Часть 3
14 ноября 2024 г., 16:36
Мадара понимал, что он не готов к всему этому. Чёрт бы вас всех подрал, они ведь ещё совсем недавно даже знакомы не были, а вчера они обменивались предсвадебными подарками. Кольцами. Да, он не удержался и подарил кольцо с моном Учиха. И скромно считал, что ей очень идёт. О чём ей и сообщил. Наруто улыбнулась ему в ответ. И сказала, что у него активирован Шаринган, о чём он не подозревал. Всё, кажется, было намного запущеннее, чем он думал.
Его телу вообще было плевать, что он там отрицал и думал. Клало оно, на все его попытки убедить себя, что ему плевать на Узумаки Наруто, и он ищет только выгоду. Всё его естество с волнением ожидало начало церемоний. И окончание их, разумеется. Мадара с нетерпением ожидал момента, когда это девушка будет только его. И Хаширама мог пойти к они со своими грустно-потерянными взглядами на Наруто, которые он кидал на неё при любом удобном случае. Каким-то образом, Сенджу умудрился влюбиться в девушку, которую он знает даже меньше, чем Мадара. Но она уже была его, поэтому всем остальным он мог задать конкретное направление и ускорить пинком. Желательно, заряженным чакрой. А лучше Сусаноо. Если оно завершённое, то и вовсе идеально. Было даже немного интересно, как далеко сможет улететь тело.
Учиха поправил монцуки с моном своего клана. Вся его одежда, и монцуки, и косоде, и хакама были тёмно-синие. Мадара представлял себе, как могла бы выглядеть Наруто. Он знал, что у неё было два кимоно. Белое, в которое она будет одета до церемонии и цветное, в которое переоденется после него. Это была своеобразная традиция его клана. Цветное кимоно символизировало становление девушки женой. В его мыслях они смотрелись очень гармонично.
Сейчас он ждал её возле храма. По сути там могут находиться только пара, монах и их родственники. У него нет никого, брат Наруто находиться в Узушио, так что скорее всего, они будут одни, а потом вернуться к гостям.
— Мадара, — тихо позвал его знакомый голос Узумаки (пока что, как он не преминул заметить) Наруто.
Учиха обернулся к ней, улыбаясь уголками губ. Он давно заметил, что такую у него никто даже и не замечает. Кроме Хаширамы. И Наруто. Его Шаринган вспыхнул, навсегда запечатляя её образ в его сознании. На ней было белое традиционное кимоно с моном Узумаки на спине. И Учиха на плече, чему он был очень доволен. Честно говоря, он даже не винил себя за то, что упустил контроль над эмоциями и Додзюцу. К чёрту всё, какая разница, он всё равно уже опоздал с попытками сдерживать свои эмоции и провалился с попытками не пускать в своё сердце кого бы то ни было. Они отправляются в храм. И теперь Мадара может назвать её своей супругой.
Выходя из храма, они могут называться семьёй. Учиха может с чистой совестью отвести её домой, назвав это их домом. Что он и делает, дожидаясь, когда Наруто переоденет кимоно. Выходит она в красно-белом наряде. Так они идут развлекать толпу гостей. Шутка ли глава клана Учиха и последняя Узукаге женятся.
