(Не) любимый учитель

      На следующее занятие Лина не пришла, на уроках истории она старалась не появлятся, а если сбежать не получалось, то садилась туда, где ее не будет видно с места учителя, прячась за спинами высоких одноклассников, после чего первой вылетала из класса, как только звенел звонок на перемену.       Подруги допытывались до девушки с вопросами по типу: " Ты чего? Что случилось?", но Лина отмахивалась, не желая говорить о том, что произошло. Ей все ещё было стыдно за свой поступок.       Каждый раз, как только Дмитрий хотел выхватить девушку из движущейся толпы учеников, она ускользала. Бывало, что он уже достигал своей цели, но тут появлялись подруги, которые забирали Лину с собой.       Черт, он просто хотел с ней поговорить, но даже этого у него не получалось. Отношения с Машей за это время ещё больше скатились, пока мужчина набирался смелости. Постоянные скандалы и ссоры, на почве ревности со стороны его девушки, порядком утомляли. Он хотел скорее с этим покончить, чтоб не мучаться обоим, но было сложно. Сложно, потому что они слишком долго знали друг друга: сначала дружили в детстве, а потом это переросло во что-то более серьёзное. Из-за этого Дима, расставаясь, хотел сохранить близкие дружеские отношения.       Сейчас мужчина сидел в гостях у друзей, облокотившись на спинку дивана и смотрел в экран телефона, в котором виднелся номер девушки, с которой у него сейчас будет тяжелый разговор и пытался на него настроиться.       Из кухни вышел Эмиль, который до этого гремел посудой вместе с Сударем, о чем-то разговаривая, и, увидев друга в подавленном состоянии, сел рядом с ним.       — Ты чего?       Дима тяжело вздохнул, искоса глянул на друга и выключил гаджет. Эмиль смотрел на мужчину, все ещё дожидаясь, когда тот ответит.       Внутри молодого преподавателя сейчас бушевал ураган из множества сомнений, неуверенности в своих действиях, необъяснимой тревоги и страха.       Он хотел рассказать о своих намерениях своему близкому другу, но что-то его останавливало, как только он уже было открывал рот, в попытке объяснить причину своего состояния.       Возможно, это случалось из-за того, что Маша была не чужой для Эмиля, всё-таки двоюродная сестра, и Дима боялся разочаровать или как-то обидеть своей новостью Иманова.       Собрав всю волю в кулак и сев ровно, Дмитрий посмотрел на парня, и уверенно произнес:       — Я принял решение расстаться с Машей.       Мужчина уставился на друга, готовый к любой реакции, но он явно не ожидал то, что заметит на лице Эмиля.       Сначала Иманов удивился, заметно приподняв брови и приоткрыв рот, с желанием что-то сказать, но тут же его выражение изменилось, поменявшись на лёгкую полу-улыбку с понимающими глазами. Хлопнув друга по плечу, он встал с дивана и хотел было пойти обратно к Сударю, который о чем-то возмущался на кухне, видимо, у него что-то не получалось, но его задержал вопрос, заданный Димой.       — И... Всё? Ты не разозлился?       Эмиль развернулся и положил руки в карманы спортивных штанов.       — А почему я должен разозлиться? Да, она моя сестра, но это ваша жизнь, и только вы решаете какие выборы делать.       Пожав плечами, парень зашел на кухню, не закрывая дверь, оставив Диму наедине со своими мыслями.       Мужчина, услышав эти слова от друга, чуть расслабился. Минус один из грузов, давящих до этого на его плечи.       Собравшись, он включил телефон и нажал на кнопку вызова, поднося гаджет к уху, слушая оглушительные гудки и дожидаясь ответа Маши. Учитель прикрыл глаза, выдохнул, а после на другом конце провода раздался знакомый голос.       — Алло?       — Привет. Нам надо поговорить.

