День конца света

Уведомление о новом задании просунули под дверь в три часа двенадцать минут ночи. Ист знал точное время до секунды, потому что не спал, оценивая кипу вещей, которые сумел накопить за последние пару лет жития в убогой квартирке в верхнем этаже жерла - многоквартирного дома для агентов Управления. Проигнорировав белый конверт, мужчина вернулся к изучению нажитого, большая часть которого годилась для свалки. Среди вороха тривиальных сувениров, дешёвых книг и коллекции фотографий с лицами незнакомых людей не было ничего, что Ист пожелал бы сохранить. И слишком мало того, что годилось для перепродажи. В начале отпускных ему удалось продать коллекцию винтажных пластинок, которые он стянул из исследуемого дома - хозяевам они уже были ни к чему - и покрыть часть долга, но капающие проценты сводили его усилия на нет. Ист взглянул на календарь и прикинул в уме, сколько осталось баллов для оплаты квартиры за этот месяц. Из груды вещей на рынок можно было снести пару редких книг, статуэтку незнакомого бога и медаль из агианского сплава - такие уже не делают. Но вырученная сумма не покроет и десятую часть долга, что говорить об оплате жилища. Оставив кипу одежды, книг, бижутерии, статуэток, грамот, медалей валяться на полу, Ист подошёл к металлической двери и опустился на колени. Раз уведомление прислали почтой - задание не срочное. Если не срочное, то, думал Ист, и заплатят соответственно. Стоит ли, в таком случае, тратить оставшиеся дни отпуска ради мелочей? Вряд ли Босс позволит ему отгулять отпускные позже. Может, продать передвижной комод? Другой мебели у него не осталось. Одежда не пострадает, если перекочует в картонную коробку. Но нужно где-то достать коробку. Он бодрствовал уже двадцать часов и его мозг медленно соображал. - Да, не факт, не факт, - бормотал он про себя, когда размышлял о том, сколько и как скоро он сумеет выручить за мебель из натурального кедра. Продажа займёт какое-то время, а баллы нужны сейчас. Ист не выходил из квартиры всю неделю и надеялся схорониться в серой комнатушке с матрацем на полу и зашторенными окнами и в последние два дня отпуска. Ни о чем не думать. Ни о ком не беспокоиться. В том числе о себе самом. Но нужда пересиливала. Ист поднял конверт и перевернул его лицевой стороной. Как он и думал, на плотной белой бумаге красовался треглавый лев - герб Управления. В подобных конвертах уведомления посылают только высокие посты. Например, его Босс. Больше некому. Мужчина оторвал узкую клейкую полоску и раскрыл конверт. Внутри лежала серая карточка с маленькими чёрными печатями управленческого шрифта. Ему не нужно было прибегать к расшифровщику, чтобы понять, о чём свидетельствует напечатанный код. Ист поднялся с холодного пола и подошёл к матрацу, на котором валялись недоеденная пачка чипсов, недопитая бутылка с тёплой газировкой со вкусом голубой клубники и сливок, провода для зарядки рекордера и складной коммуникатор. Движением руки мужчина сдвинул мешавшие ему вещи на край и лёг на матрац. Открыв коммуникатор, Ист понял, что тот давно разрядился и, вероятно, потому Босс прислала почтовое уведомление. Как в старые добрые времена. Когда он не знал, как пользоваться техникой и выходил из себя при звуках нового сообщения или гудке звонка. - Ты сущий гремлин, - говорила Босс. - Кто? - переспрашивал юный агент. Он барахтался в лексике незнакомого контекста, как ребёнок, не умеющий плавать, но сброшенный в воду, чтобы научиться. - Существа крайне чувствительные к электричеству и механизированному звуку. Были истреблены Человеком обоих зеркальных дуэтов. Не удивительно, что ты не знаешь. Редкие были твари. И бесполезные. Ист натянул одеяло до подбородка и прикрыл глаза. Справится ли