Продавец кукол

Стас вернулся на рабочее место. Кабинет был пуст и тих, только за стенкой слышались перемещения Аркашки, тот что-то переставлял и брянькал стаканами. В голове была каша, хотелось забить на все, собрать вещи и уйти домой, но дома был этот. Парень тихонечно завыл, уткнувшись в локтевые сгибы и сжав руками волосы на макушке. Как же все было плохо! Он ненавидел такие моменты жизни, как же не хотелось раскладывать все это говно ложкой по горшочкам. Сложившаяся ситуация требовала принятия скорейших мер по ее разрешению. Во-первых, необходимо было разобраться со Славой, ибо все проблемы начались из-за него. Хотя нет, все проблемы начались, когда Аркашке удалось склонить его, Стаса, к этим идиотским потрахушкам. Когда они ужасно посрались с Аней, и девушка не понять с какого перепуга взревновала его к подруге детства Ленке (с которой они были знакомы еще с песочницы), если бы в тот злополучный день в туалете находился любой другой человек, кроме извращенца Пяткина, может, ничего бы из происходящего и не случилось. Перед тем понедельником они с Аней были на дне рождения Ленки, откуда и начался вынос мозга. На следующий день, как и ожидалось, ничего не закончилось. Стас всегда был эмоциональным и харизматичным, оттого, видимо, всегда имел успех у противоположного пола, но и до слез его довести можно было нередко. Чаще это были злые слезы, но парень ничего не мог с собой поделать. Да, вот такой он слабак! Тогда, вбегая в туалет, Стас пытался всеми возможными способами скрыть свое состояние, но Аркадий как раз выходил, и они просто столкнулись в дверях. Никто, уж сам Стас и подавно, не мог даже предположить, что этим же вечером Аркаша вызовет его к себе в кабинете и выведет на лирический мужской разговор под ложку коньяку. Так они впервые поцеловались, Стасик до сих пор не помнил, как умудрился позволить подобное. Дальше – больше, через недельку Аркадий признался, что давно заприметил его, и все снова повторилось, но уже чуть более активно. Пяткин полгода обхаживал Стаса, прежде чем предпринять конкретные активные действия. Полгода не так много, чтобы взять и поменять ориентацию. Стас до сих пор обходил стороной этот вопрос, хоть и регулярно подставлял задницу Аркаше. Родной отец частенько бил и его, и мать, пока не помер от обширного инфаркта, когда Стасу было пятнадцать, поэтому грубый секс парень воспринял достаточно спокойно, как ему казалось, и даже, отойдя от первого шока, начал получать от этого особый кайф (хотя в этом, конечно же, себе тоже не признавался). Уже через месяц секс с Аней стал казаться практически рутиной и чем-то пресноватым, но отказаться от хотя бы видимости нормальных отношений Стас не мог. Да и Аркаша явно не был тем, кто дал бы серьезный повод кардинально изменить свою жизнь. Дверь резко открылась, Стас подпрыгнул, безуспешно пытаясь сделать вид, что ничего не происходит. В помещение зашла Соня, и с порога спросила: - Что Аркаша от тебя хотел? - Как обычно, - фыркнул Стас, точно зная, что они с коллегой думают о разном «обычно». - Мда, - покачала головой девушка. – Я б сказала… но как говорится, о начальниках как о покойниках: либо хорошо, либо никак! Парень на это лишь тяжело вздохнул и натянуто улыбнулся. В дверь снова вломились, но на этот раз отнюдь не сотрудник их отдела. - Стас, поговорить надо, - нервно сказала Аня, с недовольством косясь на Соню, мгновенно навострившую уши. У Стаса не было ни единого желания вести разговоры хоть с кем-то, а уж тем более с прямым напоминанием в лице Ани, что его жизнь и мирное существование катятся псу под хвост, а адекватность видала и лучшие времена. Он нехотя вышел в коридор и, отойдя к окну, подальше от двери кабинета, уставился на свою БЫВШУЮ девушку. Аня весь обед мучительно обдумывала, что же делать. Беспокойство съедало ее, то, что рассказали Катя и Саша, не давали деаушке покоя. А вдруг этот Слава, который, как оказалось, совсем и не Слава, все же что-то сделал Стасу, ведь тот выглядел очень взволнованным. - Стас, дело в том, - она сделала глубокий вдох, будто собиралась прыгнуть с вышки, - что этот Слава плохой человек или даже не совсем человек. Понимаешь, Катя – она тоже не совсем человек, точнее раньше она им была, но теперь Матерь Татияна приняла ее клятву, но они хорошие, они защищают людей. Слава, не знаю, как его зовут на самом деле, Катя сказала, что никто не знает. Они проводили обряды, и оказалось, что это не настоящее его имя. В общем, он – колдун, плохой колдун. Чернокнижник. Аня закивала головой, как бы придавая весомости своим словам, притом с таким видом, словно говорила, что дождь – это вода, падающая с неба, а не параноидальный бред о «не совсем людях». Стас смотрел на нее с бесконечно тупым выражением лица, начиная осознавать бренность бытия. - Стас! – произнесла девушка проникновенно, заглядывая в глаза. - Поверь, я понимаю, как тебе сложно во все это поверить. Мне ведь тоже пришлось пройти подобное. Знаешь, как я испугалась, очнувшись в незнакомом месте?! Это будет нелегко, но мы должны справиться. Стасик, я умоляю тебя держаться подальше от колдуна. Он очень опасен! - Так ты все помнила? – взвился Стас. - Почему не сказала сразу? - Ну, не обижайся! Я не могла! Катя запретила рассказывать, это же секретная информация! Она вообще мне рассказала, потому что это все звучит как бред сивой кобылы, но ты-то все видел! Ты-то знаешь, что я говорю правду! - Это и есть бред! Ты сама себя слышишь?! – зашипел Стас. Все считают, что он не заслужил права знать правду, что им можно помыкать, кидая ему, как объедки, куски бессмысленной информации. - Я пытаюсь тебе все объяснить! – мгновенно окрысилась Анечка, у которой от происходящего мозги кипели не меньше, чем у самого Стаса. - Оттого что я что-то видел, это не станет более реальным! Да я и не видел ничего толком! Тебя чем-то опили, но это не подразумевает волшебство, знаешь ли! Скорее обычный наркотик, как бы тривиально это ни звучало, - едко закончил Стас. - Придурок! – выплюнула Аня. – Я о тебе беспокоюсь! Вижу нет смысла просить тебя держаться подальше от колдуна, если вдруг встретишь его! Просто поверь мне на слово, если твой куриный мозг не в состоянии втиснуть новую информацию в твое сжатое ограниченное мировосприятие! - Спасибо за заботу! Только этот твой «колдун» жизнь мне спас! Вытащил из этого дерьма, в которое ТЫ меня втянула! – сам от себя не ожидая, Стас встал на защиту Славы. Хотя это было правдой, а произошедшее после лишь малая плата за то, что странный парень не оставил его на растерзание тем тварям. - Ну, знаешь ли! – возмутилась Аня, хотя в душе еще пронзительнее и тоскливее завыла совесть. – Я не хотела, чтобы так получилось! – и девушка разревелась. Слезы градом хлынули из глаз, а голос надорвался. – Я честно не думала, что все выйдет так! Это все Машкааааа… Она посоветовала пойти к Славеее… - Ладно, ладно! – Стас мгновенно растерял пыл, злость не улеглась, нет, но желание ударить улетучилось. - Мне кажется, я схожу с ума! – девушка, размазывая по щекам слезы, уткнулась ему в плечо. - Не сходишь, - вздохнул парень, приобнимая Аню. – Или мы… - Станислав, - раздалось из-за спины. Парочка оглянулась на стоящего в дверях своего кабинета Пяткина, мечущего из глаз молнии. - Будьте добры работать в рабочее время! – он хлопнул дверью. - Козел! – прошептала Аня. Дверь снова резко открылась и Аркашка резко добавил: - И сообщите коллегам, что я приглашаю всех к себе в кабинет в пять.