August augurs well

Разве нужно человеку что-то, кроме свободы?

      Глупости.       Дым вихрами оседает на дерево пола, а ноги всё несутся прочь.       Шаг за шагом выписываю фигуры: виск, три шага, поворотное шассе, большой круг, крыло…       Мягкий свет стелется, обволакивает мои ап, соединяя и подчёркивая точки фигур.       Плавность и грация, баланс и грани, что двигаются, расширяются, пропадают.

Р а з р у ш а ю т с я

      Здесь только свет, дым и танец — ничего лишнего, ничего ненужного.       Тянусь за кистями, за руками, за телом туда, где светло душе. Туда, где нет туч, где цветы каждый день распускают новые бутоны, где дети не знают, как применять оружие. Туда, где смерти не ждут, но при встрече принимают её с почтением — как старого друга. Туда, которое не существует и никогда не станет существовать.       Театр тени и солнечных бликов не имеет конца и забыл, где начало.

А важно ли это?

      Движения перетекают из одного в другое, пока в голове есть одно — музыка.       Полёт ритма и пластики, души и тела. То, что не подчинить простым «не время», то, что живёт и клокочет глубоко-глубоко, наконец нашло выход.       Разрываюсь на сотни атомов и собираюсь снова в себя, ибо я часть мира, и мир — часть меня. Ибо я есть крупица в бескрайнем океане жизни, ибо мой вдох — соринка, а сама я и того меньше.       Почему же тогда я всё кружусь? Всё поднимаю пыль с пола, взымая руки всё выше? От чего ни тело, ни душа не хотят отдыха?       Танец не знает покоя. Танец не знает усталости. Танец есть жизнь, а я — часть танца.