Прошлое ещё не наступило

Утро наступает как обычно. Приятный и такой желанный сон. Юнги бы всё отдал, только чтобы продлить этот момент. Давно альфа не спал нормально ночью, не просыпаясь от кошмаров. Но каким бы спокойным и желанным не был сон, он не мог длиться вечно. Громкий стук в дверь. Юнги не хочет вставать с дивана. Красная мебель выглядела совсем неподходящей для сна, казалось, что здесь вообще нельзя заснуть. Но именно этим утром, неудобный на вид диван стал самым мягким местом для сна. Стук с каждой секундой становится всё настойчивее. Хозяин дома готов был завопить. Он хочет спать. Он просто хочет поспать, но даже этого ему не дают. Юнги готов оторвать голову незваному гостю. Альфа быстро встал на ноги. Не обращая внимания на лёгкое головокружение, брюнет подошёл к двери, резко распахивая её. Удивлению Юнги не было предела. Перед ним стоял Тэхен, от него разило алкоголем. Брюнет поморщился от запаха. Главврач едва стоял на ногах. Немного кучерявые волосы были растрепаны. — Чимин... у тебя? Юнги усмехнулся, скрещивая руки на груди и облокачиваясь плечом на дверной косяк. Брюнет всем своим видом показывал, что говорить не намерен. — Я спрашиваю... Чимин у тебя... Появилось резкое желание ударить наглеца по роже так, чтобы ему мало не показалось. Так, чтобы он забыл дорогу к этому дому. Так, чтобы он забыл имя Пак Чимин. Тэхен решил идти напролом. Главврач хотел оттолкнуть хозяина дома, но тот стоял твёрдо. Крепко схватив незваного гостя за помятую рубашку, Юнги притянул его к себе, не обращая внимания на тошнотворный запах. Лисьи глаза внимательно рассматривали чужие черты лица. Злость растёт с каждой секундой. Каким бы Юнги человеком не был, он никогда не позволял себе принуждать кого-то. — Знаешь... — длинные пальцы сильнее сжали чужую рубашку, — я ненавижу таких людей как ты. Резкий толчок в грудь, отчего Тэхен падает с крыльца на спину. — В следующий раз я тебя придушу. Поэтому не советую тебе сюда приходить. Юнги захлопнул входную дверь, направляясь обратно к дивану. На удивление альфы дремота берет своё, как только он принимает горизонтальное положение, и Юнги медленно начинает погружаться в сон. Снова стук. Юнги готов кричать из-за того, что ему снова не дали отдохнуть. Подойдя к двери, альфа готов был снова увидеть Тэхена, который видимо не понял его предупреждений. Но за дверью не оказалось главврача. Юнги удивлённо посмотрел на двух альф, которые стояли на коленях. — Господин, позвольте нам на Вас работать. Брюнет усмехнулся, когда заметил следы на шеях мужчин. Помятые рубашки, тёмные зачёсанные назад волосы. На лицах обоих были синяки. — Нет. Хозяин дома захлопнул дверь. Может быть, Тэхену он ещё мог сказать хоть что-то, но вот для этих отбросов, даже слово "Нет" вытянуть из себя сложно. Не успел Юнги сделать и шагу от двери, как в неё снова постучали. — Сегодня что, день открытых дверей?! Открыв дверь, брюнет ничего нового не увидел. Те же альфы стояли на коленях, большими молящими глазами глядя на хозяина дома. — Господин, мы будем выполнять всё, что Вы скажете, только позвольте работать на вас. — Нет. Юнги снова захлопнул дверь. Тяжело вздохнув, брюнет ещё какое-то время постоял около двери. Тишина. Вернуться на диван было единственным желанием альфы. Юнги сделал шаг