегая в лес. – Это... правда странно. Да, ты, конечно, ударилась в панику сначала. Но сейчас твоя реакция... довольно спокойная, – сказала Маша. – Тоже думала об этом, – отозвалась Таня. – Знаешь, тебе стоит раздобыть хоть какую-нибудь одежду. А то в этих шмотках ты слишком выделяешься. Вечно тебя прятать не получится. А если кто-то увидит, то сразу разболтает. Люди огня в основном личности молчаливые, но вот остальные... Да та же наша подруга, которая из людей земли, языком как помелом трепет... И в этот момент Крис вдруг ощутила вибрацию где-то снизу. Сначала она подумала, что ей показалось. Но несколько секунд спустя эта едва уловимая тряска повторилась. Твёрдая, тёплая земля начала мелко дрожать. – Вспомнишь солнышко – вот и лучик, – прошептала Таня, одновременно с Машей вскакивая на ноги, хватая Крис и дёргая за собой. Девушки прижались плечом к плечу, пытаясь спрятать свою контрабанду. И вскоре Крис поняла, почему. В щель меж их телами девушка видела всё происходящее на опушке. А смотреть там было на что. Из тьмы высоких сосен вышла девушка. Вернее, не вышла, а выехала. Или даже выплыла. Земля словно несла неё, словно волна, вставая под девушкой небольшим пригорком. Она была похожа на сёрфера, но плыла без воды и доски. Это необычное явление трудно было описать словами. Но челюсть у Крис, конечно, в очередной раз чуть до земли не упала. Одета девушка тоже была немного... не по-человечески. Как и у людей огня, комбинезон. Только не чёрный, а полностью бежевый, без узоров. Свободные штаны также сужались к низу, а верхом служила рубашка с широкими рукавами по локоть. На ногах у неё было что-то вроде светло-коричневых сандалий. Волосы были подстрижены совсем коротко, но это определённо была девушка. Нежная и задорная улыбка выдавала. Её прикид уже более правдоподобно гармонировал с погодой. Крис только сейчас поймала себя на мысли, что ей ужасно жарко в её лёгкой куртке. А каково Маше и Тане в таком обмундировании? – Тихая, совершенно необязательно каждый раз извещать о своём приходе через землетрясение, – поздоровалась Маша, нервно улыбаясь и за спиной показывая Крис кулак. – Совершенно необязательно ворчать на меня вместо приветствия, – хрипловатым голосом отозвалась девушка, фыркая. – Вы чего жмётесь друг к другу? – Ничего, – хором ответили Маша и Таня, продолжая улыбаться. Крис чуть не стукнула себя по лбу. Да и сами огненные заметно разнервничались. Тихая глянула на них с подозрением. – Спасибо, конечно, за такой торжественный приём, но совсем необязательно встречать меня по стойке смирно. Падайте. – А ты надолго? – жалобно спросила Таня. – А вы не рады? – она драматично приложила руку ко лбу. Потом снова посмотрела на подруг. – Ну хорош прикалываться, что вы там прячете? – Ничего! – одновременно выкрикнули брюнетки. – Девочки, – тонкие губы пришедшей дрогнули в зловещей улыбке, – не провоцируйте. Я же всё равно достану. – Да уж. Ты и мёртвого из могилы достанешь, – прошипела Маша, будто смирившись. Крис мысленно перекрестилась. И, как оказалось, не зря. Она слышит, как незнакомка мягко топает ногой, а потом земля под её кроссовками вздрагивает. Собственно, через секунду Маша и Таня полетели лицом в траву, а опушка наполнилась визгами Крис и Тихой. Крис орала потому, что квадрат почвы под ней вдруг зашевелился и начал выдвигаться, поднимая девушку над землёй. Примерно так же вылезают кубики в игре «Дженга», только вертикально. А Тихая орала потому, что Крис орала. Ну или потому, что её напугал вид чумазой незнакомки в грязных джинсах и со следами ожогов на лице. Таня и Маша не растерялись. К подобным выкидонам со стороны своей подруги они давно уже привыкли. Таня вскочила и рванулась к ней, зажимая рот Тихой своей рукой. А Крис в это время опасно закачалась, ведь удерживающий её квадрат был совсем