28. Я здесь для тебя
18 августа 2022 г., 18:40
Примечания:
Прим. Автора: У Цинцю и Цинци был серьезный разговор.
Мм, вы, ребята, НЕ справились бы с первым наброском этой главы. Вы бы разорвали Ци Цинци на части. Что я предвидел(а).
Вместо того, чтобы пытаться схватить Шэнь Юаня и оттащить от Шэнь Цинцю в этой сцене в переулке, она на самом деле должна была притворно замахнуться мечом на РЕБЕНКА, и тогда Шэнь Цинцю прикрыл бы Шэнь Юаня своим телом, но на самом деле она бы не ударила его.
Я подумал(а): «Ммммм, это может быть слишком и НЕ послужит хорошим искуплением для Ци Цинци».
А потом я понял(а): «О! Она может просто схватить его. Да. :P»
В любом случае, она начнет с ОЧЕНЬ ГЛУБОКОГО дна и поднимется наверх, чтобы покаяться. Хо Хо!
Ци Цинци оплатила весь ущерб, нанесенный зданиям и другим объектам, что они сломали, объявив, что позже она вернется со своими ученицами и профессиональной строительной бригадой, чтобы бесплатно помочь в реконструкции цветочных домов. Таким образом, они не только получили деньги за предоставленные им неудобства, но и не будут оплачивать ремонт. Затем Шан Цинхуа должен был позаботиться о Шэнь Юане, когда Ци Цинци и Шэнь Цинцю отправились «позаботиться» (что означает избить и убить) о старом педофиле в подвале.
После нескольких часов мучений Шэнь Цинцю перерезал мужчине горло и позволил ему истечь кровью. Они направились на выход, но, когда они вышли и закрыли дверь комнаты, Ци Цинци наклонилась к нему и спросила:
— Хорошо, чего ты хочешь?
— Хм? — Шэнь Цинцю повернулся с запутанным выражением лица.
Ее лицо скривилось, но потом она повторила:
— Чего ты хочешь? Мы убили жуткого старого ублюдка, так чего же ты хочешь сейчас?
— Я тебя не понимаю.
— Чего тут не понятного?! — рявкнула она, но тут же поймала себя и сделала вдох и выдох. — Я имею в виду… я выбила из тебя все дерьмо… ни с того ни с сего. Без реальной причины.
Шэнь Цинцю все еще был в замешательстве:
— Но у тебя была причина. Ты думала, что я опасный извращенец, который будет охотится на твоих учениц.
— Это! — она пробормотала, обомлела на месте, а затем перефразировала. — Но я ошиблась. Я… более или менее вижу это сейчас.
— Более или менее?
— Слушай! — она ворчала. — Я собиралась убить тебя.
— Ммм.
— И я выбила из тебя дерьмо до этого.
— Да, я помню.
— А также… Ну, я полагаю, это заставило тебя почувствовать себя плохо, говорить о своем прошлом, — пробормотала она.
— Я все равно собирался это сделать, — кивнул он.
— Но ты собирался делать это не для меня, — нахмурилась она, — а для своего ребенка.
Его глаза расширились. Она признала Юаня его сыном.
— Я ещё и испугала малыша, не так ли? Черт! — Она почесала затылок. — Хорошо, гм. Я никогда не была хороша в общении с детьми. Как ты думаешь, что заставит его чувствовать себя лучше? Пони? Щенок?
— Нет, больше никаких домашних животных. — Шэнь Цинцю поджал губы. — И кроме того… Ты права, это напугало его. Я мог это видеть.
— Черт, — она пинала землю. — Нет простого способа исправить это.
Он посмотрел на пол:
— Я так не думаю.
Она резко зашипела, а затем выпустила:
— Хорошо-хорошо-хорошо. — Она начала размышлять с холодным потом на лице. — Но ты! Несмотря на все проблемы, которые я причинила, ты, должно быть, чего-то хочешь?! Как, например, больше домов или денег!
— У меня уже есть дом и деньги, — ответил Шэнь Цинцю.
— Ух, а как насчет… причудливых мечей или редких частей монстров? — предложила она — Ты мог бы использовать это в своих миссиях или для микстур.
— Я могу получить все это сам, — заявил Цинцю. — Не беспокойся об этом. Тебе не нужно ничего мне давать.
