Нергал Лестрейндж

      Большой зал. Праздничный ужин в честь Хэллоуина.       Тридцать первое октября. Круглая дата для всей Магической Британии. Дело не в Хэллоуине. В этот день Лили и Джеймс Поттеры пожертвовали своими жизнями, чтобы остановить бесчинства Того-кого-нельзя-называть, а их сын — победил его. Все радуются этому событию. Однако вспоминают только про смерть Тёмного Лорда, но мало кто задумывается о смерти старших из Поттеров. Так и в большом зале Хогвартса: все радуются, веселятся, объедаются различными блюдами из тыквы. Правда, аристократы смотрят на это всё с отвращением. Оно и понятно.       Гарри было абсолютно всё равно. Кто-то даже пытался высказать ему свои соболезнования, но натыкался на ледяной взгляд. Хорошо, что на Слизерине нормальные люди: особо в душу не лезут. Вот только в первую неделю учёбы некоторые пытались наехать на Гарри за то, что убийца Тёмного Лорда учится на «великом» Слизерине. Тогда вся гостиная впервые ощутила на себе жажду крови, исходящую от Поттера. Многие и раньше испытывали её на себе, но в исполнении Нергала. Но если от Лестрейнджа начинал распространяться запах металла и крови, то от ауры Гарри становилось очень холодно, чувствовался запах земли и затхлости, немного даже темнело вокруг. После такого выпада больше никто не лез к нему.       Поттер сидел между Дафной и Драко. Нергал куда-то пропал прямо во время шествия в зал. Гарри не стал злиться — он всё понимает. Бывает у его брата иногда такое, что ему требуется побыть одному. Гюрзет и Лизи не в счёт.       Всё было хорошо, но вдруг двери зала распахнулись, и внутрь вбежал профессор Квирелл.       — ТРО-О-О-О-ОЛЛЬ! ТРОЛЛЬ В ПОДЗЕМЕЛЬЕ! — прокричал и упал в обморок. Гарри заметил, что это было как-то наигранно.       После секундного молчания поднялся настоящий шум и гам.       — ТИШИНА! Всем успокоиться. Старосты, проводите детей в общежития. Мы с профессорами отправимся на поиски тролля.       Гарри был спокоен. Его даже не волновало, что Нергал где-то бродит по замку. Уж он-то точно разберётся с троллем в случае чего.       — Гарри, а где Нергал? — Поттер разрешил своим однокурсникам называть его по имени. А этот вопрос задал Драко.       — Не знаю. Не беспокойся о нём.       — Как скажешь… — Малфой не стал спорить с Гарри. Он уже уяснил, что это бесполезно, так что поверил.       Старосты собрали учеников, и все дети отправились по своим общежитиям.       Начало праздничного ужина. Где-то в Хогвартсе.       Блядство… Что накатило на меня такое? Вот я иду рядом с Гарри в большой зал, а потом резко перехотелось видеть кого-либо. Как же это заебало меня. Пришлось незаметно исчезнуть из колонны.       На моём ебале нет привычной безумной улыбки, потому что мне хуёво. Не знаю отчего. Просто погано на душе стало. Надо покурить и отвлечься. Я решил сделать это в ближайшем туалете. Похуй, что он женский. Все сейчас пируют.       Внутри я сел на пол, оперевшись спиной о стену за мной. Сразу достал портсигар, затем привычную вишнёвую сигариллу и закурил.       — Блядь, вот что со мной не так? Почему я чувствую себя настолько хуёво? Опять прошлое даёт о себе знать? Без понятия… ЗАЕБАЛО! КУДА ДЕЛСЯ МОЙ ПРИВЫЧНЫЙ НАСТРОЙ?! СУКА-СУКА-СУКА! Тише, девочки. Всё в порядке. Хи-хи, видите? Я уже успокоился. АХАХАХАХАХАХАХАХА! Вроде легче стало. Любимые, скройтесь, пожалуйста. Так надо. Спасибо. Да, я вас тоже люблю. Эх, волнуются за меня, хе-хе.       — Апчхи!       