Вампиры, ведьмы и прочая чушь

Это было нелепо. Гермиона сидела на низком диванчике в дальней части банкетного зала Министерства и недоумевала, почему она все ещё здесь находится. Ни Рон, ни Гарри, строившие сегодня из себя настоящих несмышленых мальчишек, ничем ей не помогали. Они вели себя как полные придурки. Особенно Рональд. Конечно, это не его вина, что он оделся на Хэллоуин в чертовски клишированный костюм вампира. И не его вина, что именно в этот день была найдена третья жертва — девушка-маггл, которой едва исполнилось семнадцать. Конечно, Рон не мог знать, что сейчас вампиры являлись болезненной темой для Гермионы, ведь в аврорате запрещалось выносить подробности дела за пределы офиса. А Уизли, по стечению обстоятельств, уже год как бросил работу мракоборца. Грейнджер изо всех сил старалась расслабиться и последовать совету Анджелины Джонсон, ее напарницы, который гласил, что чужую смерть нельзя переживать как собственную. Бредовая фраза, честно говоря. Как вообще можно пережить свою смерть? Это относится к разделу фантастики или фэнтези, а не к обычному волшебному миру. Здесь не существует избранных героев и ужасающих злодеев. Нет сказок и пророчествующих легенд. Но от этого мир не становится лучше и проще, наоборот: он становится гораздо хуже и опаснее. Теперь зло нечеткое, но вездесущее. Оно в каждом. — Ты видел только одного! Гермиона нахмурилась, пытаясь переключиться со своих невеселых мыслей на разговор друзей. — Но он был нормальным и не носил черного плаща и белых воротничков. — Может, это просто слишком парадная одежда? — Он был на приеме у Слагхорна, какой случай может быть более торжественным? — Любой, — заметила Гермиона, испытывающая слишком большую нелюбовь к Слагхорну и Кормаку Маклаггену, чтобы промолчать. Рон, правда, подумал, что ее слова были поддержкой его точки зрения. — Вот видишь? Вероятно, вампиры носят черные плащи в более официальной обстановке. Может, у них есть рабочий дресс-код? Гермиона закатила глаза, сдержав просящееся наружу «Не пори чушь». Вместо нее это выразил Гарри: — Вампиры не работают в одном месте, требующем дресс-кода. Рон возмущенно что-то воскликнул и придумал ещё более нелепую причину для ношения парадной вампирской мантии, но Гермиона его уже не слушала. Она поднялась со своего места, ощущая, как алкоголь заставляет предметы вокруг вращаться, и подхватила со стола стакан. — Ты куда? — спросил ее Поттер, отвлекаясь от бессмысленного спора. Грейнджер натянуто улыбнулась. — Схожу налью себе апельсинового сока. Мне немного дурно. — Может, домой? Она покачала головой, сама не зная, почему отказывается от этого предложения. Возможно, ей было страшно, что дома мысли настигнут ее с новой силой, и она не сможет заснуть, думая о жертве и подробностях дела. Гермиона прошла мимо бара, где толпилось слишком много народа, и вышла на террасу. Здесь было ещё больше людей, только теперь курящих. Сморщившись, девушка спустилась по лестнице вниз, где остановилась возле паркового ограждения. От свежего воздуха стало лучше. Быть может, ей правда стоит отправиться домой? Кто знает, что она сможет узнать, если покопается сейчас в отчетах маггловской полиции? Может, ей придет в голову гениальная мысль… — Отдыхаешь от своей свиты? Гермиона нарочито медленно обернулась, притворяясь, что не желает сталкиваться с Малфоем взглядом. Между ними ещё со школы было что-то непонятное: взаимная нелюбовь, выражающаяся чередой насмешек и издевок, приносящих странное удовлетворение вместо обычной ярости от склоки. — Что ты здесь делаешь? — Я спонсор вашего веселья, забыла? Гермиона поджала губы, окинув парня придирчивым взглядом. Нет. Не забыла. Малфои никому не давали забывать подобное. — Я про конкретно это место. — А-а… — протянул Драко, как будто действительно понял свою оплошность. — Пытаюсь избавиться от нелицеприятных зрительных образов, представляющих сотрудников министерства в аляпистых и глупых костюмах. А ты? — Что-то подобное, — Гермиона слабо прищелкнула языком, вспоминая