Всемогущий Джинн и три желания

— Ты позвонил мне, чтобы я приехал к тебе и сходил за сигаретами? — Шигараки возвышался тёмной тенью над Даби, который распластался на диване. — Боже, прошу, пусть это окажется шуткой, — он скрестил пальцы, молясь одному ему известному богу. — Ну да, так и есть, — лениво подал голос брюнет. — Чего ты там бубнишь? — он повернул голову в сторону парня, пытаясь разглядеть его лицо. — Что «так и есть»? — изогнул бровь Томура. — Это чистая правда. — Я тебя прибью, — вспылил Шигараки, присаживаясь на местами облезшее кресло. — Ты оторвал меня от дел, — он положил подбородок на руку и уставился в окно, закрытое жалюзи. — Я думал, что-то срочное, что-то случилось. — Но это срочно, — потянулся Даби. — У меня из-за этого нервы шалить начинают, — он перевернулся на живот и уткнулся щекой в подлокотник. — Я так и хату спалить могу, — он сузил глаза, которые на мгновение блеснули очень не по-доброму. — Не спалишь, ты ещё кредит не выплатил. И вообще, хоть бы проветрил здесь, — развернулся к нему Томура. — Я только въехал. Будь добр, отъебись. — Я это слышал ещё несколько месяцев назад. А ситуация всё та же, — парень склонил голову. — Даби, здесь срач. Брюнет на это лишь чихнул. — Даже твой нос со мной солидарен. — Кто-то вспомнил, — отмахнулся от него Даби. — Ага. Пыль, которой ты дышишь. — Ладно, давай уберемся. Не бухти только, — перевернулся на другой бок — спиной к Томуре — Даби. — Так, стоп. В смысле «давай»? — округлил глаза Шигараки, подаваясь вперёд. — Ну, ты же предложил. — И что с того? — Шигараки, — повернул голову Даби. — Инициатива ебёт инициатора, — хищно улыбнулся он. — Когда ты уже это запомнишь?

