Плетистая роза и дикий виноград

— Знаешь, я бы хотела стать сильнее, — сказала Тарья, поправляя одуванчиковый венок. — Ты и так сильная, — Розария, точно в таком же, вяло пошевелилась, нежась в майском солнце. — Физическая сила не всегда показатель. Поддавшись заманчивому теплу, они выбрались в горы Буревестника, почти к самому Северному порту — когда-то давно Розария активировала там телепорт и теперь, в часы скуки, иногда туда возвращалась. Рассекретив её, Тарья упросила выйти прогуляться на природе, тем более погода этому только благоволила. «Это четвёртый прогул за неделю» — предупреждала Розария, но так и не смогла отказать. Да как тут откажешь? Нагулявшись до мозолей на пятках, они с удовольствием разлеглись посреди одуванчикового луга, лениво переговариваясь о всякой чепухе. — Но она тоже важна, — упиралась Тарья. — Ты или Эола не всегда будете рядом. — Это ещё что значит? — нахмурилась Розария, перекатываясь набок и серьезно вглядываясь ей в лицо. Тарья потупилась. Возможно, стоило подумать дольше, чтобы подобрать более правильные слова. Донна и её подвиги никак не выходили из головы — как им выйти, когда Тарья целыми днями томилась в стенах города, не ощущая настоящего вкуса жизни? Как ей смириться с тем, что красоты мира открываются лишь пока ты не выходишь из-под опеки опытного провожатого? — Я хочу быть с вами наравне. Хочу уметь защищать себя. — Ну, — протянула Розария, щелкнув языком. — Много хочешь. Хотя это вполне решаемо. Помолчав, спустя пять минут она неуверенно добавила: — Ты уверена, что действительно этого хочешь? Драться только на словах легко. — Думаю, с копьем уж как-нибудь совладаю, — оптимистично настроилась Тарья. Разгромив в скандале половину Собора и кусочек кабинета заместителя Магистра, Розария выторговала себе право появляться в храме не менее трех раз в неделю и полностью переехать в дом Тарьи. «Варка этого так не оставит» — холодно сказала ей Джинн. Уступка состоялась лишь благодаря стоящей позади и поглаживающей ей плечи хитрой библиотекарше. «Когда Варка вернётся — тогда и поговорим» — нагло попрощалась Розария, хлопнув дверью. Даже если он изгонит её, неисправимую убийцу, из города — потеря вряд ли будет великой. Тем более Варка вроде бы не собирался возвращаться в ближайшем будущем. Открыв для себя новые перспективы, всё свободное от работы время Тарья посвящала тренировкам. Розария взялась учительствовать правильное обращение с копьем и выживание в диких условиях, а редко подключающаяся Эола уделяла внимание тренировкам на силу и выносливость. Летом Драконий Хребет оказался ничуть не хуже, чем зимой: в чём-то даже лучше, в не настолько лютом морозе, например. Старый Мондштадт же оказался воистину великолепным зрелищем — увидев на горизонте величественные руины, Тарья замерла с раскрытым ртом и отказывалась двигаться, пока потерявшая терпение Розария в шутку не пригрозила ей оружием. Однако как бы она ни старалась, Глаз Бога не появлялся. — Подумаешь, проблема, — отмахивалась Розария. — В мире полно рыцарей и искателей приключений без Глаз Бога, в этом нет ничего постыдного. — Ты права, наверное, — утерев пот, Тарья тяжело переводила дыхание. Скоро от тренировочного чучела останутся одни щепки! — Но всё-таки с ним бы было попроще. Иногда она пересекалась с Айлин или Ноэлль, которые тоже упорно оттачивали своё мастерство. У обеих никак не получалось сдать экзамен для поступления на службу в Ордо Фавониус и, бывало, давали дельные советы. Хотя толку от них, по мнению Розарии, совсем не было, иначе они давно бы исполнили свои заветные мечты. На самом деле, Тарья с ней не соглашалась: искусной копейщице ничего не стоило за одну секунду проткнуть парочку каких-нибудь негодяев, но объяснить азы владения оружием удавалось плохо. Пусть справиться с тяжёлыми мечами Тарье казалось невозможным, подсказки девушек во многом оказались полезыми. От неожиданно навалившихся на неподготовленное тело перегрузок работать в таверне стало гораздо сложнее. Веки постоянно норовили склеиться, а руки — выпустить и разбить драгоценные винные бутылки. После особенно усердной тренировки Тарья так замоталась, что не заметила, как заснула в тёмной подсобке, где наводила порядок перед уходом. Её разбудил тихий и мягкий голос: — Я не сержусь на тебя, — встрепенувшись, она огляделась. Рядом никого не было: говоривший, видимо, стоял