The Undone and the Divine

      Нефритовое Равновесие оказалось куда более серьёзной проблемой, чем он рассчитывал. Предложение Нин Гуан выглядело лёгким только на первый взгляд, и теперь он понял, почему женщина попросила его позаботиться о своей подопечной. Ведь найти её полумёртвой в долине было, мягко говоря, шокирующе. По правде сказать, вид её распростёртого на земле тела почти что вынудил его собственное сердце остановиться. И, если она продолжит в том же духе, то, вполне вероятно, станет и его концом заодно. Судя по всему, приглядывание за Кэ Цин дорого ему обойдётся.       Обладая талантами во многих сферах, Повелитель Камня не мог похвастаться даром целительства. И ему попросту повезло, что рана девушки оказалась поверхностной, и поблизости нашлось укрытие. Гавань была слишком далеко, а если бы он не оказал первую помощь… Он не хотел предполагать, что случилось бы в таком случае. Её безвольное тело, повисшее на руках, вызвало слишком горькие воспоминания.       Хотя мечница всё ещё дышала, что было хорошим знаком, он всё равно проверил пульс, параллельно наблюдая, как поднималась и опускалась грудь.       Всё должно было обойтись.       Чжун Ли уверял себя в этом, пытаясь заглушить параноидальные мысли о том, что Кэ Цин может угаснуть. Она напомнила ему, какими слабыми были люди. Несмотря на всю силу, коей обладала Нефритовое Равновесие, ранение взяло верх, и сдерживала его пагубное влияние лишь тонкая нить, которой он зашил порез. Жизненный цикл людей был не более, чем мгновение. Они уходили в мир иной в разном возрасте и по различным причинам. Смерть, подстерегающая людей на каждом шагу, благоволила богам, наделяя их вечным существованием. Но Чжун Ли прекрасно чувствовал леденящее присутствие смерти.       Будь то от его руки или… В его руках.       Внезапная мысль вынудила мужчину нахмуриться: сейчас было не время углубляться в этот тёмный угол его сознания… Если эти воспоминания вообще можно было считать уместными. Но они были здесь, и отвергнуть их не представлялось возможным - он принял это, как данность.       Бывший архонт предпринял попытку разжечь костёр, желая отвлечься и обеспечить спокойный сон Кэ Цин, которая дрожала в забытии (то ли от шока, то ли от холода, он не мог с уверенностью сказать).       Но образ упавшей в его руки поверженной Гуй Чжун возникал в голове всякий раз, когда он оборачивался к мечнице, настойчиво напоминая, как близок он был к повторению истории. Вынуждая воскресить в памяти то, как богиня обмякла, а затем растворилась в воздухе.       Она никогда не была ни физически сильной, ни агрессивной. Кроме созданных ею побрякушек, ничего не могло толком защитить Гуй Чжун. Беззащитная, она разлетелась на бесчисленное количество пылинок, которые до сих парили в воздухе безразличного мира, созданного лишь для сражений. В картину которого сам Моракс идеально вписывался.       Тела некоторых более слабых, по сравнению с Архонтом Пыли, божеств, могли состоять из ценных камней, не предназначенных для глаз смертных. Подобный запретный плод всегда искушал алчных существ, но Гуй Чжун… Она несла в себе куда большую ценность. Её тело заключало в себе высшую силу - благоговение перед грозным Архонтом Вихрей. Это была попытка Осиала привлечь внимание Повелителя Камня: убить его подчинённых и остальных людей, достаточно дерзких, чтобы присягнуть Мораксу на верность. Тех же трусов, которые принимали сторону морского чудовища, последний награждал богатством, а Гуй Чжун представлялась ему самым ценным трофеем.       Он намеренно использовал для убийства богини тех людей, которым она слепо доверяла, и приказал им забрать с тела всё, что они пожелают. Человеческие существа, как считал Гео Архонт, были эгоистичными и оппортунистическими по природе своей, с чем никогда не соглашалась женщина. Даже когда её физическая оболочка рассыпалась на пылинки, которыми богиня повелевала, она умоляла Моракса пощадить смертных. Она беспрестанно утверждала, что это всё было лишь планом Осиала.       