Рона, и облокотилась на низкую каменную колонну. — Как волшебники могут наряжаться на Хэллоуин вампирами, если они знают, что те не имеют никакого отношения к нечисти и прочим маггловским сказкам? — Влияние магглов, я думаю, — Грейнджер изогнула бровь, и Драко, пожав плечами, поставил свой стакан на соседнюю колонну. Садовые фонари немедленно осветили янтарную жидкость внутри него. — В чистокровных семьях Хэллоуин отмечается иначе. У нас нет этой глупости про ведьм в колпаках, вампиров и черных кошек. — О, конечно… — саркастично пробормотала девушка. Драко улыбнулся краешком губы. — Что-то имеешь против вампиров? — Ничего, — она покачала головой, не желая вдаваться в подробности. Драко внимательно на нее посмотрел, и она бросила в его сторону слегка раздраженный взгляд. Что она имела против вампиров? Кроме того, что эти существа убивали ни в чем не повинных молодых девушек, определенно не заслуживших такой участи? Кроме того, что они представляли угрозу для всех мирных жителей? Кроме того, что они нарушали статут секретности, буквально поедая магглов? Гермиона крепче сдавила свой стакан. — Я ничего не имею против нормальных, законопослушных, зарегистрированных вампиров, получающих свои дозы крови в Министерстве, — несколько более резко, чем хотелось, произнесла она. — Ничего не имею против тех, кто чтит нормы поведения, а не нападает на беззащитных жертв, которые ничем не провинились перед магическим сообществом. Драко неожиданно хмыкнул, и Гермиона пристально на него посмотрела. В холодном свете фонарей Малфой казался более бледным, чем обычно, но от того не менее самодовольным. — Серьезно, Грейнджер? — Что в моих словах показалось тебе шуткой? Парень снова усмехнулся, покачав головой. — Ты правда веришь, что кому-то может нравится следовать законам и ограничениям, противостоя своей сущности и затыкая свои обычные потребности? — Этого требуют от нас законы морали. — Этого требуют не от вас, а от меньшинств, о жизни которых Министерство ничего не подозревает. Оно ограничивает естественные потребности вампиров, оборотней, кентавров и прочих, требуя полного подчинения каким-то выдуманным волшебным законам. — Эти законы позволяют существам не причинять вреда друг другу. — Они запрещают существам причинять вред волшебникам, а не наоборот. — Никто никому не должен причинять вред. На это и рассчитаны законы. — Ты правда в это веришь? Они встретились глазами. Драко слегка насмешливо выгнул бровь, а Гермиона обиженно нахмурилась, но оба смотрели твердо. — Да, я в это верю. Я верю в законы. Малфой презрительно поморщился. — Лицемерно с твоей стороны, не находишь? — С моей? — Ну это же не у меня друг оборотень, который отсиживается дома, нарушая регламент Министерства и не появляясь в полнолуние в приготовленной для него клетке. Он покосился на нее краем глаза, притворяясь, будто рассматривает свой бокал. Гермиона сильнее нахмурилась. — Это не одно и то же. — Правда? Оборотень не хочет проводить полнолуние в клетке, а вампир не хочет получать искусственно собранную кровь, приготовленную ему Министерством. Оба хотят проводить время в своей обычно среде. — Это не одно и то же, — твердо повторила Гермиона, чувствуя, что ей не хватает аргументов из-за нескольких выпитых коктейлей. Но она была уверена, что это разные вещи. Драко нарочито беспечно пожал плечами. — Как скажешь. Твое здоровье, Грейнджер, — он поднял бокал и пошел вверх по лестнице. Гермиона ощутила себя обманутой и измотанной. Чтож, теперь точно пора домой. Поднявшись наверх, она осмотрела зал в поисках друзей, толпившихся у выхода. Гарри махнул ей рукой. — Мы уходим, — сказал он, выразительно указывая на Рона. — Ты с нами? — Да, я с вами, — кивнула Гермиона, подозрительно посмотрев в сторону Уизли. Он цеплялся за пиджак какого-то министерского сотрудника, качая пальцем прямо перед его носом — Нет, — нетвердо произнес рыжий, — нет, нет, нет! — его голос начал переходить на крик, и Гарри поспешил ухватить друга за плечо. Рон попытался скинуть его руку, но не