*

Когда парни Шигараки успешно отдраил всю квартиру, он готов был от усталости прямо лицом лечь на пол, в чистоте которого был уверен. Томура бросил взгляд на бутылку, которую нашёл в толстом слое мха под диваном. — Даби, откуда она? — спросил он. — Откуда я знаю. Может, от прошлых хозяев. С каких пор тебя стали интересовать стеклянные бутылки? Или собираешь для стеклотары? — усмехнулся он. — Я тогда скорее черный рынок бы поискал. — Зачем? — Тебя на органы сдать. — Ха, спешу тебя расстроить, но мои органы никто не купит. Они уже давно в ненадлежащем состоянии. Как говорится, в состоянии «не для продажи». — Даби, ради бога! Я сам им готов заплатить за это, — в Томуру прилетел тапок. — Шигараки, ты сегодня как-то неприлично много божишься… В Бога уверовал? — Томура вернул Даби брошенный им ранее тапок. — Странная бутылка всё-таки, — не унимался Шигараки. — Корковая пробка… Я пытался её открыть, но она не поддалась. — Хочу пачку сигарет, — протяжно проскулил брюнет. Yamete Kudasai Парни подскочили, уставившись на бутылку, которая только что низверглась громким эротическим женским голосом. Они приблизили лица, пытаясь обнаружить хоть какое-то устройство, что могло бы издавать подобные звуки. Пробка резко выскочила из узкого горлышка с громким чпоканьем и выстрелила в потолок. Даби и Томура резко отпрянули, падая на мягкие части тела. Они завороженно смотрели, не моргая, на то, как из зелёной стеклянной бутылки внезапно вытекло нечто, похожее на жидкий азот. Парни подобрали ноги под себя. Нечто стало собираться вместе, приобретая какую-то форму облака. — Даби, ты тоже это видишь? — Шигараки не отводил взгляд от происходящего перед ним. — Ага. — Ты что здесь, мать твою, выращиваешь? — Ничего. — А чем тогда мы надышались? Облако стало формироваться в какую-то неразборчивую кляксу с тремя шарообразными вершинами. — Это же холмики, Шигараки. — Ага, ещё скажи полушария. Парней оглушил громкий хлопок, что был сопровожден дымом. Шарообразные вершины исчезли, и перед ними показался не кто иной, как… — К-кракозябр, — взвизгнул Томура. — Скорее гомункул, — поправил его Даби. — Ты что такое? — в два голоса спросили они. — Я Джинн! — важно заявил пузатый дух. — Если ты Джинн, то я тогда Бог, — разразился смехом Шигараки. — А чего синюшный тогда такой? Недоношенный что ли? — поддержал его Даби. — Не, скорее обмороженный, — сквозь слёзы проговорил Томура. — Кхм… Попрошу без оскорблений! Я Всемогущий Джинн! Томура потянулся к шее и начал судорожно шкрябать по ней ногтями. — Что это с ним? — наклонился дух к Даби, и тот попятился назад. — Чесотка? — Реакция на слово, которое ты сказал перед «Джинн», — внёс ясность Томура. — Всемогущий? Шигараки ещё более рьяно стал раздирать шею. — Можешь, пожалуйста, больше его не озвучивать? — Но я и правда Всемогущий! — покрутился вокруг своей оси Джинн. Теперь собственную шею Шигараки раздирал уже двумя руками. — О, продолжай, Всемогущий Джинн! Глядишь, раздерет её в мясо, и голова, наконец, отвалится, — ехидно оскалился Даби. Между парнями началась перебранка и дух только успевал переводить взгляд с одного на другого. — Так, стоп-стоп-стоп! — вклинился он. — У меня так с вами окончательно голова кругом пойдёт, — покачал он непропорционально большой к телу головой с лысыми висками и комично тонкой и короткой косичкой на затылке. — Я проснулся спустя столько времени не для этого. Я выполню ваше первое желание! — он выставил вверх указательный палец. — Какое ещё желание? Мы ничего не загадывали… — смутился Томура. — Ну, как же это… — дух нырнул обратно в бутылку, и та стала шататься из стороны в сторону, словно буй во время шторма. И как не падает? Yamete Kudasai Очередной громкий звук, и парни вновь подпрыгнули, а из бутылки вылез Джинн, держащий в руках пачку сигарет. — Прошу, — он протянул Даби пачку. — Эй, Даби, ты совсем идиот? — косо посмотрел на него Томура. — Зато идиот с сижкой, — улыбнулся тот, затягиваясь. — Что за ужасный звук сопровождает твоё появление? — Ах это… Никак не сменю, руки не доходят, — почесал затылок дух. — Поебать, моя очередь, — сказал Шигараки. — Секундочку! — прервал его Джинн. — Внесу пояснение: я выполню ещё два ваших желания, если вы будете любезны друг с другом, — выставил вперёд грудь дух. — Я вот сейчас вообще не понял… — начал Томура. — Почему херню Даби ты выполнил без каких-либо условий, а как действительно важное желание — так сразу условия какие-то придумывать начал? — изогнул бровь парень. — Так это … — начал было синий дух. — Я же по доброте душевной! Нарушаю все правила ради вас двоих, а тут такие претензии! — обиженно проговорил он, утирая пухлой рукой скупую невидимую слезу. — Ладно, ладно, только полы не пачкай. Я их только сегодня все помыл. Вон, сверкают как! — А для того, чтобы замотивировать вас не хамить друг другу… — дух опустил руку в бутылку, и парни, вытаращив глаза, смотрели и не понимали, как пухлая синяя рука в неё залезла. — Что-то не найду, погодите, — с этими словами Джинн скрылся в бутылке. — Нам снова придётся выслушивать это говнище? — скривился Томура. Yamete Kudasai — У меня из ушей уже кровь сочится, — причитал брюнет. — Что-то я не вижу, — оглядел его Шигараки. — Она просто прозрачная. — Это для вас! — Джинн протянул парням два тонких металлических ошейника. — Издеваешься? Я это не надену. — За дурачков нас принял? — Я предполагал такой исход, — вздохнул дух. — Поэтому, — он щёлкнул пальцами, и ошейники пропали из его руки, оказавшись надетыми на Томуру и Даби, — если сие изобретение уличит вас в сквернословии и зле, то вы сразу же получите разряд тока. Хочу отметить, что получать разряд вы будете друг за друга. Так что, советую вам хорошенько подумать перед тем, как что-то сказать. — То есть, если этот придурок Даби что-то выкинет, то получу я? — уточнил Томура. — Сука! — схватился за шею Даби. — П-понял, — передернуло Шигараки от электрического удара. — Всё верно. Я рад, что вы такие понятливые. Ну что ж, вынужден с вами временно попрощаться… — Погоди, а сколько нам нужно «любезничать»? — Читайте… — Джинн сказал что-то ещё, но громкость его речи внезапно снизилась до нуля, когда он оказался в бутылке, в горлышко которой вклинилась пробка. — Что он сказал? — повернулся к Даби Томура. — Что? — крикнул Даби. — Что он сказал? — повторил вопрос Шигараки. — Чего-о-о? — уставился на него брюнет. — Блять, ты оглох там что ли? — кричал Томура. Даби зашипел от боли и сказал: — Погоди, я ни черта не слышу, — он вытащил из ушей беруши. — Где ты их достал? Хотя не важно, — махнул рукой Шигараки. — Я так понимаю, мой вопрос более не актуален... Даби лишь пожал плечами.

