Another's

Такого приятного пробуждения у Крис давно уже не было. Проснулась она от бьющего в лицо солнечного луча. Или от жарких рук, сжимающих её в чересчур крепких объятиях. Маша тихо сопела, уткнувшись носом в её макушку. Крис боялась пошевелиться, чтобы ненароком не нарушить её сон. Она лишь прижалась ближе, пряча лицо в изгибе тёплой шеи. Воспоминания прошлой ночи заставляли краснеть и смущаться. Но она ни о чём не жалела. Было приятно наконец преодолеть этот глупый подростковый страх. Маша, однако, тоже не проспала долго. Возможно, её разбудило частое дыхание в свою шею. Девушка заворочалась, открыла глаза, первым делом прижалась губами к чужому лбу. Крис улыбнулась и потянулась к шатенке, обнимая поперёк талии. – Доброе утро, принцесса, – сонно сказала Маша, осторожно целуя в скулу. – Тебе того же, принцесса, – съехидничала Крис и приподнялась, не забывая прикрыть оголённую грудь краем одеяла. – Какие мы стеснительные, – фыркнула Маша, приподнимаясь и протирая глаза. – Жди меня, я скоро. Достав из шкафа махровое полотенце, Маша отправилась к небольшой, сливающейся со стеной и оттого незаметной двери. Она вела в небольшую душевую комнатку. Крис, к слову, обнаружила её лишь на третье посещение подруги. Внимательность – её второе имя. Маша исчезла в ванной, а Крис вылезла из кровати, собирая разбросанную по всей комнате одежду. Оделась и присела на стул. Положила подбородок на согнутые в локтях руки и уставилась в окно. Ей был виден лишь кусочек улицы. Но было понятно, что деревня уже просыпается. По выложенной гравием дорожке уже шли люди огня. Дети, подростки, взрослые... Крис почувствовала себя немного неуютно. Слишком хмурыми они были. Неужели опять что-то случилось? Девушка решила от греха подальше пересесть на краешек стола. С этой позиции прохожие её не заметят. Долго наслаждаться одиночеством ей не позволили. Маша вылетела из ванной минут через семь. Выглядела она не очень довольной. – Доступ к горячей воде обрезали, – пожаловалась она. – Закаляться полезно, конечно, но к такому резкому переходу на здоровый образ жизни я пока не готова. – Да как они могут?! – возмутилась Крис. – Думаю, мне стоит радоваться, пока хоть какая-то есть, – фыркнула Маша,убирая полотенце на место. – Людям земли уже ручей очищать перестали, а значит, и нас скоро та же участь постигнет. – Я тогда ради тебя тоже перестану пользоваться своими привилегиями, – Крис воинственно сложила руки на груди. – А вообще... мне бы своё жильё найти. Я уже замахалась туда-сюда на облаке кататься. – Тебе ещё не рассказали насчёт жилья? – Маша подошла ближе, вставая напротив висящего на стене зеркала и начиная собирать шелковистые волосы в хвост. Крис невольно залюбовалась. – У нас принято съезжать от родителей в шестнадцать-восемнадцать. Как пойдёт, в общем. А дома являются сами. Их не строят люди. – Удобно, – хмыкнула Крис. – В том мире столько мороки со стройкой. – Но каждый дом – это что-то вроде дара Спутника. Зверюшка у тебя ещё не появилась, силой ты не до конца овладела, так что пока тебе придётся и дальше замахиваться с облаками. Ну, или переезжать ко мне. – Ну да, – Крис нервно рассмеялась. – Давай тогда сразу подкоп рыть, чтобы я смогла беспалевно выбираться. Маша наконец управилась со своими роскошными волосами и с улыбкой подошла к девушке. Поставила руки по бокам от неё. Та вновь почувствовала приятное волнение. – Надеюсь, однажды это не будет надобностью, – прошептала Маша, поглаживая подругу по ноге. – Потому что ты отлично смотришься на этом столе. Только вот одежды слишком много. – Хитрюга, – Крис улыбнулась, опуская руки на горячую шею. Потом всё же не удержалась, наклонилась и поцеловала её. Маша немедленно ответила, обнимая девушку за талию и подтягивая ближе к краю стола, вжимаясь в неё всем телом. Язык кареглазой