Вампиры, ведьмы и прочая чушь

— Грейнджер! Гостиная в квартире Гермионы на секунду осветилась зеленой вспышкой камина, а уже через мгновение раздался характерный грохот падающих на пол тел. Гермиона приземлилась прямо на Драко и с истерическим хихиканьем откатилась в сторону, стукнувшись затылком о паркет. — Оо, черт, никогда больше не предлагай мне вернуться домой через камин, когда я пьяна… Она прижала ладони к лицу, пытаясь ослабить головную боль, и снова засмеялась, вспомнив, как только что упала. Драко рядом глухо хмыкнул. — Ты всё-таки пьяна, — довольно сообщил он. Грейнджер приоткрыла один глаз. — Ты ничего не слышал. Они посмотрели друг на друга, и Гермиона прыснула, не в силах выглядеть серьезной. Мало того, что они оба валялись на полу, так ещё и Драко выглядел как какой-то маггл на детском дне рождении. То ли в память о начале их отношений, то ли в качестве насмешки над прошлогодним костюмом Рона, но в этот раз на Министерской вечеринке он оделся как вампир из черно-белых маггловских фильмов. Такое клише… Гермиона могла поклясться, что вампиры так не выглядят, хотя бы потому, что один из них сейчас смотрел на нее, гипнотизируя взглядом. — Собираешься встать? — уточнил он с привычной саркастичностью, но голос прозвучал почти маняще. Грейнджер кивнула, и, прежде чем она успела что-то сделать, Драко повернулся на бок, чтобы прижать ее к себе и затянуть в поцелуй. Ой, все начиналось совсем не хорошо… — Драко… — сквозь давление его губ промычала она, но Малфой не отстранился. — Драко… — толчок в грудь, и парень наконец-то посмотрел ей в глаза. Сейчас его радужки немного изменили цвет, а зрачок стал более вытянутым. Если бы она коснулась языком его зубов, то почувствовала бы, как удлинились клыки. Но… — Спальня? Он улыбнулся, торопливо кивнув и закрепив свое согласие очередным поцелуем. Поднявшись на ноги, Драко протянул руку Гермионе, помогая встать, и девушка ощутила, как в ногах появляется трусливая слабость. Мерлин, она правда боится? Его ладонь обхватывала ее бедра, пока они шли в сторону кровати, и Грейнджер концентрировалась на этом ощущении, чтобы не подпитывать накатывающее волнение. Почему-то вспомнились убитые вампирами девушки. Весьма некстати, честно говоря. Когда Драко расстегнул молнию ее платья, Гермиона подумала, что надела не сочетающееся белье, потому что не собиралась заканчивать вечер так. Честно говоря, она никогда не планировала заниматься сексом под алкоголем. Тем более, в первый раз. Очередное клише, которое она ненавидела. Скидывая платье на пол, Гермиона старалась не смотреть на отстранившегося Драко, снимающего костюм. Ее сердце билось слишком часто даже для возбужденного состояния. Она не знала, что делать и как себя вести, и это пугало. В ее жизни было не так много моментов, когда она чувствовала себя неопытной девчонкой. Малфой же, кажется, ничего не замечал. Он снова поцеловал ее, крепко впившись пальцами в ребра, и Грейнджер ощутила вкус последнего алкогольного напитка в его бокале. На удивление, это оказалось приятным. Давление на груди ослабло, и Гермиона осознала, что Драко расстегнул ее белье. Его ладонь словно на автомате обхватила ее грудь, изучающе сдавив сосок, пока рот был занят углублением поцелуя. Весьма неопытного и неуклюжего, если думать, однако… Малфой коснулся ткани между бедер, и Гермиона отказалась от размышлений, неосознанно вцепившись ему в плечи. Драко выдохнул ей прямо в рот. — Легче, Грейнджер, — прошептал он, толкая ее тазом в сторону постели. Та оказалась неожиданно близко, и девушка снова чуть не упала, мягко опустившись только благодаря руке Драко на ее талии. Прячась от изучающего взгляда, Гермиона обхватила Драко ногами и потянулась к груди, склоняя ближе к матрасу. Малфой упал на локти. Она хихикнула. — Тебе смешно? — улыбаясь, произнес парень, слегка дёрнув бровями. Гермиона попыталась вместо ответа украсть поцелуй, но не дотянулась и просто коснулась губами его груди. Затем живота. Затем косых мышц. Они привлекли ее больше всего, и она почувствовала отчаянное желание их укусить. Кожа Драко на вкус была соленой. — Прости, — тихо выдохнула Гермиона, мгновенно забыв, за что извинилась, потому что бедра Малфоя толкнулись между ее ног, и его возбуждение вызвало в ней