Прежде чем ты изменишься

— Ой, я видела здесь в меню мороженое! — заявила Марина. — На что ты намекаешь? — усмехнулся Костя. — Я не намекаю! Я прямо говорю: ты должен угостить любимую сестрёнку мороженым! — рассмеялась она. — Фисташковым? — Костя не удержался от довольного смеха. — Фу! Ну, уж нет! Это ты у нас имеешь извращённый вкус, — Марина сморщилась. — Вадим тоже любит фисташковое, — как бы между делом сказал Костя. — О, я не сомневалась! Вы оба стоите друг друга… — Марина умолкла, увидев грустное лицо Кости и, протянув руку, накрыла его ладонь, лежащую на столе, — что между вами происходит? — Ничего, — ответил Костя, отводя взгляд, — он — мой лучший друг. — Тогда почему ты не отвечаешь на его звонки? Он тебя чем-то обидел? — допытывалась Маринка. — Нет, конечно, — усмехнулся Костя, — наверное, Вадим вообще не способен кого-либо обидеть. Это правда, Вадим на самом деле не способен никого обидеть, будь это паук, белка или лучший друг. Он самый добрый человек, которого Костя когда-либо встречал. — Тогда в чём дело? — Всё дело во мне, я всегда веду себя как полный придурок. — Ничего нового… — вздохнула Марина. Через некоторое время, когда вазочка с мороженым уже стояла на столе, Маринка спросила, с аппетитом облизывая ложечку: — Расскажи, как Новый год отметил.

* * *

— Братан, возвращайся, тут уже всё сделали, — слышался в смартфоне голос однокурсника. — То есть ремонт закончен, да? — слабо пробормотал Костя, задумчиво смотря, как раскачивается на ветке ёлочный шарик. — Разве тебя не уведомили об этом? Естественно, его уведомили, об этом говорили в деканате и вообще кричали на каждом углу. Только Костя почему-то становился до странного невнимательным и рассеянным, когда дело касалось переезда в общагу. Тяжело вздохнув, он попрощался с однокурсником. Смотря на потемневший экран смартфона, понял, что время, отведённое ему, чтобы быть ближе с Вадимом, закончилось. Естественно, они будут видеться, но уже не так часто — у Кости впереди зимняя сессия, много заданий и проектов, и он должен выполнить их на «отлично». От этого зависит, останется ли он в городе, или же вернётся к родителям ни с чем. Да и у Вадима полно дел. Закончив бакалавриат, теперь он учился на заочном отделении магистратуры. Плюс съёмка новых видео отбирала очень много времени. Конечно, они будут видеться гораздо реже. У Кости, наверное, уже не будет возможности помогать ему или принимать участие в его видео. У Кости не будет возможности заходить по вечерам в его комнату под любым предлогом и оставаться там до самой ночи, пока не настанет время укладываться спать. Иногда он засыпал прямо в кровати друга, а просыпаясь через часик-другой, сонно моргал глазами. Когда видел в кресле у компьютера Вадима, до сих пор занимающегося монтированием и выдувающего уже третью кружку кофе подряд, смущённо бормотал: — Прости, я нечаянно заснул. Надо было разбудить меня. — Студентам сон нужен прежде всего, — отвечал тот, поворачиваясь на кресле, — тем более, мне пока некогда спать, надо закончить монтирование. Костя вздрогнул, когда смартфон снова ожил, заставив вынырнуть из воспоминаний. Звонила Катя. Парень непроизвольно поморщился, он избегал её, это было очевидно. И прекрасно понимал, что нельзя так поступать с людьми. Если уж решил окончательно расстаться с девушкой, то нужно прямо об этом сказать. Но Костя медлил. По абсолютно эгоистическим размышлениям. А вдруг ему понадобится девушка для прикрытия? Да и не умеет он расставаться с девушками. Что вообще нужно говорить в таких случаях? В конце концов, ему придётся сказать, что между ними ничего не может быть. На самом деле кроме музыки у них было мало общего, да и то, что она надеялась на нечто большее, чем просто дружеский