*

— Блять, Даби! Этот сраный ошейник задрал бить меня током каждый раз, когда ты что-то выкидываешь! — ядовито говорил Шигараки. — Томура, что за фонтан помоев? У меня сейчас шея разорвётся, — пыхтел брюнет. — Что такое? Не нравится? — невинно спросил парень. — Теперь понимаешь, каково мне? — рявкнул он. — Шигараки, у меня сигареты закончились, — протянул Даби. — Неееет, нет, нет, — нервная улыбка растянулась на лице Томуры.

*

Томура натянуто улыбается. — Даби, какие сигареты тебе купить? — его глаз предательски дергается. — Нуу… Они такие… В пачке. — А конкретнее? — Это сигареты. — Сука блять. — Томура! — дёрнулся Даби. — Я про ситуацию. — А почему тогда я только что получил разряд в шею? — Понятия не имею.

*

— Томура, принеси мне стакан с водой. — С чего бы это вдруг? — Ну, понимаешь, я так хорошо лежу… — И? — А стакан на кухне. — И? — Тогда мне придётся встать. Есть вероятность, что я что-нибудь задену/куда-нибудь впечатаюсь/уроню/разобью/упаду/выпаду/уронюсь/подожгу/подожгусь… — Короче давай, — с трудом сохранял спокойствие Шигараки. — И тогда ты же понимаешь, чем это закончится? — сузил глаза брюнет, лукаво улыбаясь. — Ты помрёшь. И что? — Да нет же! Я буду бранить каждый плохо лежащий предмет. Но так как в моей квартире лишь ты являешься этим предметом, то… — тянул слова Даби, наблюдая за тем, как Томура мученически закусил губу от боли, наклонив вниз голову, скрыв лицо. — Мне придется наблюдать, как тебя косоёбит от судорог. Шигараки молча встал и удалился из комнаты. — Ну вот, единственный друг, и тот бросает! О горе мне, горе! — страдальчески изнывал Даби, пока не увидел стакан с водой напротив лица. — О, ты всё-таки принёс мне воды. Шигараки, ты такой душка, — ехидно проговорил брюнет, сразу почувствовав, как что-то мокрое и холодное окатило его голову, и сейчас стекает с волос на лицо и шею. — Ой, прости, задумался, — снисходительно сказал Томура. — И как так вышло? — округлил он глаза. Пока Даби пыхтел, вытирая мокрые волосы полотенцем, Шигараки сидел с задумчивым лицом. — Даби, — окликнул он. Тот нехотя повернулся, пронзив его холодным взглядом. — Ты мудак, — сказал Томура. И брюнет скрючился от боли. — Я тебя урою, — процедил он. — Смотри-ка, ошейники-то водонепроницаемые. — Посмотрим, насколько они огнеупорные, — с ухмылкой на лице сказал Даби. — Даби, стой… — с каким-то волнением в голосе сказал Томура. — Что, момент своей казни отсрочить хочешь? — Что-то здесь не чисто… Явно проделки Тоги, — хмурился Шигараки. — О чем ты? — Даби поднял голову и смотрел прямо в глаза. — Я про этого Наебатора. Такие условия могли прийти на ум только ей. — Поехавшая, — ухмыльнулся брюнет. — Собирайся, — бросил Томура, направляясь к двери. — Мы идём в гости.

