Скучная жизнь подземелья.

       Окончание сезона зимних штормов ознаменовалось не просто штормом, а настоящим ураганом. Никто из стариков, как обычно, не мог вспомнить ничего подобного и поэтому среди простого народа пошли очередные байки об окончании времён. Ведь зимы стали холоднее и длиннее, снег стал выпадать раньше и там, где его раньше вроде как не было, а тут ещё и такое. Ещё и некоторые жрецы различных богов принялись проповедовать, что это от того, что народ не верует, вот боги и обиделись. Хорошо ещё, что народ на севере был суровым и своих немногочисленных богов хоть и почитал, но фанатиков тут почти не попадалось, да и те были очень специфическими, не пытаясь никому навязывать свою веру, ведь за подобное можно и топором промеж ушей огрести, так что все самые агрессивные давно закончились.        Но всё равно, хоть таких жрецов не сильно и слушали, предпочитая больше опираться на мнение князей, которые, в свою очередь, больше прислушивались к словам предсказателей, свою лепту в распространявшиеся слухи они вносили. Так что последний зимний шторм был воспринят как вестник идущих не самых хороших перемен и многие начали подумывать о том, что неплохо было бы перебраться куда-то на юг, где и теплее, и ураганов таких не бывает... вроде бы. Правда, находились и те, кто наоборот посматривал на север, вспоминая доходившие до них слухи о том, что там народ массово перебирается жить в Подземелье. Не то, чтобы кто-то верил в подобное, но приплывавшие с самых северных земель купцы через одного рассказывали подобные сказки, поэтому нет-нет, да проскакивала в головах у людей мысль: "А вдруг?"        А вот жители Кроличьей Норы ураган хоть и заметили, но отнеслись к нему как к неизбежному злу, больше переживая о том, что пришлось все эти три дня не выходить из дома. Ведь в городке не было лентяев, которые бы не заплатили магам за чары прочности на стенах, крышах, окнах и дверях домов и сараев, а съестных запасов у всех оставалось ещё много, так что взаперти люди могли просидеть и дольше. К тому же, их заранее предупредили о надвигающейся непогоде, поэтому все подготовили вёдра и бочки, чтобы использовать их как отхожие места и ёмкости для сбора нечистот. И пусть это создало в домах некоторое амбре, но это всё равно лучше, чем быть унесённым ветром при походе в уличный туалет. Сараи же со скотиной были соединены с домами, поэтому животным пришлось страдать только от невозможности выйти на улицу, но они и так почти всю зиму провели в этих самых сараях, только изредка выходя во дворы, так что им было не привыкать.        Немного другая ситуация была с обитателями Лагеря, так как часть народа проживала всё ещё в палатках, но эту проблему решили переселением таких неудачников в наскоро оборудованные для проживания ангары Аэропорта. Гоблины пошли навстречу просьбе со стороны Службы и освободили от своего имущества несколько огромных эллингов, и даже помогли с организацией туалетов и вывозом отходов, поставив перевозные кабинки, собранные из подручных средств, но даже так дававшие больше комфорта, чем деревянные домики в Лагере. Как минимум в них не дуло и имелись сидения, отдалённо приближая условия к тем, что были в стационарных туалетах Станций. Да и переносные рукомойники гоблины не забыли поставить, чтобы выходя из туалета народ мог помыть руки.        Дан же и вовсе бы не обратил внимание на какой-то там ветер, даже такой сильный, если бы не покачивающиеся у причальной стенки во фьорде тримараны. Ведь жил он уже давно под землёй, обзаведясь жильём в Городе, благо добираться оттуда до Верфи было очень легко и быстро, поэтому любая непогода обычно вызывала у него только пожимание плечами, и только когда она мешала выполнению работ, он немного расстраивался. Но в этот раз он не просто расстроился, а даже озаботился, так как ветер действительно был сильный. И пусть за целостность кораблей он не сильно переживал, гоблины уверили его, что даже удар об скалы не повредит корпусу и начинке, но вот за прочность канатов уже да. Ведь пусть суда и не боялись разбиться, на такой-то небольшой для них скорости, но если они оторвутся и их унесёт в открытое море, то труды по их постройке пойдут прахом. Ведь какая разница, что корабли целые, если их унесло и они у тебя просто отсутствуют?        