чмок в щёку, очень напрягало Костю. Эта ложь, она тянется вслед за ним отвратительным шлейфом. Ему тошно от самого себя. Хватит ли у него смелости сделать это прямо сейчас? «Нет, наверное, не сегодня», — решил он, отключая смартфон. Он продолжил упаковывать новогодний подарок для Вадима. На дно коробки отправился новый чехол для смартфона с изображением луны (старый пришёл в негодность, когда Вадим пытался зажечь плиту). Несколько книг Стивена Хокинга, которых недоставало другу для полной коллекции. И, конечно, пять пар новых носков совершенно безумных цветов. Осматривая носки с изображением бананов и вельш-корги, Костя лишь усмехнулся. Он бы никогда такое не надел, но Вадим — другое дело. Вчера на дне рождения Евы Костя слышал, как Вадим говорил своим друзьям, что собирается домой на новогодние праздники. Именно поэтому Костя сейчас неумело упаковывал всё в коробку — нужно успеть подарить это перед отъездом. Он не может не думать о том, что принесёт с собой расставание с Вадимом. Дни и ночи, наполненные мыслями о нём. Постоянные нетерпеливые взгляды на молчаливый смартфон в надежде, что вот-вот Вадим позвонит. Он скучал по нему, когда находился на парах. И он также будет скучать, когда их будут разделять тысячи километров. Костя ловил себя на мыслях о том, кто же помимо семьи ждёт Вадима в родном городе? Есть ли у него девушка? Но парень старался гнать от себя эти мысли. Что за бред?! У Вадима нет девушки. Разве он бы не звонил ей каждый день? Все ведь так поступают. Вон Ева со своим Серёжей готова целыми днями болтать. «Нет у него никакой девушки», — собственнически думал Костя, завязывая ленту на коробке. Парню вдруг вспомнились вчерашние опасения, с какой тревогой он ожидал, что обилие девушек на празднике подтолкнёт Вадима к флирту с ними, или то, что они будут строить ему глазки, а после Костя с ужасом обнаружит, что Вадим уединился с одной из них где-нибудь. Как хорошо, что эти опасения оказались безосновательными, он с удовлетворением вспомнил, что за весь вечер ни одной девушке не досталось безраздельное внимание Вадима. Закончив с упаковыванием подарка, Костя встал и с подавленным чувством осмотрел гостиную. Вещей не так уж и много, не забыть бы зубную щётку из ванной забрать и одежду с сушилки. С тяжёлым чувством парень взгромоздил свою чёрную спортивную сумку на диван и принялся складывать в неё вещи. В конце концов, завтра Вадим улетает домой, а здесь, в этой квартире, Косте оставаться не было смысла. Никогда не встречал Новый год в общаге. Вот и попробует. Потому что домой возвращаться не хотелось. — Костя? — удивлённый голос Евы вырвал из раздумий. Она стояла в верхней одежде у дверей в гостиную, остановив вопросительный взгляд на сумке. — Привет, — улыбнулся он. — Я не знала, что ты домой уезжаешь на праздники. — Нет, я в общагу перебираюсь, там ремонт закончен… — А… Вадим в курсе? — спросила она, входя в гостиную и присаживаясь на диван, всё так же смотря на сумку. — Пока нет, — отозвался Костя, — мне только что позвонил однокурсник и… — Послушай, Костя, — перебила Ева, вздохнув, — ты можешь оставаться здесь, с нами, если хочешь. Костя замер с футболкой в руках, затем кинул на Еву внимательный взгляд. — Вадим очень расстроится, если ты уедешь, — объяснила она. Костя уселся на диван рядом с ней, теребя футболку в руках, и невидящим взглядом уставился прямо перед собой. — Ты думаешь? — спросил Костя, не узнавая свой голос. — Я это знаю, — тихо сказала она, глядя на Костю. — Я вижу, как он изменился в последнее время. Теперь я понимаю, как ему недоставало человека, который бы полностью поддерживал его увлечения. Поверь, я его знаю давно, мы с ним дружим с самого детства. Слова Евы так глубоко засели внутри Костиной