Нергал Лестрейндж

      АХАХАХАХАХАХАХАХАХА, ВОТ ЭТО ЁБЛА У НИХ! АХАХАХАХАХА! Чую, весело будет. Даже работники школы в шоке. Все, кроме двух. Дамблдор и Снейп. Старикан о чём-то крепко задумался, а патлатый так скривился, что чуть лицо своё не сожрал. Видать, понял масштаб пиздеца, он ведь — декан Слизерина. Только мне всё равно интересно, чего он так враждебно на Поттера реагирует. Вот что он ему сделал? Или Снейп — ярый фанат Тёмного Лорда? Или он был его любовником? Да хуй знает. Ещё в кафешке в начале разговора этот бледный волком смотрел на моего братишку. А потом как-то изменил взгляд. Хм… Неужели Снейп поверил описанию Гарри, которое даётся в книгах о нём? Допустим, это так. И что? Ему внешний вид не понравился? Вряд ли. Что там ещё говорится? Везде пишут, что Гарри — копия своего отца, глаза ток мамины. Так-так-так… Одно из двух: либо Снейп был в контрах с Поттером старшим, либо с Лили Эванс. Либо с двумя сразу. Бля, значит, одно из трёх. Неважно. Разберёмся.       А пока мы сидим с Гарри за столом. Зал вроде отмер и принялся переговариваться о чём-то. В основном было такое: «Ой, как так-то, сын героев учится на факультете тёмных волшебников, ай-ай-ай, не хорошо-то как». В основном такое слышалось от Гриффиндора и Пуффендуя. А большая часть Когтеврана обсуждала… меня. Ебать. Мои первые фанаты? А нет, это только из-за фамилии. Гадают, являюсь ли я сыном Беллатрисы Лестрейндж. Ну а хули, я человек простой. Подойдут, спросят, я и отвечу, мол, да, это я, и я вас всех убью нахер когда-нибудь, АХАХАХАХХАХАХА!       — О чём задумался, Нер? — Гарри отвлёк меня.       — Какое человеческое мясо вкуснее: женщины или мужчины? — я спизданул первое, что пришло в голову.       — Тебе лучше знать.       За нашим столом все странно посмотрели на меня.       — Господа и дамы?       — Ты ешь людей? — спросил в шоке какой-то мелкаш. Второкурсник, наверное.       — А вы чего, шуток даже не понимаете, хи-хи?       Вроде успокоились. Но всё равно кидают подозрительные и настороженные взгляды. Некоторые смотрят с интересом. Особенно одна из первокурсниц. Чё ей надо?       — У меня что-то на лице, м-м?       — Да, — она ответила мне равнодушно. Я даже знаю, что она дальше скажет.       — Дай угадаю. Я бы сейчас спросил «что», а ты бы ответила — «пирсинг». Я прав?       — Нет. У тебя ресница на щеке.       — А? — Не ожидал. — Гарри, у меня правда ресница на щеке?       — Да.       — А что ты молчал тогда?! — Каков наглец! Я хуй знает сколько времени так проходил!       — Ты не спрашивал.       — Втжшблтубок.       — Я тебя не расслышал. Что ты сказал?       — Не-не. Ничего, сам с собой говорю, хе-хе.       — Ну-ну. — По глазам вижу, что он понял меня.       — Дафна Валерия Гринграсс, — девочка прервала наш очень важный диалог.       — М? — Это типо имя её? А пока я убрал ресницу с моего прекрасного лица.       — Моё имя.       — Мне нужно представляться?       — Конечно. Этого требует этикет.       — Ну тогда… Нергал Сигнус Лестрейндж.       — Необычное имя. Тебе подходит. — Вот чё ей надо от меня?       — Потому что я необычный?       — Да. — А лицо она держит не хуже Поттера. Аристократов этому с пелёнок учат?       — Почему ты меня таким считаешь?       — Твоя внешность.       — Что, и всё?       — Мы не знакомы, потому пока только это.       — Просто я — красивее тебя.       — Что? — Хех, не удержалась и округлила от удивления глаза. Да, я красивее, потому что равных мне нет! Ну ладно, Лизи, ты стоишь на одном месте со мной. Тише-тише, Гюрзет, ты тоже красавица.       