проскользнул в чужой рот, прошёлся по нёбу, зубам, переплёлся с языком Крис. Той оставалось лишь в очередной раз покрыться мурашками и судорожно выдохнуть. Маша целовала так, что из глаз просто летели искры. Крис, кажется, уже готова была забыть обо всех своих планах и продолжить прямо на этом столе, но в этот момент раздался настойчивый стук в окно. Маша с недовольным шипением отстранилась и глянула в сторону этого звука. За окном стояла, мать её, Таня. Она огромными, полными негодования глазищами пялилась на подругу и размахивала руками. – Умеет она вовремя прийти, – цыкнула Маша, отходя к двери и осторожно приоткрывая её. Таня ворвалась в дом прежде, чем Крис успела отойти от горячего поцелуя и слезть со стола. – Я... – начала шипящим шёпотом возмущаться Таня, – у меня.... У меня даже слов нет! Маша, как ты могла?! – Ну слушай, если у тебя были планы на неё, надо было быстрее действовать, – фыркнула Маша. – Она девушка нарасхват, вообще-то. – Да ты!.. Да я!.. Да я сейчас вас обеих!.. – Таня начала носиться за смеющейся Машей по комнате. Крис с неким опасением решила вмешаться и наобум махнула рукой, стараясь, как все её учат, прочувствовать свою силу. В тот же момент налетел порыв ветра. Маше почти не досталось. Она просто покачнулась от сильной воздушной волны, не удерживаясь и оседая на пол, да волосы снова растрепались. А вот Тане пришлось непросто. Порыв подкинул её в воздухе, и она на целых две секунды зависла в пространстве, панически болтая ногами. А потом с грохотом и треском рухнула на Машину постель. – Осторожней, слониха, кровать мне сломаешь! – возмутилась Маша, поднимаясь на ноги. Ещё не пришедшая в себя Таня чуть не задохнулась от негодования. – А ты поосторожней ураганы насылай, – обратилась она к Крис, хитро грозя пальцем, – а то я могу и не пережить. – Маша! – Таня снова вскочила и замахала руками. – Вкуса на девушек у тебя вообще нет! Вот это? Вот она?! – Прости, что увела её у тебя, – развела руками Маша, готовясь снова убегать. Крис вообще чуть со стола не свалилась от смеха. – Надо было сразу признаваться, а не ругаться со мной потом. – Так, стоять на месте, – кое-как выговорила Крис сквозь слёзы, видя, что Таня снова собирается кидаться в бой. – А то опять отправишься в полёт. – Я подожгу твои блондинистые патлы, и ты умрёшь в страшной агонии! – зашипела Таня. – Чёрт, совсем забыла. Я же к Маше шла, чтобы плохие новости донести. – Обнадёживает, – хмыкнула Маша. – Что случилось? – Тихая прислала голубя. Там что-то с Малой случилось. Просила бежать со скоростью звука и помочь ей. – С Малой? – перепугалась Крис, тут же соскакивая со стола. – Бежим! – Стоять! – Маша успела схватить её за шкирку. – Нужно дождаться, пока на улице никого не будет. – Как много проблем с этой!.. – тут же снова начала возмущаться Таня. – Давай просто замотаем её в кусок ткани и понесём. – Соседи подумают, труп тащим, ничего удивительного, – фыркнула Маша, отходя к окну. – Вон, там чешет парочка, а за ними никого. После них пойдём. А, Крис, лепестки для Алины не забудь. Ты ведь изначально за ними пришла, – лукавая улыбка. – Пришла за лепестками, ушла с засосами, – не удержалась Таня. Крис чуть не послала в её сторону очередной порыв ветра, но всё-таки решила быть благоразумней и отправилась к стоящим на кухне баночкам. По запаху нашла нужные травы, отсыпала немного в маленький мешочек, который всегда носила на поясе, после чего стала дожидаться указаний от Маши. Около полминуты она, прищурившись, наблюдала за происходящим. А потом, скомандовав что-то вроде «Пора!», подскочила к двери, выталкивая Крис вперёд себя. Дальше они действовали уже машинально. Молниеносно пересекли улицу, взобрались на холм и скрылись в лесу. Там уже выдохнули спокойно и в ускоренном темпе отправились на поиски Тихой. Её удалось обнаружить