— Что? — она закричала. — Нет! Я должна что-то сделать! Я тебя избила! Так что-...! Можешь меня избить! Вот! Это довольно справедливо!
— Ци Цинци…
— Что? — она ныла. — Это хорошая идея… верно?
— Ты же не хочешь, чтобы тебя избили.
— Но это справедливо, — ответила она. — Все в порядке. Можешь ударить меня в живот или что-то в этом роде.
Шэнь Цинцю медленно моргнул и сказал:
— Ци Цинци, я не хочу с тобой драться.
— Но почему?! — она чувствовала себя очень виноватой. — Я-я облажалась!
— Я знаю, но… — он посмотрел на нее и признался. — Мы с тобой… так похожи.
— Ха? — она пробормотала.
— Мы оба довольно вспыльчивые, — улыбнулся он. — Сделаем все для тех, кто дорог нашему сердцу, и… мы разделяем тот же страх. — Он кивнул. — Мы одинаковы.
Он на мгновение замолчал, а затем заявил:
— Мы… так похожи. Страшно, что я не осознавал этого раньше. — Он вздохнул, холодный взгляд застыл, погружая его в размышления. — Кроме того, если бы я был на твоем месте и увидел что-то подобное… я бы поступил намного хуже.
Она вздрогнула от выражения его лица, чувствуя себя немного обеспокоенной. Он промычал, его взгляд стал мягче.
— Ты не должна слишком беспокоиться об этом.
Она уставилась на него и пробормотала:
— Нет. Не смотри на меня такими всепрощающими глазами!
Шэнь Цинцю моргнул на нее, а затем рассмеялся.
— О, нет. Так вот как я на него смотрю?
— Ээ, на кого? — спросила Ци Цинци.
— Не важно, — хихикнул он. — У меня только что было небольшое откровение. Не то, что бы это многое изменило.
Она посмотрела на него, немного озадаченная.
— Так ты говоришь, что ничего от меня не хочешь? Совсем ничего?
Он наблюдал за ней: ее поза, бессознательно виноватое выражение лица. Он смотрел, думая, что, возможно, ей будет хуже, если это чувство вины останется безнаказанным. У нее были очень сильные эмоции, но она позволяла им накапливаться, так что, возможно, лучше было бы отпустить это.
Затем он снова подумал:
— Ах!
Спина Ци Цинци выпрямилась, и она спросила:
— Что? Что случилось? Ты что-то придумал?
— Хм, может быть, — кивнул он. — Но тебе не нужно этого делать, если ты не согласна.
— Что это?
Он подал ей знак и прошептал на ухо.
***
Наверху Шан Цинхуа горестно дулся. Буквально на грани слез. Шэнь Юань хлопнул себя по лбу. — Что ты делаешь? Ты пиковый лорд. Соберись! — Но мы так сильно облажались! — Шан Цинхуа ныл. — Прости, А-Юань. Я не думал, что какой-то педофил попытается схватить тебя… Шэнь Юань вздрогнул и вздохнул: — Я тоже. Мы оба не учитывали это, так что перестань беспокоиться о таком просчете. Это неприглядно. — Ты говоришь так же, как твой отец, — заметил он с хныканьем. Мальчик глянул на него, а затем усмехнулся: — Я говорю, как я, ты, придурок. — Этот план был провалом… — пробормотал Шан Цинхуа. — Эй! — взъелся Шэнь Юань. — Этот план был крутым! Было всего несколько неожиданных побочек. Но теперь мы знаем, почему Шэнь Цинцю ходит в публичные дома. Это прогресс. — Но-... Но тебя чуть не зарезала Ци Цинци! — утверждал Шан Цинхуа. — И она чуть не убила твоего отца! Шэнь Юань застыл на этом и отвел глаза. Брат-самолет, по крайней мере, был немного прав в этом. Он… Он не думал, что когда-либо испытывал такой сильный страх раньше. Если бы он опоздал всего на секунду… он бы снова остался совсем один в этом мире. Он действовал быстро, не задумываясь. Но теперь это наполнило его тревогами и страхом, отражая все, что его беспокоило. Он действительно мог потерять Шэнь Цинцю, действительно мог вот-вот потерять своего бабу. Каким-то образом мысль об этом разрывала его сердце. Он не мог сдержать этот подавляющий страх и беспомощность. Его спина повернулась к самолету, и он