Альфа и бэта

База автоботов. Петляющие длинные коридоры и разветвляющиеся туннели покрыты мёртвой тишиной. Свет ламп тускло рябит на дальних участках пути и поворотах. Главный отсек базы еле освещают лампы по верхним краям стен. По зелёному экрану центрального компьютера непрерывно бегают иероглифы — чуть более светлые, чем сам монитор. Свет от мигающего экрана падает на сосредоточенного медика с бело-оранжевой броней, от его корпуса на пол ложится еле заметная тень. Доктор не сводит пристального взгляда с экрана, водя пальцами по панели. За этими действиями Рэтчета из-за угла коридора молча наблюдает новичок. В последнее время ему очень тоскливо. Одиночество и покинутость рвут его Искру на части. Ситуация в рядах автоботов резко изменилась: старшие боты надолго куда-то отлучаются, доктор подолгу стоит у главного компьютера, погружённый в работу, а дети почти не появляются на базе. Что-то происходит — и что-то серьёзное. Но самое главное: никто ничего не объясняет новичку. Это вселяет в него сомнение. Из-за этой скрытности он постепенно меняет свой характер. Становится серьёзнее, чем раньше; в нём проступают последствия одиночества и покинутости. Милая улыбка всё реже появляется на его лице. Почти всё время он просиживает в своей комнате, перебирая записи на датападе. Его мучит вопрос: что же происходит? Вспоминая первые секунды своей жизни, автобот ясно видит счастливые лица, окружавшие его, милые и заботливые улыбки. Эти чувства были дарованы ему на протяжении многих дней, но… потом всё стало меняться. Может, случилось нечто серьёзное, а его просто не вводят в курс, боясь навредить? Так он размышляет, просиживая целыми днями на платформе в своей комнате. В который уже раз Арджампер перечитывает исторические хроники Кибертрона. В датападе говорится о многочисленных артефактах золотого века их планеты. Просматривая иллюстрации и комментарии к ним, бот замечает, что не все реликвии могут служить добру; напротив, от многих больше зла, чем пользы. Удивлённо выгнув надлинзовый щиток, Арджампер задумывается. — Хм… Психо-кортикальное соединение, — задумчиво произносит молодой бот, слегка поведя надлинзовым щитком и разглядывая кабель-удлинитель на экране датапада. — Средство для контакта на подсознательном уровне. С его помощью объект способен перенести своё сознание в разум испытуемого для сверхэффективной добычи информации. Может вызвать неисправности или даже полное сгорание нейронной сети. Хм… — Арджи задумывается, с подозрением разглядывая изображение на дисплее. — Зачем создавать такие вещи, если они несут только вред? Это странно. Он прилёг на платформу, закинув руки за голову. Какое-то время лежит неподвижно, размышляя над этим вопросом. В этом блоке информации он нашёл огромное количество вещей, которые его заинтересовали, но в то же время поразили своей мощью и областью применения. Вот, к примеру, Жнец энергона… Он применялся для удобного изъятия жизненно важного для кибертронцев продукта. Но если взглянуть с другой стороны, эта маленькая вещица превращается в оружие, способное за считанные секунды опустошить любого трансформера, высосав из него энергон до последней капли. Это привело бы к мгновенной ликвидации Искры и гибели. Или ещё одна разработка его расы — Магнитная перчатка. Обманчиво простое, но при этом дьявольское изобретение. При воздействии на металлические сплавы, из которых состоит корпус любого жителя Кибертрона (независимо от расы), возникает остаточное магнитное поле, которое может обусловить «взаимное притяжение». После этого слипшихся мехов не так-то просто разъединить. Ещё одной вещью, заинтересовавшей молодого бота, стал Фазовый переключатель — удобное средство, если нужно пройти сквозь твёрдый предмет или наоборот. Но самым непредсказуемым и ошеломляющим предметом кибертронского происхождения малыш счёл Экстрактор Искр. Он просто не мог понять, зачем его создали. Судя по записям, это было чудовищное изобретение: попав в радиус действия этой штуковины, жертва мгновенно теряла свою Искру. Её просто насильно вытягивали из тела. Бот был морально разбит и находился в шоке. Он не мог всё понять и переварить своим не до конца сформировавшимся процессором: зачем его сородичи создавали всё это? Все эти предметы, не говоря уже об ужасных искусственно созданных болезнях вроде кибонной чумы (противоядия от которой, по информации из датапада, не существовало), вселяли страх и трепет. Всё это загоняло в тупик смутившегося бота, давая ему полное право думать об этом что угодно. — Если вещи создают, значит, ими пользуются. А иначе зачем их было тогда создавать? — логически размышлял мехлинг, уставившись немигающим взглядом в потолок отсека. — И где же были использованы эти реликвии? Ответ на этот вопрос можно было найти только в одном месте — в главном компьютере. Понимая, что задумал нехорошее (ведь можно было просто спросить у Рэтчета), новичок энергично затряс головой, пытаясь выбросить все негативные мысли из процессора. Но узнать ответ на этот вопрос он всё же хотел. Он встал, с какой-то неохотой вышел из отсека и неторопливо направился в главный зал. Войдя в помещение, Арджампер увидел, как доктор, поворачивая рычаг, открывает земной мост, впуская на базу одного из членов команды. Засиял яркий свет, осветив всё помещение, и из появившейся воронки показался семи-с-половиной-метровый здоровяк с нерадостным лицом. — Ну как? Есть успехи? — спросил обеспокоенный медик, провожая Балкхэда взглядом. Тот тяжело вздохнул и, не поднимая глаз на Рэтчета, басом пробормотал: — Никаких следов. «Какие ещё следы?» — пожимая плечами и не понимая, о чём идёт речь, задал себе риторический вопрос Арджампер, стоявший у входа. Медик огорчённо вздохнул и отвернулся к мониторам. — Опять ничего, — пробормотал медбот, не замечая присутствия Арджампера. — Ну куда они подевались?! «Кто подевался? — вновь подумал Арджи. — Почему мне никто ничего не говорит? Что вообще происходит?!» Решив, что в такой ситуации лучше уйти незамеченным, молодой бот тихо развернулся и пошёл по неравномерно освещённому коридору обратно в свой отсек. В голове у него крутился целый ворох мыслей и куча вопросов, на которые он непременно хотел найти ответ. И раз ему ничего не говорят, значит, он сам всё узнает. Как член команды, он не останется в стороне от явно неразрешимо трудных проблем группы. Он хотел быть полезным. Но как им стать, если тебя не вводят в курс дела? И хоть он самый младший и неопытный член команды Прайма, помочь своим друзьям он мог, даже не прибегая к опасным действиям, угрожающим его благополучию. Просидев ещё некоторое время в отсеке, Арджампер (которому благодаря антеннкам на слуховых датчиках достался невероятный слух) прислушивался к отдалённым звукам, доносившимся из главного отсека. Уже было за полночь, когда вся команда собралась на базе. Уставшие и ничего не нашедшие автоботы медленно расходились по своим комнатам. Закончив работу на сегодняшний, вернее, на прошедший день, Рэтчет отключил питание главного компьютера, давая ему отдых от постоянных перегрузок. Измождённые, но всё же нашедшие силы пожелать младшему товарищу спокойной подзарядки систем, Би и Балк с отчётливым звоном металла постучали в дверь отсека новичка. — Мы просто зашли пожелать тебе спокойной подзарядки, — стальным басом прогудел Балкхэд, глядя на Арджи с еле заметной улыбкой. Бамблби с энтузиазмом пробибикал что-то, заметив немного упадническое настроение новичка. Тот слегка улыбнулся. Всё же приятно было видеть друзей, которые зашли его навестить — не так уж часто он их видел. — Спасибо, — ласково произнёс бот, глядя на стоящих в дверном проёме друзей. — И вам хорошо подзарядиться. Автоботы улыбнулись новичку, махнули ему на прощание рукой и направились к своим отсекам. Бот проводил их взглядом и сел, чуть