Stargazers

Денёк проведенный в заячьем городишке промелькнул в один миг. Ничего в нём не изменилось, разве что народа стало поменьше: всю оставшуюся молодёжь посадили на поезда и отправили вслед за Джуди. В Аш’Рам. Отец так и не поправился. Госпиталь работал на доброй воле да припасах местных волонтёров: Гонф думал было пообещать пару-тройку пакетов «Полиморфина», однако сопровождавшие землеройки грубо отказали. Трофейные медицинские комплекты слишком редки, и зарезервированы под нужды фронтовых отрядов. Немолодая матушка Джуди, сначала обрадованная увидеть зайчиху, с каждым словом о злоключениях беглянки всё темнела в лице – пока не взбеленилась в нервном срыве. Пришлось отпаивать её горячительной настойкой, так что несчастная провела вечер в грязных мотках, заменяющих кровать. Горькая правда – оставаться тут незачем. К утру погрузив вещи и охмелевших землероек в открытый багажник «Джура», легкого внедорожника середины прошлого века, они двинулись вперёд. К базе «Посозема» езда недолгая. На удивление хорошо сохранилась асфальтовая дорога по холмам над Кроубриджем, где скальные породы не позволяли селиться колониям насекомых-переростков. Попадались иногда представители инородной фауны что помельче, но для груженой машины они проблем не создавали. В лёгком постукивании колёс о видавшее виды, но ещё крепкое покрытие дороги, зайка даже возвратилась в воспоминания далекого детства:  так же с семьёй они ездили в город. - Ты был прав. – Протянула Джуди, легонько опершись на плечо мышонка. – Не знаю даже на что там рассчитывала. Будто надежду в душе держала, что всё вернется, стоит лишь добраться в родной дом. Тот лишь улыбнулся, одной лапой удерживая рулевое колесо. - Проходили уже такое. Каждый раз как новеньких из глуши набираем, всё одно и то же. Верят что за стенами лучше… За стенами городов. Потом «брык!» – понимают куда попали, рвутся домой, а дома вот это. Зайка покачала головой, глядя снизу вверх на бодрого паренька. Ветер развевал волосы на его небольшой но дикой, нестриженой гриве. Что-то в нём есть от забияк старой породы, тех ребят что десятилетия назад заставили хищников считаться с иными видами, забрасывая копов камнями и зажигательной смесью: теми, что выходили против бронемашин с плакатами и кричалками. - Ну мы же ещё вернёмся?.. - Вернёмся, когда победим. – Толи в шутку, толи всерьёз подмигнул подпольщик. - Ты хотел сказать «если»? Паренёк только бросил лукавый взгляд. «Джур» выскочил на пригорок, с которого отчетливо маячили очертания путевой станции. - Ах твою-ж туда! – Разразился ругательствами до того уверенный Гонф, заметив шлейфы черной гари. Они высоко стелились над базой, слабым эхом донося знакомые хлопки гаубичных ударов. - Это… Это Пилигрим! Один – два! Меня кто-то слышит? – Боец выхватил рацию с держателя, спешно щёлкая по настройкам частот. - Всем станциям, всем станциям, немедленно занять опорные пункты. Ожидать дальнейших указаний. Всем станциям… – Повторял и повторял монотонный голос дежурной, вселяя некоторую уверенность: по крайней мере, ребята живы и готовят оборону. - Ай, прости «Морковка» - твоя остановочка. - Нет! – Дёрнула лапу Гонфа спутница, крепко прижимая к груди рычажную винтовку. – Я с тобой. Я… Не буду снова бежать. Хватит бегать, пора уже повзрослеть. Мышонок хотел было огрызнуться «Да ты необученная!», или что-то в том же духе. Но вместо этого легонько кивнул. Не тот случай. Казавшееся хаотичным мельтешение «сопротивленцев» на деле было слаженным и хорошо отработанным: часть бойцов занимали укрепленные огневые точки, подавляющая масса – отходила в подвалы что б до последнего сдерживать противника в лабиринте проходов. Некоторые под огнём таскали ящики с припасами: часть грузовиков попытается прорвать редкие пока заслоны пехоты на высотах, отходя к основным силам. - Это пристрелка. – Рыкнул Мартин, едва выбравшись из лифтовой шахты. – Вы что, не видите? Бьют осколочными. По минометным расчетам и автоматике периметра… Что ещё осталась. - Знаю. Потому вывожу