***
Зайдя в дом оба застыли. Никто из них как-то не подумал о том, что после всех церемоний идёт брачная ночь. Они даже не говорили об этом. Хотя мысли Мадары однозначно радовались этому моменту, он силой воли подавил их. Только он был влюблён из них. И новая семейка Учиха ни о чём не договаривались. Переглянувшись чуть напряжёнными взглядами, Наруто сглотнула, сделав несколько шагов в сторону спальни. — Если ты… — начал Мадара, но его перебили. — Это ведь традиции и всё такое, — сжимая и разжимая кулаки, сказала она. Учиха подошёл к ней, приобнимая за талию, искренне желая хоть немного поддержать её, когда они направились дальше в спальню. Резко выдохнув, бывшая Узумаки неожиданно вывернулась, оттолкнув его к стене, и, быстро приблизившись следом, поцеловала. Хотя она жмурилась, черты её лица постепенно разгладились, когда Наруто начала расслабляться. Мадара был рад, что это отложилось в его памяти навечно. Она выглядела идеально, с такой решимостью, пополам с испугом, ринувшись в его сторону, касаясь своими мягкими губами его. Учиха медленно отвечал на поцелуй, инициированный Наруто, обнимая её за талию и путаясь пальцами в её волосах. Он чувствовал, как Наруто старательно развязывает его монцуки. Старательно, но долго. В конце концов она оторвалась от него, чтобы посмотреть на ещё сильнее завязанный узел. Мадара почувствовал, как его лёгкие задрожали от смеха, он не знал, чувствовала ли это Наруто, но она внезапно рассмеялась. Её смех был таким счастливым, весёлым, немного облегчённым, что и Учиха присоединился к ней, вторя её высокому смеху более низкими смешками. — Пойдём лучше спать, мы устали, уж улики подделать мы сможем, — прижав девушку к себе за плечи, предложил Мадара, решив всё-таки увести свою жену в спальню. Наруто молчала, следуя заданному им маршруту скорее интуитивно, чем искренне желая идти именно в ту сторону. Она здесь, на самом деле, и не была ни разу чтобы хотеть отправиться куда-то конкретно. Легко приоткрыв перед ней тяжёлую дверь, Учиха пропустил девушку внутрь. Бывшая Узукаге с интересом оглядела комнату. — Что даже никаких пыточных столов для истязания своих врагов и бедных девушек? — повернулась к нему Наруто, делая серьёзное лицо, но глаза её смеялись. — Разумеется, все инструменты для пыток держу в подвале, — также серьёзно ответил Мадара. Девушка снова задумалась, кидая на него исподлобья редкие взгляды, наполненные слишком большим количеством эмоций, чтобы разобрать их на отдельные. Неуверенный шаг в его сторону. — Наруто, я, конечно, могу себя проявить терпение, но только в том случае, если я не могу выполнить свою цель ни коим образом. Но ты здесь, а я не железный. Я не хочу тебя ни к чему принуждать, поэтому решай, — в несколько шагов приблизившись к Узумаки, Мадара сказал свои слова, смотря на голубые глаза Узумаки, когда та была слишком близко к нему. Он мог бы отправить её спать без всяких церемоний, но, видя её сомнения, всё внутри горело и требовало убедить её выбрать правильное решение. И удержаться от… более эффективных методов было сложно. Наруто на мгновение замялась. Чужие, казалось бы абсолютно чёрные глаза, сейчас ей чудились очень яркими, словно в них горел огонь. Столь горячий, столь обжигающий, что, наверное, легко бы сжёг бы её в своём пламени. Но либо она всё-таки повёрнутая на адреналине сумасшедшая, либо правду люди говорят — вечно можно смотреть на огонь… и что-то ещё там, мозг отказывался нормально функционировать. Правда никто в здравом уме не стал бы вглядываться в огонь, сжигающий лес, в центре которого стоишь сам. Наверное… она ведь смотрела. В голову лезли всякие глупости, все из которых касались этих чёрных омутов, что затягивали её всё глубже, как какие-нибудь зыбучие пески Казе но Куни или болота Мизу но Куни. «И если ты долго смотришь в бездну, то бездна тоже смотрит в тебя» — так вроде бы говорил бывший старейшина их клана. Она не могла, да и не хотела, вспоминать его имени. Этот странный мужчина… Это было, наверное, странно, но она была не против попробовать, поэтому снова шагнула вперёд. Хотела шагнуть, ведь стоило чёрным глазам понять, что она собирается сделать, как Мадара приблизился самостоятельно, прижимая к стене и прижимаясь к ней сам. Его губы медленно приблизились к её, подцепив нижнюю, чуть оттягивая к себе, и Наруто потянулась следом. Чужой язык скользнул в её рот, затягивая в поцелуй. Узумаки прижалась к мужчине, облокачиваясь на его грудь. Мадара был несколько выше и приходилось тянуться выше. Крупные ладони, сомкнулись на её талии, но вскоре поползли ниже, к бёдрам, пока