***

      Лина с подругами сидели в кафе возле ее дома и ждали, пока официант принесет их заказ.       Ника с Дашей фотографировались с масками, смеясь со своих шуток. Девушка смотрела на них, облокотившись на руку и улыбалась, иногда тоже посмеиваясь с каких-то моментов.       Она сидела и не могла понять, что с ней. Знаете, вот это ощущение, когда, вроде бы, все хорошо, переживать не о чём, но единственное чего хочется – это отгородиться от всех, воткнуть наушники в уши, чтобы не слышать никого и, ни о чем не думая, погружаться лишь только в мелодии и мотивы, которые слышишь только ты.       Периодически отвлекаясь от своих мыслей, Лина нехотя возвращалась в реальность, после чего опять уходила в себя. В очередной раз ее выдернули, когда их заказ наконец был принесен.       — Проснись и пой! Ты че, не выспалась? — толкнув Артякову локтем, Даша облокотилась на спинку, положив вдоль нее одну руку, а в другую взяла заказанный шоколадный коктейль. Медленно потягивая его из трубочки, она вопросительно посмотрела на девушку.       — Та не, зависла просто че–то. — проморгавшись пару раз для убедительности, Лина посмотрела на стол.       Сидорчик пожала плечами и посмотрела на Нику, которая, пока подруги были заняты, начала стаскивать колбасу с пиццы.       — Э, куда?! — поставив стакан на стол, Даша шлепнула ту по руке, — Это мой кусок! — возмущённо произнесла девушка и потянула его на себя.       — С чего это он твой? — Ника с недоумением смотрела, как желанная еда от нее отдалялась.       — Я его первой заметила! — каверкая голос, Даша выхватила добычу и отсела подальше, выглядя при этом, как кошка, которая стащила что-то со стола.       Лина засмеялась от этой сценки и взяла себе тоже кусок, начиная есть, иногда смеясь с перепалок двух девушек.

***

Прогуляв весь день, они разошлись только когда стало темнеть. Лина, придя домой, отпросилась у родителей на, якобы, ночёвку с девчонками, собрала рюкзак, чтобы не вызывать подозрений, и вышла на улицу.       На самом деле, ей просто хотелось погулять ночью одной. Вставив один наушник, она пошла неспеша вперёд, не выбирая окончательного места.       Ни о чем не думая, она просто шла. Плейлист с песнями уже пошел по третьему кругу, когда она добрела до каких-то высоких многоэтажек.       Из-за музыки, включенной на всю, она не слышала сзади себя следующих за ней шагов, которые сопровождали ее почти с самого начала пути.       Рассматривая высокие здания, которые, казалось, были выполнены из стекла, из-за панорамных окон, она неспеша проходила мимо подворотни, между двумя постройками.       На улице никого не было, кроме нее и того человека, поступь которого девушка по-прежнему не слышала. Фонари горели через один, но все равно достаточно освещая дорогу, для того, чтобы видеть куда идешь.       Лина на секунду остановилась, посмотреть время на телефоне, но даже не успела достать гаджет из кармана, как ее затянули в этот поворот, закрывая ладонью рот девушке, чтобы та не так громко кричала.       Дёргая ногами, пытаясь задеть того, кто ее тащил, она паралельно старалась отпихнуть от себя руку, которая крепко держала девушку за талию.       Лину дотащили до места, где свет от фонарей почти не доставал и начиналась тень, прижали лицом к стене и заломили руки за спиной, все ещё прижимая ладонь ко рту.       Девушка перестала кричать, на улице никого нет, значит дозваться до кого-то она не сможет. Похититель, подумав, что та больше не будет кричать, убрал свою руку с лица, до сих пор прижимая ее к стене. Лина, почувствовав, как тот потерял бдительность, откинула голову назад, целясь примерно в лицо и попала в нос.       — Ах ты тварь!        