*

— Тога, объяснись, — бесцеремонно начал Томура. — Это ты к нам подослала этогонедоджинна-нагибатора? — Ась? — выпучила глаза Химико. — У меня в квартире Джинн завелся, — вставил Даби. — Ого. Вот это живности у тебя, Даби. Сначала тараканы, затем клопы… Теперь Джинн, — загибала пальцы девушка, перечисляя. Даби зашёл за спину Тоги, думая, чем бы её связать в случае чего. Томура подобрал какую-то дубинку и пару раз ударил ею по ладони, проверяя силу. Химико резко вздернула брови и затем как-то быстро сменилась в лице: свела брови к переносице и прикусила нижнюю губу. — И откуда же вылез Джинн? — спросила она, улыбнувшись одним уголком рта. — Ой, вот только не надо делать вид, что ты не причастна к этому, — схватился за переносицу Шигараки. — Из этой бутылки что-то вылезло, и… — Дай посмотреть, — не дав ему договорить, Химико выхватила из рук бутылку и стала крутить. — Так что, начинаешь вспоминать? — сузил глаза Томура. — Ммм… кажется, да, — протянула девушка. — Я купила её, — она завертела головой, — во-о-он в том магазине, — Химико указала пальцем за их спины. Парни обернулись и увидели вывеску, гласящую «На вас навели порчу? Звоните по телефону. Гадаю с момента своего зачатия». Оба синхронно повернулись, готовые вставить девушке по пятое число. Но той уже и след простыл. — Блять, Шигараки, ты идиот, — вздохнул Даби. — Ну и куда она побежала? — Я её убью! Убью! — Томура кипел, как и его красное лицо. — За мной, Даби. — Я тебе не собака, — огрызнулся брюнет, но все же поспешил следом.

*

— Даби, мы нашли её, у тебя прям чутьё охотника, — сказал Томура, увидев впереди светлую макушку. — У меня чуйка на поехавших, — оскалился брюнет. — Тога, сдряхни от нашей бутылки, — крикнул Шигараки, подбегая. — Мы вдвоём страдали не для того, чтобы наше желание досталось тебе. Химико развернулась, держа в руках ценный груз. — Да пожалуйста, — бросила она бутылку в Томуру. — Эй, полегче! — рявкнул Даби. — Ты не своё тело кидаешь. Тога лишь показала язык и скрылась в тёмном переулке. — Даби, мы сделали это! Бутылка снова у нас! — радовался Шигараки. — Да-да, — как-то вяло проговорил тот и, пошатнувшись, повалился на землю. — Черт, Даби, живо вставай, идиот! — держась за шею, шипел Томура. — Говорил же, спать надо ночами, а не шароебиться черт те где. И что теперь с тобой делать? — Шигараки краем глаз заметил какую-то активность слева. Мужчина хотел было подойти и узнать, нужна ли этим двоим помощь, но бабушка, божий одуван, его остановила, схватив за локоть. — Нет-нет, этот молодой человек сам должен понести его, — проскрипела она старческим голосом. — Чёртова сваха, — выплюнул Томура. Мужчина лишь улыбнулся, кивнув головой, и предложил проводить её до дома, на что та сразу же согласилась. — Карга старая, — шипел Шигараки, взвалив на спину Даби, и медленно двинулся по улице. — Блять, ты хоть питаешься вообще? Лёгкий, как ебучая пачка сигарет, которой тебе едва ли хватает на полдня.