смог и покачнулся, попав в объятья Грейнджер. — О, Гер-рмиона! Скажи ему, — он ткнул пальцем в своего собеседника, — скажи этому кретину, что вампиры кусают не только девственниц! Скажи ему! Девушка виновато посмотрела на жертву Уизли. — Прошу прощения, — пробормотала она, пытаясь увести друга. Тот, сопротивляясь, снова схватил мужчину за рукав пиджака. — Нет! Герми-мнна, — ее имя превратилось в странный набор гнусавых звуков, но Рона это не остановило, — он говорит, что вампиры кусают девственниц! — Да, Рональд, я поняла, идем. — Они не кусают девственниц! Нахера им девственницы?! — Абсолютно согласна, никаких девственниц, идем уже. — Герм-мни… — Рональд, я предупреждаю, я превращу тебя в лягушку, если ты не пойдешь со мной прямо сейчас. Уизли посмотрел на нее невинными пьяными глазами и надулся. — Ты злая, — пробормотал он. Грейнджер согласно кивнула, чувствуя себя сейчас невероятно злой. Такой злой, что способной на убийство. Рону просто повезло, что рядом были десятки свидетелей, а то бы она его уже уничтожила. Грейнджер потребовалась вся ее выдержка, чтобы не заколдовать друга, когда они остались одни. Даже после того, как Гарри забрал его с собой, Гермиона все ещё слышала пьяный лепет Рона: «Почему именно девственницы?»

***

— Надеюсь, с этим не будет проблем? Несмотря на напряжённую улыбку, Том довольно убедительно развел руки в стороны в беспечном и дружелюбном жесте. — Никаких, мисс Грейнджер. — Тогда наши авроры сегодня же приступят к дежурству, — Гермиона поднялась и подхватила сумку, направляясь к выходу. Владелец Дырявого Котла вежливо открыл ей дверь своего кабинета, и она ему так же вежливо кивнула. — Благодарю вас за содействие, Том. Сейчас это очень важно. — Я все понимаю, — не очень воодушевленно поддержал мужчина. — Вампиры, магглы… Я всегда готов оказать помощь аврорату, мисс Грейнджер. Гермиона снова улыбнулась, одобряя его самоотдачу. На самом деле причина такой покладистости Тома заключалась в том, что он не хотел иметь дел с Министерским проверками. Выбирая между пассивным участием в расследовании и возможными штрафами, хозяин паба выбрал первое. Грейнджер считала, что ему это ничего не стоило, так что иммунитет к проверкам был напрасной уступкой. Подумаешь, в его заведении будет сидеть специально обученный аврор, следящий за всеми, кто отправляется в маггловский мир. Ни одного мирного посетителя это не затронет, не говоря уже о самом Томе. Девушка спускалась вниз, на ходу расстегивая сумку, чтобы достать пару кнатов на летучий порох, когда наткнулась взглядом на знакомые белые волосы. Стоп, что? Драко Малфой посещал Дырявый Котел? Она посмотрела на распахнутую дверь и задала себе более насущный вопрос: Драко Малфой посещал маггловский мир через Дырявый Котел?! — Прогуливаешь работу, Грейнджер? — его улыбке позавидовал бы самый счастливый ребенок в Сладком Королевстве. — Я могу посоветовать тебе парочку более приличных заведений для расслабления — без обид, Том. — Какие обиды, — отмахнулся бармен, тактично отвернувшись от разворачивающейся сцены. Драко подмигнул ему и перевел взгляд на Гермиону, поигрывая бровями. Та не поддалась. — Что ты делал в маггловском Лондоне? Парень нарочито широко распахнул глаза. — Где? — Не прикидывайся, Малфой, я видела, что ты выходил оттуда. — Померещилось? — Малфой… — О, Грейнджер, не будь такой серьезной, ты же в пабе. В рабочее время, хочу заметить. — Я здесь по работе Драко присвистнул. — Хочу такую работу, — он улыбнулся и тут же пожал плечами. — Вру, вообще не хочу работу. — Ты пьян? — Я счастлив, — Гермиона сосредоточенно на него посмотрела, но была вынуждена признать, что от него совершенно не пахло алкоголем. — Так что, пропустим по… Между ними ворвался голубоватый туман Патронуса, быстро обретающий форму лисицы. — Новая жертва. Жду в офисе. Гермиона чертыхнулась, бросила кнаты на стол и схватила летучий порох. — Жертва? Грейнджер, что за… Зелёное пламя камина разделило ее и Малфоя, оставив последнего в недоумении от прерванного разговора.