маленьким, и устоять на этом клочке травы было нелегко. Если бы Маша в следующее мгновение не успела подскочить к выдвинувшейся уже где-то на два метра колонне, Крис бы с высокой долей вероятности, учитывая её сегодняшнее везение, рухнула бы вниз и свернула себе шею. Но Маша успела. И поэтому Крис ничего больше не оставалось, кроме как рухнуть в её объятия. Шатенка каким-то чудом сама удержалась на ногах и умудрилась удержать девушку на руках. Крис после такого полёта чуть инфаркт не схватила. Слишком много экшена за один день. Она несколько секунд даже не дышала, инстинктивно охватив свою спасительницу за шею. Лишь когда почувствовала привычный жар, опомнилась и слегка отстранилась, заглядывая в глаза напротив. Может, ей и показалось, но на какое-то мгновение в них промелькнул испуг и даже сострадание. Но он очень быстро угас, и карие омуты вновь наполнились огненной усмешкой. Уголки губ дрогнули в едва уловимой улыбке. Крис впервые была к ней так близко. Буквально сантиметров пятнадцать между лицами. Сердце в грудной клетке вдруг громко ухнуло. Тихая тем временем начала что-то мычать в Танину ладонь, размахивая руками и округлившимися глазами пялясь на остальных. – Не отпущу, пока не заткнёшься, – прошипела Таня. – По-моему она пытается сообщить, что сейчас задохнётся, – сказала пришедшая в себя Крис. Она слезла с рук Маши, ведь стало действительно жарко. Неясно, отчего. Тихая согласно закивала, послушно умолкая. Таня тут же её отпустила. Пришедшая шумно вдохнула, а потом бросилась к Крис, хватая её за руку. – Это что ещё такое? – начала тараторить она. Маша зашикала, опасливо оглядываясь. – Тихая, Тихая, тихо ты! – она угрожающе замахнулась. Девушка тут же понизила тембр почти до шёпота, продолжая допрос. – Это что, человек? Или кто-то из наших маскарад устроил? – Мы сами пока не разобрались, что она такое... – сказала Таня. – Но работаем над этим. Она пришла из мира людей часа четыре назад. Нашла её под пригорком. – Ага, и сразу поздоровалась в своём стиле, – фыркнула Тихая. – Вот это номер, скажу я вам... Что делать будем? – Молчать! – строго сказала Маша. – Поняла? Никому не говорить. – Да хорошо, хорошо, я могила. Вы же меня знаете. – Вот поэтому и волнуемся, – хмыкнула Таня. – Опираясь на опыт, можно с уверенностью сказать, что максимум через полчаса о нашем инкогнито узнают Бэлла и Костья. А там дальше остаётся только молиться, что не вся деревня. – Очень смешно, – фыркнула Тихая. – Ладно, вы мне всё позже объясните. Всё равно на ночёву собирались. – Похоже у меня сегодня другие планы, – рассмеялась Маша. – Тих, четверо в твой домик не влезут. А её нужно приютить. Так что посидите с Таней вдвоём. Она тебе как раз всё распишет в подробностях. – В подробностях, – сделала акцент девушка. Потом подскочила к Крис и затрясла её руку. – Привет, нечто. Я Тихая. – Громкая, по-моему, – отозвалась голубоглазая, наконец приходя в себя. – Крис. – Вообще-то, она Аня. Но Тихой все её зовут, потому что очень любит бесшумно появляться, – Таня отвесила ей лёгкий подзатыльник. – Идёт, землю сотрясает. – Так ты управляешь землёй... – то ли спросила, то ли утвердила Крис. – Нет, воздухом, конечно же, – снова фыркнула Тихая. Потом глянула на небо. – Семь вечера. Пора идти, пока все по домам сидят. Встретимся завтра, на этом же месте, в шесть утра. – Шесть утра... – умирающим тоном отозвалась Крис. – А ты как хотела? Мы тут встаём с рассветом. Всё, пойдём, ты знаешь, люди земли тебя не любят, – Тихая схватила Таню за руку и потащила за собой. – Тихая, только мы пойдём пешком, а не полетим на чернозёме, иначе я поджарю твою задницу, – уже издалека раздалось предупреждение от Тани. Маша, Крис и памятная колонна остались наедине. Третья, правда, вдруг резко задвинулась обратно, равняясь с землёй и заставляя Крис