тихо пробормотал: — Все в порядке. План сработал. В конце концов, у нас все хорошо. Глаза Шан Цинхуа опухли, и он зарыдал: — Шэнь Юань! — Он обнял мальчика, сжимая его так крепко, как только мог, в то время как сам рыдал ему в волосы. — Эй! Прекрати! Отстань от меня! — мальчик закричал. — Этот писатель так сожалеет! — он плакал. — Извини! Шэнь Юань почувствовал какое-то напряжение, а затем растаял и ответил: — Все в порядке, идиот. — Нет, это не так, — пробормотал Шан Цинхуа. Шэнь Юань расслабился и ответил: — Мусорный Автор, если я заражусь бешенством, то сначала я укушу тебя. Шан Цинхуа вздохнул. — Ммм, все в порядке. Все в порядке. Затем они услышали шаги и увидели, как Шэнь Цинцю и Ци Цинци возвращаются. Лорд выглядел несколько довольным, Ци Цинци же казалась противоречивой, но когда они увидели их обоих, отец подошел к Шэнь Юаню. — Эр-цзы, пора идти домой. — Мм, — мальчик потянулся, чтобы позволить отцу забрать его. — Нам нужно поторопиться к Му Цинфану, чтобы подлечить тебя получше. — Да, — кивнул он. — Баба все закончил? — спросил Шэнь Юань, его глаза покраснели и покрылись пятнами от слез. — Этот отец справился со всем этим, — кивнул он. — Эр-цзы больше не нужно беспокоиться о таких вещах. — … Хорошо, — пробормотал Шэнь Юань. Ци Цинци посмотрела на ребенка, но решила промолчать. Она отвела взгляд, но затем повернулась и увидела что-то, что пронзило ее сердце. Шэнь Юань смотрел на нее со злобой и ненавистью в глазах. Эти молодые зеленые глаза выражали большое презрение. Они были настолько полны отвращения, что казались почти красными. Она смотрела, как его маленькие пальчики защищающе впиваются в отцовскую одежду, и вздохнула. Она подошла к нему и обратилась: — Шэнь Юань. Он не переставал сердито смотреть на нее. Юное лицо было покрыто тьмой. Он резко сказал: — Что? Шэнь Цинцю немного волновался, но пока не знал, что сказать. — Прости, — ответила она. — За все. Его глаза были пронзительными, и он фыркнул: — Я не прощаю тебя. При этих словах она отпрянула, чувствуя, что хочет возразить, но потом поняла, как идиотски это бы звучало. Спорить с шестилетним ребенком? Господи, она действительно напортачила. — Все в порядке… — кивнула она. — Я не против. Прямо сейчас этому мастеру предстоит пройти через большие испытания, чтобы… я полагаю, раскаяться. Он посмотрел на нее, потом перевёл взгляд в пол, рыча: — Сейчас мне все равно. Просто никогда больше не обижай моего бабу. Она ответила: — Хорошо. Обещаю. — Вот и славно, — проворчал он, крепче сжимая отца. — А-Юань, — обратил его внимание на себя Цинцю. — Ты молод, так что можешь не понять. Но она просто защищала людей, о которых заботилась. Так что в будущем постарайся не ненавидеть ее слишком сильно. — Она была ужасна, — неудобно заметил мальчик. — Я знаю, я знаю, — кивнул Шэнь Цинцю. — Она больше не собирается этого делать. — Он холодно посмотрел на нее, но затем с любовью оглянулся на своего сына. Щеки Шэнь Юаня надулись, и он отвернулся: — Я подумаю об этом. Но сейчас я злюсь. — Все в порядке, А-Юань, — нежно погладил он голову. — Очень любезно с твоей стороны злиться от имени этого отца. — Я буду долго злиться, — посмотрел он на нее. — Может быть даже вечность. Она громко вздохнула. — Я в порядке. Ты можешь злиться на меня сколько хочешь. Как бы долго ты этого ни делал. — Хорошо. — Мм. В конце концов, они вернулись на гору, и все были ошеломлены тем, что Шэнь Цинцю находился в таком плачевном состоянии. Он был жестоко избит, окровавлен и ушиблен, и никто не знал, как на это реагировать. Его сопровождали к Му Цинфану, который был буквально потрясен, увидев Мастера Секты Цинцзин в