***

Отель был действительно неплохим, даже по волшебным меркам. Снятый на скорую руку номер включал в себя две ванные комнаты и две спальни, в одной из которых лежала мертвая девушка. — Не больше часа назад, — сказала Анджелина, читая краткий отчёт медэкспертов. Она захлопнула папку, поглядела на жертву и поджала губы. — Симпатичная. — Она мертва, — раздраженно заметила Гермиона. — Вижу. Ты допросила персонал? — Они не могут вспомнить, как выглядел мужчина. — Волшебник? — Видимо, довольно хороший. — Жаль ты только сейчас отправила авроров в Дырявый Котел. Могли бы уже знать, кто сегодня входил и выходил из него перед убийством, — Гермиона тяжело вздохнула, и Анджелина сжала ее плечо. — Расслабься. Скоро мы его поймаем. Мы уже на верном пути — впервые мы нашли жертву всего спустя час после смерти. — Желательно найти за час до смерти. — Для этого придется нанимать Трелони, — мрачно пошутила напарница, отворачиваясь от трупа. — Идёшь? — Я ещё раз все осмотрю. Анджелина пожала плечами, ее сапоги застучали по лестнице. Как у нее получалось так легко переживать все происходящее? Казалось, она просто не задумывалась над тем, что эти девушки были… людьми. Может, поэтому и не задумывалась? Потому что это магглы? Гермиона отмахнулась от мыслей, не желая тревожить себя новыми подозрениями. Достаточно и того, что она находится в одной комнате с четвертой жертвой вампира. Снова молодая девушка, снова маггл, только теперь снятый в отеле номер, а не маггловская квартира. И на этот раз перерыв между убийствами составил шестнадцать дней. После первого убийства вампир выжидал чуть больше месяца. После второго — три недели. Теперь чуть больше двух. Что дальше? Гермиона хотела бы верить, что дальше ничего. Что не будет больше вампирских укусов и невинных жертв. Но пока убийцу не поймали, было глупо надеяться, что он остановится. Итак, что о нем было известно? Он неплохой волшебник и, судя по следам сексуального насилия, мужчина. Скорее всего жертвы следовали за ним добровольно, либо под чарами. По крайней мере физическую силу убийца не применял — медэксперты настаивали на том, что все ножевые ранения появлялись уже после смерти и были нанесены в качестве маскировки места укуса. Мерлин, какое безумие… Если бы это не было ее жизнью, Гермиона подумала бы, что это детский ужастик. Несообразительные авроры не могут поймать вампира, который ходит по улицам Лондона и убивает девушек. Почему убивает? Неужели нельзя просто укусить и уйти? И почему выбирает таких молодых? Почему не случайный прохожий на улице? Против воли Гермиона вспомнила Рона, отчаянно доказывающего, что вампиры не кусают девственниц. Может, серьезно, у них были какие-то предпочтения, о которых Грейнджер не знала? Вряд ли в школьный учебник пропустили бы какую-то информацию про насилие над жертвами, так что… что ей известно? Вампир был повернут на молодых девушках. На неопытных молодых девушках, как показывала статистика убийств. Его встречи с ними всегда носили сексуальный характер, но никогда не выглядели пошло или поверхностно. В квартирах, где были найдены жертвы, всегда стояли свечи и бутылка вина. А сейчас, в гостинице, Гермионе сообщили, что молодая пара заказала себе в номер ужин. Все выглядело так, будто вампир ухаживал за дамами, а не убивал их, насладившись кровью. Почему? Зачем? Девушка сдалась и аппарировала в свой офис, решив поискать ответ в книгах.