Так что все эти три дня он сидел как на иголках, переживая, не унесло ли корабли. Из-за этого у него даже застопорились работы над его проектами. Хорошо ещё, что приготовленные для Ярмарки образцы уже были собраны и протестированы, и даже несколько нанятых искателей, понятное дело альвов, уже успели освоиться с ними, обкатывая в одном из дальних Подземелий, куда поезд ещё не ходил, от чего там и посетителей не было. Сами искатели, чтобы предотвратить преждевременное распространение информации, принесли клятвы молчания, повесив на себя обязательство молчать о том, чем они там занимаются до показа образцов. Ну а так как клятвы принимал один из старших техников-гоблинов, то вряд ли кто-то решится нарушить данное слово. Это ведь не боги, от которых можно откупиться, старшие техники звери редкие и с плохой памятью, но с толстой записной книжкой. Так что отомстят, потом забудут и отомстят снова, ну и как у них будет портится настроение, будут листать свою записную книжку, вспоминать об нарушителе клятвы, возвращаться и припоминать, чтобы немного развеяться. Так что можно было быть уверенным, что знания о подготовленных им образцах техники никто раньше времени не узнает. Ну, кроме самих гоблинов... И Айзека... И Идущих... И Королевы Фей, которая уже потребовала сделать себе волшебную летающую колесницу, обязательно красивую, чтобы она могла похвастаться перед Королевой Эльфов. Правда, она хоть пообещала помочь, как материалами, так и личным участием, к его удивлению продемонстрировав неплохое понимание работы с металлом, даже показала ему свой рабочий комбинезон, рассказав по секрету, что иногда помогает Айзеку и Тэкку с некоторыми их поделками, когда ей интересно. Ну а так как колесница была ей очень даже интересна, то она обещала прикладывать максимум усилий для её строительства. Как, кстати, и феи, но с ними всё понятно, куда их Королева, туда и они. Осталось только убедиться, что они ничего не сломают, не со зла, а по незнанию или потому, что им показалось так красивее, так как запретить им что-то было нереально, и если уж те вбили что-то себе в голову, то всё.        К счастью, суда с честью выдержали испытание стихией, как и швартовочные канаты. Впрочем, если бы он сразу подумал, то переживал бы ещё меньше. Ведь ветер дул поперёк фьорда, поэтому внизу, да ещё и с подветренной стороны, даже обычные кнорры вполне имели шанс пережить такой шторм, не то что построенные из металла и рассчитанные на совсем другие нагрузки корабли. Но это не отменяло того факта, что он сейчас с удовольствием изучал один из тримаранов, осматривая его с верхней палубы до самого глубокого помещения трюма. Впрочем, большинство механизмов ему было знакомо, так что он больше знакомился с самой компоновкой и тем, как это выглядит в натуре, а не на чертежах. Ну и конечно же он оценивал комфорт предназначенных для пассажиров помещений и вместимость грузовых трюмов.        Все свои поделки он уже подготовил к погрузке и оставалось только дождаться, когда гоблины завершат проверку всех систем и разрешат грузиться. Те искатели, которым предстояло демонстрировать возможности созданной им техники, ждали вместе с грузом на берегу, как и работники Верфи, которые после переноса тримаранов во фьорд занялись осмотром стапелей и подготовкой Верфи к закладке новых кораблей. Проекты кораблей для будущего длительного плавания уже были утверждены, все необходимые ресурсы собраны, так что народ был весь в предвкушении и ждал только команды к началу работ. Но так как работы планировалось начать уже после весенней Ярмарки, то сейчас все собирались воспользоваться возможностью и прокатиться на скоростном пароме. Ведь корабли всё равно будут перегонять во фьорд возле Кроличьей Норы, где совсем недавно маги закончили возводить не только кратно увеличенный причал, но и крытые доки, в которые можно было загнать тримараны, чтобы провести проверку, зарядить их накопители маной и загрузить необходимые в дороге припасы, ну и чтобы принять на борт обслуживающий персонал. И как раз на первом судне, которое отправится сегодня, все и поплывут, благо места внутри хватит на всех, а гоблины разрешили работникам Верфи свободно перемещаться по всем пассажирским палубам.        Наконец, гоблины дали сигнал, что все проверки закончены и можно начинать погрузку. В первую очередь, по специальному пандусу, в грузовой трюм были помещены предназначенные для показа на выставке машины Дана. После этого был установлен трап, в отличие от применявшихся всеми сходней представлявший из себя специальную лестницу для подъёма на борт корабля. Альвы, дварфы, люди и даже несколько орков, как дети малые радовались и крутили головами, поднимаясь по трапу. Они смеялись, что-то говорили друг другу, показывали пальцами на заинтересовавшие их вещи, в общем, вели себя именно как дети, а не взрослые и серьёзные разумные, занятые созданием плавающих по морям больших кораблей, которых никто больше делать не может.        