Акушерка. Любимый рядом

Ночь прошла тихо и спокойно. Плотные шторы не пропускали свет утреннего солнца, но биологические часы Тани заработали в новом режиме. В четыре часа ровно девушку разбудил токсикоз. С Матвеем было тоже самое, можно было бы подумать, что Таня привыкла, но нет, это состояние убивало настроение на весь день. Тошнота, рвота и невозможность от этого избавиться - угнетали. В 4:30 солнце уже вставало. Таня, только выйдя из ванной, налила себе в стакан воды, накинула плед и села на широкой подоконник на кухне. Смотрела в окно на сильный дождь и пробивающееся сквозь тучу солнце. Сейчас женщина с трудом осознавала, что в ней развивается новая крошечная жизнь. Но она уже чувствовала, что снова не одна. Мысли о беременности, о будущем, о настоящем, о том, как всё вышло - не давали покоя. "Дождь… Какой же он нескончаемый, как мои мысли. Капли стекают по стеклу, словно слезы, и так же трудно остановить их поток. Беременность… Это чудо или проклятие? Я так хотела еще одного ребенка, мечтала о дочке, о маленькой принцессе, которая будет бегать по дому. Но сейчас… Сейчас я не чувствую радости, только страх. Мне всего 43, а я уже думаю о смерти. Это ужасно. Я видела, как люди умирают, пару раз. И это так страшно... Но никогда не хотела, чтобы это случилось со мной. Матвей… Мой мальчик, как он будет без меня? Кто будет ему читать сказки на ночь, кто будет учить его кататься на велосипеде? Сергей… Моя любовь, моя опора, как он справится с этим горем? Я не хочу причинять им боль, не хочу оставлять их одних. Я врач, я знаю все риски. Мой кардиовертер… Он может в любой момент сломаться, и что тогда? А если во время родов? В прошлый раз было так тяжело, а сейчас все может закончиться гораздо хуже. Стоит ли оно того? Стоит ли рисковать своей жизнью ради ребенка? Но разве можно лишить жизни живое существо, которое уже внутри меня? Это же наш ребенок, наш с Сергеем!" Сергей вышел из спальни в 4:45, потеряв любимую. Подошёл к жене, обнял со спины, поцеловал в макушку. Таня посмотрела ему в глаза. Они очень любяще поддерживали её. - Всё хорошо будет... - вместо "доброе утро" сказал Сергей, облокотив жену к себе. - Я знаю... - сказала Таня, расслабившись в его объятиях. - Боишься? - спросил Сергей, осознавая цену такого вопроса. Её слеза в их тишине упала на его руку. Будущих родителей тревожила ситуация с Таниным здоровьем, с вероятностью рождения здорового малыша, сохранение жизни Тани. Все риски при беременности. Зуевы долго молчали, стараясь осознать этот факт и принять единственное верное решение. - Ну и отказаться от малыша мы же не сможем... - вымолвила Таня, и тут же сжалась калачиком. Представлять аборт было страшно. Совершать это принималось ею, как убийство ребёнка. - Не сможем, родная. Не сможем... - ответил Сергей, прижимая губы к жене. Он, хоть и паниковал и тревожился за жизнь любимой, но убивать того, кого им послал Бог - он не хотел. - Попробуем выносить? - спросила Таня, заглянув в глаза любимого. - Конечно, попробуем. И всё у нас будет хорошо. - ответил Зуев. У него у самого текли слёзы, но он поцеловал её так, чтобы она ничего не заметила. Внутренняя борьба Сергея, обнимающего Таню: "Она такая хрупкая, такая беззащитная… Я вижу ее страх в ее глазах, я чувствую его всем своим телом. Я знал, что это опасно, я видел, как она страдала в прошлый раз. Это наш ребенок, и мы должны бороться за него. За нее. Я должен быть сильным, я должен вселить в нее уверенность, я должен убедить ее, что все будет хорошо. Но что, если нет? Что, если я потеряю ее? Как я буду жить без нее? Она – моя жизнь, мой свет, моя душа. Я не могу представить себе мир без нее. Я должен быть реалистом, я должен знать все риски, я должен подготовиться к худшему. Но я не могу допустить, чтобы она это заметила. А как же Матвей? Он еще такой маленький, ему нужна