он? Знает ли Босс, чем рискует, посылая его? Или ей нет дела? Может, она решила протестировать агента? Ист подсоединил коммуникатор к зарядному устройству и зажал центральную кнопку, пока экран не засветился. Его правая рука чуть подрагивала, набирая сообщение. Он нажал «отправить» и откинул коммуникатор подальше, чтобы не слышать писк приходящего ответа. Не прошло и двух минут, как Босс прислала подтверждение. До сбора в центральном штабе Управления времени оставалось достаточно. Если он уснёт прямо сейчас, то ему удастся поспать около четырёх часов. Но уснёт ли он, когда в голове зарождается картина будущего конца света? Ист с трудом разлепил глаза и потянулся рукой за пищавшим на ухо коммуникатором. Выключив его, мужчина встал, привычно привёл себя в долженствующий вид, натянул чистую адаптационную форму, разложил портативный рекордер, коммуникатор, кодовый пропуск и уведомление о задании по карманам широких брюк и покинул квартиру. Подойдя к лифту, Ист набрал код главного штаба, приложил ладонь к сканеру и, когда двери отворились, шагнул в стеклянный короб, который повёз агента вниз на нулевой этаж и вправо на три сотни метров - к линейному подземному проходу. Путь до стойки регистрации занял семь минут сорок две секунды. Ступив на решетчатый пол, Ист подошёл к высокой стеклянной стойке и сунул пропуск в отверстие. Сканирование заняло тринадцать секунд, после чего отворились двери на узкую лестницу. Поднявшись по ступеням, мужчина остановился, чтобы отдышаться и почувствовал знакомый аромат сладких духов. Следом за запахом он расслышал цоканье низких каблуков, звук которых часто обманывал неопытных агентов. Босса сопровождали яркие звуки, запахи, аляповатые краски, но то была лишь иллюзия. Эта женщина могла подкрасться к тебе совершенно незаметно, неслышимо, словно пыль, и всадить тонкую иглу с дозой неясного вещества, способного убить за считанные секунды. Ист выпрямился. - Как жизнь? Ист развернулся и встретился взглядом с высокой темноволосой женщиной, от улыбки которой у него сводило челюсти. - Все в порядке, - ответил он. - Рада слышать, - она завела руки за спину и кратко кивнула головой, отчего тёмная волнистая прядка выбилась из-за уха. В сером свете ламп её глаза казались бесцветными. - Но ты выглядишь уставшим, - продолжила она ровным тоном, не выражавшим участия или беспокойства. - Справишься один? В последнее время у нас проблема с кадрами для Свидетельства, но, если то необходимо, - она понизила голос, на что Ист покачал головой. - Отлично. - Все в порядке, - повторил он. - Двери подготовили на седьмом уровне. Снаряжение, инструменты и ключ получишь у Мелиссы. Ну, удачи, - сказала она и развернулась, чтобы уйти. - И, да, ещё кое-что. Постарайся на этот раз записать их лица. Нужно больше эмоций. Ужаса. Осознания. Понимаешь о чём я? Нам нужны достоверные пособия для обучения. Эмоции, способные заразить своей правдоподобностью. Детки в академии в последнее время... Ничем их не возьмёшь. - Я понял. Ист дождался, пока фигура Босса удалится, и только тогда разжал руки. Они подрагивали. Мужчина шагнул в длинный коридор с низкими потолками и рядом узких ламп на стенах. Чтобы добраться до седьмого уровня, мужчине пришлось преодолеть длинный коридор, спуститься по двум рядам лестниц и свернуть в треугольный проём, за которым поднималась ввысь винтовая лестница, архаичная по своему виду и не вписывающаяся в окружающее пространство. - Всё готово, - пробормотала крупная седовласая женщина, не поднимая глаз на агента. - На фиксаторе время до воздушной атаки. Следи за ним. Нам не нужны очередные «случаи». Ист обошёл молчанием слова Мелиссы, нацепил на левую руку фиксатор времени, взял со стола подготовленный портфель, какой