головы, что некоторое время он просто молча сидел, уставившись в одну точку, и обдумывал услышанное. Затем обратился к девушке: — То есть ты не против, если я останусь? — Точно не против, — она ободряюще кивнула и улыбнулась, — в конце концов, с твоим появлением стало меньше раскиданных носков. — Да, Вадим стал чистоплотнее, — усмехнулся Костя. — Нет, мне известно, что ты за ним их подбираешь. Мой тебе совет: не делай этого. Он вконец обнаглеет, — рассмеялась Ева и встала с дивана. — Если… м-м-м… Вадим согласится, то… тогда нужно обсудить вопрос арендной платы и… — Какая арендная плата? Костя, квартира принадлежит моей семье, мы не платим аренду, — объяснила Ева. — Тогда делить счета на троих? — предложил он. — Мы можем потом обсудить все детали, — улыбнулась Ева и вышла из комнаты. Костя некоторое время пялился на дверной проём, в котором исчезла девушка, а затем непроизвольно улыбнулся. «Ты можешь оставаться здесь, с нами», — эти слова отзывались теплотой где-то внутри. Конечно, Вадим и слышать ничего не хотел о переезде в общагу, когда Костя об этом заговорил. Для парня это был один из счастливых моментов. Это значит, что ему и дальше будет позволено околачиваться рядом с Вадимом. Он и дальше будет помогать ему с видео, торчать в его комнате по вечерам, съедать его любимые хлопья и подбирать за ним носки. Тем же вечером Вадим признался Косте, что не собирался уезжать к родителям, просто наплёл об этом своим друзьям, чтобы они опять не затащили его в ночной клуб, как это было в прошлый год. Новый год вдвоём с Вадимом? Костя ни за что бы не поверил, если бы ему сказали об этом раньше. Но, тем не менее, так и было. Часов в десять Ева с Серёжей ушли к его родителям. Дегустация блюд, оставленных Евой в холодильнике, прогулка по скрипучему снегу, чтобы полюбоваться салютами, затем немного глинтвейна, чтобы согреться после морозного ветра и остаток ночи смотреть новый сезон «Очень странных дел» на Нэтфликсе под пледами в окружении подушек. «Ничего особенного», — сказал бы Костя год назад. Но совершенно обыденные вещи становятся особенными, стоит только Вадиму оказаться рядом. Костя осознал это, когда смотрел на освещённый светом от экрана профиль брюнета. В очках Вадим выглядел ещё потряснее, чем без них. Уткнувшись в календарь на своём смартфоне, он перечислял важные астрономические события, которые бы ему хотелось понаблюдать со своего телескопа. — Если будет ясная погода, то в начале января я покажу тебе квадрантиды, — с энтузиазмом говорил Вадим. Парень так быстро поднял свой взгляд на Костю, что тот просто-напросто не успел отвести глаза в сторону, и их взоры встретились. В голове промелькнула тревожная мысль о том, что Вадим, наверное, обо всём догадывается. Костя шумно сглотнул и, нервно запустив руку в волосы, спросил: — Квадрантиды? Это те, которые от кометы Галлея? — Нет, квадрантиды от созвездия Волопаса, а от Галлеи идут аквариды, — объяснил Вадим. — Я постоянно путаю между собой все эти метеорные потоки. — Их всего девять, Костя, можно выучить, — ответил Вадим. Парень некоторое время чувствовал его взгляд на себе, но упрямо боялся поднимать глаза. Вскоре друг вновь уткнулся в одну из книг, подаренных Костей и восторженно воскликнул: — Тут есть даже его лекции, которые он читал на BBС! — Это хорошо? — неуверенно спросил Костя. — Шутишь?! Это потрясающе! Я не знаю, где ты откопал это издание, но тут даже лекции про реликтовое излучение есть! — Лериктовое излучение, — проговорил Костя, будто пробуя слово на вкус. — Нет, реликтовое, — поправил его Вадим. — Лериктовое, — упрямо проговорил Костя, с широкой улыбкой. — Ты так забавно говоришь это слово, — засмеялся Вадим. — Лериктовое, лериктовое, лериктовое! — начал повторять