*

Даби хватило пары часов, чтобы отоспаться. И первым, что он увидел, открыв глаза, был искаженно-кривой в зеленом свете огромный глаз Томуры, который, не отрываясь, смотрел на него, а потом пару раз моргнул. Даби без единой эмоции закрыл снова глаза и сложил руки крестом на груди. Шигараки смотрел в горлышко зеленой бутылки, дно которой упиралось брюнету чуть ли не в глаз. — Даби, не прикидывайся спящим. Я всё видел, — он поставил бутылку на пол, начав трясти парня. — Не трожь, старуха, я дух испустил, — утробным голосом разразился Даби. — Хватит мне тут заливать! Думай, куда бутылку спрятать. — Погоди… — корпус брюнета резко поднялся, а голова чуть с запозданием продолжала добираться до вершины. И вид стоячей грудной клетки и запрокинутой назад головы, которую было и не особо видно, рассмешил Томуру. — Всадник, — он схватился за живот, — без головы. Даби лишь станцевал бровями тектоник и продолжил: — Как тебе удалось открыть её? — Я и не открывал, — уголки губ Шигараки поползли вверх. — Это другая бутылка. Для Тоги. — Где ты её раздобыл? — В первом попавшемся мусорном бачке. — Дай сюда, — протянул руку Даби. — Зачем? — прижал к себе бутылку Томура. — Дай, — настаивал брюнет. — Даби, ради исполнения своего желания я и не на такое пойду, — выпалил Шигараки, но бутылку всё же отдал. Даби, не отводя взгляд от Томуры, замахнулся рукой и вышвырнул бутылку в открытое окно, что находилось за его спиной, прямо на улицу. Услышав характерный дребезг стекла, он задрал подбородок и с грозным лицом сказал: — Мусору не место в моей квартире. Томура даже дар речи потерял. Не так давно Даби сам жил в свинарнике, обосновывая это тем, что данная обстановка отражает состояние его души, а там тот ещё конденсат меланхолии. И причины такой резкой агрессии со стороны брюнета могло быть только две: либо Даби так неприязненно относится именно к чужому хламу, либо он дорожит трудом Томуры. Но в последнем Шигараки сильно сомневался.

*

— Господи, Даби! Оставь чайник в покое и не насилуй мои глаза! — Я лишь заливаю кипятком кофе. Чего тебе, блять, не нравится? — Да у тебя же руки трясутся как у старика! Ты больше разливаешь, чем попадаешь в чашку! — Молчал бы. — Снова с бодуна? Молчание. Шигараки трёт переносицу и нервно говорит: — Что же мне с тобой делать? — до ушей доносится звук льющейся на стол воды. — Я сам налью, сядь уже. Даби так и застыл на месте с чайником, не заметив того, как руки стали опускаться, и кипяток полился на пол. — Ауч, — воскликнул брюнет, отпрыгивая назад. — Чуть на себя не попал. — Я так и знал, — подошёл к нему Томура и выхватил из рук чайник. — Садись, — он положил свободную руку ему на плечо и слегка сжал. Шигараки ловко налил кипяток в чашку, держа чайник на достаточном расстоянии от неё, так, что тонкая струя жидкости тонкой нитью тянулась вниз. — М-да, официант из тебы вышел бы неудачный, — сухо сказал Томура. — Зато ты преуспел в этом. Неужели работал в этой сфере? Мир потерял такой ценный кадр. Оба вздрогнули, потерев шеи. — Ой, молчал бы. Я перфекционист. — А к внешности и твоим склоченным волосам это не относится? — спросил Даби, на что сразу же был послан на какую-то пятую, неизвестную ему ранее, сторону света. Ну что ж, каждый день мы узнаем что-то новое. Оба дергались, как в агонии, но продолжали отмачивать коры, точно шло соревнование на самое оригинальное бесконечно-этажное посылание.