носили с собой академики ушедших эпох, и направился к прямоугольнику света, возвышавшемуся на метр над уровнем пола. Мужчина вставил артефакторный ключ в прямоугольник света. Проход засиял и обратился в деревянную дверь с золотистой круглой ручкой и замочной скважиной. Синяя краска на двери отваливалась. Времени для мира оставалось немного. Дверь отворилась со скрипом. Не прощаясь с коллегой, Ист шагнул в открытое пространство. Глаза тут же уловили деревянные стеллажи и длинные ряды столов из красного лакированного дерева с множеством передвижных ламп и стульев с высокими спинками и мягкими сиденьями. Библиотека. Ист расстегнул кожаный портфель и вынул полукруглые очки в серебристой оправе. Водрузив очки на нос, он активировал запись. Свидетельство транслировалось на портативный рекордер и сохранялось для дальнейшего изучения. Форма, стоило агенту войти в новый контекст, подстроилась под белоснежную рубашку и вельветовый пиджак, брюки и ботинки. За шесть минут двадцать две секунды Ист обошёл два библиотечных яруса и пришёл к выводу, что находится в библиотеке при учебном заведении. Библиотека, по большему счёту, пустовала. За длинными столами в разных точках и на различном расстоянии друг от друга сидели семеро. Мужчина спустился со второго яруса и вернулся к двери, через которую вошёл в библиотеку. Другого выхода здесь не было. Слева от мужчины стремились к небесам арочные окна из чистого стекла. А за ними - пустая каменная площадь, удаляющаяся на север, и несколько деревьев неестественной квадратной формы. Ист сделал мысленные пометки и обернулся к людям. Невысокая блондинка листает анатомический журнал за вторым столом от двери. Полнотелая шатенка пишет карандашом что-то в своей разлинованной тетради. Две темнокожие женщины молчаливо рассматривают карты, разложенные на пятых от двери столах. Пожилая женщина в прямоугольных очках с золотистыми цепочками свисающими до подбородка и высокой седой причёской перебирает библиотечные карточки. Маленький мужчина в полинялом чёрном костюме рассматривает глобус и левой рукой делает пометки в карманном блокноте. Рыжеволосый бледный юноша на втором ярусе снимает с полки толстую книгу и спускается по лестнице к крайнему в девятом ряду столу. Ист расстегнул пуговицу на манжете пиджака, чтобы облегчить доступ к скрытому под тканью энерголокатору. Зажав две боковые кнопки большим и указательными пальцами правой руки, он двинулся от человека к человеку, регистрируя данные. Девушки - результат отрицательный. Женщины с картами - незначительный для регистрации скачок энергии. Ист прошёл дальше. Мужчина у глобусом не вызвал интереса. Ист развернулся и подошёл к пожилой библиотекарке. — Чем-то могу вам помочь? — просипела женщина. Ист отметил отрицательный результат на энерголокаторе и отошёл. Время, отведённое на свидетельство разрушения, текло вяло. Но Ист понимал, что скорость разрушения могла измениться. - Большинство свидетельств негодны для обучающих пособий, - говорила Босс. - Слишком медленная текучесть разрушения — от десяти до пятидесяти лет. Невозможно уследить за причинно-следственной связью, а, значит, и предотвратить разрушение. Одно влечёт за собой другое. Но с малыми мирами, особенно замкнутыми, как, например, твой, всё несколько иначе. Причина разрушения в 99% - Человек. Но суть пособия не в выяснении причины, сам понимаешь. Нужно показать молодому поколению, как может быть и будет, если кто-то не уймёт свои таланты и желания. Может, научатся на чужих ошибках. Мир, сомкнувшийся до размеров университета, погибнет в ближайшие тридцать девять минут. Ист обошёл лестницу, ведущую на второй ярус, и опустился на стул напротив рыжеволосого юноши. Локатор пустил вибрирующий импульс. Ист