Частный рейс

У меня достаточно провизии, чтобы обеспечить троих в течение нескольких дней, прежде чем возникнет потребность пополнить запасы еды и воды где-нибудь на побережье. Это двухнедельная поездка для одной пары. Когда заказы поступали, – и имена клиентов указывали на то, что это двое мужчин или две женщины, – главный офис обычно бронировал их у меня. Будучи сам геем, не возражал против парней, ведущих себя откровенно у меня на глазах, да и лесбиянки обычно предпочитали мою ориентацию. Думаю, что представлял меньшую угрозу, чем натурал, который может захотеть присоединиться к двум дамам. Потому что когда мы находимся в нескольких милях от берега, в окружении одной лишь воды в течение нескольких дней, клиенты должны чувствовать себя комфортно рядом со мной, и быть уверенными не только в моей способности управлять судном, но и в том, что не буду мешать их уединению. Моя яхта всего четырнадцать метров, или сорок пять футов, в длину. Три каюты и общая гостиная, камбуз и ванная комната. Не так много места, чтобы спрятаться друг от друга, и обычно я достаточно хорошо узнавал своих клиентов. Всегда рад встретить новых людей, и, как правило, в течение первых пяти минут после встречи с ними уже четко знал, чего от меня ожидают. Они либо хотели болтающего прибрежного гида, рассказчика забавных историй и шуток, чтобы посмеяться, либо не хотели ни видеть меня, ни слышать. Стоя у входа в гавань и ожидая появления двух парней, я удивился, что прибывший парень, который, казалось, чувствовал себя некомфортно, был один. — Вы ищете Tropic Heat Tours? — спросил я. Парень остановился, взглянул на меня, отвернулся и снова посмотрел. — Да, да. Кажется, да. — Стюарт Дженнер и Джейсон Хардгрейв? Два человека? — уточнил я. Он улыбнулся и протянул руку. — Стюарт Дженнер. Один. Вы не против? Ой. Один? — Нет, конечно, это замечательно. — Я взял его спортивную сумку и пожал парню руку. — Фостер Найт. — Я указал на причал, и мы направились к нему. — С вашим другом все в порядке? — Если вкратце: он не приедет, — отрезал Стюарт. Ладно. Господи. Это будут интересные и более чем неловкие две недели, если парень собирается вести себя как придурок. Он вздохнул, и его плечи поникли. — Извините. Это... Простите. Он решил сообщить мне прошлой ночью, что не едет. Я рассматривал своего пассажира, пока мы шли к краю причала. Шорты цвета хаки и голубая рубашка на пуговицах с короткими рукавами. Коротко остриженные сзади и по бокам каштановые волосы, темно-карие глаза и острая линия челюсти. Но темные круги под глазами, и вид такой, будто парень не спал нормально несколько лет. Он щурился на солнце, и я напомнил себе, что он расстался со своим бойфрендом прошлой ночью, и с раннего утра уже Бог знает сколько времени находился на ногах. А может быть и вообще не спал. — Все в порядке. Не нужно извиняться, — сказал я, одарив его лучшей улыбкой. — Как прошел ваш полет? Вы из… — Брисбен, — ответил он. — Полет был нормальным. Без происшествий, что всегда хорошо. Могу ли я поделиться с вами, с каким нетерпением я ждал предстоящего отпуска? Вы даже не представляете. Я остановился, и он тоже. — Ну, я надеюсь, что все будет именно так, как вы себе и представляли. — Солнце, сон, плавание, парусный спорт, морепродукты, — ответил Стюарт. Господи, он действительно выглядел изможденным. — Тогда вы попали в нужное место. — Я повернулся к своей гордости и радости. Моему дому. — А вот и она. Моя яхта модели Beneteau Oceanis 45. Гладкая и обтекаемая, белая, с темными тонированными окнами, а задняя палуба выбелена деревянными рейками. Название, «Белый Рыцарь», было написано сзади, и абстрактный контур профиля рыцаря завершал дизайн. Все предполагали, что упоминание рыцаря связано с моей фамилией (Прим. пер.: Knight (англ.) – «рыцарь»), и это верно, по большей части. Я никогда не утруждался объяснить игру слов, не то чтобы кто-то когда-либо спрашивал. — Ваш дом в течение следующих двенадцати дней, — сказал я, ступая на борт. — Давайте, покажу вашу каюту. Стюарт последовал за мной на