Пройдясь по пассажирским помещениям, абсолютное большинство народу поднялось на верхнюю палубу, откуда открывался отличный вид. Так как они могли свободно перемещаться между общей и элитной зонами, то и выбирать, на что именно смотреть, могли сами. Дан не стал отрываться от коллектива и тоже вышел наверх, заняв место за правым угловым столиком на корме, откуда открывался прекрасный вид, ну а чтобы посмотреть на момент отхода от причала, достаточно было встать и сделать один шаг к опоясывающему смотровую площадку ресторана элитной зоны бортику, что он и сделал, когда был подан первый сигнал об отходе.        После первого сигнала ожидавшие на пирсе гоблины принялись проверять закрепление концов, убеждаясь, что их можно легко отдать. Одновременно с этим заработали подруливающие машины, почти бесшумно и незаметно, беря на себя обязанность по удержанию судна на месте. После второго сигнала гоблины отдали концы и поднялись на борт, а после третьего был поднят трап и заработала основная машина, вместе с подруливающими машинами начав отводить корабль от пристани.        Поначалу тримаран двигался очень неспешно, если сравнивать с тем, как он летел во время прогона, но даже так его неспешность была вполне сравнима с идущим на всех вёслах Змеем. Вот только огромные размеры судна и устойчивость палубы под ногами не позволяли оценить этот факт, скрадывая скорость. К сожалению, обслуживающего пассажиров персонала на корабле пока ещё не было, тот должен был подняться на борт в порту Кроличьей Норы, как и десяток юнг, то есть тех, кто согласился обучиться хождению на новых кораблях, ещё даже не зная, что за суда это будут. Из-за этого большинство услуг пока не работали и воспользоваться можно было только теми, которые не требовали участия живого персонала, например, можно было оценить массажные кресла. Но так как те располагались во внутренних помещениях, откуда нельзя было наблюдать за происходящим снаружи, то народ предпочитал оставаться на верхней палубе, благо места хватало всем.        А потом они прошли устье фьорда и вышли в море. Маршевые машины тут же стали увеличивать обороты, что отразилось на тональности звука их работы, который хоть и был слабым, но вполне себе различим. Так что начав удаляться от берега, тримаран принялся разгоняться, и это изменение скорости уже не мог скрыть никакой размер судна. Очень быстро берег отодвинулся от них шагов на триста, после чего корабль начал поворот вправо, ложась на курс вдоль берега. Поворот был настолько плавным, что если не смотреть в этот момент на смешающийся на правый борт берег, то можно было и не заметить этого поворота. Ну а когда они повернули, тримаран начал разгоняться ещё сильнее. Правда, из-за отдалённости берега это уже не было так заметно, зато если смотреть на проносящиеся мимо волны, то оценить, с какой скоростью несётся по воде корабль, уже было очень даже можно.        Некоторое время народ как заворожённый смотрел вокруг, оценивая скорость корабля, но постепенно его начало отпускать и заторможенность перешла в возбуждение. Все начали бурно выражать свои эмоции, что-то говорить или даже кричать друг другу. Последнее было и не удивительно, ведь разрезающий на огромной скорости волны корпус судна создавал довольно сильный шум, так что стоя возле борта было сложно расслышать спокойно говорящего соседа. И пусть конструкторы корабля предусмотрели этот момент и с помощью обводов как-то сделали так, что до верхней палубы доходил заметно более тихий шум, чем до средней, но даже там нормально разговаривать можно было только за столиками, где этого шума уже почти не было слышно.        Немного посидев, наслаждаясь поездкой и глядя то на проносящиеся мимо берег вдали, то просто на волны за кормой и бурлящий кильватерный след, Дан спустился вниз. Всё равно сейчас наверху больше не на что было смотреть, разве что на иногда попадающиеся по пути рыбацкие лодки, люди на которых даже толком испугаться не успевали, не способные оценить реальную скорость тримарана. Вот когда летящий по воде корабль проносился потом мимо, тогда да, особенно, когда их лодку начинало потом швырять волнами кильватерного следа, а сразу они только удивлённо смотрели на движущуюся в их сторону металлическую громаду, выкрашенную в красный и белый цвета.        Заняв одно из массажных кресел, альв включил режим расслабления и на некоторое время выпал из реальности. Почти неслышный шум разрезаемых корпусом волн и работы водомётных движителей убаюкивал, а создаваемые внутренним устройством кресла движения приятно разминали мышцы, ну а отсутствие шумящих пассажиров позволяло полностью отдаться отдыху. Ведь после того, как тримараны начнут ходить по маршруту от Кроличьей Норы до Острова и обратно, настолько тихо тут не будет больше никогда, а значит стоило не упускать момент. Ну а тот факт, что подобное кресло и само по себе является невероятно сложным механизмом, он обдумает потом, на это у него ещё будет время.       