солдат вниз. – Ответил начштаба, лично раздавая команды взводным. Пристрелка-пристрелкой, а осколками может посечь. Мышь поражался их беспечности: храбрость без нужды порой ведёт к более дурным поражениям, чем отсутствие духа у трусливой сволочи. - Что с вертушками? – Пыхтя, Бэзил вывалился из бетонной коробки, сердитый и запачканный. - Первую подорвали. – Отмахнулся толстый землеройка. – С второй и третьей не знаю как. - Вы чего наделали? Я же приказал загнать все в ангар! – Брызжа слюнями разразился заяц. - Спокойно. – Потянул его за плечо Мартин. – Вызывай наших морпехов, выдр. Пускай двигаются к уцелевшим бортам. Соединимся с ними и срываемся, от этих толку мало. Лейтенант-полковник проводил взглядом прыгающих в подвалы повстанцев, и устало кивнул. Перепрыгивая через невысокие завалы, внедорожник трясся так что запьяневших пассажиров сзади вовсе опрокинуло с бортика. - Эй!.. – Схватила Джуди за плечо своего товарища, но тот даже не остановился. - Некогда! А этим пить надо меньше, с-сука, на боевых! В стороны полетели какие-то бочки, впереди всё заволокло дымом горящих топливных цистерн. В тёмных клубах что-то крупное попало под ведущую пару, и колесо с жутким скрежетом вылетело со сцепки. «Джур» покрутило в кульбите, но, к счастью, не перевернуло. - Вот это поездочка! – Хохотнул Гонф, стараясь держаться бодрячком; дрожь рук выдавала иное. Стайка землероек, бросая раненых и контейнеры припасов, спешила в стены бетонных укрытий. - Стойте! Эй, ребята!.. Никакого ответа. Снова гром хлопков. Сколько их, хрен посчитаешь: эхо многократно повторяется. В полный рост, покачивая плечами, не то контуженный не то просто растерявшийся мышонок медленно шёл через завесу копоти. Мир кружился будто замедлив бег. Всё вокруг кажется ему контрастным, солнце такое яркое! Будто и не быль это, но опиумное видение. - Эй, вы! На кой хрен сюда вернулись? – Вырвало бойца из состояния транса брошенное командиром крепкое словцо. Или парочка. Мартин! - Тебе мозги отшибло? К земле, идиота кусок! – Вырывался из дыма легендарный предводитель, ударом опрокидывая молодчика на испачканный копотью асфальт. - Ещё и девку за собой, сволота, утянул! - А я что, знал, что базу бомбят?!-! - Да, трудно заметить! Рвануло где-то совсем близко, крыша ухнула и обвалила часть секций в цеха. Джуди вжала голову. Кто-то внутри тяжело, надрывно кричал. - Ладно, бестолочи. Головы вниз, и за Бэзилом. – Перст указал на статного зайца. – Если слышите свист закрывайте ногами пах, башку в пол. Живы – подняли зад и бегом дальше, пока не заскочите на бортик машины; поняли, нет, бегом! На какое-то мгновение барраж утих. Вдалеке раздался рёв вертолётных винтов – вернее, стал различим после оглушительного рокота орудий. Когда немногочисленные оставшиеся на поле бойцы подняли головы, над ними в очередной раз шарахнула чреда подрывов. На сей раз, без свиста. Работали управляемые ракеты с радиовзрывателем, распыляя в воздухе убийственную нановзвесь, от которой не спасёт ни противогаз, ни защитный костюм, ни даже броня машин. Словно разгневанные призраки, конвертопланы «Вэлор» один за другим опускались на зачищенную площадку, разбрасывая ложные цели и взмывая обратно, в скрытую лёгкой дымкой небесную лазурь. Из транспортников выпрыгивали солдаты «Унгатт-Ко»: казавшиеся неповоротливыми в своих бронекостюмах, они на удивление шустро разгружали припасы и тяжелое вооружение, за минуты окружив разбитую станцию периметром огневых гнёзд. Сопротивляться на поверхности уже некому. Тут и там под ногами фронтовиков тлели, обезображенные словно кожно-нарывным газом, тела защитников; большая их часть успела втянуться в глубокие подвалы комплекса. Выбить их не так просто. Разминая сильные лапы, крупный росомаха пристроился на бетонной переборке рядом с трупом одной из выжженных землероек. В его острых клыках зажата сигара; баллистический шлем открыт словно забрало, давая бойцу возможность покурить. С презрительным прищуром воин наблюдал за пёстрой толпой невысоких лис, расположившихся