Но они несли ответственность. Жалкие существа, возжелавшие получить тело богини, и что в итоге? Она буквально растворилась в воздухе, и маленькие частички пыли унесло ветром. Убийцы остались ни с чем. Любое наказание не шло ни в какое сравнение с содеянным, однако все, кто участвовали в преступлении, были стёрты в порошок мстительным божеством. Так, он посчитал, будет справедливо.       Что до Осиала, то Властелин Камня запер его, специально оставив тому крупицу свободы. И некогда величавый Архонт Вихрей с тех пор влачил своё существование, зная, что является лишь пешкой в игре Моракса.       Он отомстил, но не почувствовал ни очищения, ни облегчения. Лишь пустоту. С утраты Гуй Чжун прошло тысячелетие, а мужчине никогда не доставало то ли времени, то ли сердца, чтобы скорбеть. Но это чувство спало внутри него слишком долго.       Титул Архонта постепенно становился непосильной ношей. Рекс Ляпис… Моракс, как не назови, уже совсем не подходил для подобной роли, или, если быть уж совсем честным, сдавался под тяжестью бремени. Шли годы, сменялись эры, низвергались архонты, их сменяли другие, а он всё ещё занимал свой престол.       Тем не менее, ни одна империя не могла существовать вечно, и пришло время проститься. Его падение должно было повлечь долгожданное облегчение, свободу от ошибок прошлого, ведь контракт, связывающий его с Ли Юэ, был исполнен и утратил силу. Но что-то копошилось внутри бывшего Гео Архонта, и легче не становилось.       Печаль… До недавнего времени он полагал, что эта эмоция свойственна лишь людям. Вероятно, это было ошибкой.       Кэ Цин, несмотря на ряд неоднозначных идей, была абсолютно права в одном: жизнь бесценна. Незаменима. И Чжун Ли полагал, что именно быстротечность и делала её таковой. Бессмертие же было своеобразным обещанием вечного присутствия во веселенной в той или иной форме. Что приготовило ему будущее, вернее, сколько лет этой самой жизни, он не знал. Смерть, наверняка, ждала его уже тысячи лет, и, в каком-то смысле, он давно ей покорился.       Размышляя о своей кончине, он не испытывал никаких эмоций, лишь безразличие. Всё наследие гордого архонта рушилось оземь не с громогласным рыком, а с жалким хныканьем. Подходящий конец для завоевателя вроде него.       Но вот Гуй Чжун не заслуживала безжалостной казни, равно как и Кэ Цин. Вероятно, спасение одной из них, в конце концов, облегчит его душу. Если бы он подвёл Нин Гуан, то будто снова…       «Дыши, с ней всё хорошо. Кэ Цин в порядке».       Несмотря на кривые швы на нижней части живота, состояние бледной, как полотно, девушки было стабильно. Мужчина готов был поклясться, что она не будет в восторге, когда узнает, что он был вынужден раздеть её, но в то же время он полагал, что куда большее недовольство вызовет тот факт, что он в принципе спас её жизнь. Нефритовое Равновесие ставила гордость во главу угла, что она неустанно демонстрировала, в том числе и перед тем, как потерять сознание.       Когда она проснётся, его ждёт допрос с пристрастием.       Будучи самостоятельной по природе своей, Кэ Цин старалась разрешать дела в одиночку, и её, он был уверен, не покидала тревога о собственной уязвимости. Чёрт, это было ровно то же чувство, что управляло и им. Затолкать эмоции и страхи поглубже, запереть под замок, и всё: защита, подобная этой, уберегала их от смерти, но лишала полноценной жизни.       Мечница была великолепной, а её сила казалась впечатляющей для смертной… Нет. Впечатляющей в целом. Однако, он полагал, что именно эта пресловутая гордость была тем, что чуть её не погубило. Именно эта черта характера девушки и вынудит отчитать его, как подростка, если он не будет осторожен в выборе слов.       Поэтому, чтобы выйти сухим из воды, мужчина должен был придумать ряд оправданий в свой адрес, которые покажутся убедительными. И вескими, ведь она с лёгкостью замечала, когда он начинал ходить вокруг да около.       Негромкий шорох вынудил его обернуться, ведь они всё ещё находились далеко за пределами города и могло случиться всё, что угодно. Поэтому, увидев сидящую Кэ Цин, бывший архонт почти что почувствовал облегчение.       