*

— Блять, куда ты её дел? Я не могу найти, — злился Томура. — Конечно не можешь. Я и сам не могу. Ума не приложу, куда её положил, — устало проговорил брюнет, откидываясь на спинку дивана. — Не думал, что буду так рад твоей рассеянности и безалаберности. Но скажи мне, зачем ты её спрятал? — Ты сам сказал убрать её, чтобы Тога не нашла. — Убрать, Даби, а не забыть с концами, — вкрадчиво сказал Шигараки. — А чего это ты решил про бутылку сейчас вспомнить? — прищурился брюнет. — Потому что нужно скорее использовать те два желания, чтобы закончить этот ажиотаж абсурда, — раскинул руки парень. — Так говоришь, словно это твои два желания, — пропыхтел Даби, скрестив руки на груди. — Господи, Даби! Мы же договорились, что одно моё и последнее — общее, — снисходительно напомнил Томура. — Но мы ведь нашли её в моей квартире, — вытянул губы трубочкой брюнет. — Я нашёл, — сухо сказал Шигараки. — Но в моей квартире, — продолжал кукситься Даби. — Если бы я не предложил уборку, то она бы так и пролежала там ещё тучу времени. — Но в моей квартире бы пролежала. — Я убрал всю твою хату. — Ладно, по рукам.

