Эффект Бабочки

POV.Friend

Открыв дверь в одну из спален, увидел, как на кровати лежала девушка. Я подошёл к ней и посмотрел на тумбочку, на которой стояла тарелка с супом. Она даже не притронулась. Присев на край кровати, я посмотрел на неё. — Почему ты ничего не ешь? — спросил я спокойно. Она ничего не ответила, лишь посмотрела чуть приоткрытыми глазами на меня. — Тебе нужно поесть, иначе ничего не получится. Я думаю, что Он сегодня появится, — улыбнулся этой мысли. — Поешь, Нари, тебе нужны силы для моего плана. Или ты хочешь ему навредить? Я ведь знаю, что в глубине души ты его любишь, не заставляй его страдать. Я протянул ей новую тарелку с едой, Нари чуть приподнялась, взяла её и с неохотой стала есть. Я лишь улыбнулся и покинул комнату. Пройдя в свой кабинет, сел за стол и стал готовить очередной подарок для Вегаса. Я уверен, что сегодня он приедет и ему понравится мой сюрприз.

POV.Vegas

Проснувшись, я позвонил своему напарнику и сказал, что на пару дней беру отгулы и буду работать над делом «Синяя бабочка». Положив трубку, откинул телефон на вторую половину кровати, где обычно спала моя девушка. Она так и не объявилась. Не знаю, хоть и не было к ней чувств, как обычно бывает, когда кого-то любишь, но были к ней другие чувства. Ведь она была единственной девушкой, которая смогла так долго терпеть мою холодность по отношению к себе. Я понимал, что веду себя неправильно, но я не знал, как выражать свои чувства. Почему-то небольшая переписка с психом вызывала больше интереса и больше эмоций, чем наличие девушки. Или, может, я сам в какой-то степени стал психом, работая в таком месте. Полежав так еще немного в своих мыслях, стал собираться. Выходя из дома, я погладил Грея, улыбнулся ему и, закрыв за собой входную дверь, пошёл к машине. Проехав пару кварталов, выехал почти к окраине города - здесь стало совсем тихо, многие уехали отсюда, молодёжь так точно. Почему-то меня бросило в лёгкую дрожь, как-то стало не по себе от этого места. Я смотрел по сторонам, пока ехал к своему старому дому. Добравшись до места, остановился у ворот, не решаясь выходить из машины, разглядывая дом и оглядывая всё вокруг. Я посмотрел на соседний дом - уверен, что друг из моих видений жил тут. Интересно, он ещё там живёт? Скорее нет, дом кажется пустым. Всё-таки собрав волю в кулак, я вышел из машины, закрыл её и подошёл к воротам. Открыв их, прошёл внутрь. Я не стал сразу заходить в дом, прошёлся по двору - странно, но пока нет никаких воспоминаний, ничего, но чувствовался какой-то холодок внутри. Не приметив ничего удивительного, решился войти в дом через чёрный ход. На удивление, дверь была не заперта, прошло столько лет, может, уже успели и воры тут побывать, но я не стал на этом заострять внимание. Надеюсь, я смогу найти то, что ищу. Я вошел внутрь - это был обычный дом. Осмотревшись вокруг - на полках в гостиной стояли фотографии (на них узнал себя и своих родителей, где-то были мои детские фотографии), какие-то книги, но ничего такого, что могло бы привлечь моё внимание, не оказалось - решил пройтись наверх. Поднявшись по лестнице, я увидел три двери. Думаю, одна из них ведёт в мою старую комнату. Интересно, там что-то осталось? Ведь столько лет прошло, я не помню, какие вещи я забрал, а что мог оставить. Я вошёл комнату, что была справа от меня, и понял, что это моя спальня. Зайдя, я оставил дверь чуть приоткрытой, огляделся. Внутри ощутил какое-то странное чувство: моё сердцебиение стало учащаться, казалось, что не хватает воздуха. Медленно оглядывая комнату, подошёл к столу и стал рассматривать его. На нём лежали какие-то мои старые тетради, учебники, всё было в пыли. Я стал