сгорбившись, на платформе. Сегодня он хотел проделать своего рода диверсионную операцию — узнать, что же таят от него автоботы. Он догадывался, что полученная информация будет не самой хорошей (как и предупреждал его Рэтчет), но он должен был узнать всю правду, какой бы она ни была. Его мысли о предстоящем свершении прервали звонко-лёгкие шаги. Подняв голову на шум, он уже знал, кто идёт. Этот звук он узнает везде: чуть мелодичный, отдающий стальным переливом, но такой лёгкий… Это могла быть только Арси. Единственная представительница женской части команды Прайма, она была такой нежной и заботливой по отношению к Арджамперу, что у него начало возникать странное чувство — что-то вроде беспокойства и волнения, но в то же время радости от предстоящей встречи, когда она была рядом. Искра бота вспыхнула. У него волей-неволей возникала внутренняя симпатия к этой фемке. Это началось с первого же мгновения его жизни, как только она в ней появилась. Из всех автоботов, что были с ним в момент пробуждения, именно её фейсплейт он запомнил особенно. Он навсегда отпечатался в его памяти, и это чувство стало ещё сильнее после того непродолжительного, но незабываемого танца. Шаги становились всё ближе, отдаваясь всё более чёткими стальными звуками. Кто-то сбавил темп, приближаясь к отсеку Арджампера, и из-за угла показалась короткая, но всё более чётко проступающая тень. Внезапно шаги совсем затихли. Арджи чуть напрягся. Повисшую на пару мгновений тишину вновь рассеял стремительный металлический шаг: посетитель ещё приблизился к отсеку. Появившись через несколько секунд из-за угла, гостья с милой улыбкой на лице легонько стукнула кулаком по двери, будто спрашивая разрешения войти. — К тебе можно? — переспросила фемка. Бот сидел на краю платформы, блеснул приветственной улыбкой и одобрительно кивнул. Войдя в отсек, Арси присела рядом с ним. Сидя почти вплотную к Арджамперу, она подняла на него чуть усталый от долгого патрулирования взгляд. — Арджи, в последнее время мы так редко видимся. Все эти патрули отнимают у нас почти всё время, — печально проговорила фемка, снова опуская поникшую голову. — Но мы должны обезопасить людей. Они ведь не такие большие и сильные, как мы. Бот бросил на неё взгляд. Наконец-то что-то стало проясняться. Значит, они подолгу пропадают, стремясь уберечь людей. Но вот вопрос: от кого? С недоумением глядя на фемку, автобот ждал продолжения. — Ты уж прости, — продолжала извиняться ботка, — что мы так мало уделяем тебе внимания. Когда всё прояснится, мы станем видеться намного чаще. Она быстро встала и направилась к выходу. — Постой, Арси! — воскликнул бот, резво вскакивая и хватая фемку за манипулятор. — Что происходит? Расскажи мне, пожалуйста! — с непонимающим и требовательным выражением Арджи пытался добиться ответа. Он положил манипуляторы ей на плечи, а его оптика впилась в её. Арси была слегка шокирована. Она понимала, что когда-нибудь это произойдёт. Осознав, что скрывать правду вечно не удастся, она взглянула на него и, видя его решимость и упорство, решилась на откровенный рассказ. Но только она хотела что-то сказать, как по внутренней связи услышала голос Рэтчета. — Рэтчет, что такое? — спросила врача ботка, чуть отвернувшись от Арджампера и прикоснувшись к слуховым датчикам. — Арси, — начал доктор, — я долго думал и решил, что нам пора рассказать всё Арджамперу. Он уже не тот малыш, что был раньше. Мехлинг стал намного серьёзнее, и я думаю, он готов это услышать. К тому же меня беспокоит его стрессовое состояние. Арси бросила взгляд в сторону мехлинга и слегка улыбнулась, радуясь, что не одна будет говорить новичку о том, что они пытались временно скрыть. — Да, Рэтчет, — произнесла фемка. — Думаю, он готов. Отключив связь, ботка повернулась к своему бэте, который пребывал в чуть напряжённом состоянии. — Пора тебе узнать обо всём, — сказала фемка, глядя в глаза своему боту.