Акушерка. Любимый рядом

Поздний вечер. Пустая операционная. Темно. Холодно. Тишина. Свет падает на операционный стол, как во всех фильмах, где режиссёры хотят показать неискоренимую боль внутри главного героя. Он сотню раз видел таких персонажей в фильмах, но думал, что это не про него. Никогда не будет про него. Но сейчас - Сергей и есть этот главный герой. Он заливает в себя без счёта несколько глотков уже не первый бутылки коньяка. Слёзы текут по его щекам, падая с грохотом на пол и разбиваясь на несколько подобных, но меньших по размеру капель. Внутри уже почти гладкая, под действием алкоголя, почти неощутимая, разрывающая все органы на части боль. Она раздирает в клочья от несправедливости, от страха потерять, от страха никогда больше не услышать или даже похоронить... Неет,на это он больше не способен. Если с Танюшей случится что-то подобное - он ляжет рядом. Ляжет, циркуляция крови в нём остановится, дыхание не сможет обеспечить мозг кислородом - и он навсегда будет рядом с ней. Но зачем об этом думать сейчас? Зачем так убиваться? Бояться? Ведь всё хорошо, беременность протекает нормально, через неделю Новый год... И в его сердце от этих мыслей надрывается болезненный шрам. Его первая жена... Умерла ровно десять лет назад. Десять лет он живёт с этим шрамом потери. Любил ли он её, как Таню? - Нет. Любил по-другому. Любил, как умел. Любил взаимно и безрассудно. До дрожи любил. И когда она ушла у него из под рук - всё сломалось. Он внутри сломался. Она как будто бросила... Но не как все. Она бросила навсегда. Без возможности позвонить, вернуться, извините, объясниться. Она ушла, до этого сказав, что любит его и у него всё получится! Ещё пара глотков. Горькие слёзы, пока никто не видит. А Таня сколько раз его пугала? Сколько раз он бездыханно застывал, прислушиваясь к её дыханию. Как она работала в первую беременность, как дала остановку во время родов... Каждое воспоминание прорывало боль через алкогольную плёнку разума. И никто не мог помочь. Никак. Прошёл час. Второй... Пошёл третий. Таня не звонит. Она знает, какой сегодня день. Она сказала, что если нужно - будет рядом. Если нужно - даже не позвонит. Но нервы беременной женщины сдавали. Таня знала, что Сергей на работе и попросила Василича найти его. Не проконтролировать, нет. Помочь, если нужно. И не прогадала. Василич нашёл Сергея, допивающего третью бутылку коньяка за короткий промежуток времени.. Он был в пьяном сознании. Связывал слова. Но идти, что-то делать - не мог. Роман Васильевич набрал Таню. Честно сказал, в каком состоянии её муж, убедил, что он с ним справится и привезёт домой в течение пару часов. Она пусть в это время уложит спать Матвея и приляжет сама. Сергей скоро будет дома... - Хорошо, Роман Васильевич, спасибо тебе большое... - сквозь слёзы сказала Таня, и пока друг не клал трубку, она слушала, как Роман разговаривает с Сергеем. - Серёжа? Зуев? Дружище, ты чего так напился? - У меня первая жена умерла. - Когда? - ДесЯть леТ назаТ! - пробормотал Сергей, не желая подниматься с операционного стола, пока Роман Васильевич думал, как его поставить на ноги. - Я понимаю, горе. Но у тебя сейчас есть Танюша, Матвей, Вы ждёте малышку... - Бывшая жена из-за меня умерла. - сказал Сергей. У Василича разрядился телефон и их разговор с Таней оборвался. - А сейчас я очень переживаю за Танюшу... - продолжил хирург и расплакался сидя на столе, практически другу в плечо. Василич его молча обнял. Ведь он тоже переживал за подругу, почти дочь, ученицу, и в целом - одного из лучших и светлых людей, знакомых ему. - Тише-тише, Серёж. Всё хорошо будет. Мы справимся... - Василич и сам пустил слезу. - Пойдём умоемся, переоденемся, прокапаемся - и к Танюше, спать. - Домой? - спросил Сергей. - Домой, мой хороший, домой.. Роман Васильевич прям в операционной прокапал Сергея Александровича тиосульфатом натрия, ускоряя очистку крови от алкогольной интоксикации. Переодел. Переоделся сам. Еле-еле смог посадить Зуева в такси и довести до дома. К десяти часам вечера они позвонили Тане в дверь. Матвей спал, поэтому и Таня уже была сонная. Василич сказал ей идти и ложиться дальше, с Сергеем он справлялся сам. Зуев уже контролировал себя. Попил воды, разделся, умылся, поблагодарил друга и пошёл в спальню к жене. Но Роман Васильевич его оставил и строго приказал: - На Таню не дыши. Если ей станет плохо - виноват будешь ты. Нервы ей не трепать! Узнаю - положу на сохранение! - Я понял, понял, Роман Васильевич. Спасибо... - шептал Зуев. Он тихо прилёг на кровать, забрался к любимой под одеяло, положил свою тёплую руку ей на животик, поцеловал в шею, прикрыл глаза и слеза сама потекла вниз, на подушку. - Серёж, ты чего? - тут же повернулась Таня. - Прости, милая, ничего, всё хорошо, моя хорошая. Давай спать... - не давя на неё, и не сказав правду о своих переживаниях, ответил Сергей. Таня расплакалась ему в ответ. - Ангел мой, Танюш, не плачь. Хочешь я тебя поцелую? - Хочу... - Не плачь, родная... - Сергей нежно поцеловал любимую в губы. Слёзы так и катились по его глазам. Он очень любит то, что имеет. И этот дурацкий алкоголь только обостряет чувство страха. Таня прижалась к мужу. Он аккуратно гладил животик.. Дверь захлопнулась, Василич ушёл. Зуевы уснули...