Продавец кукол

— Это он тебе или мне? — вздохнул Стас спустя полминуты. — Да тебе вроде, — гнусаво ответила Аня, пытаясь аккуратно вытереть лицо, чтобы еще сильнее не размазать косметику. — Давай после работы на выходе встретимся. Поговорить надо, — вздохнул парень, понимая, что он ничего не понимает в происходящем. — Не могу я, — Аня покраснела, опустила глаза. — Запретили мне. Мать Татияна на слово мне поверила, а если проболтаюсь, так и меры предпримет соответствующие. Не знаю, конечно, что она имела в виду. Стас даже вздрогнул, как подумал, какие «меры» могут быть приняты, если эта самая Мать из того же теста, что и Слава. Однако сдаваться не хотел, ему очень сильно нужна была хоть какая-нибудь информация, или… его посетила идея. — Ань, а ты можешь расспросить своих… новых друзей про Стаса? Мы тогда от тех типов сбежали, так он и сидит теперь у меня дома. Что мне делать? — парень беспомощно развел руками. — Не надо меня посвящать в ваши секреты, я просто хочу, чтобы моей самой большой головной болью снова стал Аркаша и его мадагаскарские тараканы. — Что! Этот… он… живет у тебя дома?! — взвизгнула Аня, на лице которой отразился сильнейший ужас. — Стас это страшный человек… — зашептала девушка. — Не человек он, — буркнул Стас, — во всяком случае, он сам так утверждает. — …занимающийся черным колдовством, — не обратила внимания девушка. — По словам Кати, он подчиняет людей себе, а потом продает их разным существам Тайного мира. Он и с нами так же хотел поступить. Только Катя и Мать Татияна — хорошие, они бр… — Ане словно горло пережали. Она всхрапнула и резко покраснела. — Хорошие, в общем, — мужественно продолжила девушка, отдышавшись. — В Тайном мире не только уроды всякие, но и добрые существа есть. Катя сказала, что Славу твоего Продавцом кукол называют, а тебя он вампирам отдать хотел. Еще, что я такой же, как они, стать должна, чтобы Свет поддерживать, а Саша на самом деле Финист-ясный сокол. Прикинь! Аня выдохнула, явно с радостью выговорившись. По большей части это было все, что она более-менее уложила в голове после многочасовой беседы с Катей и Татьяной, когда те привели ее к себе на квартиру прямо на набережной Москвы-реки. Дверь Пяткинского кабинета снова распахнулась, явив Аркадия Артемовича. Стас и Аня замерли, Аркаша тоже. — Я про тебя спрошу, — шепнула Аня и с поразительной скоростью самоустранилась. Стас, не теряя времени, тоже юркнул к себе в кабинет, не без оснований опасаясь прилюдной расправы, но Пяткину было не до того сейчас, он шел на официальное поздравление к руководству. Парень пытался работать, но в голове ничего, кроме Славы, не было. Что ему теперь делать? Если верить словам Ани, а после всего произошедшего не верить причин не было, Слава какой-то маньяк экстракласса. Хотя рациональная часть мозга уверенно сопротивлялась, не позволяя до конца увериться в реальности происходящего. Хотелось просто поверить, что в прошлые выходные произошло некое недоразумение, пусть даже с применением наркотических средств. Поговорить со Славой спокойно, донести до него, что никуда он, Стас, сообщать об этом не собирается. Как же хочется проснуться от этого кошмара! Около половины пятого замучившего себя рефлексией Стаса отвлекла новая напасть в лице заглянувшего в кабинет Соколовского. — Стас, ты чего трубку не берешь? — прогудел Кирилл грудным голосом, подойдя к рабочему месту друга. — Пошли покурим, — вздохнул горестно тот, отметив, как дружно насторожились коллеги. — Ты ж, вроде, бросил, — без особого выражения заметил Соколовский. — Ага, — кивнул Стас, он так устал, что хотелось только лечь и отключиться. На улице было холодно и ветрено, клубились серые тучи. Парни зябко ежились, сжимая подрагивающими пальцами сигареты. — Что у тебя случилось? Опять Аркаша достает? — прогудел Кирилл. — Ага, — снова согласился Стас, несклонный пускаться в пространные объяснения, даже ему самому казавшиеся полнейшим бредом, какой не каждому шизофренику привидится. — Хоть в свой день рождения бы отъебался от тебя, — философски заметил Соколовский. — Так это ж ЕГО день рождения, — с горечью заметил парень, понимая, что мучения сегодняшнего дня еще даже не начинались. "Предложить Славе сдать кому-нибудь Пяткина, что ли?" — подумалось Стасу. — "Водяным каким-нибудь, чтоб сидел себе в болоте, мух жрал да не рыпался?" Мысль показалась очень привлекательной, если уж бренное Стасово тельце приобрело такую популярность, то выбор между Славой и Аркашей даже не стоял. Когда он поднялся к себе на четвертый этаж, большая часть их департамента уже толклась в коридоре, Зинаида Альбертовна, зам генерального, снисходительно оглядывала своих холопов из-под густой, длинной, как у пони, черной челки. Стас пристроился в хвосте желающих откушать и выпить на халяву, мечтая никогда в этой жизни больше не встречаться с его обитателем. Парень вообще не понимал, как умудрился вляпаться в отношения с собственным начальником, которого ненавидел всеми фибрами души. "Прав Слава, я — мазохист! Потому что сейчас отдал бы многое, чтобы вырваться из этого филиала ада на Земле и со всех ног бежать домой", — думал Стас, прячась за широкой спиной Татьяны Леонидовны.   На секс с Аркадием Стас пошел самостоятельно, когда Слава его заставил, принять второе было проще. Его ведь заставили, а реакция организма — он ведь не железный. *** Конец рабочего дня ознаменовался приходом Аркаши. — Стас, зайди на пару слов. Девочки с сочувствием посмотрели на него, но комментировать не стали. Не первый, да и не последний раз поди. В кабинете у Пяткина уже прибрались, на столе для совещаний стояли две тарелки с недоеденными закусками, а сам он сидел за тем же столом, что было для него несвойственно. — Закрой дверь, пожалуйста, — настораживающе вежливо попросил Аркадий. Стас молча повернул ключ в замке, борясь с желанием дать деру, и со вздохом повернулся. Нужно было сказать, что меду ними все кончено. Парня тошнило при мысли, что Аркаша к нему прикоснется, он до сих пор не отошел от Славиных посягательств. Стас сделал два шага и встал как вкопанный, у него на шее здоровенный засос, а запястья хоть и затянулись и перестали болеть, но следы видны преотлично. Внутри все похолодело. Если Аркадий сейчас это увидит, потерей работы все не ограничится. — Ну, прости меня, — вдруг выдал мужчина. — Я перегнул палку. Просто… — он резко встал, порывисто обнял парня и, уткнувшись ему в волосы, выдавил. — Я тебя люблю. Как подумаю, что ты с этой секретаршей, так у меня все перед глазами плывет от ревности. Стасу хотелось провалиться сквозь землю. Большей ложки дегтя в черноту его жизни судьба подбросить просто не могла. И тут в дверь постучали. Парень дернулся и отскочил от начальника, старательнейшим образом изображая испуг. Аркадий остался стоять на том же месте, хмуро глянул на дверь, потом на Стаса и приложил палец к губам. Ручка задергалась, будто пришедший старался сломать ее, а затем из-за двери сказали: — Аркадий Артемович, откройте дверь. — Тон был таков, что всем стало совершенно ясно, пришедший знает, что Пяткин в кабинете.