***

Зелёное пламя камина потухло, перемещая Гермиону в малую гостиную Малфой-мэнора. В огромной комнате, напоминающей по размерам музейный зал, одиноко стоял Драко, поигрывая в руке какой-то безделушкой. — Ты задержалась, — почти ласково произнес он, засунув вещицу в карман. — Не знала, что ты так пунктуален. — Отличительная черта всех чистокровных, но ты, я полагаю, не в курсе. Только зная Малфоя на протяжении семи школьных лет, можно было понять, что, несмотря на издёвки, он в хорошем расположении духа. Когда у него плохое настроение он ещё более неприятен, чем сейчас. А так — обычная язвительность, сопровождаемая усмешкой. Они молча прошли по второму этажу мэнора до главной лестницы, спустились вниз и преодолели ещё два коридора, прежде чем оказались в библиотеке. Нет, не так. Оказались в Библиотеке. По сравнению с ней библиотека Хогвартса была просто чуланом с книгами. — Восхищена? — усмехнулся Драко, обернувшись на нее. Гермиона бросила на него укоризненный взгляд, притворяясь, что не смотрела только что огромными глазами на полки, размышляя над способом каталогизации такого огромного количества книг. — Впечатлена, — чуть менее восторженно выразила свои мысли девушка. Малфой хмыкнул, удовлетворившись этим ответом. Еще три коридора и лестницу они преодолели в тишине, а потом Драко остановился. — Здесь все о вампирах, — он указал на отдельную секцию, включающую в себя два стеллажа и несколько десятков полок. — Есть ещё книги, но они в других разделах. Несколько стоят в секции Темной Магии, если тебе нужно. — Гермиона слегка улыбнулась, найдя ответ на свой вопрос. — Что тебя веселит? Факт, что Малфои расставляют книги по темам. Но Драко это было знать не обязательно. — Зачем тебе так много книг о вампирах? — Это многовековая коллекция, Грейнджер, — она вопросительно посмотрела на него, и Драко закатил глаза. — А ещё моя мама почему-то тяготеет к вампирским романам. На этот раз Гермиона фыркнула. — Могу я взять пару книг? — Можешь остаться здесь и читать столько, сколько тебе нужно. Вот за тем поворотом будет стол. — Спасибо. — Рад помочь аврорату, — усмехнулся Малфой, звуча поразительно бодро. Грейнджер бы с удовольствием провела время, пытаясь разгадать его интонацию, но ей было не до того. Корешки книг манили Гермиону своими названиями, и она провела несколько минут, читая название и содержание каждой, чтобы отложить те, что могут пригодится. Пропустив три полки вампирских романов, Грейнджер нашла несколько медицинских книг, несколько подробных описаний вампиров как существ и даже автобиографии вампиров прошлого. Достав перо и пергамент, девушка села за стол с первой десяткой интересующих ее томов. Для такого объема информации времени было катастрофически мало. Спустя несколько часов (она даже не знала, сколько именно) Гермиона прочла, что у вампиров нет предпочтений в крови жертв, так что им все равно, кого убивать. Они чувствительны к прямым лучам солнца, но, обладая должным знанием волшебства, могут блокировать негативное воздействие. Их кожа отличается более бледным и сероватым оттенком, но при должном насыщении кровью этот эффект сходит на нет. То есть, вся эта информация говорила о том, что их вампир-убийца будет сыт, поэтому совершенно идентичен человеку. «Гениально», — решила Гермиона. Просто из упорства она продолжила читать, надеясь найти что-то более полезное, чем все вышеперечисленное. Спустя ещё три книги Грейнджер узнала, что вампиры не поддаются ни маггловским, ни волшебным болезням. Технически они мертвы, но их сердце стучит благодаря магии, которую они берут из крови жертв. Это звучало логично, учитывая, что кровь — один из самых энергетически полезных ингредиентов в зельеварении. Любопытно, что никто не объяснил, почему вампиры мертвы. Никто не писал, как проходит их обращение, и никто и словом не обмолвился о том, что убивать жертв не обязательно. В конце концов Гермиона начала сомневаться, что укус вампира так уж безобиден. Быть может, он работает так же, как укус оборотня? Может, укус сам по себе