Сама Дафна имеет красивые блондинистые волосы, почти белые, голубые выразительные глаза и аккуратные и милые черты лица. В будущем вырастет настоящей красоткой, хе-хе!       — Я говорю: я — красивее тебя.       — Это почему же? — Она совладала с эмоциями.       — Потому что я так сказал, хе-хе.       — То есть это субъективное мнение? — О, какие мы умные слова знаем.       — Получается, так. Давай проверим на объективность тогда. — А хули, я тоже начитанный, хи-хи. — Гарри, кто тебе милей, всех красивей и светлей, я или она?       — Хочу есть. — А?       — А? — Мы с Дафной были солидарны в ответе, поэтому произнесли одновременно.       — Я хочу есть. — Вот же ж…       Пока мы вели эту увлекательную беседу, распределение уже закончилось. Разговоры все стихли. Нам тоже пришлось закончить. Из-за стола встал со своего… Блядь, его стул походит на трон. Нашёлся тут, царь во дворце… В общем, со своего трона встал директор. Встал и нацепил на лицо образ этакого доброго дедули. Знаю я одного… Бля. Нургл, если вы это слышите вдруг, то я ничего не имею против вас!       — Приветствую вас, мои дорогие ученики! Я очень рад видеть ваши юные лица вновь! А первокурсникам говорю: добро пожаловать! Я думаю, вы все изрядно проголодались. Так что… Олух! Пузырь! Остаток! Уловка!       Ебать, это секретная магия какая-то? Когда он закончил свою речь, на столах появилась золотая посуда и многочисленные яства. Охуеть, сколько же тут домовиков работает…       Гриффы сразу набросились на еду. Рон Уизли, тот самый рыжий из купе, будто неделю не едал. Остальные факультеты ели более аккуратно. Но прям образец застольного этикета — это, конечно, наш стол. Мы ж бля аристократы, цвет Магической Британии.       За вкушанием слизеринцы вели светские беседы… Да хуй там плавал, все навострили свои уши и слушают нас. Нам с Гарри задавали вопросы: где мы жили, почему у меня какие-то железки на лице, почему я ношу ошейник, почему Гарри на Слизерине и бла-бла-бла. Вот я точно уверен, что это всё ведётся под незримую запись. Большинство сразу настрочат своим родителям, и пойдёт поедет. Скандалы, интриги. Блядство…       Гарри сдержанно всем отвечал, смотря каждому собеседнику прямо в глаза при разговоре. Кто-то не выдерживал. Ну а я что?       — Почему ты носишь какие-то железки на лице?       — Ветром сдувает, вот и добавляю веса.       — Почему ты носишь ошейник?       — Люблю притворяться собакой.       — Где ты жил?       — В маме, все одиннадцать лет.       И так далее. А им всё равно было похуй. Продолжают и продолжают засыпать своими вопросами.       Наконец-то еда пропала со столов. Директор опять взял слово:       — Надеюсь, что вы хорошо подкрепились с дальней дороги. Перед тем, как старосты сопроводят вас в общежития, я хотел бы сказать несколько слов. Во-первых, наш смотритель, мистер Филч, попросил меня донести до вас, что список запрещённых предметов вновь пополнился. Теперь в него также входят кусающие-летающие тарелки и дымящиеся йо-йо. Во-вторых, хочу напомнить, что ходить в Запретный лес — категорически запрещено, особенно ночью. В-третьих, коридор на третьем этаже, по правой стороне, является запретным для всех, кто не хочет умереть самой страшной смертью.       Оп-па. Нихуя себе школа. Это что там такое быть должно? Древний вампир? Ворота в Ад?       Остальные ученики тоже слегка охуели от такой информации. Даже на лице наших змеек заметна лёгкая тревожность. Кроме нас с Гарри. Ему было похуй, а я лыбился, как всегда.       И вот пора расходиться по общежитиям. Старосты скомандовали собраться первокурсникам вместе, и мы пошли вслед за старшими.       