таком состоянии. — Что это такое?! — закричал он. Шэнь Цинцю просто отвел глаза и пробормотал: — Я бился с демоном. — Д-демон?! — он ахнул от ужаса и неверия. — Какой демон так сильно тебя избил?! Ты столкнулся с небесным демоном или что-то в этом роде? — …Да. — ДА?! — Да… — Да?! — Му Цинфан почувствовал головокружение от раздражения. — Что ты имеешь в виду под «да»?! — Он испустил громкий болезненный вздох, держась за висок, и спросил сквозь стиснутые зубы. — Может ли этот мастер спросить, какой небесный демон? Шэнь Цинцю заерзал, а затем ответил: —…Нет. Рот Му Цинфана упал, готовый отвалиться, когда Ци Цинци подошла и ответила: — Почему ты задаёшь так много вопросов? Ты врач, просто исцели его вместо того, чтобы играть в следователя. — Ци Цинци! — но потом его глаза увидели ее кровоподтёки и синяки, и он ахнул. — Вы двое поссорились?! Они оба отвели глаза, поэтому он повернулся к Шан Цинхуа и Шэнь Юаню, которые стояли на заднем плане: — Они подрались?! Шан Цинхуа съежился и пробормотал: — Ах, о, я не знаю. Я не обращал внимания. Затем Шэнь Юань услужливо добавил: — Они сражались с небесным демоном! Му Цинфан не мог в это поверить! Они все это скрывали и для чего?! На днях у него определенно появиться копна седых волос! Затем Цинцю сказал: — Мы действительно не дрались, так что не беспокойся об этом. Ци Цинци искоса посмотрела на него, затем уткнулась вниз и кивнула. Лорд Пика Цяньцао снова вздохнул и отругал: — Вы двое, как дети, всегда используете кулаки вместо слов, а затем, когда говорите, вы не можете не делать резких замечаний. Как глупо. — Он жестом подозвал Шэнь Цинцю и начал латать его, в то время как остальные трое держались позади. Затем из ниоткуда из входной двери выскочил Юэ Цинъюань с паническим выражением лица: — Шэнь Цинцю! Лорд Цинцзин с незаинтересованностью посмотрел на него: — Что? Юэ Цинъюань увидел его избитое состояние и пребывал в ужасе. Его лицо побледнело, а выражение лица было застелено паникой. Он громко сказал: — Ты так сильно ранен! Как это произошло? Му Цинфан саркастически усмехнулся: — По-видимому, он сражался с небесным демоном. — Небесный демон? — Юэ Цинъюань ахнул, полностью купившись на это. Шэнь Цинцю закатил глаза и хмыкнул: — Да, неважно. Плечи лидера Секты вздрогнули, и он пробормотал, пытаясь быть искренним: — Но как?! Как это произошло?! Он все еще жив? Ты его убил? Шэнь Цинцю насупился: — Ци Цинци убила монстра. Перестань быть таким настойчивым. — Но… ты ранен, — пробормотал он. Его руки были напряженно сжаты, а лицо выражало бурный конфликт. — Ты так сильно ранен. Все твоё тело. Надо что-то с этим сделать. — Что-то уже сделано, а что-то делается, — вздохнул Шэнь Цинцю. — Ци Цинци убила его, а Му Цинфан меня лечит. — Он посмотрел на лидера секты — Ты здесь не нужен. Иди выполняй свои важные обязанности или что-то в этом роде. — Шэнь Цинцю! — он закричал, умоляя его глазами. Но мастер Цинцзин набросился на него: — ЮЭ ЦИНЪЮАНЬ! В комнате стало тихо и холодно, все и всё замерло от их спора, не зная, как реагировать. Выражение лица Юэ Циньюаня было подавленным, и он тихо спросил: — … Ты будешь в порядке? Цинцю не смотрел на него, просто вздохнул и позволил Му Цинфану обернуть повязку вокруг запястья. Прежде чем Юэ Цинъюань смог сказать больше, Ци Цинци вмешалась. — Хорошо, все в порядке, лидер Секты. Мы позаботились обо всем этом, так что вам не нужно беспокоиться. — Т-ты уверена? — обеспокоился Юэ Цинъюань. — Да, лидер секты, — она как бы вытолкнула его, и он подчинился. Его глаза были удрученными и полными раскаяния, когда она закрыла перед ним дверь. Она взглянула на Шэнь Цинцю, и он кивнул.***