новую волну эмоций. Страсть, жажду, предвкушение… Девушка потерялась, цепляясь пальцами за плечи парня. Он же тянулся куда-то за ее голову, в попытке что-то достать. — Ш-ш-ш… — зашипел Драко, когда ее зубы снова сомкнулись на его коже. В этот раз на предплечье. — Я тоже хочу тебя укусить, но я сдерживаюсь. Он приподнял ее за бедра, положив под таз добытую подушку. Гермиона поерзала. — Тебе нельзя кусаться, ты вампир. — А ты ведьма, — констатировал факт Малфой, поцеловав ее. Она не поняла, было это попыткой успокоить, или просто мгновенным желанием. В следующую секунду ткань белья была отодвинута, и Драко ввел внутрь пальцы, глядя Гермионе прямо в глаза. Наивно, но Грейнджер покраснела. Захотелось закрыться, спрятаться, отвернуться, хотя тело реагировало совсем иначе. Если бы Гермиона действовала согласно инстинктам, она бы уже застонала и откинулась на спину, но вместо этого девушка зачем-то пыталась привстать. Ладонь Драко толкнула ее обратно. — Не надо, — мягко произнес Малфой ей на ухо, наклонившись ближе и накрыв своим телом. Грейнджер тихо заскулила, выражая этим всю свою неуверенность и всю жажду внимания, которые испытывала. Драко воспринял это как одобрение и прервался, чтобы снять с себя остатки одежды. В ожидании Гермиона закусила губу. Парень в ответ ухмыльнулся. — Да? — зачем-то уточнил он, поглаживая большим пальцем клитор. Это уже обеспечивало ему положительный ответ, потому что девушка оказалась не способна на более сложное действие, чем кивок. Проведя рукой по члену, Малфой толкнулся внутрь. Несдержанный стон Гермионы стал для него катализатором, и он сделал ещё одно движение, прежде чем сконцентрировался на том, как сильно Грейнджер впилась ногтями в его плечо. — По-подожди… — сбивчиво пробормотала она, широко открыв глаза от волнения. На ее лбу блестели капельки пота. — Плохо? — Нет, но… Он не смог удержаться от слабого движения внутри нее, и Гермиона выдохнула и сдавила коленями его торс. — Нормально? Наверное, стоило проявить чуть больше заботы, но ему было трудно даже просто поддерживать разговор и прислушиваться к ее словам. Ответного кивка девушки хватило, чтобы начать медленное движение. Несмотря на туман в глазах, Драко нравилось наблюдать за тем, как Гермиона открывается. Как поддается ощущениям и перестает так сильно тревожиться за свой внешний вид. Как забывает, где находится. Ее глаза закрылись, и ему безумно захотелось, чтобы она перестала прятать чувства за сомкнутыми веками. Провоцируя ее на эмоции, Малфой начал двигаться резче. Брови Грейнджер немедленно дрогнули. Когда Драко коснулся внутренней части ее колена, разводя ноги шире, Гермиона наконец-то распахнула глаза. — Драко… — предостерегающе протянула она, пытаясь приподняться и вернуться в прежнее положение. Парень остановил ее поцелуем. Уже через пару мгновений Грейнджер расслабилась, почувствовав, как меняются ощущения. Когда она переставала думать, она испытывала больше. Не чего-то конкретного, просто больше. Драко ускорился, и Гермиона с испугом отметила, как пальцы рук начинают неметь. Легкое покалывание поднималось вверх по локтям и отдавалось в ногах, когда Малфой делал так. Да, черт, именно так… Пара секунд, и Грейнджер чувствует, как Драко замирает, напрягаясь всем телом, и падает рядом с ней. Она же теряется в этом странном онемении, замирающем в кончиках ее пальцев. В висках стучит от давления крови. — Все хорошо? — шепчет Драко ей на ухо, и она кивает, пытаясь поцеловать его в качестве подтверждения. Малфой тянется к ней носом, как ласковый котенок, и позволяет гладить себя по щекам, волосам, плечам, шее. Он прикрывает глаза, и Гермиона осмеливается поцеловать его в уголок челюсти и в кадык. Драко хрипло смеётся. — Напрашиваешься, Грейнджер? — Гермиона, — поправляет она. Ей всегда хотелось, чтобы он произнес ее имя, но это казалось таким личным… Даже смешно. Хотя все ещё неловко. Драко приоткрывает один глаз, чтобы посмотреть на нее, и девушка повторно краснеет. — Гермиона, — послушно соглашается Малфой. Грейнджер прячет смущение, утыкаясь ему в шею. Когда его рука начинает рассеянно гладить ее по волосам, она находит в себе силы, чтобы перестать скрываться и посмотреть вокруг. Только сейчас до нее доходит, что Драко отвел ее не в