посмотрел на юношу. Агент давно не встречал человека, чья жизненная сила превышала бы стандартные для регистрации показатели. Студент листал страницу за страницей, пока не нашёл нечто искомое. Его голубые глаза пробежали по строчкам, а затем, к удивлению Иста, уставились на него. Взгляд этот показался ему неодобрительным. Ист взглянул на стол перед собой и, поняв в чём его ошибка, поднялся за книгой. Агент уставился на заваленные полки: исторические, в большинстве, книги, биографии и автобиографии людей, о которых он ничего не слышал, атласы мест, которых никогда не видел и, скорее всего, никогда не увидит. Каждое не заданное путешествие стоило денег, которых у Иста не было. Несмотря на имеющиеся возможности повидать множество миров, прожить множество жизней, о которых он мечтал по ночам, Ист растрачивал свои годы, работая на людей, до которых ему не было дела, совершая поступки, которыми он не мог гордиться. Ист прикрыл глаза и потёр лоб. Мысль запульсировала, отдавалась болью. Он снял очки и сунул их в лежавший около стула портфель. Взглянул на часы. Выпрямился. Повернулся к шкафу. Снял с полки случайную книгу. Сев на стул, Ист раскрыл книгу и уставился на титульную страницу. «История академии Бернардины: от 1543 года до нашего времени». Энерголокатор продолжал вибрировать, отчего запястье чесалось. Не обращая внимания на зуд, Ист вынул из кармана брюк артефакт, с помощью которого открыл дверь, и положил перед собой. Юноша поднял голову и посмотрел на предмет, очутившийся в близости к раскрытой перед ним книге, и придвинул книгу к себе. Ист водил глазами по странице, упуская из виду написанное. Его мысли унеслись вдаль - к идее, от которой он отмахивался годами. Идее, которая могла спасти его жизнь. Именно жизнь, а не существование, не служение, коим именовали работу в Управлении, вылазки на места разрушений и катастроф, свидетельства гибели людей и миров. Идея о побеге всегда разрушалась вместе в миром, ключ к которому для него готовили агенты Управления. Сам Ист не мог отыскать место, которое не зафиксировали бы в его маршруте. Маршруте, данные которого хранились в базе управленцев. Но случайный человек, энергии которого достаточно, чтобы напитать артефакторный ключ, найти место, которого нет в маршруте Иста и отворить дверь, мог спасти его жизнь. Избавить от долгов за обучение, от долгов за квартиру, от долгов за саму жизнь, цены на которую так высоки. Терять было нечего. Не к чему возвращаться. Не по чему скучать. Не о чем жалеть. Ист взглянул на рыжеволосого юношу - свою надежду на спасение, и поймал его взгляд. - Извините, - прошептал он. - Вам очень нужна эта книга? Мне нужно проверить источник из этой. - юноша поднял громоздкий фолиант, будто доказывал правдивость своих слов. Ист покачал головой, захлопнул «Историю Бернардины» и подвинул её рукой. - Спасибо, - сказал юноша и притянул книгу к себе. - Я её для виду взял, - произнес Ист. -Чтобы не сидеть за пустым столом. Выполняешь задание? - Ага. Ист улыбнулся. Циферблат часов показывал тридцать две минуты. Юноша углубился в чтение. Раньше вступать в контакт и налаживать связь с обречёнными Ист не видел необходимости. Как и спасать им жизни. Но сейчас всё было иначе. Артефакт, зажатый между обложкой «Бернардины» и столешницей сам сделает свою работу. Исту требовалось лишь время и терпение, а ещё немного удачи и верно выбранное направление мысли молодого человека, которой он, к своей досаде, не мог управлять. Необходимость разговора была очевидна и Ист впервые в жизни пожалел, что наплевательски относился к актёрскому курсу. - Тут всегда так тихо? - спросил Ист, понизив голос до шёпота. - Это же библиотека, - прошептал в ответ юноша. - Да, но в мои годы, - Ист