открывать ящики стола, но особо не было ничего интересного. Открыв последний ящик, увидел небольшую коробку, я её достал и подошёл к кровати. Долго не решался открыть её. Закрыв глаза, чтобы хоть немного успокоить, привести в порядок свои чувства, а после открыв её, я увидел пару фотографий, где я был со своим школьным другом… Вдруг я почувствовал знакомый запах - я откинул коробку в сторону и стал закрывать рукой свой нос, пытался выбежать из комнаты, но меня начало шатать, перед глазами стало плыть, я думал, что отключусь. Но я посмотрел на дверь и увидел силуэт человека, перед глазами плыло, я пытался сфокусировать свой взгляд, но ничего не выходило. Этот парень стал подходить ко мне и я почувствовал, как он близко ко мне. Как странно, от него почему-то веяло теплом, мне хотелось к нему прикоснуться, хотя где-то внутри я понимал, что это тот, кого я ищу. Мы стояли так, наверное, минуту, если не больше, но почему-то я не терял сознания, моё дыхание становилось сильнее, когда он стоял рядом, мне хотелось какого-то тепла, ведь, приехав сюда, во мне был какой-то озноб. Он взял одной своей рукой меня за запястье, я попытался немного улыбнуться. Но с чего мне это делать? Я уже совсем запутался, что происходит. Почему я хочу, чтобы он ко мне прикасался, чтобы обнял? По щеке потекли слёзы, они обжигали меня. Другой рукой он стал их вытирать и я невольно стал хватать ртом воздух, его прикосновения были нежными. — Почему ты плачешь, Вегас? — начал он. Я не мог ответить. — Не нужно. Он начал меня обнимать - мне стало тепло, легко и свободно, я почувствовал такой родной запах, мне хотелось утонуть в этом. Друг пустил свои пальцы мне в волосы и его лицо оказалось напротив моего. Хоть я не смог разглядеть его лица, но я чувствовал, что мы как будто смотрим друг другу в глаза. Я невольно стал улыбаться. Да что же такое происходит, почему присутствие психа, вызывает во мне какие-то чувства? Я хочу чувствовать его, видеть его лицо, вдыхать этот ароматный запах, чувствовать его дыхание и много чего. Что же со мной происходит? Я чувствую его тихое и спокойное дыхание. Он провел своей рукой по моему лицу, поцеловал меня в лоб и я почувствовал, что он меня подтолкнул к кровати и стал опускать на неё. Я сел, а он продолжал меня целовать. — В этот раз, я не буду использовать наручники, — от этих слов у меня ещё больше сбилось дыхание. — Прек…, — собрав все силы, начал я, — Прекрати… — Тебе разве не нравится? — настойчиво спросил меня друг. — Нет… мне не нравится. — А ты не изменился, я думал после стольких лет ты пересмотрел всё. "Как я это мог сделать, когда просто напросто вычеркнул этот период из своей жизни?" - думал я, но не мог этого сказать, потому что в моей ситуации было трудно. — Как жаль, Вегас. Тогда мне придётся сделать иначе. Он повалил меня на кровать, я не смог сопротивляться, хотя, если бы я не был снова опьянён этим дымом, я давно бы уже скрутил этого психа и отправил в участок. Я видел, как он стал рассматривать меня. Почему он на меня так смотрит? Я ведь не картина или что-то в этом роде. Мне становилось жарко. — Я вижу тебе жарко, — усмехнулся он. — Хочешь, чтобы я раздел тебя? — я пытался с себя снять футболку, но ничего не выходило, меня всё больше и больше стало бросать в жар, сердце так сильно стучит, также почувствовал какой-то прилив в области живота. Что это? — Видимо, джинсы стали тесны тебе, — насмехается он надо мной. Что это за желание? Что это? Почему мне хочется чтобы к моему телу кто-то прикасался, чтобы оно успокоилось? Что этот псих-маньяк сделал, что вызывает такое непонятное желание? По мне уже начал стекать пот, я то закрывал глаза, то открывал, но