мать. Кто будет о нем заботиться, кто будет его любить так, как она? Я должен поговорить с Василичем, узнать все возможные варианты, найти лучших врачей. Я должен сделать все, что в моих силах, чтобы защитить Таню и нашего ребенка. Я люблю ее больше жизни. И я буду бороться за нее до конца. Я не позволю ей бояться в одиночку. Мы вместе. Мы справимся." Сергей поцеловал её снова и её животик. - Малыши мои... Любимые.. Никому Вас не отдам. Поцелуй ее животика – это не просто проявление любви к будущему ребенку, это клятва, данная самому себе: "Я буду защищать вас обоих любой ценой." После долгого молчания, прерванного лишь тихим стуком дождя в окно, они, наконец, заговорили. Разговор был сложным, болезненным, но необходимым. Они делились своими страхами, своими надеждами, своими сомнениями. Они обнажали свои души друг перед другом, не скрывая ни боли, ни любви. Решение пришло не сразу, но оно было принято единогласно. Они решили сделать тест на кариотип. Это был их первый шаг к тому, чтобы взять ситуацию под контроль, получить больше информации и убедиться, что с малышом все в порядке. - Если все будет хорошо… если малыш здоров… это даст нам силы, – сказала Таня, глядя в глаза Сергею. - Всё правильно. Если будут какие-то патологии… мы должны знать об этом заранее, – ответил Сергей, сжимая ее руку. Оба понимали, что результаты теста могут изменить все. Но они решили принять любой исход, вместе. - Мы пройдем через это вместе, родная. Что бы ни случилось. – сказал Сергей, его голос был полон решимости. Таня обняла его крепко-крепко, прижавшись к нему всем телом. - Я люблю тебя, Сережа. Спасибо, что ты рядом. Слезы снова полились по их щекам, но теперь это были слезы не только страха, но и надежды, и любви, и благодарности. Они плакали, обнявшись, деля на двоих свою боль и свою надежду. Сергей отстранился и нежно вытер слезы с лица Тани. - Пойдем, - сказал он, - надо согреться. И выпить чаю. Они чувствовали себя ближе, чем когда-либо. Сергей посмотрел на Таню. В её глазах он увидел отражение своих собственных чувств: спокойствие, любовь и благодарность. Он почувствовал внезапный прилив нежности, желание оберегать ее, заботиться о ней, любить ее каждую секунду. - Маленькая моя, девочка…- прошептал он, и эти слова вырвались из него непроизвольно, как признание в любви, как клятва верности. Он нежно взял ее на руки, словно хрупкую фарфоровую статуэтку, и почувствовал, как она легко устроилась в его объятиях. Ему казалось, что она невесомая. Таня обвила его шею руками и улыбнулась. Сергей медленно понес ее в спальню. Каждый шаг был наполнен трепетом и нежностью. Войдя в спальню, он аккуратно опустил Таню на кровать.Он полюбовался ее лицом, ее спокойным выражением, ее легкой улыбкой. Затем присел рядом с ней и снова взял ее лицо в свои ладони. Его глаза были полны любви и восхищения. И он снова прикоснулся к ее губам своими. Поцелуй стал более глубоким, более чувственным, но все таким же нежным и заботливым. Это был поцелуй благодарности за ее любовь, за ее смелость, за их будущего ребенка. Он целова‌л ее долго и нежно, чувствуя, как тает ее сердце, как растворяется ее тревога. Его губы переходили с ее губ на щеки, на лоб, на веки. Он целовал каждый сантиметр ее лица, словно стараясь запомнить каждую черточку, каждую морщинку, каждую родинку. Таня отвечала на его поцелуи с такой же нежностью и любовью. Она чувствовала, как ее тело расслабляется, как уходит напряжение. Она чувствовала себя любимой, желанной и защищенной. Это был поцелуй двух любящих сердец, которые прошли через многое и стали еще ближе друг к другу. И в этой тишине, в этой нежности, в этом поцелуе они нашли свой мир, свой покой, свою любовь. Они были вместе, и это было все, что им нужно. Так Сергей и уложил Таню снова спать. Досыпать эти прекрасные часы утра, пока Матвей спит.