подскочить на месте. – Я обожаю свою жизнь, – замогильно прошептала она. – Даже представить себе не могу, что ты сейчас чувствуешь, – хмыкнула Маша. – Эти фокусы Тихой для нас привычное дело, но вот для тебя... – Да уж... я с жизнью попрощалась, вообще-то. Но, надо сказать, это самый интересный день за всё моё существование, – рассмеялась девушка. – Хотя ощущение, что я сошла с ума, всё не покидает. – Идём, – Маша взяла её за руку и потащила за собой. Несколько секунд спустя Крис опомнилась и аккуратно высвободила свою ладошку из горячих пальцев шатенки. Девушка недолго шла по лесу. Вскоре она свернула на свет, деревья начали редеть. А потом Крис увидела острые очертания каких-то непонятный, чёрных изб. Их было много, очень много. Ещё несколько шагов, и её взору предстала целая деревня. Людей на улицах не было. – Я живу на середине улицы. Теперь бежим, – Маша снова взяла её за руку и резво побежала вперёд. Крис едва поспевала за ней. Удивительно, но хоть что-то в этот день пошло по плану. Девушки благополучно пересекли улицу и добежали до двери. Она была не заперта. Маша запихнула бедную Крис внутрь дома, забегая следом и захлопывая дверь. Вот внутри уже была щеколда, которую девушка сразу защёлкнула. – Вы не запираетесь снаружи? – Крис огляделась. Внутри всё было обустроено, как в пещере. Стены из какого-то камня, такой же каменный пол. Но было вполне уютно. Посреди комнаты лежал серый половик, в одном углу стояла накрытая таким же серым покрывалом кровать, рядом с ней небольшой шкаф. На удивление, деревянный. У противоположной стены было что-то вроде кухни. Она представляя собой слегка закруглённую каменную глыбу с дверцей. Но Крис сразу догадалась, что это печь. Рядом стоял стол. Тоже деревянный. Везде была чистота и простота. Крис бы и сама не отказалась жить в таком домике. – Тут никто не крадёт. Да и нечего, – Маша закрыла ставни на окнах, и в комнате стало совсем темно. Правда, в тот же момент раздался тихий щелчок, и помещение озарила вспышка света. Это Маша послала струю огня в висящую на потолке лампу. – У тебя уютно... – Крис вдруг поняла, что она страшно устала от всех этих приключений. Больше всего сейчас хотелось завалиться хоть куда и уснуть. – Нравятся тёмные помещения? – Маша легко улыбнулась и указала на висящие рядом с дверью деревянные крючки. – Можешь оставить куртку, если жарко. Да и ботинки тоже. У меня чисто. – Да, я неплохо запарилась, – Крис повесила куртку на крючок и сняла кроссовки. – А вам не жарко в таких костюмах? – Да не особо. Вся наша одежда сделана из специальной лёгкой ткани, так что спасаемся. Но вот в доме душновато, – Маша также разулась, оставляя ботинки возле двери. Потом расстегнула пуговицы на кофте, которых Крис и не замечала раньше, и сняла верх комбинезона, оставаясь с одной чёрной майке на лямках. А на руках у темноволосой были татуировки... Крис сначала подумала, что у неё рябит в глазах. Но нет. Её предплечье украшало несколько рисунков. Какие-то непонятные значки и символы. Видимо, некая Иная философия. – Не думала, что у вас тут бьют татуировки, – удивлённо сказала она. Маша улыбнулась, указывая на деревянный стул, приглашая. Крис облегчённо села. – У нас это, конечно, не такой лёгкий процесс, как с современными тату-машинками, но при всём желании накалывают. Будешь чай? Он у нас варится из лесных трав. – Да, не откажусь, – Крис положила гудящую голову на согнутые в локтях руки. – Сумасшедший день. – Это точно, – Маша выудила непонятно откуда железный чайник. Он был очень похож на человеческий. Таня была права, они почти ничем не отличаются от людей, рядом с которыми росла Крис. Разве что маленькой деталью в виде способности управлять природой. Маша тем временем занесла руку над каменной печью, и небольшое углубление, которое Крис не заметила сначала, наполнилось