на их любимой полянке. Тихая сидела возле дерева. А Даша сидела у неё на коленях, пряча лицо в её плече и бесшумно всхлипывая. Аня ласково гладила её по голове, шепча что-то успокаивающее. – Я сейчас не сдержусь, – прошептала Таня. – Только попробуй что-нибудь вякнуть, – предупредила Маша, погрозив ей кулаком. После этого девушки подскочили к подругам. – Что случилось? Кто обидел моего ребёнка? – взволнованно спросила Крис. – Крис? – Даша отстранилась от плеча Тихой, поднимая голову. Три пришедшие девушки синхронно ахнули. Лицо блондинки украшал внушительных размеров ожог. Несколько прядей волос были опалены. Выглядела Даша совершенно несчастной. – Боже... – Маша тоже подскочила к подругам. – Кто это сделал, мелкая? – Да не знаю я, – всхлипнула она. – Кто-то из ваших. Просто подошли, за шкирку схватили, в кусты утащили и обожгли... – Бедняжка, – подошедшая Таня погладила её по руке. Даша дёрнулась и снова спряталась. Тихая прижала её к себе, поглаживая по спине. Крис в это время в немом ужасе пялилась в землю. На душе саднило. Лишь здесь в ней начало просыпаться сострадание к ближнему. Сейчас за Дашу было больно, как за себя. В этот момент раздался торопливый топот. Подруги синхронно обернулись и увидели несущуюся к ним Ларису. На лице той было неприкрытое волнение. – Тихая! – закричала она издалека. – Что произошло?! – Давай скорее! – крикнула Тихая в ответ. Лариса затормозила буквально в метре от девушек и рухнула на землю рядом с Таней. – Почему так долго? – От сестры отделаться не могла, – Лариса перевела дыхание. – Ну что там? – Лариса... – Даша снова отстранилась от Тихой и переползла на колени голубоглазой. Лариса с ужасом оглядела пораженное ожогом личико, касаясь почерневших в нескольких местах волос. – Кто из вас? – спросила девушка таким голосом, что сразу стало понятно: она готова убивать. – Да не они это! – вдруг взвизгнула Крис. – У вас что, массовое помутнение рассудка?! Если они люди огня, то они сразу плохие?! – Да не ори ты! – бросила Лариса. – Такое время... всё возможно. – Какие же вы все идиоты... – Крис закрыла лицо руками и со стоном упала на землю. Маша и Таня растерянно переглянулись. А Лариса, продолжая причитать, встала на ноги и потащила подругу к Источнику. – Что ты с ней сделала? – вполголоса спросила Таня у Маши. – Почему она такая злая? – Я? – возмутилась Маша. – Ну не у меня же она ночевала! – Я не ослышалась? – поперхнулась Тихая. – А ты посмотри на шею это чувырлы! И вообще, я их сегодня утром застукала за... – Вам больше нечего обсудить?! – Крис подскочила так же резко, как и упала, и начала так размахивать руками, что стволы деревьев закачались от порывов ветра. – Нечего, – отозвалась Тихая, хватая её за запястья. – Подожди, вы что, правда?.. Маша! – Как это нечего?! – Крис вырвалась, прижимая руки к себе, чтобы не покалечить ещё кого-нибудь. – Мелкую чуть не убили, а вам интересно поговорить о наших интрижках?! – Они не чужие! – запротестовала Тихая. – Мы считаем своей обязанностью лезть в Машкину личную жизнь. – Я больше не могу молча наблюдать за этим, – Крис, кажется, готова была расплакаться. Она бросила взгляд в сторону ручья. Лариса сидела и шаманила над Дашей. – И даже не вздумайте говорить, что мы ничего не можем сделать. – А что мы можем сделать? – вяло поинтересовалась Таня. – Мы же не безрукие и не безмозглые! Мы можем собрать неравнодушных людей вокруг себя, объединиться, бороться против этого ужаса! Если вы вдруг изучали войны, которые бывали по ту сторону Границы, например, самую страшную, Вторую Мировую, то вы должны знать, что тогда действовали подпольные организации. Если мы хотим хоть чем-то помочь, то почему бы не создать такую самим? – Потому что за нами никто не пойдёт, – хмыкнула Таня. – Крис, во времена Второй Мировой были хорошие и плохие. И