Пока мы шагали, я осматривал окружение: доспехи, живые картины, элементы декора. Прям пахнет древностью. Тут обязательно должны быть секреты. Может, кто-нибудь обустроил комнатку себе какую? Чтобы баб водить, например. Водить и убивать, АХАХАХАХАХАХА! Сам посмеялся, значит, шутка смешная.       Наконец-то мы остановились. Пришлось спускаться в подземелье. Прикольно. Староста-девушка подошла к изображению змеи на стене.       — Чистая кровь.       В стене открылся проход, и все зашли в него. Затем обосновались полукругом, а старосты — встали напротив нас.       — Приветствую, первокурсники. Меня зовут Джемма Фарли, я староста со стороны девушек, а это… — Она указала на парня рядом. — …Роберт Розье, староста со стороны парней. В течение этого года мы будем провожать вас на занятия. Также вы можете обращаться к нам за помощью, либо к другим старшекурсникам. Мы — одна большая семья. Какие-либо конфликты внутри факультета не выносятся на общее обозрение. Так что решайте их не публично.       Что ещё могу сказать о факультете Слизерин? Хочу развеять заблуждение: у нас не выпускают страшных тёмных волшебников. Мы — такие же ученики, как и все. Просто аристократов сильно недолюбливают. Так, например, в коридорах происходят столкновения Гриффиндора и Слизерина очень часто. Одна просьба — не начинайте конфликт первыми. А лучше вообще всё вывернуть так, чтобы только гриффы получили наказание. Мы должны олицетворять символ нашего факультета: мудрость, хитрость, изворотливость. Итак, есть какие-то вопросы к нам?       — Курить можно? — Ну а хули, решил спросить, да.       — Лестрейндж… О вас с Поттером начали обсуждение уже в поезде. Так, значит, вы оба владеете беспалочковой магией? — Блядь, а на вопрос мой так и не ответила…       Все пырятся на нас.       — Да, — Гарри ответил за нас двоих. — Немного, но кое-что умеем.       — Продемонстрируете? — Ну что за любопытная девка…       Мы с Гарри переглянулись и согласились. Щёлкнули пальцами и вызвали огонь.       — Вблизи это выглядит ещё эффектнее… — спизданул какой-то парень.       — Насмотрелись? Итак, мисс староста, можно теперь ответить на мой вопрос?       — Курить запрещено везде, кроме территории Хогсмида.       — Хорошо. Значит, не буду попадаться.       — Это мы ещё посмотрим.       ОЙ БЛЯДЬ! Мы все резко обернулись на голос. Снейп, сука! Заговорился и даже не заметил его присутствия. Старею что ль… Надо вернуть себе больше сил.       — Мисс Фарли, я так понимаю, вы закончили свою речь? — Она кивнула. — Хорошо. Тогда я добавлю от себя: вы — образцовый факультет, вам не пристало нарушать школьные правила. Я понятно говорю, мистер Лестрейндж? — И вперился в меня своими глазищами.       — Понял, принял, профессор Снейп! — Я даже руку к сердцу приложил.       — Ну-ну, — скептически протянул он. — Первокурсники, вам пора отправляться по своим комнатам.       И ушёл. Я даже звуки шагов его не слышу. Ебать…       Мы стали расходиться. Нам с Гарри повезло — опять соседи по комнате! Причём нас только двое. И это пиздецки хорошо!       Наши саквояжи находились на кроватях. Мы наложили несколько заклинаний на комнату и начали располагаться.       — Ну-с, какие впечатления, братишка?       — Шумно.       — И то верно. Я точно знаю, что на тебя будет обращено много внимания.       — На тебя тоже.       — Это вряд ли. Ты популярнее меня, хе-хе. Хотя-я-я… Тот пацан, Лонгботтом. Похоже, он испугался меня, хи-хи.       — Оно и понятно. Жди визита его бабушки в Хогвартс. Сам помнишь, какая она.       — Да-а-а-а-а. По словам леди Вальбурги, Августа Лонгботтом — суровая дама, бывшая начальница аврората. С ней будет нелегко вести беседу. Но я точно уверен, что она ничего не знает о причастности своего сына к насилию над моей матерью. Августа даже Дамблора не переносит. Видать, не хотела, чтоб любимый сынуля вступал в Орден Феникса.       — Будешь с ней вести переговоры?       — Хуй знает. Буду действовать по ситуации. Было бы неплохо заручиться поддержкой рода Лонгботтом. Но тут возникает проблема — взаимная ненависть наших семей и разные взгляды. Кстати, что ты вообще думаешь о политике Тёмного Лорда?       — Если вспомнить слова леди Блэк, то Том Риддл предлагал дельные вещи. Обучение маглорождённых до поступления в Хогвартс, поиск сирот-волшебников, улучшение учебной программы, практика ныне запрещённых школ волшебства — это всё могло поднять Магическую Британию на прежний уровень. Не то, что сейчас. Но каким-то образом он сошёл с ума и начал настоящий геноцид тех, в ком течёт кровь маглов. Сердцем я должен ненавидеть его за убийство моих родителей, но умом я понимаю, что шла война, потери были с обеих сторон. Аристократов также уничтожали и грабили их мэноры. Столько родов исчезло…       — Ты веришь, что Риддл может вернуться?       — Ты где такое услышал?       — Не помню, спизданул кто-то однажды. Да и есть небольшой факт: метка с руки Люциуса так и не исчезла, лишь стала бледной.       — Секрет этого заклинания знал только сам Том. Может, оно остаётся навечно, кто знает? Странная эта метка, ты заметил?       — Ага. Я мельком просмотрел своим зрением. Там дохуя чего намешано: маячок, причинение боли, возможность тянуть силы из клеймёного и много ещё всякого.       — Похоже, Том собирал себе не соратников, а рабов.       — Так оно и есть. Я нашёл в одной из книг в библиотеке заклинание. Рабское клеймо. Так вот, его свойства схожи с Тёмной меткой. Том, скорее всего, модифицировал Рабское клеймо. Я более чем уверен, что раздавать свои «подарки» он начал, когда уже тронулся умом.       — Ладно. Потом разберёмся. Даже если он каким-то образом восстанет, я не буду вести на него охоту. Я хочу поговорить с ним.       — Понял тебя, братишка. Не забывай, я всегда тебе помогу!       — Спасибо, — Гарри дёрнул уголками губ в намёке на улыбку. — Я спать. А ты чем займёшься?       — Буду медитировать. Надо возвращать больше сил.       — Хорошо. Удачи тебе.       — Ага.       Гарри начал готовиться ко сну, а я погрузился в «увлекательный» процесс медитаций. Блядь… Какого-нибудь Дамблдора я вряд ли убью в нынешнем состоянии. Надо поскорее возвращаться в форму, а то мало ли что выкинет этот старикан…

***

      Прошло почти два месяца с начала учёбы. Мы с Гарри вроде как влились в новый коллектив. Перезнакомились со всеми первокурсниками. Что я могу о них сказать?       Теодор Нотт — худой, черноволосый, с чёрными глазами. Очень проницательный, начитанный, вежлив со всеми, любитель различных проклятий. Матери нет в живых, живёт со своим отцом — Теодором Ноттом старшим. Оказалось, что всех мальчиков в их роду называют Теодорами. Пиздец традиция…       Блейз Забини — смуглокожий, худой, черноволосый, с карими глазами. Слегка заносчивый, любит различные виды искусства, фанат зельеварения, особенно разделов с ядами. Оно и понятно: его мать — Франческа Забини — известна тем, что была замужем семь раз, и каждый раз она вскоре после свадьбы хоронила своего мужа. За это её прозвали «Чёрная вдова». Итальянцы вообще любители различных ядов. Взять тех же Борджиа или Медичи.       Пэнси Паркинсон — довольно низкая, курносая, с тёмно-зелёными глазами и тёмно-каштановыми волосами. Многие из Гриффиндора шутят, что она похожа на мопса. По мне, так миленькая девочка. По внешности. А вот характер… Этакая избалованная принцесса, один в один. Также она по уши влюблена в Драко, таскается за ним везде хвостиком, как собачка… Блядь, неважно. Ещё у неё хорошо выходит наводить различные чары.       