Позже, когда Шэнь Цинцю и Шэнь Юань вернулись домой, и отец укладывал его спать, мальчик спросил: — Баба? — Да? — Парень, о котором вы говорили, — спросил он. — Плохой из твоего прошлого. Это Юэ Цинъюань? Глаза Шэнь Цинцю расширились, но затем опустились, он покачал головой. — Нет, это не так. А? Черт. Таким образом, тайна того, почему Шэнь Цинцю ненавидит Юэ Цинъюаня, все еще остается без ответа. — Эр-цзы в порядке? — Шэнь Цинцю спросил, нежно гладя голову малыша. В груди у мальчика потеплело, и он пробормотал с небольшим кивком: — Да… Этот сын в порядке. — Сегодня ты видел что-то очень страшное, — отметил отец. — Я не знаю, что я могу сделать, чтобы компенсировать это. Шэнь Юань уставился, а затем сказал: — Баба? — Мм? — Почему ты не дрался с ней? Его плечи замерли, и он отвел взгляд. — Что ты имеешь в виду? — Ты мог бы бороться с ней… чтобы защитить себя, — пробормотал он. — Но ты позволил ей избить себя. И когда я увидел… в том переулке. — На его глазах появились слезы, но вместо того, чтобы позволить им упасть, он закрыл руками лицо, чтобы его не было видно. — Ты не поднял свой меч! Ты оставил его! Почему? Зачем тебе это делать? Шэнь Цинцю уставился, коснулся руки Юаня, затем положил голову мальчика на кровать. Он ответил мягким, одиноким голосом: — Извини, А-Юань. Шэнь Юань оторвал руки: — Баба? — Извини, — ответил он. — Ты прав, я должен был драться и вытащить тебя оттуда. Этот отец… слишком глуп. Шэнь Юань сел и нежно похлопал его голову. Он не думал, что получит ответ на вопрос, почему его отец был готов вот-вот расстаться с жизнью. И, честно говоря, ему было слишком страшно услышать ответ. Но потом вдруг мужчина очистил горло и решил сменить тему: — А как насчет тебя? — А? — Могу я задать свой вопрос? — Мм. — Откуда Шэнь Юань знает такие громкие и ужасные слова, как педофил? — Взрослый надулся. — Я знаю, что Эр-цзы умный, но я надеялся, что ты узнаешь такие слова гораздо позже. Шэнь Юань закрыл рот, неловко перевел взгляд и пробормотал: — Извини. — Все в порядке, я просто хочу знать, где ты их узнал. Он их знает, потому что он двадцатишестилетний парень в шестилетнем теле. Тьфу, что ему следует ответить? — Я, гм… живя на улице, некоторые дети постарше рассказывали мне об этом, чтобы я остерегался их, — солгал он. Брови Шэнь Цинцю нахмурились, и он сильно вздохнул. — А-Юань, должно быть, столкнулся со многими трудными вещами на улицах. Мальчик робко посмотрел на него, затем взял его за руку. — Все в порядке. Баба теперь заботится обо мне. Так что этого никогда больше не произойдет. Мастер торжественно кивнул, теперь внутренне говоря себе больше так не сдаваться. Он чуть не отбросил свою жизнь в этой стычке с Ци Цинци, и если бы не Шэнь Юань, он, вероятно, был бы мертв. Он не может снова быть таким самонадеянным. Он должен жить, чтобы заботиться о Шэнь Юане, даже если это больно. — Да, — он улыбнулся. — Верно.***
В конце концов, Лю Минъянь пришлось вернуться домой. Ее родителям стало лучше, но в будущем они могут заболеть ещё раз. На ее глазах были слёзы, когда девочка попрощалась с Шэнь Юанем, душила его в объятиях и кричала: — Юань-Юань! Мне так жаль! Мне пора! — Все в порядке, Минъянь, — усмехнулся Шэнь Юань. — Я могу уйти навсегда! — она ныла. — И тогда ты можешь забыть обо мне… — Я не забуду, не забуду, — улыбнулся мальчик. — Ты мне напишешь? — пробормотала она. — Мм, — кивнул он. — Напишу. — Я тоже научусь писать! — она сказала. — Тогда я отправлю тебе так много писем! — Спасибо, — напевал он. — И тебе тоже придется посетить мой дом. Мы можем поиграть у пруда и съесть много мяса, — сказала она ему. — Ты имеешь в виду