А-А-А-А-А-А-А-А! СУКА! НАПАДЕНИЕ! ГДЕ ВРАГ?! Что? Чих? Я что, даже не заметил присутствия другого человека? Блядство…       — Всем выйти из кабинок! А не то сам вытащу, хи-хи.       Ближайшая к стене дверь открылась, и я увидел заплаканную и удивлённую Грейнджер.       — А-а-а-а… Это ты. Хули такая грустная?       — Это женский туалет. И здесь нельзя курить. Почему…       — Только давай вот без этих твоих речей. Выкладывай. Я сегодня добрый, хи-хи.       Она настороженно смотрит на меня. Боится что ль?       — Я не кусаюсь, хе-хе.       — Ты разговаривал сам с собой…       Ёпт… Она же всё слышала.       — Ну бывает.       — У тебя проблемы с психикой? Я читала об этом, и…       — ГРЕЙНДЖЕР, БЛЯДЬ! — Она дёрнулась. — Давай так: переживания за переживания. Хоть ты и бесишь, но мне жуть как интересно, почему ты зарёванная сидишь в туалете, когда все веселятся вокруг.       Она задумалась ненадолго. Хм, смотрится мило. Эти её сдвинутые к переносице бровки, м-м-м…       — Хорошо… Тогда ты первый!       — Ладно-ладно. Давай падай рядом. — Я похлопал по полу справа от себя.       Она аккуратно подошла и села.       — Курнёшь?       — Это запрещено! И вредит здоровью!       — Ну про вред скажу то, что волшебникам глубоко похуй на многие болезни. Их может лечить собственная магия, а также существует множество зелий, ритуалов, заклинаний и прочее-прочее. А запрет… Неважно. Не хочешь, как хочешь.       Моя первая сигарилла уже кончилась, поэтому я достал и закурил новую. Гермиона осудительно посмотрела, но мне как-то поебать.       — Тебя интересует, почему я оказался здесь? — Она кивнула и приготовилась слушать. — Захотелось. Вот просто захотелось побыть одному. На душе будто кошки скребут. Вроде так говорят? Неважно.       — У тебя депрессия? — Блядь, эти медицинские термины…       — Без понятия.       — Я читала… — Я выразительно посмотрел на неё. — Эм, то есть я хотела спросить, почему ты разговаривал сам с собой? Да так, будто ты получаешь ответы на свои предложения. И что это за «любимые»? — Допрос прям какой-то.       — Мои любимые — Элизабет и Гюрзет, хи-хи. Я слышу их в голове. — Ну а хули? Правду же сказал.       — Понятно… — Она напряглась.       — Чё ты такая серьёзная? Кстати, твоя очередь.       — А? — Она не сразу поняла, о чём я. — Да, сейчас. Помнишь сегодняшнюю пару по чарам? — Я квинул. Мы изучали заклинание левитации предметов. У Уизли ничего не получалось, и Флитвик подсадил к нему Грейнджер, чтоб она помогла. Ну и Гермиона начала ему вдалбливать теорию. Правда, звучало как всегда: вы все — говно, а я — самая умная на свете. — Рон после занятия оскорбил меня. Назвал «заучкой» и «бобрихой». Я сильно расстроилась и побежала сюда. У меня никогда не было друзей, все меня обзывали, часто использовали, чтобы списать домашние задания, либо я писала дома доклады за других детей. Они обещали, что меня будут считать подругой… Я… Я не понимаю! Что я делаю не так? Я ведь правильные вещи говорю! Я всегда делюсь интересными фактами, напоминаю о правилах, говорю, как верно сделать что-либо. Но никто не хочет дружить со мной! Даже здесь! Почему никто не ценит моих стараний? Я ведь зарабатываю много баллов на уроках! Мои эссе — самые длинные и точные! — Из её глаз потекли слёзы.       Мда-а-а-а… Ну тут всё понятно: девочка любит командовать, поучать, считает себя мега умной и начитанной. Вот только прочитал я как-то её эссе. Блядь… Слово в слово как в учебнике и охуеть какой длины. Бедные профессора… Жалко ли мне её? Нет, конечно.       — Ты уже озвучила причину. Зачем ты так яро поучаешь всех? Зачем кричишь, что знаешь всё?       — Но ведь это так! И я не поучаю, а указываю на ошибки. Например, если кто-то нарушит правило, то факультет лишится баллов, — она снова перешла на лекторский тон.       — И что такого ва-а-а-а-ажного в баллах?       — Ну как же?! В конце года определяется победитель факультетских соревнований!       — Ох ёпт… Да забей ты на это. И вообще, не цитируй людям правила из Устава.       — Как ты можешь так говорить?! В книгах пишут то, что нужно обязательно знать!       — С хуя ли?       — Не выражайся! Потому что книги — бесценный источник знаний.       — И что? Ты, например, веришь в то, что Гарри победил Тёмного Лорда?       — Конечно! Об этом написано множество книг!       — Мда-а-а… Ладно, не буду тебя переубеждать. Я вот что скажу: кончай, блядь, уже говорить со всеми, будто лекции им читаешь, приведи свою причёску в порядок, не поучай никого, не помогай, если тебя не попросят, не верь всему, что пишут в книгах. Понятно?       — Ты… Ты…       — Я-я. Вот без шуток, я это серьёзно всё говорю. Хоть и не понимаю ничего в этих дружеских взаимоотношениях, но я наблюдателен. Короче, просто последи за окружением, посмотри, как общаются друзья между собой. Всё, закончили.       Она грозно глянула на меня, а потом задумалась. Ну а хули, ей это полезно.       Хм… А это что за запах? Нюх-нюх. Вонь какая-то. Очень сильная. Нургл, вы ли это? Та-а-а-а-ак, слышу ещё тяжёлые шаги. И всё это усиливается. Похоже, пиздец крадётся прямо сюда.       — Слушай, Гермиона… — Она отвлеклась и удивлённо воззрилась на меня. Это понятно, ведь я впервые назвал её по имени. — …кто может дичайше вонять, иметь рост примерно десять-двенадцать футов и весить около тонны?       — Похоже на описание тролля, — на автомате выпалила Грейнджер.       — Вот сейчас твои знания действительно пригодились. — Шаги стали ещё громче, а запах чётче.       Гермиона хотела что-то высказать мне, но осеклась. Ага, почуяла тоже.       — Этот запах. И звук. Ты же не хочешь сказать, что…       — Хочу, так что пора валить отсюда.       Блядство… Эта падла уже здесь. Вход в туалет разнесло к хуям, и мы увидели его. Лысый, с маленькой головой, торчащие уши, бледно-зелёная кожа, дубина в руке, тупое выражение лица.       Гермиона будто статуей стала. Стоит и глядит на это чудо. А тролль тем временем заметил нас…       Надо действовать. Придётся спасать эту деваху. Потом Долг Жизни стрясу, хе-хе. Прикладываю указательный и средний пальцы к её виску и посылаю волну пси-энергии. Она потеряла сознание. Отлично.       Тролль уже начал приближение к нам, замахнувшись дубиной.       — СТОЯТЬ! — мой голос сделался двойным, с металлическим эхом.       Тролль остановился. Прям так и замер, замахнувшись своим орудием.       — А НУ ВСТАЛ, БЛЯДЬ, В УГОЛ И СТОЙ ТАМ!       Он испуганно пошёл в угол. Повезло, что тролли — невероятно тупые создания. Я не силён в такой области как Магия слова.       А пока я взял на руки Грейнджер и поплёлся в медпункт.       В женском туалете некоторое время спустя.       Директор и профессора торопились по следу тролля. Он привёл их к женскому туалету. Когда они заглянули внутрь, то впали в ступор от представившейся картины: вход разрушен, а в углу стоит спиной к ним взрослый горный тролль. Просто стоит… Такое поведение необычно для их вида. Квирелл вновь упал в обморок. А остальные усыпили тролля. Повезло, что никого из учеников здесь не было…