Пока неизвестный держался за поврежденную часть и стонал от боли, Лина развернулась и побежала туда, откуда ее затащили, посматривая назад.       Победа длилась не так долго. Мужчина, лицо которого она не могла рассмотреть из-за темноты, накинулся на нее, схватил и, разворачивая, ударил ее по щеке, отчего девушка, не удержав равновесие от резкого поворота и сильного удара, упала на асфальт, содрав кожу на ладонях.       — Отвали, ублюдок! — отползая назад, подальше от этого чокнутого, который наступал на нее и зловеще улыбался, она уперлась в чьи-то ноги.       Артякова подняла голову и встретилась взглядом с Магрогским.       — Кирилл! — увидев знакомое лицо и позабыв о своей к нему неприязни, Лина быстро поднялась и спряталась тому за спину.       — Привет, Ангелинка. — как-то странно улыбаясь, он развернулся к девушке, после чего схватил ту за руку и толкнул в сторону мужчины.       — Эй! — врезавшись ему в грудь, она тут же отпрянула и заозиралась, в надежде найти выход, понимая, что ее одноклассник заодно с этим человеком. А может это этот мужчина заодно с Магрогским. В общем, в любом случае, она не в выгодном положении, с двух сторон ее окружали двое, которые явно были настроены не очень дружелюбно.       — Не бойся, будешь хорошо себя вести – всё пройдёт хорошо. — улыбаясь Кирилл подходил к Лине, а сзади, она чувствовала, как приближается его дружок. В панике, она попыталась пробежать мимо одноклассника, который загораживал проход, но тот ее схватил и прижал к себе. В нос тут же ударил запах спиртного и сигаретного дыма. Лине хотелось блевать от этого сочетания, вкупе с ощущением его близости.       — Ну куда же ты? — произнеся это ей на ухо, он провел рукой по плечу и посмотрел вперёд. — Ты можешь идти. — ежесекундно поменяв тон с наигранно-ласкового на угрожающий, он посмотрел на своего помощника и дополнительно махнул рукой.       — Но...       — Я сказал иди.       Тому мужчине ничего не оставалось, как подчиниться, видимо, Магрогский имел на того, какое-то влияние. Лина, старавшаяся не двигаться, проводила его взглядом, судорожно пытаясь придумать, что ей делать.       — Продолжим. — опять обратившись к девушке, он начал растегивать её кофту. Лина, ещё больше испугавшись, стала вырываться и кричать ругательства в сторону одноклассника, но тот сразу заткнул ее рукой, до боли сжав пальцами скулы и прошипел на ухо сквозь зубы, — Не дергайся, а то хуже будет.       Лина замерла, чувствуя противное дыхание у себя на шее и сдерживала слезы, так невовремя наворачивающиеся на глаза. Парень развернул ее к себе лицом и толкнул к стене, подходя ближе. Ей было страшно, она предполагала, что он хотел с ней сделать и от этого становилось не легче. Она не думала, что ее одноклассник на такое способен.       — Кирилл, не надо.. — произнеся это дрожащим голосом, девушка отвернулась в сторону и зажмурилась, со всей силы вжимаясь в стену, стараясь, как можно дальше быть от человека, стоявшего напротив, но дальше было уже некуда. Сзади была только холодная стена, которая никак не могла помочь Лине.       — А я думаю, надо. Знаешь как долго я хотел этого, — подойдя к ней вплотную, парень приблизился максимально близко и произносил слова прямо в лицо, — а ты строила из себя всю такую недотрогу, — одной рукой схватив кисти девушки, он поднял их над головой, сильно сжимая, чтоб не вырвалась, а второй продолжил медленно растегивать кофту. — Ты же хочешь этого, признайся. — мерзко улыбаясь, он пытался поймать глазами взгляд Лины, а когда не получилось, дал пощечину и выкрикнул в лицо, чуть ли не плюясь, — Смотри на меня, когда я с тобой разговариваю! — Лина посмотрела на одноклассника, а по щеке скатилась слеза, которую тот,проведя взглядом до подбородка, слизнул своим противным склизким языком. От этого стало ещё хуже, казалось, что это длилось вечно, это ощущение, пока Магрогский с противной ухмылочкой, чуть ли не всей длиной своего мерзкого отростка проводил по щеке снизу вверх, а после с причмокиванием облизнул свои губы.       