огнём. Кареглазая поставила чайник сверху, садясь на вторую табуретку и с плохо скрываемой жалостью оглядывая девушку. – Продвинутая версия плиты, – Крис нервно хохотнула. – А что, даже удобно. Зажигалка не нужна. – Да. В управлении каждой стихией есть свои преимущества, – Маша улыбнулась. – А не опасно с такими способностями иметь в доме деревянную мебель? – Смотрю кому. Мы рождаемся, понятное дело, уже обладая силой. Но дети не умеют её контролировать. В школе мы учим не только математику и литературу, как люди. Большая часть времени уходит как раз на управление своими силами. Если не отлынивать от занятий, то лет в десять-одиннадцать можно взять полный контроль. У кого-то получается раньше, у кого-то позже. Но с детьми тут правда очень трудно, нужно постоянно следить за ними. Мелкие запросто могут устроить пожар или наводнение. Тихая в детстве вообще разнесла один из домов. Случайно запустила в него огромную каменную глыбу, – Маша негромко рассмеялась. – А учитесь вы вместе? – Мы идём в школу в пять лет. И, насколько я помню, лет до тринадцати у нас бывали общие занятия. Мы с Таней и Тихой ровесницы, так что дружим с первого класса. И тогда, особенно в детстве, мы общались и с людьми других стихий. С компанией девочек, управляющих водой, у нас была... крепкая дружба, – на этой фразу Маша грустно отвела взгляд. – Но потом с каждым годом всё начало усложняться. Конфликт между моим отцом и правительницей воздуха разгорался всё сильнее, втягивая в себя мирное население. В старших классах мы уже учились отдельно. Но продолжали общаться тайком, как и сейчас. Не чтобы это прямо запрещено... но всё больше людей осуждают. – Это... ужасно, – вздохнула Крис. Маша кивнула и подошла к плите, взмахом руки гася огонь. Из маленького ящика рядом с печью вытащила два деревянных стакана, насыпала ароматную заварку и залила кипятком. По всему дома разнёсся приятный запах трав. Девушка вернулась за стол. – По-другому и не скажешь. Больше всего я мечтаю, чтобы война закончилась. И не только из соображений безопасности в мире людей, хотя это тоже важно. Просто... я помню, что в детстве совсем другая была атмосфера. Все были друзьями. Не нужно было прятаться, чтобы поболтать с человеком другой стихии. Как сейчас помню, по дорожкам деревень ходили дети и подростки... все в разной одежде, с разными силами. Но они были родными. А сейчас... Мы будто разделились на четыре лагеря, которые постоянно грызутся за что-то. Это неправильно. Но и повлиять на ситуацию уже практически невозможно. Ждать примирения главарей? – Война – это всегда потери. Ты даже не представляешь, как много воюют люди. Война идёт постоянно. Холодная, негласная, личная... Все вечно за что-то дерутся. Но меня всё равно беспокоит... а что будет с тем миром? Если он развалится, то... что будет с вами? – Это... трудно объяснить на словах. Пересечение наших миров – это очень глубокая философия. Её изучают столетиями, но найти ответы на все вопросы невозможно. Ясно лишь одно... Что бы ни случилось, будет плохо. В любом случае. Для обоих миров, для всей вселенной, для каждого из нас. И будет плохо не только в плане физического разрушения. – Неужели главы этого не понимают? – Когда на кону стоит слава и признание... они уже ничего не понимают. – Ясно... у людей на кону всегда стоят деньги и власть, – Крис допила последний глоток чая и зевнула. Глаза слипались. – У этого чая есть некий снотворный эффект... – Маша улыбнулась и отошла к кровати, расстилая её. – Места тут немного, но, думаю, потеснимся. Крис уже не протестовала. Ей уже было плевать, где спать, с кем... Лишь бы закрыть отяжелевшие веки. Она смутно помнила, как Маша потащила её к кровати. Смутно помнит, как она же накрыла её одеялом. А потом Крис, наконец, закрыла глаза и отдалась своей усталости.