      *****

              О том, что на Верфи строятся новые корабли, знали наверное все искатели. Да и сложно было сохранить подобное в тайне, если бездельничавшие работники Верфи регулярно обсуждали этот вопрос, гадая, какого же именно типа будут эти корабли. Поэтому не удивительно, что чем ближе приближалась весна, тем активнее народ начинал спорить о том, что это будут за корабли и какого размера они будут, и делать ставки. Ну что поделать, гоблины плохо на всех влияли, привнеся не только идею того, что можно бить друг другу лица кулаками, если нет желания ставить друг друга на ножи, но и возможность заключать пари на самые разные события, а не только на победителя в скачках колесниц.        А потом маги Башни начали строить новый причал во фьорде возле города. Само по себе особого ажиотажа это не вызвало, так как ещё при отправлении Гликеи на юг стало понятно, что новым кораблям тесновато возле имевшихся в порту причалов. Зато это подтвердило предположение большинства спорщиков, что новые корабли будут большими, как минимум не меньше, чем пять кораблей гетеры. Вот только чем дальше шло строительство, тем больше народ изумлялся, так как новые причалы были слишком большими, а когда начали возводить и огромные крытые доки, то народ ещё больше обалдел. Это сразу же вызвало новые споры, так как мнения разделились, и если одни считали, что новые корабли будут ещё больше, чем построенные ранее, то другие хоть и соглашались, что новые суда будут большими, но делали ставки на то, что новая часть порта предназначена для целого флота, припомнив ходившие слухи о каком-то готовящемся большом плавании, для которого нужно будет построить новые корабли.        В любом случае, все с нетерпением ожидали окончания зимы. И когда работники Верфи начали собираться на своё рабочее место, всем стало понятно, что гоблины завершили строительство, а значит вскоре можно будет посмотреть на результаты их труда. Требовалось, правда, дождаться прохождения последнего шторма, но это уже было делом привычным, пусть в этот раз шторм и сумел всех удивить своей силой.        Но вот шторм закончился и даже последовавший за ним двухдневный дождь прекратился, и установилась прекрасная погода. Небо очистилось от туч, Солнце светило не по весеннему ярко и жарко, что компенсировалось прохладным дневным бризом. Но самое главное, что все работники Верфи именно сегодня утром дружно сорвались со своих мест и рванули на поезде на Верфь. Так что занимаясь исправлением вызванных штормом поломок, народ посматривал в сторону дозорного поста, с которого наблюдали за морем и должны были подать сигнал о появлении новых кораблей на горизонте.        Сигнал о появлении идущего с востока корабля увидели многие. Весть быстро распространилась и народ начал заканчивать свои дела, чтобы успеть приодеться и выйти на обрыв над портом, дабы увидеть прибытие нового судна. Вот только вскоре со стороны дозорного поста прибежал гонец, сообщивший, что корабль уже рядом и скоро войдёт во фьорд. Понятно, что это вызвало недовольство жителей, которые посчитали, что дозорные просто проспали появление корабля. Торопливым объяснениям мальчишки, что судно просто очень быстро плыло, никто не поверил. Нет, в то, что новые корабли могли плавать быстро, поверили многие, ведь они уже видели построенные для гетеры суда и видели их возможности хода, как под парусом, так и на винтовом движителе с магическим двигателем. Вот только даже так кораблям нужно было довольно много времени, чтобы добраться до входа во фьорд. Поэтому все однозначно грешили на самих дозорных, спеша переодеться, а некоторые так и вовсе побежали к берегу так, как были, в рабочей одежде.        Плывущий по воде фьорда корабль производил на людей неизгладимое впечатление. Если к отсутствию парусов все отнеслись относительно спокойного, люди уже успели принять тот факт, что некоторые корабли могут обходиться и без парусов, то вот размеры судна подавляли. А ведь они смотрели на него со скал, так что это немного скрадывало размеры, но возле старого причала стояло несколько рыбачьих лодок, а так же кнорров и Змей, которых купцы и конунги спустили на воду, готовясь к началу мореходства, так что все могли наглядно увидеть разницу в размерах. По сути, как высказались некоторые из зрителей, это был даже не корабль, а настоящая плавучая деревня, настолько тот был огромным. Впечатление некоего поселения добавляли и находившиеся на верхнем этаже корабля разумные, которые глядели на собравшихся на скалах в ответ, а некоторые даже махали приветственно руками.        