на противоположенной стороне площадки. Взрывая воздух рокотом реактивных двигателей, на открытый квадрат опустился «Рейдер» ребят из разведки: не теряя времени, из него высыпали оперативники в «МАРПАТ-е», быстро рассредоточившись по местности и позволяя машине уйти ввысь. Один из них подошёл к улыбающемуся бойцу Патруля, протянув ладонь и так же вскинув на лоб визор. - Смотри, кого на в усиление подослали. – Сквозь зубы процедил росомаха, кивая в сторону толпы. - Забавно. – Ответил шакал, рассматривая кучку вооруженных ребят. Смотрелись они так себе: старые десантные комбинезоны цвета хаки, каски «стальной котелок» белёсого оттенка, подсумки шестидесятых годов. От повстанцев не отличишь. По этой же причине через рукава повязаны красные тряпки с треугольником, он же на гладких касках. Некоторые в зеркальных очках, у других на шее старый плеер; даже отсюда, через рокот винтов, доносятся бодрые мотивы Don’t you want somebody to love? Don’t you need somebody to love? Don’t you want somebody to love? You’ll never find Somebody to love! - Вольные стрелки, ха! – Сплюнул солдат. – Знаешь, субедар… Мне порой кажется, что Царминушка нам специально в суп гадит. - Не кажется, Кайл. – Всё так же спокойно ответил шакал. - Ну так! Аксель, ты в курсе, что у нас две полноценные бригады болты пинают у реки? Она дура конченая, разведка уже сто раз доносила – говноеды слиняли, а она заладила: «ждите контратаку, ждите, суки, контратаку!» Тут солдаты позарез нужны, а присылают это. - А ваш сто тридцатый, воздушно-штурмовой? - Как только полк прибыл на развертывание, его бросили к высотам через берег. Там крошечный городишко. – Струсив сигару, раздраженно хмыкнул росомаха – И занимать-то ничего, но приказ дальше не соваться. Якобы линейные части наводят переправу, а по факту как сидели на жопе ровно, так и сидят – одни справа, другие слева, клоуны. - Дела. – Пожал плечами шакал. - Субедар, дела. – Кивнул в ответ боец. – На ваших только и рассчитываем. - Баргисский батальон из Центра задействуют в Тундратауне, там ситуация посложнее: зачищать этот муравейник из стали и бетона придется долго и кропотливо, так что они там минимум на месяц. - Дерьмо. – Оскалился солдат. - Да не серчай, браток. – Похлопал по гидратору товарища Аксель. – Дело контролирует Айнур. Заткнём брешь, сам увидишь. Полетит и Цармина и бордель что она развела вслед за местной поганью, и дядя ей не поможет. - Думаешь?.. - А что мне думать? Свои сектора зачистили. Сопротивление всё перерезали, коллаборантов распустили. Сейчас никакой «полиции», только солдаты Патруля, и никаких нерезидентов: стереолитографические фабрики работают сами, автономно. - Это в Первом? – Почесал скрытый шлемом затылок росомаха. - И Третьем. Когтистая лапа струсила на асфальт пепел почти догоревшей сигары. - Думаешь, и тут так будет? - Сделаем. – Улыбнулся шакал. – Сделаем, даже если придётся всё выжечь в кварц. - Кварц? - Да так… - Оперативник ловким движением выхватил из кармашка электрохромный блокнот, что-то поводив когтём, и нараспев зачитал. А когда на поверхность вернёшься Только Пески радостно примут тебя Рек, лесов и полей – не найдёшь ты Только Пески. В кварце навеки покой хранят. - Эко вы, разведка, совсем расслабились! – Улыбнулся росомаха. – Поэзию насочиняли. А мы, простая пехота, спины не разогнём. – Бросил он в сторону модифицированных воинов, таскающих в здание контейнеры с оборудованием. - Не мой стих. Услышал когда-то. Рация пиликнула, донося новые сводки. Лаконично ответив передовым отрядам, Аксель привстал, стряхивая с брюк налетевшую гарь. - Так, кончай перекур. Слэйхэки запустили. Пора и нам двигаться. Соратник кивнул, защелкивая магнитными запорами забрало шлема. - Мистнайт, переводи бойцов на второй рубеж, пусть эти чушки займут внешний периметр! – Крикнул напарнице оперативник, жестами давая понять наёмникам что б те двигали к позициям. Зачистку проводили в несколько этапов. Первыми шли пустынные сканнеры. Эти небольшие – размером с телевизор – аппараты, просвечивали помещение за помещением в широком диапазоне спектра. Стоило такому наткнуться на ловушку того или иного толка, дрон детонировал. Некоторые взрывные устройства удавалось отключить, подавив радиосвязь – но большинство приходилось подрывать вручную. Повстанцы давно поняли, что не могут полагаться на технические новинки, и старались устроить оборону как можно более надёжно. Просто, даже примитивно. Больше возни, но меньше отказов. Следом в шахту спускались бойцы Патруля, с помощью сверхпрочных тросиков перемещая тяжелую экипировку и оборудование. Двери грузового лифта либо заварены, либо открывали огневой коридор для расположившейся за ними группы боевиков: не желая рисковать, переборки вскрывали дронами и забрасывали внутрь канистры с нановзвесью. По-хорошему, вражеское гнездо следовало попросту стереть ударом глубинной авиабомбы. Командование имело иные планы: сводному подразделению ставили задачей захват если не главарей, то, по крайней мере, оперативную документацию и устройства связи. Ярус, где располагался штаб, готовили с особым усердием, но без искры гениальности. Одно слово – землеройки. Уже на входе детонировал пластид. Сканнеры отлично справились с задачей. В искорёженный ход пустили малый синт огневой поддержки: напоминая колесную тележку с телескопическими, подвижными ножками, аппарат в бронированной башенке размещал немалую огневую мощь. Два импульсных орудия, автоматический гранатомёт. Достаточно, что б охладить пыл любой легковооруженной пехоте. За ним следовали, прикрытые стрелками, операторы ускорителей водородной плазмы. Им предстояла нелегкая задача по вскрытию герметичных затворов, ведущих в разветвленные секции помещений. Ослепительный поток частиц выжигал сталь точно картон, и в комнату, отведя солдат, тут же забрасывали десяток малышек-беспилотников. Грохот пальбы, мат, крики боли. Рикошет через дыру. Проверка камерой. И так снова и снова. В какой-то момент землеройки поняли, что ожидают верной гибели, и вскрыли оставшиеся отсеки. Живой волной бросились они на продвигающийся отряд бойцов – и откатились, встреченные стеной огня. На такой дистанции, бой превращался в бойню. Переднее звено отделалось ранениями: винтовочный патрон старых образцов неэффективен против скафандров транс-биологического проекта. По иронии, цельнометаллическая дробовая пуля поломала плечо одному из солдат в тыловом прикрытии; воистину, «баллистика случается». В течении часа отряд блокировал всех оставшихся боевиков в центральном помещении связи; для методик допроса, применяемых «Фэро-95», не требовались живые тела. Только голова и мозг без следов денатурации. Тем не менее оплот «Посозема» даже для профессионалов подбросил непростой момент или парочку: запершиеся «сопротивленцы» обложились взрывчаткой. В отсеке с аппаратным центром. Не без труда проникнув через плотно замкнутые опоры вентиляционной системы сверхтонким видеокабелем, операторы обнаружили что забаррикадировавшаяся кагала предусмотрительно оснастилась химическими костюмами. Газом не отравишь. Озадаченно хрустнув шеей, росомаха риторически обратился к бойцам. - Ну и что дальше?.. – Не ожидая ответ, он переключил сетку встроенной рации. – Айронкраун, докладываю по ситуации! - Тут нет радиосвязи. – Отозвался взявшийся словно из теней Аксель. – Нужна полифазовая. - Ну, разведка, включай мозги. – Обернулся к соратнику штурмовик. – Может чего надумаешь. - А чего тут думать? – Улыбнулся, едва приподняв губы, шакал. – Делай вид что пытаешься двери с петель снять. Пошуми там, погреми. Что б землеройки засуетились. - Так? - …Пока заварим вентиляцию. Солдат встряхнул крупной квадратной головой. - Погоди, они же не настолько тупые! Не могут быть! Ты всерьёз думаешь, что это покатит? - Это землеройки… Кайл. Мистнайт всунула в руки комвзвода планшетник со съемкой воздушных ям. - А они не рванут когда зачуют асфиксию? - Они кровожадные как невесть что. Так что отвлекай как можешь. Пускай постреляют – куда-то или в кого-то, кошмарь их, боец!