Костя. — Хотя, знаешь, не так уж и забавно. — Лериктовое, лериктовое. Лериктовое, — не унимался он, звонко смеясь. Почувствовав на своих губах тёплый палец, Костя тут же умолк, а глаза широко распахнулись, уставившись прямо в лицо Вадима. — Так-то лучше, — прошептал тот, убирая палец с Костиных губ. Он проникновенно посмотрел в его глаза, потом улыбнулся, — Я тебе ещё не всё подарил. — О, нет, — простонал Костя, — я надеюсь, это не в той же теме, что и наушники с ушками? Костя вновь взял в руки наушники, которые подарил Вадим, и осмотрел их. Он примерно представлял, сколько такая гарнитура может стоить, если учесть дорогой бренд и все эти причиндалы вроде шумоподавления и встроенного микрофона. Но ушки? — Чем тебе не нравятся ушки? — Очевидно, тем, что они ушки, — с сарказмом произнёс Костя. — Да ладно тебе, они снимаются. Это не проблема. Хотя я на твоём месте их не снимал бы. В этой кофте и с этими ушками, ты — вылитый плюшевый медвежонок. Костя вновь простонал и опустил взгляд, погладив мягкую ткань кофты. Светлое худи с изображением фикуса никогда не было пределом его мечтаний. Но, как только Вадим буквально заставил его надеть подаренный предмет одежды, мнение кардинально изменилось. Теперь он вряд ли захочет снимать это худи, ведь ничего мягче и уютнее он не надевал. Костя не смог сдержать глупую улыбку. — Да-да, особенно, когда на щеках появляются эти ямочки, ты просто вылитый медвежонок. — Вадим протянул руку и пальцем ткнул в его щёку, — Марианская впадина раз, марианская впадина два! — Ох, ну ладно, прекрати! — отмахнулся Костя, вновь заливаясь румянцем, — что ты там говорил про то, что не всё подарил? — Ах да! — оживлённо воскликнул Вадим, вскочив с места и направившись на кухню. Через минуту он зашёл в гостиную, неся в руках… — Торт? — изумлённо вырвалось у Кости. — Это не просто торт. Это торт-мороженое, — сказал Вадим, подавая Косте чайную ложечку, — Держи! — Ты… запомнил? — Костя до сих пор поверить не мог, во все глаза таращась на красивый разноцветный торт, усыпанный сверху яркими мармеладками и орехами. — Конечно! — сказал Вадим, — смотри, здесь есть фисташковый вкус, твой любимый. — Спасибо, — пробормотал Костя, окуная ложечку в мягкое мороженое. Через некоторое время они лежали на ковре в гостиной. Казалось, что по их венам текла не кровь, а глюкоза, много глюкозы. Они только что закончили хохотать над какой-то шуткой Вадима. Костя глубоко вздохнул и почувствовал себя чертовски счастливым. — Это самый крутой Новый год из всех моих Новых годов! — восхищённо проговорил он. — Да? — спросил Вадим, в голосе слышалась улыбка. — Ага, — подтвердил Костя. Он почувствовал, как тёплая рука Вадима коснулась его руки. Их пальцы тут же переплелись. — То же самое, — пробормотал Вадим сонно, — Я рад, что ты мне тогда написал в твиттере. — Я рад, что ты мне ответил, — проговорил Костя, понимая, что глаза закрываются. Новый год начинался совсем не так, как ожидал Костя. Он со стиснутыми зубами наблюдал за тем, как Вадим торопливо одевался. Друзья уже ждали его на улице. И всё бы ничего, но среди них появился четвёртый. Грёбаный Лютин! «И откуда этот мудак взялся?!» — с ненавистью думал Костя. Друзья пришли к вечеру второго января. Как обычно ввалились в квартиру, но теперь уже не втроём, а вчетвером. Этого ухоженного паренька с высокомерными замашками и пшеничного цвета волосами Костя невзлюбил с первого взгляда. Потому что тот смотрел на Вадима так, как никто из них. И это выводило Костю из себя. Эта его самодовольная ухмылочка, этот мерзкий смех, этот надменный и презрительный взгляд, коим он окидывал Костю, словно тот не человек, а мелкая надоедливая мошка, которая вертится под его безупречными ногами. Вот ОН точно метит