Лечение ценою в жизнь

— У него " Диссоциативное расстройство личности ", это тяжёлый случай доктор...Он уже был на учёте у врачей его страны, но состояние только ухудшилось. — девушка судорожно перебирала историю болезни и иногда просматривала на блондина, чьи волосы были собраны в хвост, а фирменная врачебная шапочка лежала на столе — Он человек сам по себе крепкий и сильный, но как только начинается период расщепления личности, в нем появляется столько силы....нам потребовалось использовать чуть ли не лошадиную дозу успокоительного, что бы он прекратил сопротивление, у нас санитары сильные, но все четверо получили тяжёлые травмы. Ванилла, я повторяю, нам его направили, потому, что врачи его страны не смогли справиться. Это редкий случай, наша больница готова взяться за это? Пальцы сцепленные в замок дернулись, а разноцветные глаза на миг прикрылись. Лекарь колебался. Он конечно самый лучший в мире, но подобный случай который не могут вылечить ни единым лекарством или процедурой. — Я берусь за это дело. — Ванилла отвлекся от раздумий и поднял взгляд на свою сотрудницу — Блэк Райзен, можешь пойти отдыхать. Все мы видели этого человека и прекрасно знаем на что он способен. Брюнетка недовольно заворчала, но оставила папку и направилась на выход. Блондину же пришлось встать и по дороге к пациенту изучать его медицинскую карту. Остановившись около двери, тот кивнул санитарам, чтобы те включили камеры и следили, в случае чего, быстро отредактировали. Открыв замок, он вошёл внутрь и прокашлялся. — Какао, если я не ошибаюсь в имени...? — ответа не последовало. Мужчина напротив Ваниллы, на удивление, не был настроен враждебно, а просто сидел на кровати и лишь когда услышал свое имя, оторвался от разглядывания белой стены . — Я Ванилла, твой друг... — Не разговаривай со мной как с больным на голову, я знаю что ты врач, и ничего хорошего от тебя не светит. — голос был груб, но так же слегка охрипшим, последствия его утренних криков. — Ох, нет, нет, нет. — блондин замахал руками — Я не буду делать больно... — Все вы так говорите, — когда Какао поднялся с кровати, стало понятно, что он на голову выше Ваниллы — А потом у меня болит все тело от уколов! — Нужно учиться равновесию, агрессия плохо. — глаза Ваниллы прикрылись. Какао лишь отвернулся и сел обратно на кровать. — Я понимаю, что ты растерян и... хочешь уйти, но что бы уйти нужно найти причину твоего недуга. Когда все началось? Мужчина цокнул и закатил глаза, скрещивая руки на груди: — Все написано в той папке, смысл мне говорить? — Бумаги могут врать. — голос врача дрогнул в тот момент, когда Какао начал дергать свою рубашку, будто пытаясь что-то скрыть, что естественно блондин заметил — Мне нужно услышать все именно от человека, так я буду знать как помочь. Я обещаю что уколы мы делать не будем. — Когда я поругался с сыном...я вспылил и после того момента у меня началось это все, а дальше врачи...невыносимое лечение, ну уж за тем и вы. Я не помню того, что делаю от части. — От части? — Иногда бывает будто я просто наблюдаю но ничего сделать не могу. Все это время Ванилла стоял около двери, хоть и зрение у него плохое, но очки присутствовали, по этой причине он увидел то, от чего сердце сжималось до боли. — Позволь....осмотреть тебя. Я хочу знать визуальное твое состояние. Какао вздохнул, но поднялся вновь с кровати и начал снимать рубашку, а затем майку. Врач увидел то, что хотел видеть меньше всего. Естественно у каждого агрессивного пациента есть гематомы от шприца. Когда колоть препаратов нужно много, руки очень часто синие и болят. Но такого количества пятен, гетерохромные глаза ещё не видели. Тот подошёл к мужчине и начал проводить по шее и плечу рукой в перчатке, крайне аккуратно, но брюнет все равно шипел и сжимал кулаки. — Шея, плечи, изгибы рук.... — Ещё задница...вся. — уточнил Какао — Ох... Лекарь отошёл и сел за стол рядом, записывая все до мельчайших деталей. "Телосложение конечно у пациента было...бравое. Видно, что зря в больнице времени не терял. Очень складно и кра-." Стоп. Так, все уходим. Что-то Ванилла увлекся и чуть не записал это в медицинский лист. В это время мужчина лег на кровать и подпёр голову подушкой, наблюдая за врачом своими пурпурными глазами. — И каков итог, Ванилла? — он заметил как рука того дрогнула — Я могу посмотреть что ты написал? — его рука уже потянулась к столу, но Ванилла во время вырвал лист к себе и поправил очки — Нельзя, это врачебная тайна...я пойду и выпишу тебе лекарства, чтобы уменьшить боль. Раздался утробный низкий рык, от которого мурашки поползли. Загорелая рука, что тянулась к листу, сжалась и стукнула по столу. — Я хочу видеть, что пишут. — Я не могу нарушать правила, так нужно. Я не вру, можешь почитать об этом в книге о врачебной этике, я принесу. Хочешь? Рычание тут же исчезло, а лицо Какао исказилось в удивлении. — Хочу. Блондин кивнул и быстро вышел из комнаты, какое счастье, что он не был конфликтным человеком и не вывел вторую личность на драку. Ванилла понял, что у того начался приступ по поведению, оно изменилось. Был просто недовольным и противным, а стал требовательным и агрессивным. С этим нужно работать. К счастью у него не единственный подобный случай и один из таких находиться в этой же больнице. — Доктор Ванилла! У меня закончились перчатки! — к нему бежала девушка волосы которой были словно снег, а глаза цвета недоспелой вишни. — Ах, Лилия, конечно. Ты всегда можешь взять их на рецепшне. — блондин улыбнулся и пошел в свой кабинет — Они мне не дают целую пачку, а мне нужно много, иногда пациентам нравится как я надуваю перчатку...не знаю, что в этом такого но они потом с ними ходят по всей больнице. — девушка надулась идя следом. — Хорошо, я выдам тебе... — Ходят слухи, что появился новый пациент...Я была на улице, когда драка произошла... — Лилия зашла в кабинет вслед за блондином. — Да...подобный случай твоему... По взгляду было понятно, что она волновалась, подобные вещи вылечить невозможно, но приостановить есть возможность. Нужен тщательный подбор психологического лечения и лекарств. Она до сих пор сожалеет о тех днях когда оскорбляла своего друга и царапала его руки, лицо и плечи с грудью, когда тот обнимая ее , бился в попытках затолкнуть лекарства и не раз. Это очень...тяжело. — Ты потянешь второго как я? — Лилия подошла вплотную и обняла Ваниллу, всхлипывая — Я боюсь за тебя. — Все будет хорошо, я уже проработал план как будет все происходить. — тот обнял ее в ответ и поцеловал в макушку. — А сейчас иди работай. Девушка кивнула и ушла обратно к больным. Врач же остался в кабинете выписывая лекарства. За каждым пациентом есть закреплённый врач и медбрат или медсестра. В этом случае он закрепил право работать с таким пациентом за собой и Лилией. Ей много делать не потребуется.