не помогли Наруто скрестить ноги на его торсе. Она зарылась в его густые чёрные волосы, на ощупь оказавшиеся намного мягче, чем выглядели, пока Учиха, не теряя времени, скользнул губами ниже, проводя мокрую дорожку по подбородку к шее. Дыхание Наруто сбилось, честно говоря, она ничем подобным ни разу не занималась и сейчас просто терялась в ощущениях, но когда Мадара, что, судя по уверенным движениям, имел много больше опыта, перешёл к шее, её и вовсе захлестнуло эмоциями. Реальность вернулась к ней, когда разгорячённая кожа ощутила холодную ткань. — У тебя есть последний шанс отступить, если ты не хочешь всего этого, — произнёс Мадара. Мужчина нависал над ней, куда делась почти половина его одежды Наруто ответить затруднялась. Сейчас он даже не прикасался к ней, опираясь о кровать недалеко от её тела, хотя она чувствовала беспорядок своих волос и одежды. И, если уж на то пошло, ему всего этого явно хотелось. Можно было даже заметить, как чужие руки слегка подрагивали то ли в нетерпении, то ли от усилий, что были необходимы для этой паузы. Наруто ухмыльнулась, вероятно, вышло кривовато. — Глупый Учиха, — она одним движением переместила его ладонь на её кимоно, что, как она и подумала, было уже развязано и держалось запахнутым лишь на, вероятно, воле Ками, и притянула Мадару за шею ближе, несильно кусая его нижнюю губу. От него послышался натуральный рык. Упомянутая воля Ками более не могла бороться с волей Учиха и кимоно было едва ли не порвано, пока открывало вид на её тело. Мадара приблизился, опираясь на предплечье, и притянул её ближе, втягивая в поцелуй.***
Первое, что пришло в её голову, стоило немного пробудиться ото сна — стоит поспать ещё немного. С этой здравой мыслью она прижалась к чему-то теплому сильнее. И уснуть бы ей ещё на часик-полтора, если бы это самое нечто тёплое, не прижало бы её к себе ещё теснее. Это было странно. Наруто не помнила, чтобы её кровать ранее своевольничала. И у неё не было идей, с чего бы такое положение дел могло поменяться. Сонный мозг накидывал разные абсурдные варианты, лениво их перебирая и отбрасывая, вполне осознавая их абсурдность. В конце концов, она пришла к выводу, что на ней лежит чья-то рука. Что тоже было весьма абсурдно. Откуда в её постели взяться чужой руке? Стоп… Она приподняла голову, щурясь от попыток приоткрыть глаза, и встретилась с чужими чёрными радужками, даже сейчас будучи едва ли в состоянии заметить, где та переходит в зрачок, хотя она и находится совсем рядом к его обладателю. — Доброе утро, Наруто, — и без того хрипловатый голос ото сна обрёл особенную тональность, мурашками пробегая по позвоночнику. — Доброе… Никогда не думала, что выйду замуж… — пробормотала Наруто, уткнувшись в подушку. — Почему же? — с ноткой ленивой заинтересованности спросил Мадара. Вместо ответа она лишь пожала плечами, пытаясь свыкнуться с мыслью, что теперь она замужняя женщина. Ксо! Замужняя! Ей и лет то всего ничего! Двадцать четыре! По меркам её клана она ещё совсем подросток, пусть и являлась Каге, и ближайшие лет двадцать так им и останется. А теперь брак. Да ещё и с кем! С Учиха Мадарой! Который очень страшный и жуткий, которым детей пугают и всё такое. Её пробрало на нервный смешок. — М? — интересуясь её внезапным весельем, протянул тот самый тип. — Подумала, что мы — та ещё парочка. И по отдельности от нас шарахаются, а теперь ещё и вместе. — Ну. один мой знакомый из Тетсу но Куни любил говорить «муж и жена — одна Сатана». Ещё раз потянувшись, Наруто отстранилась от мужчины и, стараясь не думать о наготе и игнорировать чужой взгляд на себе, поднялась с кровати в поисках какой-нибудь одежды. Кроме испачканного в чём-то кимоно одежды никакой найдено не было. Что, впрочем, и не удивительно. Она ведь только теперь могла переехать к нему. Следовательно, здесь и не могло оказаться её одежды. Внимание к своей персоне оставалось ну очень пристальным, и Наруто не захотела и дальше его игнорировать, оборачиваясь и задирая бровь. Впрочем, наткнувшись на пылающий взгляд, она также быстро и отвернулась, натыкаясь взглядом на начищенную до блеска катану. В которой весьма неплохо отражались все красные и синеватые участки её кожи от излишне крепкой хватки чужих рук и столь же излишне активного рта с зубами. — А мне говорили, что нечего в этом бояться, мужчины не кусаются. Кругом обман, — наигранно расстроенно сказала она, доставая первую попавшуюся вещицу из шкафа, что должна была прикрыть её. Как удивительно, в шкафу Учиха Мадары были только вещи Учиха Мадары, соответствующего размера и с соответствующим моном.