смертелен? Почему-то только сейчас Грейнджер осознала, что все жертвы были убиты Авадой. Они погибли не от потери крови и не от ранений. От непростительного заклинания. — Нашла что-то полезное? Девушка дернулась, поднимая глаза от своих конспектов. Увидев, что это всего лишь Малфой, она облегченно выдохнула. — Нет, не уверена. Все это немного… бесполезно. — А в чем должна быть польза? Гермиона откинулась на спинку стула, почувствовав неожиданную усталость, и пожала плечами. — Я сама не знаю. — Ты расследуешь дело, связанное с вампирами? Она внимательно посмотрела на Драко. Тот выглядел… любопытствующим. Даже не саркастичным. На секунду ей захотелось рассказать ему маленькие детали дела, дать пару намеков, но… Нет, нет, это просто от усталости. — Я не могу говорить об этом. Вместо ожидаемого разочарования по лицу Малфоя проскользнула улыбка. — Грейнджер, ты берешь у меня книги про вампиров, так что это даже не вопрос. Ты расследуешь дело. И у тебя ничего не получается. Она напряглась. — Что ты знаешь? Драко усмехнулся. — Ничего, кроме очевидного. Ты сидишь в моей библиотеке шесть часов, и говоришь, что не можешь найти ничего полезного. Ты читаешь книги про вампиров. Либо ты сама вампир, либо ты расследуешь дело. Гермиона мысленно отругала себя за глупость, а также за потерю счета времени. — Я правда не могу ничего тебе говорить, — с искренним сожалением произнесла она, собирая свои конспекты со стола. — Та жертва, о которой сказал Патронус, была убита вампиром? Гермиона сбилась со своих мыслей, и случайно опрокинула чернильницу на одну из записей. — Черт… — Я прав? — Малфой… Черт… Просто… не спрашивай, — она попыталась отмахнуться и сложить оставшиеся листы. — Это дело тебя не касается. — Ты в моей библиотеке, Грейнджер. — По делу аврората. Ты предоставил разрешение без всяких условий. Почему тебя вообще это волнует? — Она успела сложить из книг ровную стопку, прежде чем поняла, что Малфой действительно замолчал. Обернувшись на него, она заметила, что его губы плотно сжаты, и он очевидно хмурится. — Малфой, мне жаль, если тебя это огорчает. Он криво усмехнулся. — Переживаешь за меня, Грейнджер? Это звучало бы более насмешливо, если бы не так горько и не так правдиво. Гермионе пришлось приложить усилия, чтобы вложить в свой голос обычную для их общения издевку. — О да, ты выглядишь крайне болезненным, — пошутила она, но, видимо, неудачно. Драко помрачнел, и Грейнджер закатила глаза, не веря, что объясняет ему суть сарказма. — Это шутка, Малфой. Я не говорю, что твоя бледная кожа хоть немного напоминает кожу человека, полного жизни, но и на вампира ты пока не похож. Ну разве что слегка, — Гермиона ядовито улыбнулась, ожидая ответной колкости, но ее не последовало. — Серьезно, Малфой, что с тобой? Только тогда он хмыкнул и покачал головой. — Ничего, Грейнджер. Просто наслаждаюсь твоими жалкими попытками пошутить. Девушка поджала губы и засунула последние листы в сумку.

***

Она была дурой. Настоящей наивной дурой. Такой тупой, что даже Грегори Гойл выглядел бы на ее фоне Ровеной Равенкло. Черт! Мерлин! Гермиона аппарировала к особняку Малфоев, пытаясь вернуться на его территорию. Это тоже был глупый поступок, но уже менее тупой, чем предыдущий. Как минимум, ей хотелось так думать. Девушка попыталась вручную открыть ворота мэнора, но они абсолютно не желали поддаваться. Алохомора и Коллопортус также не влияли на древнюю магию рода Малфоев, охраняющую их особняк. Годрик, почему она так сглупила? Тонкая водолазка начала пропускать ночной холод, и Гермиона поняла, что ее импульсивная попытка встретиться с Драко оказалась не особенно гениальной. Учитывая все подозрения, стоило вызвать отряд авроров к его особняку, а не приезжать одной в одиннадцать вечера. Дура, дура, дура… Грейнджер всегда отличалась особой любовью к самобичеванию. Сейчас она превосходила сама себя. Мерлин, ей действительно стоит вернуться, пока не поздно. Но… Да, именно. Поздно. Ворота открылись, и на дорожке из гравия показался Драко. Гермиона надеялась, что он будет