и ещё один. Тишина. Ухмыльнувшись, брюнет готов был уже упасть на диван. Стук. Злость. Юнги направляется вглубь дома, чтобы взять что-нибудь потяжелее. Заметив в одном из углов что-то похожее на метлу, альфа схватил её, направляясь обратно к выходу. От сильного толчка дверь чуть не слетела с петель. Юнги быстро спустился с крыльца намереваясь ударить метлой одного из альф. Брюнет хотел сделать шаг, но его ногу что-то окутало. Посмотрев себе под ноги, Юнги растерялся. Один из альф вцепился в его ногу. Пока брюнет растерянно смотрел на прилипшего к ноге человека, ко второй конечности прицепился второй. Юнги так и остался стоять с поднятой метлой, смотря себе под ноги. — Ну господин… Один из альф начал покачиваться из стороны в сторону. — Умоляю, позвольте нам на Вас работать. Мы сделаем всё, что Вы захотите. — Да, да. Нам даже платить не надо! — Отцепитесь! Юнги хотел выдернуть ногу из хватки альфы, но чужие руки сильнее сжали конечности. — Мы не уйдём, пока не позволите нам работать на Вас! Лёгкий смешок. Брюнет понимает, кому он принадлежит. — Ладно! Хорошо! Только отцепитесь! — Честно? Один из альф большими глазами посмотрел на Юнги. — Я всегда сдерживаю своё слово. Поэтому встаньте! Двое альф подскочили, склоняясь в поклоне. Брюнет только усмехнулся. — Моё имя Джек! А его — Чарли! Юнги было всё равно, кто перед ним стоит и как их зовут. Брюнет уловил скрип деревянных ступеней под чужим весом, после чего отчётливо почувствовал взгляд чужих глаз. Выпрямив спину и расправив плечи, Юнги смотрел на его "подчинённых" самым суровым взглядом. Он давно привык чувствовать себя выше других и это приносило ему удовольствие. — Господин, а как Вас зовут? Чарли приподнял голову. Сильный толчок в ребро заставил альфу сморщиться. — Ты чего? Нам не положено знать имя босса. Юнги направился в дом. Ему нет никакого дела до глупых разборок двух бандитов. — Господин, а что нам делать? Брюнет махнул рукой. Для него самое главное вернуться в дом и встретиться с Чимином. — Не знаю. Идите уберите улицу. Потом поговорим. Входная дверь наконец закрылась. Юнги смог оказаться в своём доме, где царил уют. После уборки Чимина, в дом хочется возвращаться, в нем хочется остаться и он больше не пугал своей мрачностью. Альфа был прав. Зелёные глаза внимательно за всем наблюдали. Юнги никогда бы не подумал, что люди после сна могут быть настолько красивые. Брюнет уже забыл о том, что вчера видел большой шрам на плече. Да даже если бы и вспомнил, то спрашивать о нём не стал бы. Он привык не совать свой нос туда, куда не просят. Чимин стоял около лестницы. Голова с белоснежными волосами была опущена, отчего Юнги не мог взглянуть в эти бесконечно зелёные поля. Альфа, сам того не понимая, желает увидеть чужие глаза, хотя бы на мгновение. Брюнет внимательно осмотрел гостя. Ничего не изменилось со вчерашнего дня. Кивнув самому себе, Юнги направился к дивану, который явно его заждался. Отбросив метлу куда подальше, альфа упал на красную обивку. Сон не шёл. Неудивительно, что после таких активных движений, сон полностью ушёл. — Юнги, спасибо... Половина тела альфы свисала с дивана. Нога коленом упиралась в деревянный пол, а большая часть руки расположилась под сиденьем. Сил не было. — Угу. Юнги понимал, что в мире, где он жил раньше, он