*

Когда бутылка была, наконец, найдена, парни сели вокруг неё и со сладким предвкушением готовились вызвать Джинна. Даби потянулся первым к пробке, но был остановлен Шигараки. — Погоди, — сказал тот. — Можешь себе представить, что буквально через пару минут наши желания исполнятся, и всё поменяется — наша жизнь уже не будет прежней, — грезил мечтами Томура. — Давай скорее, не могу больше терпеть. Руки чесаться начинают. Yamete Kudasai Звук больше их не пугал. Томура и Даби игриво подпихивали друг друга плечами. Парни сидели и улыбались, как дети перед елкой в поиске подарков. — Мы готовы! — К чему? — с неким замешательством спросил Джинн. — К исполнению наших желаний, конечно же. — Желаний? — Ну да, мы выполнили твоё условие. — Ах это… — Разве ты не для этого явился? — Джинн появляется сам. По собственной воле, — поправил дух. — И к тому же я забыл ошейники с вас снять, — дух хлопнул в ладоши, и шеи парней вновь стали свободны. — Ну и? — не мог усидеть на месте Томура. — Пока, пока, — Джинн помахал рукой, отворачиваясь. — Какое пока? Ты желания не исполнил! Условие мы выполнили. — А вы точно прочитали инструкцию? — Какую ещё инструкцию? — вскинул брови Томура. — Даби, где инструкция? — он развернулся, смотря на брюнета, что крутил ногой и свистел, смотря в другую сторону. — Даби! — Я её оторвал. — Ты что сделал, прости?! — ошалел Шигараки. — Она наполовину отклеилась и торчала, кожу задевала, и та начинала зудеть. — Вы что оторвали инструкцию??? — вскрикнул Джинн. — Это он, — указал пальцем в брюнета Томура. — Ну ладно, — выдохнул дух, быстро возвращая себе добродушный вид. — Не важно. Её всё равно нужно было заменить, — уже тише добавил он. — Так вот, там чёрным по белому сказано: загадать желание до захода солнца. — А ну-ка стой. Почему одно желание? Придурок Даби загадал только одно. Значит, осталось ещё два. — Эй, Томура, базар фильтруй. — Ты мне ещё за сигареты не ответил. — Одна милая девушка опередила вас и загадала желание. — Какая ещё к черту девушка? — Дай угадаю, она белобрысая с психопатической улыбкой? — закинул руки за голову Даби. — Да-да, светленькая с очаровательным лицом и прекрасной улыбкой, — подхватил дух. — Тога! — в унисон воскликнули парни. — И когда только успела? — Погоди, но ты же говорил про условие. — А-а-а… Это… — замялся Джинн. — Я пошутил. — Чего-о-о? — парням пришлось ловить челюсти, чтобы те не пробили собой дно их разочарования и оплошности. Каждому казалось, что на него только что повесили табличку «Осёл» после такого дешевого развода. — Мне было так скучно… А тут как раз вы… — Джинн стал ходить вокруг да около, растягивая слова. — Ну и… — он мельком глянул на парней, от которых исходила жуткая аура. — Мне пора! До встречи через триста лет! — он быстро нырнул обратно в банку. Пробка захлопнулась с громким щелчком. — Да я же столько не проживу… — взвыл Томура. — Он — нет, а я дождусь. Уж как-нибудь докочегарю. — Слышь, бессмертным себя возомнил? — развернулся к нему Шигараки. — Я ещё ого-го! — хвалился Даби. — Ого-го, ну-ка, пошли выйдем, перетрём за сигареты, — Томура схватил его за локоть. — Ох! — вдруг тяжко выдохнул брюнет, сгибаясь пополам. — Что за «ох»? — склонил к нему голову Шигараки. — Кажется, время пришло! — Ты чего несешь? — Ну, звёзды сошлись… — театрально размахивал руками Даби. — Рак на горе свистнул… — он схватился за сердце. — Помираю я, Шигараки, — Даби засеменил назад, как можно быстрее отдаляясь от Томуры. — Так я тебя быстро оживлю, — оскалился тот. — Нет, нет, думаю, не стоит… — стал отмахиваться брюнет от шагающего на него Томуры. — Неееет, Даби, со здоровьем не шутят! Надеюсь, у тебя стальные яйца, — хрустнул костяшками пальцев парень. — А они тут при чем? — Ну как это? Я проверю каждую часть твоего тела. Каждую клеточку. Каждый орган. А хватка у меня… — он наклонил голову, и длинные пряди прикрыли один глаз, а другой — открытый — пугающе зажегся, точно у терминатора. — Ты знаешь — железная. — Шигараки, ты какой-то гиперактивный… Кто тебя покусал? — Клопы, которых ты развёл. — Помогите… — Ты мне за всё отработаешь. И только попробуй сачковать. — Кто-нибудь… — Шигараки уже спешит на помощь. Виу-виу, — Томура оттолкнулся от пола и, подпрыгнув, полетел на Даби.

*

— Полегли как мухи от дихлофоса… — Тога, уперев руки в боки, смотрела сверху вниз на два развалившихся тела, Даби и Томуры, которые даже в таком бессознательном состоянии продолжали противостоять друг другу в борьбе за первенство. Нога Томуры лежала на Даби по диагонали. Рука Даби, в свою очередь, на Шигараки, поперек. Парни улыбались и что-то невнятно говорили сквозь забытье. — Глянь, Джин, ещё улыбаются, — улыбнулась Химико. Твайс распахнул окно, впуская свежий воздух. — Вот дурачье. Я тоже так хочу. Тога подняла с пола пивную бутылку и, махнув ладонью от горлышка к носу, втянула терпкий химический запах. — Галлюциногенный газ, — вынесла она вердикт. — И чего только нет в халупе Даби?.. — Что им снится? — задумчиво спросил Джин. — Думаю, что-то хорошее, — расплылась в улыбке Химико. Она склонилась над ними и переплела их руки. Тога долго думала над тем, чья рука должна быть сверху — Даби или Томуры… Но затем решила, что сами решат, и положила их соединенные друг с другом ладони ребром. Включив медленную музыку, она быстро вывела Твайса из квартиры, последовав за ним, и закрыла дверь. — Но зачем, Тога? — спросил Джин, спускаясь по лестнице. — Они мне ещё сами потом за это спасибо скажут, — подмигнула ему Химико.