обвёл взглядом библиотеку. - Народу было побольше. - Так лето же. - М? - Каникулы, - пояснил юноша. - Все по домам разъехались. - А ты чего здесь? - подняв бровь и облокотившись на стол, спросил Ист. - Я здесь живу. В академии. - А-а, - протянул Ист. - Нравится тебе здесь? - Нравится - не нравится, какая разница? Больше быть негде. Ист смутился. Его нос внезапно зачесался. Юноша вернулся к разглядыванию страниц книги об истории академии. - А если представить? Другое место? - сложив на груди руки, спросил Ист. Юноша оторвался от «Бернардины», посмотрел на мужчину, сдвинув брови, и молча опустил взгляд обратно. Видно, разговор не пришёлся ему по душе. - А если это последний день в твоей жизни? Юноша метнул взгляд в мужчину и поджал тонкие губы. - Этот вопрос - теоретический? - спросил юноша. - Кто знает? - улыбнулся Ист. Ист сцепил руки в замок и положил их на стол, не отрывая карих глаз от студента напротив. Он смотрел на обречённого - человека, ради которого Управление не пошевелило бы и пальцем - как на сокровище. Дар, ниспосланный ему свыше. Юноша, заметив на себе пристальный взгляд, смутился. - Ну, чисто теоретически, сколько у меня времени? - Допустим, - произнёс Ист. - Час или около того. - Тогда нет смысла суетиться, - ответил юноша. - За час не много можно успеть. Да и зачем? - Может, ты хотел бы сходить куда-то ещё, - усмехнулся Ист. - Помимо библиотеки? Юноша пожал плечами. - А что если от перемены места изменится итог? - спросил Ист. - Ладно, допустим, у тебя есть целый день. На что его потратишь? Юноша посмотрел на книгу перед собой: - Точно не на неё. Ист хмыкнул. - У меня Сенека под подушкой, - улыбнулся юноша. - Вряд ли я бросился бы что-то менять. Нас ведь здесь этому учат - каждый день проживать так, будто он последний. Будто каждый день - целая жизнь. - Каждый день как целая жизнь? - переспросил Ист. - И эта жизнь не для развлечений, вечеринок с друзьями, танцев, пения у костра? Не для любви? Общения, объятий и радости? Сомнительная жизнь. Ист вздохнул и откинулся на спинку стула, разжал руки. - Это не о наслаждениях, - пояснил юноша. - А о том, что по одному дню можно судить о целой жизни. Если бы по вашему дню судили о всей жизни, вы бы проживали этот день именно так? Ист поднял бровь: - Хороший вопрос. Оставалось двадцать пять минут. - Я бы не хотел проживать свой день как целую жизнь. Тебе не кажется, что это довольно утомительно? - Почему? - спросил юноша. - Говоришь, вас здесь этому и учат? Довольно лицемерно получается. Неужели жизнь вот такая? Скучные книжки, скучные задания. Писанина. Ты рождён для этого? Или для чего-то другого? Может, для снежных гор или тихой деревушки? Для моря и солёных ветров? Для пещер с разноцветными сталактитами? Для сладких пирогов и ароматного кофе? Для путешествий или уютного дома? Не знаю, как ты, но я в свой последний день отправился бы в море. Плыл бы, пока руки не устанут, а затем перевернулся бы на спину, чтобы вода затекла в уши и заглушила звуки окружающего мира, а солнце слепило в глаза. И качался бы на волнах, пока время бы не истекло. Ист замолчал, погрузившись в мечты. Юноша закрыл громоздкую книгу, отодвинул её в сторону и сосредоточился на истории академии. Ист взглянул на часы. Двадцать минут. - Есть одно место, где я хотел бы побывать, но это вряд ли. Ист обратился во слух. - Например? - голос его чуть дрогнул. Юноша не спешил - ему ведь было невдомёк, что время не терпит. - Вы читали «Таинственный остров»? - спросил юноша. Ист помотал головой. Руки агента чуть задрожали от предвкушения - он посмотрел на книгу, под обложкой которой напитывался энергией ключ. Оставалось лишь задать нужное направление. Найти место, которого нет в маршруте Иста. Место, которое