спальню, а в гостевую комнату, где она его запирала. — Драко? — он вопросительно хмыкает, не размыкая глаз. — Почему эта комната? Ему требуется пара секунд, чтобы осмотреться и осознать суть вопроса. Когда смысл доходит, парень начинает ухмыляться. — Она мне всегда нравилась. — Нравилась? — Здесь было весело. — Весело? Драко фыркает и смотрит ей в глаза. — Секс со мной влияет на твои умственные способности, Грейнджер? — Она напрягается, и он примирительно поправляет свою ошибку. — Гермиона. И, да, это было весело, особенно в первые дни. Потом немного надоело. Ты правда верила, что я убивал магглов? Гермионе захотелось себя чем-нибудь ударить. Зачем она начала этот разговор? Они умудрялись избегать его более десяти месяцев, а теперь, после их первого раза, она решила поднять эту тему? Не то чтобы они совсем закрыли глаза на обстоятельства их сближения. Сначала, конечно, Гермиона принесла извинения. Не сразу. Примерно через месяц, когда поняла, что Драко никому ничего не рассказал. Потом она настойчиво пыталась узнать, чем он питается, учитывая его нелюбовь к Министерской крови. Потом, все ещё в качестве извинений, но ещё и из-за собственного желания, она помогла Драко настроить поставки крови из маггловских центров. Больше они эту тему не обсуждали. Притворялись, что Грейнджер не похищала Малфоя, а он не являлся вампиром. Сегодняшний костюм стал неожиданным способом напомнить ей о своей сущности, но, странное дело, Гермиону это не отпугнуло. Даже… можно сказать, привлекло? Интересно, у вампиров все-таки есть какие-то чары? Грейнджер считала, что не всем словам Драко во время его заключения можно верить. — Гермиона? Ее имя из его уст прозвучало непривычно. Девушка сглотнула, вспоминая вопрос, и снова спряталась носом в ямку у его ключицы. — Не знаю. — Не знаешь? — Я… я сомневалась. — Ты выглядела весьма уверенной, когда меня похищала. — Тогда я была уверена. — А потом? — Не знаю… — он отстранил ее от себя, чтобы посмотреть в глаза, и Гермиона, закусив губу, выдержала его взгляд. Драко молчал. Ей становилось неловко. — Я думала, что ты специально вмешиваешься в расследование, чтобы узнать, есть ли улики против тебя. И ты вел себя так подозрительно, и ты оказался вампиром, и ты не хотел рассказывать, когда тебя обратили, и постоянно отказывался от сотрудничества. Ты был странным. Ты мог быть убийцей. — его спокойный заинтересованный взгляд не помогал говорить правду. — Но… ахх, я не думаю, что когда-либо считала тебя убийцей. Понимаешь? — Нет. Она разочарованно выдохнула. — Я не боялась тебя и не испытывала неприязни. Я не считала тебя монстром, хотя, когда я думала об убийце, я его ненавидела. Но не тебя. И это… это меня смущало. — Поэтому ты дала мне свою кровь? Она покраснела. — Мне было тебя жалко, — Драко фыркнул. — Ты обижаешься? — На кровь? — он правда улыбнулся. — Нисколько. Это было мило, хоть и противоестественно, — они оба приглушённо хмыкнули. — На самом деле, после нее ты стала мне гораздо интереснее. На этот раз Гермиона оказалась заинтригована. — Мм? — протянула она. Драко рассмеялся. — До этого ты ни разу не говорила мне, что ты девственница. Он с улыбкой посмотрел на нее, а на лице Гермионы отразился полный шок. — Что? Малфой приподнял бровь. — Что? Я думал, что ты спала с Уизли или с Поттером, ну, хотя бы раз, знаешь. Всё-таки вы были так близки. — Драко! — она попыталась его толкнуть, но он только фыркнул. — Что? — Ты… ты… — Мерлин, Грейнджер, почему тебя это так сильно трогает? Ты не хотела, чтобы я знал? — Нет! — Почему? — он растерянно рассмеялся. — Потому что… потому что это… — слов не хватило, и Гермиона качнула головой. — Как ты узнал? — Кроме очевидного? — она недоуменно на него посмотрела, и Драко продемонстрировал свой лучший снисходительный взгляд. — Серьезно? Мы только что переспали, но ты думаешь, что я не понял, что у тебя никого не было? — Это так заметно? — отчаянно краснея прошептала Гермиона. Малфой слегка нахмурился. — Не настолько. Но я предполагал, поэтому для меня — заметно. Повисла пауза, во время которой Гермиона вспоминала события их прошлого. — Ты понял по крови, — почти утвердительно произнесла она. — То есть, по ней можно определить… Она не стала договаривать фразу, потому что концовка ее