выглядеть нормально. Надеялась, что он произнесет какую-то саркастичную чушь, а она ответит ему насмешкой. Надеялась, что все будет в порядке. Но Малфой, полностью отвечая ее подозрениям, молчал. Выжидал, выдавая себя этим с потрохами. Наверное, тишина между ними должна была заполниться смехом зрителей из телевизионных комедий. — Что-то забыла? Любое его слово сейчас прозвучало бы обличающе. Гермиона сглотнула. — Да. Судя по его приподнятым бровям, он не поверил. — Зайдешь? На территорию, где нельзя аппарировать? — Нет. — Очень логично, Грейнджер. Еще одна неловкая пауза. — Мы можем поговорить? Он снова выгнул бровь. — Надеюсь, ты не собираешься признаваться мне в любви, — Гермиона промолчала, и Драко тяжело вздохнул. — Ладно. Идем. Против голоса разума Грейнджер пошла за ним. Конечно, не внутрь Мэнора. И не в сад. Она пошла, как преданная собачонка, в окружавший особняк лес. Еще один пунктик в ее списке глупостей: идти с Малфоем в глубокую чащу после одиннадцати вечера. Но она считала, что это обеспечит им приватный разговор. — Итак, — вопросительно произнес Драко, когда они добрались до какой-то маленькой поляны, — что ты хотела? — Я… — Влюблена? Очарована? Грейнджер, чуть быстрее, я хочу спать. — Я знаю кто ты. Он не показался шокированным. — И? — Я знаю, кем ты являешься. — Да, да, я услышал с первого раза. Поделишься тайной? — Что? — Ну, ты знаешь кто я, а я до сих пор не смог самоопределиться, так что… что скажешь? Он внаглую над ней смеялся, а она почему-то не могла подобрать слов. — Вслух? — Ты практикуешь легилименцию? — Гермиона нахмурилась, и Драко закатил глаза. — Вслух, Грейнджер. Давай, скажи это. Она заметила на его губах странную улыбку, как будто парень находил все происходящее забавным. Что грустно, потому что она — нет. — Ты вампир. Его единственной реакцией стал слабый смешок. — Ты боишься? — Нет. — Тогда задай свой главный вопрос. Прозвучало пафосно. Драко знал, поэтому ухмылялся. — Ты убил тех девушек? Комично изобразив удивление, Малфой наклонил голову набок. — Каких девушек? Ха-ха. И правда, чего она ожидала? Что он все расскажет, как герой глупого подросткового фильма? Гермиона поняла, что превратилась в персонажа из вампирского романа Нарциссы Малфой. Мелодраматичный момент не смогла испортить даже палочка, нацеленная в грудь Драко. — Малфой… — раздраженно начала девушка, но была перебита. — О, Грейнджер, прекращай! Если ты правда так уверена, что я вампир-убийца, какого хрена ты говоришь об этом мне? Зачем пришла ночью? Ты так сильно хочешь, чтобы тебя кто-то укусил? Или тебе нравится идея быть убитой? Гермиона крепче сжала палочку. — Ты не сможешь меня убить. Он насмешливо на нее взглянул. — Почему? Потому что вампиры убивают только девственниц, а ты потеряла свой статус еще с Уизли? Девушка покраснела, но попыталась сохранить профессионализм (если это слово было применимо к ней после событий этой ночи). — Я отведу тебя в Министерство. Драко демонстративно закатил глаза. — Ты не имеешь права меня задержать. Я никого не убил, если ты не заметила. Это только ты думаешь, что я серийный убийца. — Я могу сказать, что ты незарегистрированный вампир, и тебе выпишут штраф. — Мое хранилище не выдержит потери нескольких галлеонов… — Зато ты будешь задержан, и мы сможем тебя допросить. — Не сможете. Меня обратили всего десять минут назад, прямо перед твоим приходом. Гермиона возмущенно на него посмотрела. — Это ложь! — Нет, истинная правда, — Драко невозмутимо пожал плечами. — Наверное, ты упустила того вампира, когда шла за мной в лес. Знаешь, мне кажется, он что-то рассказывал об убитых девушках… прямо перед моим обращением и за пару минут до твоего прихода. Грейнджер злилась, и это было отдельным наслаждением для Малфоя. — Тебе дадут Веритасерум. — Как жаль, что я окклюмент. — Малфой, ты не сможешь избежать наказания за убийство! — Прости, Грейнджер, я что-то пропустил. Какое убийство? Его наглый взгляд стал последней каплей, и Гермиона, поддавшись гневу, схватила Драко за локоть, затягивая его в парную аппарацию.