мой взгляд так и не мог сфокусироваться, всё плыло. Я чувствовал только непонятный жар, окутывающий всё моё тело. Парень одной рукой залез мне под футболку и моё тело стало поддаваться, изгибаясь. Он тут же убрал руку. Мне хотелось ещё, но в тоже время я думал, когда действие этого состояния закончится. Псих потом снова вернулся к футболке, но уже её приподнял, оголив мой торс. — У тебя шикарное тело, — довольно сказал парень. — В тот день не мог разглядеть, но сегодня... — Прекрати, — прервал его я. — Это только начало, Вегас. Думаю, тебе понравится то, что я делаю. — Ни за что, — огрызнулся я, но моё тело говорило обратное. — Расслабься, Вегас. Он стянул с меня футболку и навис надо мной. Картинка была нечёткой, хоть и за окном светло, мне казалось что вокруг была какая-то темнота. Я видел лишь силуэт, очертания его лица и тело, чувствовал его запах, его прикосновения. Он снова начал целовать мой лоб - поцелуи были нежными, горячими. Внизу моего живота словно бабочки стали порхать, джинсы как будто стали давить в одном месте. Я увидел, что его взгляд опустился туда, и почувствовал его ухмылку. — А твой младший уже проснулся, — он вернулся к поцелуям, я лишь стал немного стонать, но, чтобы этого не было, стал кусать свои губы и, кажется, до такой степени, что они стали немного кровоточить. — Вегас, не нужно так себя истязать, твои губы очень сладки, как мне кажется. — и он накрыл мои губы своими, я чувствовал отвращение и удовольствие, и много чего другого, столько всего смешалось… … — Вегас, Вегас, — кричал его друг. В это время Вегас стоял на крыльце своего дома и не смел повернутся на голос того, кто его окликал. — Вегас, прости, — продолжал его друг. — Прости, но я уже не могу скрывать от тебя свои чувства. — Просто уйди, — старался твёрдым голосом ответить Вегас, а в душе было больно говорить. — Я не думаю, что мы будем дальше с тобой дружить. — Прошу тебя, Вегас. Мы столько лет с тобой дружили. — Пит…, — вздохнув, ответил Вегас и повернулся к нему. Он увидел друга, стоящего на коленях, всего промокшего. По лицу текла кровь, видимо, когда Вегас убежал, Пит очнулся и побежал за ним. — Пит, то, что ты пытался сделать…, — Вегас замолчал, потому что он не мог объяснить всего, он не знал, какие слова подобрать, чтобы не обидеть своего школьного друга. — Вегас, прости меня, — всё продолжал умолять его Пит. — Дай мне шанс. — Прости, Пит. Вегас отвернулся от друга и вошёл в дом. Хорошо, что было поздно и родители спали, поэтому он легко пробежал в свою комнату и, несмотря на то, что его одежда была мокрой, он лег в свою кровать и закрылся одеялом. Он заплакал - от боли или от сожаления, а, может быть, от чего-то ещё. В это время Пит ещё несколько минут просидел под дождём, потом поднялся и медленным шагом пошёл домой, но иногда оглядывался на дверь, куда вошёл его друг, Вегас. На следующее утро в комнату Пита вошёл отец и, увидев, в каком состоянии комната: валялось несколько бутылок от спиртного, недалеко от тумбочки, куда упал Пит, когда Вегас его толкнул, лужа крови, а на кровати почти бездыханно спал Пит. Отец подошёл к сыну, и стал его тормошить. Парень слабо соображал, что происходит. — Отец, папа, — начал Пит. — Мне плохо. — А мне не плохо? — зло начал отец, — Ты что натворил? Что за хаос творится в комнате твоей? Ты что…, — остановился отец, наконец, Пит смог сфокусироваться на лице отца. — Я что…, — чуть улыбнулся он. — Ты что-то сделал с Вегасом. И не говори, что я не знаю о тебе, — Пит удивился. — Я случайно нашёл твой дневник и прочёл всё, — и ударил его по щеке. — И мне позвонили его родители, чтобы я помог им с переездом. Отвечай, ты что-то сделал