Почти.       Ему явно следовало обдумать дальнейший ход беседы как можно быстрее.       Чжун Ли вновь обернулся к жалкому подобию костра, который никак не мог разгореться из-за обильной влажности воздуха. Раненая девушка не нарушила молчания, и он был благодарен ей. Вероятно, она была слишком утомлена для среднестатистического потока вопросов, который обычно сыпался на него. Консультант предположил, что она дезориентирована, и ей будет весьма сложно собрать воедино все детали. Если ему повезёт, то она просто ляжет спать.       Хотя, последнее было маловероятно. Точнее сказать, невозможно. Речь же шла о Кэ Цин.       - Ты очнулась.       Он изо всех сил старался, чтобы его голос не звучал огорчённо.       С её губ сорвался тихий стон. Состояние, в котором он нашёл её, вряд ли предполагало другой ответ. Разумеется, в нынешних обстоятельствах лучшим решением был отдых, но…       Разве это было в её стиле?       Подтверждение его мыслям пришло тут же, когда она тихонько выругалась, то ли не желая привлекать к своей персоне лишнее внимание, то ли не в состоянии сдержаться из-за сильной боли.       Наверное, и то, и то сразу.       - Моя голова…       - Тебе следует поменьше вертеться.       Как и ожидалось, девушка проигнорировала совет, и через мгновение попыталась встать. За необдуманным порывом последовал рваный вдох и приглушённое хныканье.       - Не помешало хотя бы изредка ко мне прислушиваться.       Она отодвинулась подальше от него, прижимая ладонь к ране на животе.       - Ох, да ладно Вам, мистер Консультант. Последнее, что мне сейчас нужно, - это замечания из серии «я же говорил».       Он не мог не улыбнуться в ответ на эту знакомую не понаслышке манеру общения. Даже будучи одной ногой в могиле, Кэ Цин не растеряла ни капли своего остроумия. Уж что-что, а заскучать у него в такой компании не выйдет. Раздражённое выражение не покидало её лица, когда она гордо отвернулась от собеседника.       Что же, хорошо, что она осталась верна себе.       - Глаза Бога, - поспешно напомнила девушка.       Ах, точно. Она ведь чуть не испустила последний вздох над ящичком с украденными артефактами, которые без их владельцев не представляли никакой ценности. Несмотря на то, что подобное воровство казалось тревожным, желание умереть из-за такой мелочи он не понимал.       - Вот, - мужчина указал на коробок на земле, привлекая внимание мечницы, которая, заметив искомый предмет, казалось, наконец оттаяла.       - Спасибо, - уверенно произнесла Кэ Цин, глядя в глаза своему спасителю. - Спасибо за… всё, я полагаю. Хотя это и сложно признать, но если бы не ты, меня бы здесь, вероятно, не было.       - Не бери в голову. Я рад, что ты идёшь на поправку.       Подобный разговор в корне отличался от тех перепалок, в которые они вступали. Её благодарность сложно было заслужить. Но когда она произнесла эти слова, то показалась ему такой… нежной, как говорила Нин Гуан. Чжун Ли замечал, что чем больше он знакомился с этой её эмоциональной стороной, тем больше она ему нравилась. Хотя, он не был уверен, сколько ещё девушка будет проявлять мягкость: вполне вероятно, что уже к утру она притвориться, будто бы ничего не произошло.       Она прочистила горло.       - Но ты так и не сказал мне, что делал так далеко от города.       Он признавал, что у Нефритового Равновесия были все права на такого рода вопрос, но хотел бы получить больше времени для выдумки убедительного алиби. Консультант крепко сжал челюсти, раздумывая над тысячами различных полуправд, но она его опередила.       - Надеюсь, это никак не связано с просьбой леди Нин Гуан пошпионить за мной, - мягкость разом улетучилась из её голоса, что нельзя было не ожидать от не всегда сдержанной мечницы.       Девушка, определённо, была умна сверх меры. Он всё ещё мог соврать, но совесть не позволяла. А вот заговорить зубы стоило попытаться.       - И как ты пришла к такому выводу?       - А зачем ещё тебе следовать за мной?       Вопросом на вопрос. Возможно, у них было куда больше общего, чем бывший Гео Архонт предполагал.       - Личная заинтересованность?       Она закатила глаза.       - Хорошая попытка.       Что же, если его собеседница так хотела знать правду…       - Она беспокоится о тебе, и у неё только благие намерения.       - У этой женщины не может быть благих намерений! - Кэ Цин резко дернулась вперёд, чтобы в следующую секунду вернуться в исходное положение, рвано выдыхая. Чжун Ли услышал, как он цыкнула языком, напряжённо отворачиваясь в сторону. - Она беспокоится только о себе. Боится, что если не держать меня на поводке, то вся её репутация пойдёт псу под хвост.       Чжун Ли поспешно отвёл взгляд, всматриваясь в огонь. Всё равно он мало что мог предпринять, а совет любой из двух женщин был бы, вне всяких сомнений, отметен в сторону. Стоявший вопрос был за пределами его компетенции, и закапывать себя в их личных неурядицах не хотелось бы. Поэтому в этот раз он позволил ей оставить последнее слово за собой.       Кэ Цин дрожала, упрямо не желая пододвигаться ближе к нему либо к огню.       - К черту эту женщину. Она вмешивается во всё, над чем я работаю. А теперь ещё и тебя впутала…       Удивительным было то, насколько и Нефритовое Равновесие, и Нин Гуан были слепы, и за какими стенами они прятали друг от друга свои истинные чувства. Раньше мужчина полагал, что отторжение у юной мечницы вызывал лично он, но теперь было очевидно, что это естественная реакция девушки на всё. Если бы он озвучил свои мысли, то его наверняка бы вынудили замолчать.       Последующая за гневной тирадой тишина давила на Кэ Цин, и та беспокойно ёрзала.       - Я не… имею ввиду, что не благодарна. Честно сказать, я даже не знаю, как смогу отплатить, - она замолчала, вперив взгляд в пляшущие языки пламени и обхватила себя руками. - Это не происходит на постоянной основе. До сегодняшнего дня меня не было необходимости спасать. Сколько я себя помню, я всегда справлялась сама, в одиночку. Полагаю, мне везло, и я возвращалась без единой царапины, чудом вытаскивая себя же из очередной передряги. Но в этот раз… - девушка вновь замолчала, уронив лицо в ладони и раздосадовано рыкнув. - У меня руки чешутся придушить Нин Гуан! Плохо уже то, что она считает меня слабой, так ей и этого мало. Отправить тебя следить за мной, будто я сама себе угроза! Хотя… Вероятно, она и в этом права!       Вечно сдерживающая себя Кэ Цин, оказавшись на пороге смерти, сорвала с себя маску, которую всегда носила в его присутствии. Чжун Ли был уверен, что сейчас девушка приняла куда больше, чем ей хотелось бы.       - Наверное, это нелегко.       Она перевела взгляд на собеседника:       - Что именно?       - Осознавать свою неправоту.       Так легко слетевшие с губ слова могли бы послужить причиной для жестокой физической расправы. Но он надеялся, что девушка не набросится на него сейчас, ведь в таком случае она травмировала бы себя саму куда больше: бывший Архонт был так же твёрд, как и горы Ли Юэ. Вместо этого Кэ Цин отвела глаза, как-то совсем по-детски надувшись.       - Я бы свернула тебе шею, не будь так благодарна за спасение.       Мужчина не смог сдержать тихий смешок, тут же слетевший с его губ. Кэ Цин была странной, но эта странность делала её очаровательной. Всегда. Она так и не переросла свои детские выходки, и отрадно было видеть, как бунтарский дух всё ещё жил в юной особе.       - Здесь нечего стыдиться.       Она горько хмыкнула:       - Вообще-то, есть чего. У меня не было ни времени, ни права на совершение подобной ошибки. Моя обязанность заключается в поддержании блага Ли Юэ. Если бы я провалила миссию и меня бы убили прямо там, я…       Воспоминания были ещё слишком живыми, а само событие, вероятно, травмирующим. Девушку трусило, и она всё больше бледнела.       Сожаление. Всепоглощающая, терзающая разум мысль «а что, если…».       - Но этого не произошло.       Вероятно, это было сказано чересчур резким тоном в адрес потрясенного до глубины души человека. Но он прекрасно понимал, что будет, если погружаться с головой в подобные рассуждения.       - Ты выжила. Пусть ты и не невредима, но…       Чжун Ли сделал паузу, прежде чем произнести слова, которые он был бы не против услышать много лет назад:       - Ты не была одна.       Настороженность во взгляде мечницы сменилась любопытством, и мужчина с облегчением осознал, что в кои-то веки к нему прислушались.       - Не одна.       Его собеседница повторила слова, будто бы не могла уяснить очевидный факт. Глубокий вздох слетел с приоткрытых губ, и она уставилась на запачканную кровью ладонь.       - Весьма иронично.       Утверждение было не чем иным, как еле слышным выдохом.       В следующее мгновение она будто осознала, что предалась меланхолии, и постаралась выпрямиться, чтобы придать немного презентабельности своему внешнему виду. Брюнет предположил, что это вновь была защитная реакция.       - Простите меня, мистер Чжун Ли. Такой пессимистичный подход мне не свойственен, несмотря на всё случившееся. В конце концов, никакой пользы от постоянной оглядки на прошлое нет.       О, да, ему давно следовало прийти к тому же выводу.       Кэ Цин вновь предприняла попытку выпрямиться, но рана не позволила ей этого сделать.       - Думаете, - в её голосе слышалось напряжение, - они были одни?       - Они?       Её глаза метнулись в сторону, и она пододвинулась к нему, слегка зажмурившись и прижимая руку к области живота прямо над порезом.       - Люди, которым принадлежали Глаза Бога, - она встретилась с ним взглядом, стараясь сохранить достоинство в текущем своём состоянии. - Я могу увидеть сундук?       Что-то подсказывало ему, что не стоит утвердительно отвечать на её просьбу. Пусть сидящая рядом девушка и была необычайно сильной, но человеческая жизнь значила для неё очень многое. Однако он заглушил голос разума и передал ей коробок.       Сотню лет назад он и не задумался бы об эмоциональной составляющей вопроса. Рекс Ляпис был мудрым прагматиком, и размениваться на сантименты представлялось лишь бесполезной тратой времени. Но Моракс умер месяц назад, и Чжун Ли следовало бы это осознать.       Кэ Цин открыла вместилище и застыла, взглянув на светящиеся кристаллы. Их блеск постепенно затухал вместе с наполняющей их энергией. Царапины и сколы покрывали будто бы выцветшие элементальные хранилища.       Некоторые были покрыты засохшими багровыми пятнами, свидетельствами ужасающих преступлений, мотивы которых были скрыты от Нефритового Равновесия. Как и ожидал мужчина, девушка приняла происходящее близко к сердцу. Наверняка, это и были пресловутые сочувствие и любовь, которые всегда были ему чужды. А она была такой же тонко чувствующей душой, как и Гуй Чжун, теперь он это ясно разглядел.       И, вероятно, теперь он понимал, почему мечница прошла такой путь, чтобы вернуть их.       - Кто-то из них мог спастись?       Нет. Умирающий свет был верным подтверждением, ведь без владельца элемент постепенно утрачивал силу.       - Сложно сказать.       Однозначная ложь могла возыметь тот же эффект, что и резкий, но правдивый ответ, а сожаление в её глазах не позволяло поделиться мыслями вслух.       - Но, по правде сказать… сомневаюсь.       Подобная неоднозначность давала ей, пусть слабую, но надежду, и она была меньшим, что заслужила Кэ Цин, пройдя через все ужасы.       - Омерзительно.       Чжун Ли был согласен. Человеческое корыстолюбие не знали границ, и это оставалась и останется неизменным. Юная девушка взяла Пиро Глаз Бога, находившийся в самом плачевном состоянии. Кровь залила поверхность кристалла, а трещины, словно паучьи лапы, обхватывали хрупкое стекло. Свет в нём почти что исчез.       - Когда агент забрал мой Глаз Бога, я почувствовала себя такой беспомощной. Будто пришёл мой конец, - её пальцы бережно прикоснулись к поверхности предмета, острия стекла которого могли бы запросто разрезать ткань перчаток, что и произошло.       Консультант еле сдержался, чтобы не напомнить ей, что она и так потеряла достаточно крови сегодня. О чём она вообще думала? Но расфокусирований взгляд фиолетовых глаз был направлен в неизмеримые дали, и девушка вряд ли осознавала свои действия, вглядываясь в своё сокровище.       - Глаза Бога связаны с нами. Возможно, я смогу дотянуться… - она замолчала, наклонив голову и приложив кристалл ко лбу.       - Ты ведь тоже боялся.       Эти слова уже не были обращены к Чжун Ли.       Кто бы не обладал Глазом Бога, уже никогда не смог бы услышать её зов. Души владельцев давно покоились с миром, оставив после себя лишь остатки угасающих звёзд. Было ли жестоко пощадить её чувства в том случае, если правда могла натолкнуть её на мысль о провале?       Он продолжил хранить молчание. Она этого заслуживала. И он не посмел бы разрушить ту надежду, которая зародилась в душе девушки.       - Простите. Этого больше не повторится. Я обещаю.       Спустя минуту тишины, нарушавшуюся лишь потрескиванием в огне сухих веток, она опустила Глаз Бога, выравниваясь, насколько это было возможно.       - Вероятно… это было жалкое зрелище.       Её голос звучал куда менее хлёстко, чем обычно.       - Едва ли, - заверил он, сопровождая свои слова улыбкой. - Твоя доброта восхитительна, Кэ Цин.       Несмотря на полную сосредоточенность на угасающем хранилище энергии, было заметно, как на уголки губ девушки слегка дрогнули.       - Я думаю, странно видеть такого отъявленного скептика, как я, отдающегося сверхъестественному. Полагаю, даже у меня есть предел.       Чжун Ли знал, что она далеко не всегда была так прагматична, какой хотела выглядеть в глазах всего Ли Юэ. Более того, ему стоило бы считать честью то, что она продемонстрировала эту свою сторону.       - Не советую к этому привыкать. Не к доброте, я имею ввиду, а к моей неправоте.       - Разумеется.       У Нефритового Равновесия была репутация, которую необходимо было поддерживать. Даже если небольшое приоткрытые занавеса сделали бы её более понятной окружающим.       - Хотя, я бы сказал, что ни первое, ни второе качество нельзя назвать отрицательными.       Кэ Цин нельзя было назвать стеснительной, но изменившееся выражение её лица в данный момент кричало об обратном. И если он с трудом мог признаться себе, насколько была милой подобная реакция, то его собеседница и подавно.       Брюнет протянул руку и спросил:       - Могу я..?       Взгляд мечницы устремился к Глазу Бога прежде, чем передать его мужчине.       - Да, пожалуйста.       Она поместила своё сокровище на раскрытую ладонь, с некоторым сомнением, но всё же отпуская. В конце концов, она доверяла консультанту. Во всяком случае, он на это надеялся. Когда невесомое прикосновение прервалось, Чжун Ли внимательно посмотрел на мутный кристалл, стремительно терявший тепло и остатки энергии с близившимся рассветом. Сделать что-то уже не представлялось возможным, но, мужчина предполагал, что внутри всё ещё оставалась последняя искра жизни. Даже с того света (если это, в принципе, не было выдумкой) ощущался слабый огонёк. Последнее утешение, посланное его владельцем.       Бывший архонт разжал пальцы и позволил Глазу Бога погрузиться в языки пламени.       Кэ Цин непроизвольно подалась вперёд, но тут же отшатнулась от взвившегося вверх потока огня, разожжённого внезапным всплеском остаточной энергии. Стихия тянулась вверх, к небу, а тлеющие угольки парили в горячем воздухе. Всё, что Нефритовое Равновесие хотела сказать, так и не было озвучено, ведь он готов был поклясться, что она тоже почувствовала, что странствующая душа, наконец, обрела долгожданный покой.       - Возможно, так он найдёт дорогу домой, - мысли сорвались с губ, прежде, чем мужчина успел подумать, но, к его удивлению, Кэ Цин согласно кивнула.       Огонь утих, но ещё долгое время согревал присутствующих. Мечница слегка откинулась назад, нахмурив брови.       - Знаете, мистер Чжун Ли… Я никак не могу Вас понять.       Судя по расслабленному языку тела было очевидно, что усталость постепенно поглощает её.       - Вы взялись будто бы из ниоткуда, но иногда…       Она замолчала, и следующие слова прозвучали ещё мягче.       - Иногда мне кажется, что Вы всё время были с нами.       Чжун Ли лишь улыбнулся.       - Я и был.