яхту. Его расширившиеся глаза и улыбка говорили мне, что ему нравится то, что он видит. — Вот это да. Фотографии не соответствуют действительности, — сказал он, когда мы спускались по лестнице в каюту. Я указал в сторону гостиной, затем на камбуз. — Полностью укомплектованный холодильник и кладовая. Угощайтесь чем угодно в любое время. Я буду вашим персональным шеф-поваром. Вы предварительно выбрали меню, но можем немного изменить его, если захотите. Здесь только вы и я, так что, если что-то понадобится – просто спросите. Он медленно кивнул. — Полагаю, вы заказали продуктов для двух клиентов. Извините за это. Я отмахнулся от него. — Нет проблем. Значит, вам достанется больше пива. — Он явно чувствовал себя очень подавленным, поэтому я улыбнулся ему. — У нас просто будет всего побольше. Но мы запланировали причалить к нескольким пристаням вверх и вниз по побережью, поэтому, если захотите чего-нибудь другого, просто дайте мне знать, и я захвачу это для вас. Ничего страшного. — Хорошо, спасибо, — рассеянно пробормотал Стюарт, осматривая интерьер. — Тут красиво. Мне нравилось первое впечатление людей. Это никогда не надоедает. — Конечно, так и есть. — Я показал ему ванную, затем открыл дверь в главную каюту в носовой части лодки. — Это ваша комната. Здесь есть своя собственная ванная. Он просунул голову в каюту. — Это самая большая комната? — Да. Невелика, конечно, но вы же на яхте, а не в отеле. — Я старался сохранять веселый тон, но его что, действительно расстроил размер комнаты? — О, нет, — быстро ответил он. — Я просто предполагал, что самая большая комната должна принадлежать вам. Ой. — Все лучшее для клиента, правильно? Моя каюта на корме по левому борту, — объяснил я, указывая на одну из двух дверей рядом с лестницей. — Мне много не нужно. Я бы предпочел, чтобы вам было удобно. Стюарт вошел в свою каюту и положил сумку на кровать. Обвел взглядом комнату, и, казалось, слегка поник. — Ну что ж, это здорово, спасибо. — Почему бы вам не устроиться? Может быть, даже вздремнуть? Сначала мне нужно вывести судно из гавани на юг, и это всегда довольно долгий процесс, пока не выйдем в открытые воды. — Долгий процесс? — О, да. Здесь базируется крупный терминал по экспорту сахара, действующая военно-морская база, склады таможни и водной полиции, коммерческий рыболовный флот, эллинги и плавучие доки, судоходные компании, рыболовные и дайвинг турфирмы… — Ох, — Стюарт засмеялся. — Не знал, что тут так загружено. Я улыбнулся ему. — Вы в порядке? Он устало улыбнулся в ответ, и изгиб губ смягчил напряженные черты лица. — Да, в порядке. Просто немного устал, — пробормотал он, рассеянно играя ремешком своей сумки и глядя на кровать. — Тогда оставлю вас отдыхать, — ответил я и сделал именно так. Поднялся на палубу и запустил двигатель. Яхта зарокотала, оживая, я отшвартовал ее и оттолкнулся от причала, затем медленно вывел из пристани Мэрлина. Порт был загружен, но я протиснулся, пытаясь выбраться из гавани. Мне нравилась эта часть моей работы: только я в кабине капитана, и ничего, кроме голубого неба и океана цвета аквамарина. Я объехал весь мир, но ни одно место не могло сравниться с тропиками Северного Квинсленда, Уитсанди (Прим. пер.: тихоокеанский архипелаг в Коралловом море к северо-востоку от Квинсленда в Австралии) и Барьерного рифа. Но что я действительно любил по-настоящему – это возможность поднять паруса, отключить двигатель и плыть по ветру. Вот где было мое сердце. Быть подхваченным ветром по милости матушки-природы и стихий, которыми она управляла. Я любил эту силу и бросал ей вызов. Это никогда не надоест. Никогда. Я раньше держал в руках корпоративную власть. Я знал эту спешку, эту зависимость. Этот душераздирающий, разрушающий жизнь вакуум. Но здесь была сила и свобода, и это самый большой кайф для меня. И я никогда не чувствовал себя более живым. Я повел нас на юг, как и обещал, только на сниженной скорости, вокруг глубин острова Фицрой, и не спеша поплыл вдоль побережья. Мой график больше не требовал спешки, и единственные