подпольные организации создавали хорошие. А здесь нет хороших. Все обезумели и готовы поубивать друг друга. Не выгорит твоё геройство. – Девочки, – Крис примирительно подняла руки, – я считаю... Что во время войны не может быть плохих и хороших. Не может быть чёрной и белой стороны. Все мы серые. На каждой из сторон есть хорошие люди и плохие люди. И я уверена, что хотя бы по несколько человек мы наберём. – Сильно. Трогательно, – саркастично отозвалась Тихая. – Крис, ты сама всё видишь. Если они готовы обвинять в таких ужасных вещах своих бывших подруг, то всё уже непоправимо. – Всё поправимо, – продолжала упрямиться Крис. – Они знают, что вы хорошие, просто не хотят этого признавать. Их наверняка запугивали. – Нас всех запугивали, – мрачно ответила Таня. – Только мы почему-то не запугались. – Так докажи это! – воскликнула Крис. – Послушайте, мы должны хотя бы попробовать! – На самом деле, – наконец подала голос молчавшая до сих пор Маша, – что-то в этом есть. Если собрать людей, действительно начать борьбу... Вдруг мы правда чего-то добьёмся. – Что в вашем понимании значит «борьба»? – уточнила Таня. Видно было, что она уже ломается. – Ну... например, если к нам присоединятся люди воды, то они могут потихоньку очищать Источник другим. А люди земли, несмотря ни на что, удобрять почву. – Ага, чтобы меня потом поймали и закопали заживо, – с энтузиазмом отозвалась Аня. – Мне нравится ваш ход мыслей. – Ну и как будет называться этот цирк уродов? – поинтересовалась Таня. – Отряд «Сопротивление»? – Отличное название, – тут же одобрила Крис. Таня, кажется, тут же пожалела о том, что осмелилась проявлять инициативу. – Давайте спросим у наших девчонок. Я уверена, они поддержат. – У ваших, ты, наверное, хотела сказать, – вяло поправила её Тихая. – Наших-то почти нет. Бэлла, Костья, да и всё. С другими людьми огня Маша и Таня практически не общаются. – Ну... у наших, – согласилась Крис. – Хотя стоп! Почему мы опять разделяем стихии на наших и не наших? Мы все равны. – Ну да, да, всегда забываю, – с иронией отозвалась Аня. – Не, ну идея, наверное, неплохая. Сколько людей её поддержат – это уже другой вопрос. – Это я беру на себя. У меня дар убеждения, – заявила Крис, вскочила на ноги и побежала к Источнику. Подруги лишь недоверчиво глянули ей вслед. Крис на цыпочках подошла к Ларисе и Даше, села рядом с ними. Блондинка полулежала с закрытыми глазами, а русая гладила её по волосам и по обожжённой щеке. Но шрам не сходил так легко, как сошёл с Крис. – Вторая степень ожога, – ответила Лариса на немой вопрос Крис. – А может, даже третья. Тут так просто не поможешь. – Даже ты не сможешь? – сочувственно спросила Крис. – Я не бог, Крис. Мои способности тоже ограничены. Её действительно сильно ранили. Тут надо идти к травницам и просить помощи у них. Я могу лишь облегчить. Но если не придумать что-то... Ожог может остаться навсегда. С этими словами Лариса тоже закрыла глаза, что-то шепча себе под нос. А несколько секунд спустя рядом с ними материализовался огромный пушистый кролик. Крис поначалу даже не поняла, откуда он взялся. Потом уже дошло, что животные тут необычные. – Найди Алину, – шепнула Лариса, проводя рукой по развесистым ушам. Кролик склонил очаровательную головку в сторону, ткнулся розовым носом в её ладонь, а потом резво поскакал в сторону деревни людей воздуха. – Невероятно, – прокомментировала Крис. – Я ещё не видела Спутников. – Боюсь, в ближайшее время нам придётся видеть их чаще, – вздохнула Лариса. – Они приходят тогда, когда нам тяжело. А сейчас тяжело. Как никогда. – Я как раз хотела поговорить об этом... – неуверенно начала Крис. Вдохнула-выдохнула и выложила Ларисе придуманный на ходу план. Девушка слушала её внимательно, не перебивала. В конце долго молчала. – Бред, – вдруг заявила Даша, не открывая