на звание лучшего друга! Вот ОН точно хочет свергнуть Костю с этого места! И у Кости тут же в голове заверещал красный маячок «Внимание! Тревога! Опасность!» Костя злился, понимая своё бессилие, и автоматически становился более замкнутым и агрессивным в его присутствии. Он будто чувствовал, что заранее проиграл такому как Лютин. Чёрт возьми, как же Костя ненавидел эти моменты, когда Вадим, отвечая на звонки, уходил в другую комнату. Такое никогда не случалось, пока не появился этот грёбаный чёрт из табакерки. Костя ненавидел его так сильно, он никого в жизни так не ненавидел. А ведь у него было о-о-очень много кандидатов для ненависти, если вспомнить Кондрашина и всех остальных мудаков, что издевались над ним в школе. И эта ненависть к Лютину была от бессилия. Потому что он понимал, что ничего не может противопоставить такому как Лютин. — Кто он? — спросил Костя у Евы, когда Лютин впервые оказался в их квартире. — Он… друг, — Ева замялась, подбирая слово, затем сказала, — бывший друг. — Бывший друг? — выпытывал Костя, — Тогда какого чёрта этот придурок делает здесь, если он бывший друг? — Я и сама не знаю, — Ева неодобрительно посмотрела на Лютина, разговаривающего о чём-то с Вадимом на диване в другом конце комнаты, затем сказала, — он раньше постоянно околачивался с ними, а потом, бросив учёбу, пропал на несколько лет. — Лучше бы этот мудак и дальше пропадал, — мстительно произнёс Костя, стараясь говорить как можно тише. Злость от бессилия брала над ним верх. Но Ева, видимо, услышала его тихие слова и кивнула: — Да, он мудак, я согласна. И теперь Костя с закипающей злостью наблюдал за тем, как Вадим торопливо надевал на себя куртку: — Может, всё-таки пойдёшь с нами? Костя только отрицательно покачал головой, мрачно уставившись на полуоткрытую дверь, за которой только что скрылся Лютин: — У меня куча заданий несделанных к зимней сессии, я не могу. — Костя глубоко вздохнул и всё-таки решил сказать вертевшееся на языке, — Вадим, не ходи, пожалуйста. — Что? — Вадим изумлённо уставился на него. Костя почувствовал себя мудаком, ничем не лучше этого Лютина. Вина грызла его, как он мог просить об этом Вадима? Это же его друзья?! Но всё же попытался объяснить свои опасения: — Тебя и на летнюю полянку в парке выпускать страшно, что может произойти на скользком льду, вообще не могу представить, — взволнованно сказал Костя. — Всё будет хорошо. Я правда буду осторожен, — с улыбкой сказал Вадим и похлопал его по плечу, — просто… надо же когда-нибудь попробовать кататься на коньках. Костя умолк, когда увидел прошмыгнувшего в дверь Лютина. Тот кинул снисходительный взгляд на него, затем обратился к Вадиму, положив руку на его плечо: — Вадим, ты долго? Опоздаем же! — Уже иду, — сказал Вадим, он послал Косте лёгкую улыбку и вышел за дверь. Костя ещё некоторое время стоял неподвижно, видя бледную маленькую ладонь, обёрнутую вокруг запястья Вадима, и ему казалось, что он медленно умирает от собственного бессилия. Он безуспешно пытался сосредоточиться на реферате, который должен был сделать к следующему четвергу, но все мысли вертелись не вокруг мотивов времён года в классических композициях, а вокруг бледной ладони, которая собственнически держала запястье Вадима. Что, если он вытеснит Костю с места лучшего друга? Что, если Вадим будет доверять ему больше, чем Косте? Может ли быть у человека двое лучших друзей? Нет. Это бред! Костя просто не сможет выдержать Лютина ни секунды! Время шло, уже почти стемнело, за окном валил снег, а Костя не мог избавиться от тревожного чувства, поселившегося внутри. Оно лишь усилилось, когда он взял в руки смартфон, пытаясь отвлечься, и наткнулся в ленте на фото. Будто пытаясь угробить себя ещё больше, Костя