Величественно пройдя мимо старого порта, огромный корабль подошёл к новому пирсу, который оказался ему как раз под стать. Замерев на некотором незначительном расстоянии от причальной стенки, корабль боком придвинулся почти вплотную, после чего с его борта опустилась лестница, нормальная такая наклонная лестница со ступенями и боковыми поручнями. По ней на пристань сбежало несколько гоблинов, которые приняли швартовые концы и завели их хитрым способом на двойные каменные тумбы, что стояли вдоль всего нового причала. Только после этого бывшие на корабле разумные начали сходить на берег, где их встречали представители Службы.        Как бы не хотелось зрителям посмотреть на новое судно поближе и пообщаться с приплывшими на нём, вниз никого не пустили. Всё-таки в Кроличьей Норе и её ближайших окрестностях сейчас жило слишком много народу, чтобы они могли поместиться даже на новом причале. Но это не спасло приехавших от расспросов позже, когда они начали подниматься наверх. Впрочем, даже их рассказы о скорости и комфорте приплывшего корабля не вызвали столько пересудов, как сделанное в тот же день официальное заявление Службы, которое зачитал лично её глава, Хальвард, который ради этого прилетел на "Мухе". Объявление же гласило, что отныне на Остров можно было попасть на борту новых кораблей, а если кто-то желал посетить его на своём судне, то требовалось получить разрешение и заплатить специальный сбор. Таким образом становилось понятно, почему новый корабль такой огромный, ведь желающих попасть на Остров, чтобы посетить весеннюю и осенние Ярмарки всегда было очень много. Понятно, что далеко не все они проводили на Острове всю Ярмарку, обычно туда приплывали на два-три дня, чтобы погулять и посмотреть на выставленные товары, ну и прикупить что-нибудь интересное и необычное, что в других местах или нельзя было достать, или оно стоило намного дороже. Вот только даже так во время Ярмарки народу на Острове было столько, что оказывалось занято всё жильё на поверхности и пятом этаже, а почти всё свободное пространство оказывалось заставлено палатками.        Но как оказалось, на этом сюрпризы не закончились. Ведь сверху было сложно всё рассмотреть, да и внимание отвлекли на себя размеры судна, поэтому тот факт, что новый корабль фактически представляет из себя три корабля соединённых вместе, с общим верхом, открылся любопытным только когда представители Службы начали пускать на причал любопытствующих. Запускали, понятное дело, небольшими группами и под надзором сопровождающего, но посмотреть на судно имели возможность все, так как плату за это не брали.        А потом началась продажа билетов, специальных листков бумаги, подтверждавшие право на плавание на новом корабле на Остров. Билеты были трёх типов: обычный, для любого желающего попасть на Остров, более дорогой купеческий, дающий право на аренду места под груз в трюме, и аристократический, стоящий дороже даже купеческого. Впрочем, последние билеты всё равно раскупались очень быстро, так как купившие их путешествовали в отдельном секторе наверху пассажирской зоны, более комфортном и богатом. Так что все князья и конунги просто не могли не приобрести билеты именно туда, да и большинство альвов так же избирали этот вариант.        Что удобно, на время Ярмарки рейсы обещали совершать дважды в день, утром и вечером, притом туда и обратно, а билеты продавали сразу на три дня вперёд. Так же, для удобства, билеты можно было приобрести не только в специальном здании в порту, но и в кассах Аэропорта и здании Службы на окраине города. Правда, тут же нашлось несколько деятелей, которые попытались скупить билеты, чтобы позже перепродать их с наценкой, но их быстро отловили и показательно наказали, вымазав дёгтем и обсыпав старой соломой, ну и понятно, изъяв все купленные билеты и назначив штраф.        Ну а утром, когда счастливчики приобрётшие билеты на первый рейс пошли в порт, а любопытные зрители, желавшие посмотреть на отправление, потянулись следом, во фьорд вошёл второй корабль, такой же огромный и отличающийся только расцветкой, сине-голубой с белым.