сладостей? — Нет, мяса! — она нахмурилась. Но потом ее глаза опустились и она заплакала. — Я буду скучать по тебе. Сердце Шэнь Юаня было тронуто этим, и он похлопал ее по голове. — Все в порядке. Я тоже буду по тебе скучать. Мы увидимся снова, очень скоро. Лю Цингэ стоял сзади, громко вздохнув. — Минъянь… — пробубнил он. — Почему ты ведешь себя так, будто это конец света? Ты увидишь его снова в следующем месяце. — Это слишком долго! — она плакала. — Нет, это не так. — Он ткнул ее в голову. — У тебя просто нет понятия времени, потому что тебе пять лет. — В августе мне исполнится шесть! — щелкнула она. Шэнь Цинцю усмехнулся: — И к тому времени ты так вырастешь. — Да! — она сияла. Лю Цингэ глянул на Шэнь Цинцю и спросил: — Как твои раны? Ты хорошо выздоравливаешь? — Этот мастер в порядке, — ответил Цинцю. Лю Цингэ посмотрел на него и сказал: — Извини, я хотел бы быть там, чтобы остановить Ци Цинци. Ты хочешь, чтобы я провел с ней «разговор»? — Он открыто сжал кулак. Шэнь Цинцю вздохнул: — Как я уже сказал, в этом нет необходимости. В то время она была достаточно подозрительной. — Его глаза уставились на раскрытый веер, и он пробормотал. — Я не могу слишком расстраиваться из-за нее. Мы с ней похожи больше, чем я думал изначально. — Но все же… — Лорд Байчжаня слишком беспокоится о чужих делах, — прервал Шэнь Цинцю. — Ему не нужно сюда влезать. Брови Лю Цингэ нахмурились, и он ответил: — Но я хочу. Эти глаза были непоколебимыми и решительными, и Шэнь Цинцю чувствовал себя странно, глядя в них, поэтому он отвернулся. — Минъянь, — сказал Шэнь Юань, привлекая ее внимание. — Не волнуйся, ты снова увидишь бабу и маму. — Хм! И всех моих братьев и сестер! Шэнь Юань застыл на месте и медленно пробормотал: — Братьев… и сестер? — Ммм, — напевала она. — У меня десять братьев и сестер, не включая Цингэ! Что?! Этого не было в книге?! — Ни один из них не мог позаботиться обо мне, потому что они все были заняты, — кивнула она. — Но Лю Цингэ не очень заинтересован в своих обязанностях, поэтому вместо них он присматривал за мной! — Ты маленькая паршивка… — глянул Лю Цингэ. — Что?! — отказала она. — Это правда! Два Шэня смеялись, пока Юань не сказал: — О. Я хотел тебе кое-что отдать. Он протянул ей лист сложенной бумаги, и она открыла его. Это был довольно хороший цветной рисунок его и ее снеговика. Шэнь Юань очень гордился этим, сказав. — Я стал лучше в рисовании, поэтому я захотел дать тебе один рисунок, прежде чем ты уйдешь. Она уставилась на него, а затем улыбнулась: — Юань-Юань, это так красиво! — Спасибо. — Я положу его в свою комнату! — она хихикнула. Он усмехнулся и махнул им рукой. Они покинули пик, направляясь домой, который был далеко-далеко. К сожалению, когда Лю Цингэ высадил Лю Минъянь, ему вскоре пришлось долгое время исследовать мир на различных миссиях, как он это всегда делал. Но даже несмотря на то, что он никогда не был хорош в словах, он часто отправлял Цинцю письма о том, где он был. Шэнь Цинцю очень любил их, и его щеки всегда покрывались красным оттенком при чтении.
Примечания:
Прим. Автора: Они не друзья. НО. Сделка, которую Шэнь Цинцю прошептал на ухо Ци Цинци, заключается в том, что всякий раз, когда она, он и Юэ Цинъюань вместе, если лидер секты становится слишком напористым и надоедливым, она либо вышвырнет его, либо встанет между Шэнь Цинцю и Юэ Цинъюанем. Так у него появился личный вышибала.
Вы можете спросить: «Почему Шэнь Цинцю не рассказал о ней?»
Что ж, они заключили сделку, теперь он ее понимает и считает, что это слишком хлопотно.
Кроме того, после этой главы мы возвращаемся в наши дни. Попрощайтесь с малышом Шэнь Юанем!