глаз. – Крис, поверь, мы знаем эту троицу намного дольше, чем ты. Обычно подобные авантюры заканчиваются ещё большей катастрофой. – Вообще-то, – губы Крис дрогнули в улыбке, – это моя авантюра. Они тоже ещё не уверены. – С кем поведëшься от того и наберëшься, – констатировала блондинка. – Вы разве не хотите, чтобы всё это закончилось? Неужели вам нравится? – Нам не нравится. Мы мечтаем, чтобы всё было, как прежде. Но что мы можем сделать? Мы просто маленькие девочки, к нашему мнению никто не прислушается. – Вам по двадцать лет, какие маленькие девочки?! – взвизгнула Крис. Лариса зашикала на неё, призывая к спокойствию. – Не знаю, как у вас, а в мире людей правосудие могут вершить и подростки, если захотят. Всё, что вы говорите, – это ваши оправдания. Просто признайте, что вы боитесь и упрямитесь! – Есть в этом что-то, – вздохнула Лариса. – Возможно, стоит попробовать. Просто... да, ты права. Я боюсь. Потому что не хочу снова терять близких людей. Крис едва успела прикусить язык, чтобы не ляпнуть чего-нибудь лишнего. Но в этот момент их диалог прервал вернувшийся кролик. За ним, едва поспевая, неслась Алина. Увидев лежащую на руках Ларисы Дашу, она ахнула и ускорилась. Возле подруг упала на колени, с трудом переводя дыхание. – Что опять? – спросила она, разворачивая лицо блондинки к себе. Её шрам после обрядов Ларисы, конечно, выглядел не так страшно, но всё же не очень красиво. Не дожидаясь ответа, Алина тут же начала причитать. – Ой-ой-ой-ой-ой... Как плохо-то... – Ты сможешь что-нибудь сделать? – с надеждой уточнила Крис. – Постараюсь, конечно... Так, вроде у меня дома как раз есть нужный отвар. Пойдём скорее. Она ведь может идти? – Да могу, могу, мне же не пятки сожгли, – проворчала Даша, хлюпая носом. Поднялась с колен Ларисы и ухватилась за локоть травницы. Та в ускоренном темпе потащила её в сторону своего дома. – Идём. Нужно разбавить их разрушительную компанию каплей нежности, – Крис ухватила её за локоть. – Ты нас недооцениваешь, – фыркнула Лариса. – Тебе следует сходить почитать какие-нибудь старинные книги. Люди воды и воздуха владеют действительно могущественными способностями. – Да знаю, знаю, – прервала её торжественную речь Крис. – Пойдём уже. Будем бороться за мир и свободу. – Почему мне кажется, что это плохая идея? – понуро спросила Лариса, неохотно волочась за подругой. – Все идеи – хорошие идеи. Маша, Таня и Тихая встретили их уже более настроенные на создание команды спасения. Обсудив всё между собой, они пришли к выводу, что хуже всё равно не будет. Почему бы не попробовать остановить грядущий конец света? – Я вас умоляю, можно я не буду тем человеком, который даст название этому стаду, – первым делом запросили Таня. – Отряд «Сопротивление» – отличное название, – запротестовала Крис. – Кто за? Руки подняли все, кроме Тани. – Ненавижу вас, – заключила она. – Мы тоже тебя любим, – отмахнулась Крис. – Нам нужен обряд посвящения. – Какой? Порезать ладонь и смешать нашу кровь? – усмехнулась Тихая. – Не так жестоко. Давайте просто пожмëм друг другу руки поклянëмся бороться против зла и несправедливости, – Крис вытянула ладонь вперёд. Тихая с энтузиазмом пожала её. Маша тоже сразу отозвалась. Таня и Лариса были настроены более скептически. Но всё же и они сдались и вяло пообещали дать отпор этому кошмару. Когда примерный план действий был обговорен, подруги заторопились по своим делам. Работа не ждёт. И только Лариса вдруг поймала взгляд Тани, а потом многозначительно указала глазами вглубь леса. Та удивилась и напряглась. Но всё же согласно кивнула, параллельно обнимая Тихую за плечо. Аня, Маша и Крис разбежались в разные стороны. А Таня и Лариса остались наедине. Таня прекрасно видела, что девушка специально мнётся на месте, чтобы сказать что-то. Что?.. Было даже страшно предполагать. – Мы