Мой ласковый и нежный, зверь

***

      Саблезубый ворвался на базу, пылая злобой, ненавистью ко всему живому и с досадой от собственного промаха. Жаба, мутант, чьё имя наглядно характеризовало его способности: зеленая кожа, длинный язык, повышенная прыгучесть — проводил товарища насмешливым взглядом и довольно ироничным замечанием:       — Ты должен был вернутся не один.       Но Саблезубый только зло рыкнул и отправился на поклон к великому Магнето. Вообще Магнето был отличным лидером: сильный, харизматичный, властный, умный и хитрый. И он ненавидел, когда что-то шло не по его планам. Лениво отодвинув кресло, сделанное из металла, как и все в кабинете, мужчина немного недовольно посмотрел на потрёпанного Саблезуба. Посверлив того пару напряжённых минут, Магнето хмыкнул, после чего обратил внимание на новое украшение своего подчиненного. Жетоны. Сорвав их своей силой, он начал пристально рассматривать их. Жетоны были военными. Росомаха.       — Где сейчас этот мутант? — спросил Леншерр.       — Понятия не имею, — ответил Виктор. — Мне помешали.       — А кто же? Чарльз и его армада недогероев? — Магнето прекрасно знал о манере своего давнего друга вмешиваться в дела Братства.       — Вряд ли, — коротко ответил мутант: — Я никогда прежде его не встречал. Молодой и дерзкий, он помешал мне. Его сила очень странная, он щелчком пальцев отбросил меня в полёт с необычайной легкостью.       — Сильный, — довольно заключил Магнето, уже желая пообщаться с одарённым мутантом. Скорее всего детки Чарльза всё же перехватили их, ведь, как иначе, чтобы правильный телепат остался в стороне.       — Что будем делать? — все же решил спросить Саблезубый, когда молчание затянулось.       — У нас полно дел, — бросил Леншерр, поднимаясь. — Я свой ход сделал.       Саблезубый только хмыкнул, после чего последовал за своим лидером, предварительно забрав со стола жетоны, которые считал своей законной добычей.

***

      Пока злодеи вершили свои злодейские дела, вся Америка напоминала собой бушующий вулкан. Страну лихорадило и общество разделилось на два лагеря. Тех, кто поддерживал мутантов. В основном в этот лагерь входили сами мутанты и их семьи, где были и простые люди. И тех, кто боялся, ненавидел и не желал иметь с уродами и фриками ничего общего, они поддерживали сенатора Келли, что под пафосными лозунгами пропагандировал самое настоящее истребление целой расы. Страх, непонимание, непринятие — и этим было всё сказано. Хотя нельзя было отрицать того факта, что в чём-то сенатор Келли был прав. Мутанты действительно не только были опасны, но и имели значительное превосходство пред смертными.       И пусть такие, как Джин Грей и Чарльз Ксавье, будучи умными людьми, ученными старались убедить людей, что мутанты, по сути, те же люди, просто с необычными способностями, что эволюция в очередной раз сделала новый виток, однако слушать их не хотели. Правда всегда имела две стороны медали. Одна была желанной, тогда как вторая вызывала ужас. И истинна про мутантов принадлежала ко второй стороне, которую люди не хотели, не готовы были узнать. Роберт Келли был умным человеком, он был политиком и очень хорошо знал, что эволюция — вещь относительная. Сегодня ты на вершине пищевой цепи, кричишь на каждом углу, что царь и бог, соришь деньгами направо и налево, а завтра найдется тот, кто свергнет тебя с пьедестала. Мутанты грозили стать погибелью всего человечества. Ведь люди значительно уступали им, они не могли противостоять необратимому процессу эволюции.       Ведь что такое эволюция? Эволюция — это очень простой алгоритм создания нового. Все живое размножается, то есть создает собственные копии. Эти копии всегда содержат небольшие изменения. В различных условиях одни копии получают преимущества перед другими, оставляют больше потомства и передают полезные признаки по наследству. Приспособленные выживают, а неприспособленные умирают. Этот процесс никогда не останавливается. Поэтому у эволюции не может быть вершины. Все ныне живущие организмы прошли через фильтр естественного отбора и одинаково преуспели. И именно мутантов можно было назвать лучшей вариацией человека. Ведь именно они стали богоподобными созданиями, приближенными к Создателю.       — Они опасны! — в очередной раз кричал сенатор в трубку. — Нужно обезопасить простых людей от них, пока не поздно.       Неизвестно, что ответил ему собеседник, но, садясь в частный вертолёт, Роберт Келли был ужасно недоволен и раздосадован. Он совершенно не знал, что ему делать, страх душил, а все идеи казались мусором, другие несли в себе полномасштабное уничтожение. Похоже, иного выбора, как обратиться за помощью к Уильяму Страйкеру, у него не оставалось, ведь тот, будучи военным и ученным, утверждал, что нашел идеальный выход того, как контролировать опасных мутантов.       Светловолосый мужчина был так погружён в свои мысли, что, когда сидящий перед ним помощник, словно по волшебству, начал превращаться в женщину с яркими желтыми глазами, Келли просто потрясённо замер, во все глаза смотря на неё. В своем уродстве женщина была прекрасна. Наряд Евы. Разница лишь в том, что кожа рыжеволосой незнакомки была синей, а интимные места прикрывало что-то наподобие чешуи. Мутант. Но рассмотреть что-то еще мужчина не успел, так как мастерский удар с ноги отправил его во тьму.       К сожалению или к счастью, но сенатор даже не предполагал, что его ожидает. Не знал, что следующие дни будут походить для него на бесконечную пытку, что лидер Братства мутантов задумал сделать его подопытной крысой, изменить его суть, исковеркать её. Не знал мужчина и того, что дни его сочтены.       Единственной его надеждой на спасение был Страйкер, который божился, что знает о мутантах очень много. Возможно, он сможет помочь вернуться в нормальное состояние, а не быть желеподобным уродом. Однако то ли это происки судьбы или еще чья-то злая шутка, но связаться со Страйкером у Роберта Келли не вышло, и тогда единственным выходом было идти за помощью к тем, кого сенатор искренне ненавидел.       Но помогут ли ему те, кого он так жаждет уничтожить?