Милисента Булстроуд — полная девушка с чёрными волосами и карими глазами. Её сложно назвать симпатичной, но в будущем она может стать краше. Дети вообще способны измениться с возрастом до неузнаваемости. Любит котеек, молчалива, общается в основном только с Пэнси. Особых успехов в учебных предметах пока нет.       Дафна Гринграсс — о-о-о-о-о, наша «Ледяная Королева», как её прозвали. Она не любит это прозвище и всегда злится на меня, когда я её так называю, хе-хе. Ну что о ней можно сказать? Умница, красавица, отличница. Есть младшая сестричка Астория, которая поступит в Хогвартс через два года. Вообще с Дафной больше всех общается её подружка и… Гарри. Да, похоже Поттера привлекла её холодность. Ему с ней хорошо: она не раздражает, не слишком настырная. Хи-хи, а вдруг братишка влюбился с первого взгляда? АХАХХАХАХАХАХА! Дафна даже позволяет ему лежать у неё на коленях! А сама при этом гладит его волосы! Вот когда я попросил о таком же, она меня культурно послала, эх… Лизи и Гюрзет разразились ревностью, и пришлось полежать на коленях Элизабет, а моя змейка тёрлась о волосы.       Трейси Дэвис — та самая подружка Дафны. Блондинистые волосы, голубые глаза, миленькие черты лица. Тоже будущая красавица. Вот ей тяжко учиться у нас. Она — полукровка. Мать магл, а отец волшебник. Тем не менее Дэвисы являются аристократами. Везде ходит вместе с Дафной и ревнует её к Гарри. Хе-хе, неужели она по девочкам? Дальше видно будет. Особых талантов нет, но оценки приемлемые, все «выше ожидаемого» и «превосходно».       Винсент Крэбб и Грегори Гойл — два сапога пара, поэтому рассматриваю их вместе. Их семьи — давние друзья и соседи. Также род Крэбб и род Гойл являются вассалами рода Малфой. Так вот и появилась у нашего блондинчика свита в школе. Все считают их недалёкими, оценки иногда еле дотягивают до «удовлетворительно» и «выше ожидаемого». Но я разговорил их, хе-хе. Они долго думают, прежде чем дать ответ на что-либо, поэтому «тупят». А так Крэбб и Гойл довольно начитанные, вежливые и даже неплохо боксируют. Надо провести как-нибудь спарринг. А то я тут практиковал местные боевые искусства: муай-тай, капоэйра, бокс, смешанные единоборства, айкидо и многие другие. Гарри тоже учился вместе со мной. Надо же как-то защищать себя, если магия не будет доступна.       Ну и последний, наш дорогой блондинчик, «Принц Слизерина» — Драко Малфой. Мы были нечасто в гостях у его семьи, поэтому знали его не всего. А теперь я могу сказать, что этот парнишка довольно неплох. Я считал его заносчивым и самовлюблённым снобом, но это не совсем так. Драко имеет успехи в учёбе, хорошо разбирается в зельях, целительстве и колдомедицине, так как его род славится многими профессионалами в этой области, а Снейп обучал его кое-чему с раннего возраста. Только вот сам Люциус не пошёл по стезе медицины, а решил заниматься бизнесом.       Я пытаюсь быть со всеми дружелюбным. Ну а Гарри как всегда. Нам даже прозвища дали! Не слизеринцы, а другие факультеты. Поттер теперь у нас «Ледяной Король», АХАХАХХАХАХА! Кто-то явно видит его в паре с Дафной. Ну а я — «Чудовище Слизерина». Вот что я такого сделал? Ну избил парочку третьекурсников, а преподаватели не нашли доказательств, что это был именно я. Эти хмыри всего лишь-то переломали половину костей. Ну выгляжу необычно, ну веду себя не очень. А чё сразу чудовище-то? Вот обижусь на них всех. Ладно хоть наш факультет меня так шутя называет.       