Зажмурившись, Лина молилась, чтобы это скорее закончилось. — Ты такая... Вкусная. — и запустил руку под футболку, оглаживая живот, а после спускаясь к штанам.       — Хватит! Перестань! — делая жалкие попытки выбраться, она извивалась, не давая парню справится с пуговицей.       Разозлившись, одноклассник ударил девушку в живот, от чего Лина закашлялась и уронила голову. Внутренности горели после удара, хотелось просто выплюнуть всё, чтобы не чувствовать это.       — Замри!       Когда у него получилось, он расстегнул ширинку и стал рывками приспускать джинсы с бёдер, посмотрел на губы девушки и наклонился, чтоб поцеловать. Лина, заметив его намерения, завертела головой, а когда парень схватил рукой лицо, зафиксировав в одном положении, крепко сжала губы.       В этот момент она услышала чьи-то шаги и решила попытать удачу, крикнув настолько громко, чтобы ее услышали. Это был призрачный шанс на спасение, а вдруг ей просто показалось и сейчас одноклассник опять её ударит, разозлившись ещё сильнее, а может и не один раз. Может, он вообще сейчас начнет избивать ее, а после, все же закончит начатое.       Застыв от неожиданности, Кирилл раскрыл глаза и уставился на девушку. Она видела, как молниеносно его выражение меняется с удивления от громкого выкрика к злости и почувствовала, как рука, державшая ее занемевшие запястья, сжалась ещё сильнее. А та, что держала до этого лицо, переместилась на шею.       — Заткнись, сука!       Воздуха стало резко не хватать и в попытке восполнить его запас, Лина начала открывать и закрывать рот, как рыба, которую выбросило на сушу, пытаясь вдохнуть. В глазах начало темнеть, голова закружилась и все тело ослабло, так что стояла она только из-за того, что Магрогский прижимал ее к стене.       На Лину резко накатило расслабление, она будто улетела куда-то, далеко отсюда, где ее никто не достанет. Вдалеке слышались какие-то выкрики, но на них было все равно.       — Артя-..ва!.. -нись.. слы-...       Она растворялась в тишине и покое. Её обволакивала тьма, в которой она находила лишь спокойствие, было так уютно, что хотелось остаться здесь навсегда. Девушка чувствовала умиротворение, она будто плавала на волнах, которые убаюкивающе покачивали Лину в разные стороны, как бы говоря: " Засыпай, все закончилось!". И ей хотелось поддаться, отпустить всё и остаться, ни о чем не думая и не беспокоясь, её больше ничего не волновало, теперь она в безопасности.       Но темнота вокруг начала светлеть. Медленно, так, словно в длинном тоннеле навстречу ехал поезд, светя своими фонарями прямо на тебя. И когда свет стал слишком ярким, Лина очнулась, будто выныривая из под толщи воды. Было ощущение, что она плыла без кислородного баллона с тысячеметровой глубины и наконец вынырнула.       Девушка закашлялась и, хватаясь за горло, активно стала вдыхать воздух. Из глаз ручьем потекли слезы, от осознания того, что она могла умереть.       — Ан..-на! Ты слы-..шь ме-...я? Эй!       На фоне, до сих пор, звучал чей-то обеспокоенный голос, раздражая девушку своей назойливостью. Все было таким приглушённым.       Сконцентрировавшись, она заметила, что лежит на чьих-то коленях, ее голову придерживают, а подняв глаза выше, увидела чуть размытое лицо своего учителя, который продолжал что-то говорить.       — Дмитрий Андреевич?..       И отключилась, опять проваливаясь в такую уютную тишину и погружаясь в теплые объятия тьмы.