можем поговорить? – неуверенно спросила Лариса, когда девочки разошлись. – Поговорить? – испуганно пискнула Таня. – А... ну да. Если есть, о чëм. – Мы обе знаем, что есть, о чëм, – тихо сказала Лариса. – Давай только уйдём подальше в лес. А то здесь могут увидеть... – Хорошо. Давай, – согласилась Таня, опуская глаза. Девушки в тяжёлом молчании отошли метров на пятьдесят вглубь возвышающихся над их головами деревьев. Там, на солнечной коленке, сели на два пенька. Какое-то время стояла мёртвая тишина. – То, что происходит между нами, – начала Лариса робко. – Так больше продолжаться не может... Мы обе прекрасно понимаем, что нужно отпустить произошедшее. – Отпустить? – поперхнулась Таня. – Как это вообще возможно отпустить? У тебя травма... на всю жизнь... – Тебе отпустить, Тань, – мягко прервала её Лариса, – а не мне. Потому что я давно уже отпустила. – Зачем? – практически с отчаянием спросила Таня. – Я причинила тебе боль. – Тебе не было легче. Сначала слова Оли, потом эта вина... Я знаю, что ты тащишь это за собой до сих пор. Нужно взрослеть, а не жить в нашем детстве. Этого уже не исправить. – Я не смогу простить себя за то, что сделала. Да, это было ненамеренно. Да, не просто так. Но это случилось. И я думаю, тебе небезопасно находиться рядом со мной после такого. Ты не должна относиться ко мне с такой теплотой после всего, что произошло. – Давай смотреть правде в глаза. Мы скучаем друг по другу. И нуждаемся именно в этой поддержке. Маша и Тихая тебе никогда не заменят меня. Даша и Настя мне никогда не заменят тебя. Не отрицай этого. – Не отрицаю, – Таня подняла глаза. – Я скучаю. Каждый день скучаю. Но боюсь снова причинить тебе боль. – Я знаю, что это трудно. И мне непросто. Я не буду врать и говорить, что остыла сразу. Мне было очень обидно, очень больно. И сейчас больно до сих пор. В физическом плане. Но в моральном... я давно уже отпустила. И тебе пора. – Не могу я это отпустить... – тихо сказала она, до крови закусывая губу. – Я вечно буду чувствовать стыд. – Ну... если ты хочешь всё исправить, – Лариса посмотрела ей прямо в глаза, – то просто сделай это. Постарайся забыть. Вряд ли получится, как в детстве. Но если мы решили бороться, то это примирение уже будет огромным шагом. – Если ты готова к такому... – Таня не закончила, ведь голубоглазая неожиданно подалась вперёд, заключая её в крепкие объятия. Коротковолосая вздрогнула всем телом и долго не решалась обнять в ответ. От соприкосновения с холодным телом по спине побежали мурашки. Но долго противостоять её чарам девушка не смогла. Таня медлительно, дрожащими руками обвила её талию, притягивая ближе. На глаза непроизвольно навернулись слëзы. Таня очень редко плакала. Почти никогда. Ведь единственного человека, которому она не боялась показать свои эмоции, однажды не стало в её жизни. Было страшно. Страшно снова причинить боль. Снова ранить эту хрупкую душу. – Я так боюсь за тебя, ты не представляешь... – прошептала кареглазая, проводя рукой по гладким волосам. – Я тоже за тебя боюсь, – Лариса зажмурила глаза, из которых потекло ручьём. – И я тебя очень сильно люблю, ты это знаешь. Ты была мне самым близким человеком. – Боюсь, мы уже не вернём ту дружбу. Слишком много воды утекло, – дрогнувшим голосом сказала Таня. – Никогда не поздно начать всё сначала. Но ты не сможешь сделать это, если не простишь себя. Я понимаю, это очень сложно. И в будущем тоже будет сложно. Потому что мы будем жалеть о том, что столько лет не решались так поговорить. – Я уже жалею, – Таня рассмеялась сквозь слëзы. – Я тоже люблю тебя. И ты права, тебя уже никто не заменит. – Я прошу лишь об одном: прекрати винить себя. И тогда мы со всем справимся. – Прости меня, пожалуйста, прости... – сорвавшимся голосом прошептала Таня, впервые за шесть лет утыкаясь в чьё-то плечо.