смущала. Но Драко, кажется, все понял. — Да, — ответил он. — Только не так, как ты думаешь. Просто… — Малфой коснулся рукой волос, откидывая их со лба, и провел ладонью по шее, задумчиво поджимая губы. Потом почему-то хмыкнул. — Это прозвучит занудно, так что тебе должно понравиться. У взрослых людей, ведущих активную сексуальную жизнь, уровень гормонов в крови отличается от уровня гормонов подростков. Если бы ты не сказала, что это твоя кровь, я бы решил, что ты забрала ее у какой-то молодой девушки… то есть, совсем у несовершеннолетней. Лет шестнадцати, наверное. Но ты сказала, что это твоя, так что… Я просто предположил, что ты девственница. Хотя все не так просто, и был шанс, что ты сейчас сидишь на каких-то препаратах, или… ну, ты понимаешь. Я не был уверен до сегодняшнего дня. Не зная, издевка это или факт, Гермиона на всякий случай толкнула Драко в грудь. Он фыркнул. Все-таки это была насмешка. — Значит, кровь все-таки отличается, — кивнула сама для себя Гермиона, вспоминая уже закрытое дело. Вампир был убит во время задержания, так что его так и не удалось допросить. — Она… вкуснее? Как и год назад, в ответ на этот вопрос Драко закатил глаза. — Это не конфеты, Грейнджер, — недовольно проворчал он. — Она не вкуснее. Она просто насыщеннее. От нее ощущения, как от слабого алкоголя: легкость и возбуждение. И… на нее подсаживаешься, — его голос стал чуть тише. — Хочется еще. Хочется снова. Наверное, это как-то влияет на организм, я имею в виду вампиров. Ты испытываешь что-то вроде влюбленности в человека, чью кровь выпил. Наверное, поэтому твой вампир убивал и насиловал девственниц. Они сводят с ума. Гермиона настороженно замерла. — В каком плане? — Ну, — Драко пожал плечами, обхватывая девушку рукой. — Я никогда не пил столь насыщенную кровь до тебя. Думаю, когда на нее подсаживаешься, хочется все больше и больше… А она… Она слишком сильная. Ты же помнишь, что я мертв? — она слышала в его голосе усмешку, но все же кивнула. — Так вот в молодой крови больше силы. Больше энергии. Министерство не случайно выдерживает кровь у себя несколько недель — оно ослабляет ее, чтобы вампиры не представляли угрозы. Представь, что тебя удерживают на грани бессилия и обезвоживания все время, а потом ты находишь целый ключевой родник. Так можно сойти с ума. Я думаю, тот вампир просто дорвался до свободы. Ощутил, каково это, когда внутри тебя много сил. Когда ты можешь все. Когда ты хочешь все. Я бы не испытывал сейчас возбуждения, если бы не был сыт, я бы просто не смог, не было бы сил, понимаешь? — Гермиона не думала, что понимает, но повторно кивнула. Драко зарылся носом ей в волосы. — Думаю, он постоянно жил на гормонах этих девушек. Чем больше крови он пил, тем больше хотелось. Когда пьешь кровь, кажется, что снова жив… То же самое во время секса. — Ты чувствуешь себя мертвым? — Я действительно мертв. — Нет, в смысле… ты это ощущаешь? Малфой долго молчал. — Да. Это сложно, — он погладил ее по спине, прижимая ближе, и поместил колено между ее ног, побуждая Гермиону плотнее прижаться. — Каждое утро ты не чувствуешь бодрости. Каждый вечер не хочется спать. Нет особого ощущения голода, и нет жажды, кроме крови, конечно. А когда начинаешь пить, понимаешь, что снова все испытываешь, как обычный человек, — Гермиона молчала, и Драко задумчиво гладил ее волосы. — О чем ты думаешь? — уточнил он, когда стало понятно, что она не станет продолжать разговор. Грейнджер замялась. — Ты сказал, что ты влюбляешься в человека, чью кровь выпил. — Что-то вроде. — Мы поэтому… вместе? Молчание. Он должен был ответить быстрее. Он должен был сказать, что это вовсе не важно. Но Драко тянул. — Не знаю, — наконец, произнес он. — Может быть. Я… я правда не знаю, Гермиона. Я не влюбился в тебя, потому что ты дала мне свою кровь. Конечно, я был заинтересован, а еще мне чертовски тебя захотелось, потому что я понял, что ты девственница, но… Нет, нет, я думаю, это другое. Это не причина, ладно? Это просто повод. — Повод… — зачем-то повторила Грейнджер. — Гермиона… — она промолчала, а Драко как-то устало вздохнул. — То, что я хочу тебя, как вампир, не означает, что я не люблю тебя, как человек. И это было сложно. Потому что Гермиона не знала, кого в нем больше, вампира или человека.