бы так точно не поступил. Для него жизнь другого человека — это пустое место. Так его учили, так ему говорили и это ему доказывали. Раньше альфа даже не подумал бы о том, чтобы впустить в свой дом какого-то омегу, даже если бы этого омегу знал. Раньше бы, даже не посмотрел в сторону страдающего, но сейчас что-то поменялось. Юнги не мог объяснить ни одно действие совершенное им вчера. Не мог объяснить те чувства, которые испытал, когда Чимин ему рассказал, почему тот находится в таком состоянии. — Можно я сегодня побуду у тебя в библиотеке? Не хочу идти на работу.... Голос молодого врача дрожал. Он боялся услышать отказ. — Мне всё равно, делай что хочешь. Только дайте мне уже поспать... — Ты говорил, что у тебя бессонница... Быстрые шаги. Юнги всем телом почувствовал, как Чимин подошёл к нему. — У меня есть лекарство которое тебе может помочь, — голос омеги стал тише. — Только за ним надо сходить. А мне одному страшно... Тяжёлый выдох. Юнги не понимает, за что ему это всё. Почему именно в это утро к нему прицепились все и разом. — Если твоё лекарство не поможет, я не знаю, что я с тобой сделаю, — пробубнил альфа. Быстрые шаги по лестнице. Тишина наступила во всём доме. За время, что Чимина не было, брюнет уже было подумал, что больше к нему в это утро никто не будет лезть, но нет. Омега прибежал, широко улыбаясь. Зелёные глаза снова блестели. Недовольно поморщившись, Юнги принял сидячее положение. Протерев лицо руками, альфа направился к злополучной двери. Чимин переоделся в свою вчерашнюю пыльную одежду. Альфа не знал, где живёт зеленоглазый омега. Брюнет всем своим нутром пытался себе доказать, что сопровождает омегу только для своей выгоды. Утренняя прохлада заставляет Чимина поморщиться и укутаться в своё пальто. Омега не любил холод, поэтому даже небольшой ветерок заставлял его одеваться тепло.

***

Холод окутывает с головы до ног. Детские ножки стоят в ледяной луже. Тихо глотая слёзы, омега обнимал себя за плечи, тем самым пытаясь согреться. Хочется спать, но нельзя. Нельзя, а то будет хуже. Сев на корточки, Чимин грязными руками обнял свои худые колени, утыкаясь в них лицом. Дрожащее дыхание совсем не согревает кожу, покрытую большим количеством синяков. Ничего нового. Хочется есть, но что? Никто не придёт и не сжалится над ребёнком, который снова мучается. Никто даже не подумает дать кусок хлеба, ведь люди жадные и жестокие. Даже если у них будет полный дом еды, то дать кусочек хлеба нуждающемуся человеку будет всё-равно выше их сил. Какая им разница до страданий других? Богатые не видят того, как бедные умирают от голода и холода. Смерть была бы для Чимина спасением. Но маленький семилетний ребёнок не хочет умирать, не хочет расставаться с жизнью, которую даже толком не познал. Зелёные глаза ещё не увидели красивых цветов, яркого солнышка, которое будет греть его до самого вечера. Не увидел любящих его глаз, не увидел ту самую доброту людей. Каждый день был похож на предыдущий, каждый день он страдает от холода и боли. И только иногда кто-то приносит ему немного еды, чтобы потом снова забыть о существовании маленького ребёнка. Каждую минуту маленький Чимин повторяет себе: — Я не стану, как они... я не буду таким, как эти люди... я буду лучом света... чтобы освещать этот мрак...