снаружи, в зале. — Никогда не сердился, ты же знаешь. — Не говори так, — прошипел более низкий и обжигающе-яростный голос. Яростный от бессилия. — От этого только хуже. Тарья навострила уши. Не то чтобы содержание личного диалога было интересным — ей надо было опознать говоривших и составить стратегию, как лучше всего выскользнуть наружу незамеченной. — Выпустить накопившиеся эмоции — не плохо, когда это до тебя дойдет? Насмешливое фырканье едва не вырвалось изо рта Тарьи — лишь в последний миг она успела прикрыть рот рукой. Даже в самые мрачные времена сэр Кэйа умел ввернуть что-то смешное и весёлое. «Может, впредь буду поменьше на него рычать» — вскольз подумала она, не отрываясь от вынужденного подслушивания. С кем же он говорил, неужели с…? — Если я выпущу накопившиеся эмоции, ты точно потеряешь дар речи, — усмехнулся второй. — Брат. — Мне всегда велят заткнуться, — беззаботности Кэйи хватило бы на двоих. — Может, поможешь? Тихий шелестящий смех сменился еще более тихим, глухим всхлипыванием. Вырвавшись из оков ступора, Тарья невидимой мышью заглянула в узкую щель между дверью и косяком, но за деревянной колонной и столами в свете единственной свечи было практически ничего не видно. Только два очень близко стоящих силуэта и подрагивающий огненно-красный хвост. — Прости, — задыхался господин Дилюк, сотрясаясь на чужом плече. — Прости. — Прощаю, — легко отозвался капитан. Они стояли, не меняя позы и не говоря ни слова не меньше четверти часа. Наверняка они прекрасно понимали друг друга и без всяких слов. — Не хочешь выйти на улицу? Неразборчиво согласившись, господин Дилюк вышел первым через главный вход. От его сварливости не укрылось то, что он оказался незаперт. «Мне конец» — удрученно решила Тарья, выбираясь из подсобки и покидая таверну через заднюю дверь. В последние недели её рассеянность закрепилась в качестве основного объекта для нападок начальника, и эта промашка могла стать для него последней каплей. «Интересно, за что он перед ним извинялся?» — не дождавшись Розарию с ночного патрулирования, она легла в постель — всё равно отключится с минуты на минуту. «За их вечные ссоры на пустом месте? Или не таком уж и пустом?». Этого ей было не дано узнать, а вот о правильности своих подозрений насчет раздражительности владельца таверны — ещё как. Так оно и оказалось — господин Дилюк никогда не славился церемонностью. За неё не смогли вступиться даже посетители — короткая размолвка произошла незадолго до открытия, когда в цитадель алкоголя не заявился ни один пьяница. С маленькой толикой сожаления покидая «Долю Ангелов» — в последний раз в качестве работника — Тарья думала, как лучше распорядиться с освободившейся кучей времени. — Может, записаться в гильдию Искателей приключений? — одним прохладным вечером она перебирала возможные (и привлекательные) варианты. — Платят немного, но зато очень интересно. Розария лежала на её коленях, по-кошачьи играясь с длинными чёрными волосами. Рядом валялись два перекрещенных копья — они только-только закончили ученический поединок, в котором Тарья впервые одержала победу. Прямо сейчас жизнь не могла быть ещё счастливее. Из каменного города перед ними раскинулись абсолютно все дороги — и в её праве было выбрать любую. — Собирать закатники и гнать хиличурлов? Есть идея куда лучше, — авантюрно распахнув светлые глаза, поделилась Розария.

Спустя много лет.

Долгое и невероятно замечательное время они пересекали горы и моря, пустыни и бескрайние леса каждого из семи регионов, пока не достигли края западного побережья на самых задворках Снежной. В скалистом сосновом бору не водилось никого, кто мог бы потревожить их покой. Ближайший телепорт, заросший мхом, находился в паре миль от их скромной хижины, и при должном желании — весьма нечастом — они могли ненадолго вернуться в чертоги цивилизации. Несколько раз к ним заглядывали друзья — Эола и Эмбер, Рейзор и даже Тимей (не без помощи Альбедо). Алхимики обрадовались появившейся возможности собирать редкие алхимические ингридиенты лесов Снежной, посему стали самыми их частыми гостями. Занимаясь строительством, охотой и собирательством, они не знали никаких новостей — ни о войне с Селестией, ни о подвигах Путешественницы, ни о чём. Для Тарьи и Розарии не существовало ничего интереснее друг друга. До самой смерти они жили счастливо.