временные показатели, за которыми я следил, – солнце, луна и графики приливов. Единственные сроки, которые мне приходилось соблюдать, – мои собственные. Доберемся мы до нашей первой остановки сегодня или завтра не имело никакого принципиального значения. У меня почти две недели, чтобы показать Стюарту Уитсанди. И пока он спал внизу, стало интересно, что же с ним произошло. Он приехал один, и было совершенно ясно, что это не его выбор. Симпатичный парень, я не мог этого отрицать. Просто надеялся, что эти две недели не будут неловкими. Никогда раньше не плавал один на один с клиентом. И понятия не имел, каковы его ожидания или намерения. Но он истощен, я отчетливо видел это. Так что, как только мы удалились от других судов и, не зная, как долго Стюарт может проспать, решил лечь в дрейф, что на морском языке значило отдохнуть. Сев за штурвал, положил ноги по бокам от него и откинулся назад, глубоко вдыхая, набирая полные легкие соленого морского воздуха и позволяя звукам океана омывать меня. Над головой кричали чайки, и вода плескалась о корпус яхты. Симфония безмолвия, и я мог слушать ее вечно. Но вскоре утро сменилось днем, а Стюарт так и не вышел. Я не был уверен, избегал ли он меня, или, может быть, обнаружил ситуацию неловкой из-за того, что мы одни. И существовал один верный способ вытащить парня из каюты, не вламываясь в дверь. Я зажег гриль. Пока готовились королевские креветки, нарезал кубиками манго и авокадо и добавил немного заправки с достаточным количеством перца чили, чтобы губы слегка покалывало. И, конечно же, как раз, когда уже накрывал на стол, дверь каюты открылась, и появился заспанный Стюарт. — О, как раз вовремя, — сказал я с улыбкой, протягивая тарелку. Он взял свой обед, сморщив по-прежнему полусонное лицо, пытаясь стряхнуть остатки сна. — Простите. Собирался всего лишь немного вздремнуть. Не думал, что так вырублюсь. — Все нормально. — Я протянул ему вилку. — Вы не так уж и много пропустили. Я замедлил ход. Не хотел проплывать мимо того, что вы захотели бы увидеть. Я взял две бутылки воды из холодильника, сунул их под руку, взял тарелку и поднялся по лестнице в рубку. Стюарт последовал за мной и, когда поднялся наверх, оглянулся на бескрайний сине-зеленый океан по правому борту и великолепную прибрежную лесную зону. Он улыбался. — Вот это да. Я засмеялся и сел за штурвал, а Стюарт присоединился ко мне, сев на длинную скамью, которая занимала всю рубку по ширине. Солнце было ярким и теплым, а ветер приносил прохладу и облегчение. — Неплохой вид, да? — Вы когда-нибудь устаете от этого? — Никогда. Он улыбнулся на это и откусил креветку. — Боже мой. Это вы только что приготовили? — Две минуты назад. Я закинул в рот очередной кусок и улыбался, пока жевал. У большинства людей была точно такая же реакция. — Это потрясающе. — Свежие креветки, пойманные сегодня утром, с заправкой тропической сальсы по рецепту моей тети. Занимает всего три минуты. Он помахал вилкой в воздухе, пока жевал и глотал. — Тогда передайте спасибо своей тете от меня. Это божественно. Я усмехнулся. — Передам. Она будет рада. Стюарт съел еще кусочек и вздохнул, прикрыв глаза от солнца и наслаждаясь теплом и ветром. И повторял так до тех пор, пока тарелка не опустела. Я видел, как парень расслаблялся с каждой секундой, просто дыша. — Хорошо поспали? — Очень хорошо, — ответил он, не открывая глаз. Его голова была откинута назад, лицо подставлено лучам солнца, что дало мне возможность изучать парня, не будучи пойманным. Да, Стюарт действительно красив. Линия подбородка была острой, и я мог бы охарактеризовать ее, как равнобедренный треугольник. — Серьезно. Кровать, покачивание на волнах, и я моментально вырубился. Я усмехнулся. — Да, неплохо. Он открыл один глаз. — Значит, вы плаваете в тропиках, чтобы зарабатывать на жизнь, и готовите, как шеф-повар, и люди платят вам за это небольшое состояние. Разве это не самая лучшая работа в мире? Я улыбнулся ему. — Думаю, да. Но другие могут не согласиться. Стюарт закрыл глаза и улыбнулся: — И будут неправы.