Вегасу? — Я ничего не сделал ему, ничего…, — стал оправдываться Пит. Но отец ему не поверил и стал ещё сильней бить по лицу, а потом вообще скинул на пол. Тот скорчился от боли, потому что после того, как расстался с Вегасом, выпил ещё пару бутылок вина. Из брюк отец достал ремень и стал бить парня, Пит кричал от ударов. — Пап, прекрати, мне больно! Мне больно, хватит! — А мне не больно, что мой сын… что мой сын… Когда отец закончил, Пит съёжился от боли. Он лежал на полу, ему было больно от ударов ремнём, он плакал, слышал шаги отца и как за ним захлопнулась дверь. Он продолжал лежать на полу, произнося только одно имя - имя своего друга… Мы страстно целовались, я вроде бы не хотел, но отвечал ему взаимностью. Наверное, от этого дыма моё тело так горит и так легко поддаётся. Он запустил свои пальцы мне в волосы и потянул за них так, что мы разорвали поцелуй; я чувствовал в висках пульсацию, какой-то звон в ушах; он стал целовать мою мочку уха, чуть прикусывать и я невольно стал стонать; тело извивалось. И я попытался одной рукой дотянуться до него, и я запутался в его волосах - они такие мягкие. — О, — протянул он, отрываясь от моего уха, — решил тоже проявить инициативу, — чёрт, это не я, а моё тело, желание, но не я. — Мне даже так больше нравится, продолжай, мой Вегас, — усмехнулся он. Мне хотелось наоборот взять его за волосы, хотя бы попытаться оттолкнуть его, но мои руки меня не слушались. Наоборот, я давал понять, чтобы Пит продолжал меня целовать. Это его заводило ещё больше. Он уже целовал мою шею, мои руки, уже стали спускаться по его спине, стал его гладил. — Ты хочешь чтобы я снял с себя рубашку? — спросил он, я лишь кивнул, прикусывая губу, он отрывается от моей шеи, чуть отходит от меня, я начинаю теряться, начинаю дышать часто, как будто мне не хватает воздуха. Почему его присутствие так на меня действует? Мне хочется его снова обнять, чтобы он целовал меня, чувствовать его тепло. Пит уже снял с себя рубашку, но не смел подойти ко мне и пару секунд наблюдал за мной, как я его ищу и жду прикосновений. И вот, долгожданная эйфория: он стал целовать мою грудь. Мне было и щекотно, но в то же время приятно. Моё сердце чуть ли не выпрыгивало, а внизу живота ещё больше стало тянуть вниз. — Пит… Пит… ,— кажется, я вспомнил, как его зовут. Из-за того, что я его позвал, он тут же перестал целовать мою грудь. — Ты вспомнил моё имя, Вегас. Я рад. Значит, ты помнишь меня. — Пит… пожалуйста, остановись, — всё также умом пытаюсь сопротивляться, а тело моё хочет продолжения. — Нет, Вегас, однажды я тебя отпустил и ты меня очень сильно ранил, — серьёзно ответил он и укусил за грудь, я вскрикнул от боли. — Пит, остановись, пожалуйста, — я хотел до него достучаться, но не знал, что именно хочу остановить: чтобы он прекратил меня целовать или прекратил совершать убийства. — Вегас, не нужно сопротивляться, ведь я знаю, что где-то в глубине души ты иначе ко мне относишься. — Нет, это не так, Пит, — начал оправдываться я. — В тот день, когда я приковал твою руку к наручникам, я увидел во взгляде ту искру в тебе… но ты ударил меня и сбежал. Он снова наклонился к моей груди и стал целовать, я изгибался, Пит спускался всё ниже и ниже. Одной рукой я гладил его спину, а другой сжимал под собой одеяло. Я стал смотреть в сторону, периодически закрывая глаза от удовольствия. Уже не в силах сдерживать стоны. Питу нравилось изучать и играть со мной, хотя я почти уже на пределе. Мне ещё больше стали давить джинсы. Мне так хочется их снять. — Пит…, — старался немного со злостью в голосе сказать, — сними уже с меня эти джинсы, я не могу уже, мне всё давит, — и, кажется, я ненадолго отключился.