Предметы — это отдельная тема. Нас ставят часто в пару с Гриффиндором, что приводит к многочисленным словесным баталиям, а иногда и к дракам. Этот ебучий Рон Уизли взъелся на Гарри за то, что он не поступил на Гриффиндор и предал память о своих родителях. «Тёмный волшебник», «Слизень» и бла-бла-бла. Вот заебал он. Понятное дело, что Гарри опускал его словесно. А этот придурок постоянно после такого лезет в драку. Ну что за пиздец? Ещё и эта Грейнджер. Тянет вечно руку первая, даже не дослушав вопрос, выкрикивает с места и подлизывается к профессорам. Она всех уже заебала, даже своего декана. Но никто из работников ничего ей не говорит, лишь Снейп опускает её с неба на землю.       А бля, Снейп. Этот чёрт пытался завалить Гарри на первом же уроке зельеварения. И похуй, что Снейп — декан Слизерина и вечно накручивает своим змейкам баллы. Видит Поттера — пытается подъебнуть его. А вот не на того нарвался. Гарри превосходно ответил на все вопросы. Вроде Снейп уже успокоился и не топит ученика своего же факультета. Ну ещё он пытался меня как-то завалить, но я тоже на всё отвечал. Я умный, да!       С Минервой Макгонагалл такая же ситуация. Она накручивает своим львятам баллы. Что-то ещё пыталась высказать Гарри, мол, как жаль, что вы не на моём факультете, а то родители так бы вами гордились. Вот ей, бля, больше всех надо? Херали это её ебёт? А так она строгая, следует чётко программе, посылает, если ей задают вопросы наперёд. Ещё и на мою палочку косится. Блядство…       А вот с Филиусом Флитвиком, профессором чар, у нас состоялся интересный разговор. Он — декан Когтеврана и является полугоблином. Ну и ради хохмы я на первом занятии немного надавил на него Хаосом. Он аж свалился со своей подставки из книг, АХАХАХХАХАХА! После занятий оставил меня. Ну и поинтересовался, что в школе понадобилось служителю Хаоса. Я сказал всё то, что говорил в Гринготтсе, и взял с него клятву не распространяться об этом. Он что-то пытался сказать про защиту школы и учеников, но я был непреклонен. Не надо знать директору пока о моей силе. Флитвик вообще оказался нормальным мужиком. Очень интересно проводит свои занятия и лекции.       Есть и лучик добра в преподавательском составе — Помона Спраут. Добрейшая женщина, всегда поможет и утешит. Она — декан Пуффендуя и профессор травологии. От неё прям веет магией жизни.       Ну а главный фрик — Квиринус Квирелл, профессор защиты от тёмных искусств. ЗОТИ, как сокращённо любят называть ученики. Этот вечно трясущийся и заикающийся тип вообще не заинтересовал меня в предмете. Но он что-то скрывает, я это чувствую. Буквально. Хоть от него и несёт чесноком, моё обоняние прекрасно улавливает трупный запах. Да и есть у него тёмное пятно на ауре. Надо с ним быть аккуратнее…       Ну а в целом — учёба мне нравится. Правда, был один случай на уроке полётов: Лонгботтому попалась неисправная метла, и он взлетел и ёбнулся с высоты. Сломал руку. Профессор Роланда Хуч повела его в медпункт и оставила детей одних с мётлами… Что же, блядь, могло пойти не так? Драко сразу предложил нам полетать. Ну а мы отказались. За это он назвал нас трусами и взлетел один. Потом ему влетело от нашего декана, хе-хе.       Я думал, что Дамблдор в первую же неделю вызовет меня и Гарри на разговор в свой кабинет. Но этого не произошло. Он просто иногда задумчиво на нас поглядывал. Извращенец что ль?       Скоро Самайн, надо бы провести нужные ритуалы. Весь наш факультет будет этим заниматься после праздничного ужина. С деканом уже договорились. А пока мы продолжаем учиться и познавать новые вершины волшебных наук…