рассматривал, приблизив изображение — пятеро улыбающихся парней у бортика ледяного катка, беззаботно хохочут с пластиковыми стаканами в руках, из которых идёт едва заметный пар. Парень поймал себя на том, что на полном серьёзе высматривает любые взгляды и касания, направленные на Вадима. Это бред! Он опять накручивает себя! Раздувает из мухи слона! Потому что только это он и умеет делать! Больше ни на что не способен. Костя раздражённо выключил смартфон и швырнул его на диван. Сел на стул возле пианино, пытаясь отдышаться и успокоиться. Затем повернулся и коснулся клавиш. Так легче. Да, так гораздо легче. Просто композицию за композицией, мелодию за мелодией и не думать ни о чём. Только о том, какое движение должно быть следующим, какая нота должна быть потом, последовательно и чётко. Вот так. Всё хорошо. Костя постепенно освободил свою голову, бездумно переходя от одной мелодии к другой. Поэтому совершенно пропустил тот момент, когда Вадим вернулся с прогулки и теперь безмолвно стоял в дверном проёме гостиной. Мелодия резко прервалась, Костя подскочил на стуле, как ужаленный, когда услышал за своей спиной громкий стук. — Блять! — испуганно воскликнул Костя, а когда, обернувшись, увидел Вадима, с виноватым видом подбирающего свой смартфон, сердито воскликнул, — Ты как призрак! — Извини, — виновато усмехнулся Вадим, — не хотелось тебя отвлекать. Взгляд Кости тут же смягчился, и он повернулся на стуле: — Я вижу, ты живой. Это хорошо. — Да, — неуверенно пробормотал Вадим, пряча взгляд. В сердце закралось подозрение, и Костя с тревогой пробежался взглядом по стоящей перед ним фигуре Вадима, затем резко поднялся со стула и, подойдя ближе, пытливо всмотрелся в лицо — вроде никаких ссадин или синяков. В чём подвох? — Вадим? — напряжённо спросил он. — Да? — Что случилось? — требовательно спросил Костя. — Ничего, — Вадим широко улыбнулся, глядя на него, — ты прям как моя мама… — Не смешно! — перебил он и, протянув свои ладони, аккуратно взял руки Вадима, чтобы осмотреть. От него не ускользнуло, что правая рука была гораздо горячее левой. Костя, щёлкнув выключателем, включил верхний свет в комнате и внимательно присмотрелся. Затем потянул рукав свитера вверх, но Вадим выдернул кисть из Костиной ладони, слегка охнув. — Расскажи, что случилось, — Костя хотел, чтобы его просьба была требовательной, но получилось довольно неубедительно, слишком обеспокоенно прозвучал его голос. — Я просто неудачно свалился на руку, вот и всё. Растяжение обычное, — проговорил Вадим, — скоро пройдёт. Костя вновь задрал рукав свитера и охнул, увидев, что запястье покрасневшее и распухшее. — Вадим, у тебя может быть перелом, она опухла! — воскликнул Костя. — Ничего подобного! — запротестовал Вадим. — Я сейчас вызову такси, и мы едем в травмпункт! — весомо проговорил Костя. — Не выдумывай… — начал Вадим, но Костя перебил его, распорядившись, чтобы он взял с собой медицинский полис. Вскоре стало известно, что перелома у Вадима всё-таки не было, была трещина. На правую руку наложили гипсовую повязку и сказали показаться через неделю. — Отличный тебе подарок на день рождения, — с сарказмом проговорил Костя. — Да брось! — Вадим махнул здоровой рукой, — как раз ко дню рождения гипс снимут! — И откуда в тебе столько уверенности? — Костя скептически уставился на Вадима. — У меня много раз были трещины, — сказал тот, — затем пробормотал, — эх, надо было падать на левую руку, правой было бы гораздо удобнее чистить зубы и мыться. — И не надейся, что я буду чистить тебе зубы и кормить с ложечки, — фыркнул Костя, — я тебя предостерегал, между прочим, помнишь. — Да, помню, — проговорил Вадим, — ты поможешь мне установить камеру? Костя, вздохнув, кивнул и направился вслед за Вадимом.