не найдёт ни Мелисса, ни Босс. - Это необитаемый остров, - продолжил юноша. - В книге у них ничего с собой не было. Пришлось начинать с нуля, но им повезло - среди них был инженер. Умный человек. Ему и его друзьям удалось создать себе дом на острове. Полюбить его. Вдали от цивилизации. Людей и машин. Там, где нет оружия, с помощью которого можно уничтожить всё сущее на Земле. Когда я прочитал «Таинственный остров», то понял, что не выжил бы там в одиночку. У Робинзона Крузо - он из другой книги - были вещи с корабля. Не знаю, протянул бы он так долго на острове без ничего. Было бы прекрасно найти остров, на котором уже есть всё необходимое. Заодно проверить слова Сенеки, - юноша улыбнулся. - Он утверждает, что всё необходимое человеку природа сделала лёгким и доступным. Было бы интересно посмотреть. Но мечтать о сказочных островах приятнее. Там растут фрукты, съедобные и целебные растения. За струящимся водопадом скрывается грот, в котором можно жить, не опасаясь диких зверей. Озёра, ручьи, леса, в которых живут неведомые миру создания. Юноша замолчал и повернулся к окну, за которым серело летнее небо. - Что если такой остров существует? - Конечно, существует, - улыбнулся юноша. - Все, что способно представить воображение, возможно. Так сказал Эйнштейн. - И ты бы отправился туда? Если бы мог? Юноша кивнул и встал, поднимая «Бернардину» на руки. Ист кивнул тоже. Юноша обошёл стол, приблизился к стеллажу и поставил книгу на полку. Ист протянул ключ к себе. Взглянул на циферблат и встал. Дожидаться непоправимого не было смысла. - Удачи тебе, - сказал Ист. Он встал из-за стола и направился к выходу. Число на циферблате наручных часов стремительно уменьшалось. Ист прошёл мимо низкого мужчины, который сидел за столом с древним выцветшим глобусом. Он посапывал, склонив голову на грудь. Ист скользнул меж двух темнокожих женщин, споривших о том, какой метод исследования практичнее для картографии. Отметил пустой стол, за которым ранее сидела шатенка. Бросил взгляд на пожилую женщину, в руках которой, навеки в его памяти, замрёт бесконечная череда бежевых библиотечных карточек. Блондинка всё также горбилась над анатомическими атласами, перерисовывая человеческую печень в высокую тетрадь. Ист сбавил шаг. Подошёл к двери. Остановился. - Вы забыли портфель, - донеслось до него из-за спины. Ист повернулся и опустил взгляд на протянутую к нему бледную руку с зажатым в ней ремешком портфеля. Часы предупреждающе запищали. Раздался грохот. Ист вгляделся в лицо юноши, повернувшегося на звук. Большие глаза расширились, а затем мгновенно сузились, пытаясь разглядеть что-то вдалеке. Юноша повернулся, намереваясь подойти к окну. Правая нога оторвалась от пола и сделала шаг, левая покорно шла следом. - Эй, - окликнул его Ист. - Портфель не отдашь? Юноша, не глядя, протянул руку. Ист отвернулся и схватился за круглую золотистую ручку двери. Другой рукой он потянулся к карману, из которого вынул артефакт. Ист приложил артефакт к двери и замер. - Господи! - воскликнула женщина. - Что это такое?! - кажется, тот мужчина. - Боже... - прошептал юноша, поворачиваясь к Исту. - Вы? Ист взялся за ручку двери и, уставившись на синюю краску, от которой всё ещё исходил аромат новизны, прошептал: - Можешь пойти за мной, а можешь остаться и умереть вместе с ними. Выбор за тобой. Он шагнул внутрь, не затворяя за собой дверь. В лицо ему хлынул жаркий морской воздух. Он слышал крики и звук разлетающегося на осколки стекла. Не оборачиваясь, прошёл по горячему песку на пару шагов вперёд. Дверь захлопнется через три. Две. Одну. Ист развернулся. Дверь захлопнулась. Перед ним, под палящим солнцем, на золотом песке стоял юноша и с его лба текла тонкая струйка крови.