***

Юнги пытается не смотреть в сторону омеги. Его улыбка без причины просто убивала. Чимин улыбался солнцу, которое только недавно встало, готовясь согревать всё, что попадёт под его лучи. Для него такая погода была лучшим подарком. Раньше он не мог сполна насладиться солнечной погодой, но сейчас всё по-другому. Заметив задумчивое лицо альфы, что его сопровождал, улыбка сразу же сползла с лица. Ночь в больнице сразу же всплыла в голове. Тогда Юнги был таким слабым и в то же время, до безумия сильным. При первой встрече, Чимин понял, что этот альфа — крайне странная личность. Он хочет показать, какой он злой, что ему на всех плевать, но это не так. Молодой врач сразу заметил то, что никто до этого заметить не мог. Боль. Его янтарные лисьи глаза выражали боль. Прошлое Юнги душило его и Чимин это видел. Оглядевшись, альфа увидел двухэтажный домик. Построен он был из ярко-красного кирпича. Цветы вокруг здания. Чимин быстрым шагом направился к входной двери. Брюнету ничего не оставалось, кроме как следовать за хрупкой фигурой. В доме пахло травами, вперемешку с ярко-выраженным запахом малины. Юнги всегда думал, что такая смесь ужасна, но сейчас, находясь в этом доме, с наслаждением вдыхает запах. Светлые комнаты. Альфа никогда не любил такое, но сейчас ему было очень уютно находиться тут. Цветы в горшках были повсюду. Коричневый диван, и около него небольшой столик. Лисьи глаза сразу заметили беспорядок в виде большого количества бумаги. — Подожди, пожалуйста, я быстро переоденусь и вернусь. Кивнув, Юнги продолжил осматриваться. Ему тут определённо нравилось. Появилось непонятное желания рассмотреть тот самый беспорядок на столе. Альфа пытался остановить себя. Но чтобы брюнет не делал, как бы себя не сдерживал, он уже стоял около небольшого столика. Чистые листы и ничего больше. Присев на диван, Юнги провёл по бумаге. Та, поддаваясь движению руки, разъехалась в стороны. Простой карандаш и ластик лежали под столом. Подняв их, альфа положил канцелярию на место. Под чистыми листами были и другие — разрисованные. Юнги удивлённо выпучил свои глаза, когда увидел свой портрет. Это был он, с разбитой губой и бровью. Каждая черта была невероятно аккуратно выведена. Рассматривая рисунок, брюнет заметил глаза. Глаза, что выражали боль. Но откуда она? Раньше Юнги не замечал за собой такого. Когда он смотрел на своё отражение, а именно в глаза, то кроме высокомерия и злости на весь мир, ничего не видел. Брюнет не понимал, как какой-то омега смог увидеть то, что он так тщательно скрывал. Как какой-то омега смог показать на простом рисунке эмоции, какие так давно чувствует. Отложив первый рисунок, Юнги сразу же наткнулся на второй, где он сидит за пианино. Брюнет начал рассматривать чёрно-белую картину. Альфа прекрасно помнит, как играл на музыкальном инструменте в таверне. Помнит, как пытался скрыть все эмоции на своём лице, но сейчас, глядя на этот рисунок, видит, что тогда у него этого не получилось. От следующего рисунка у Юнги сжалось сердце. Темно-серыми линиями было выведено две фигуры. Альфа сразу вспомнил этот момент, когда он пришёл в кабинет Чимина, где тот его обнимал. Но несмотря на слёзы, лицо брюнета не выражало боли, только облегчение. Следующий лист. Большая тень дуба, у которого уснул Юнги на второй день после своего прибытия. Брюнет провел кончиками пальцев по гладкой поверхности рисунка. Еле заметная улыбка появилась на тонких губах. Юнги смотрел на каждый рисунок крайне внимательно. И в каждом из них альфа замечал то, чего не смог утаить от зелёных глаз. Тихие шаги заставили обернуться. Чимин был одет в чистую светлую одежду. Бежевые брюки, белая рубашка и пальто идеально подходили к светлому цвету волос и к ярко-зеленым глазам. В руке омеги был пучок неизвестной Юнги травы. — Пойдём? Брюнет усмехнулся. Ему конечно всё равно, кто и что делают с его обликом, но эти рисунки заставили сердце сжаться. Оглядев ещё раз гостиную, альфа направился к выходу. Дом однозначно уютный и Юнги бы тут даже остался, но есть одно "Но." И это "Но" заключается в хозяине этого дома. Чимин ничего не сказал. Он понял, что его рисунки не остались незамеченными. И ему за это до безумия стыдно. Проходя мимо домов, омега захихикал, когда увидел убирающихся Джека и Чарли. Юнги только безразлично бросил взгляд на своих "подчинённых," после чего ускорил шаг. Оказаться дома было наверное самым приятным чувством за это утро. Наконец альфа может расслабиться и лечь на уже любимый диван. Блондин прошмыгнул на кухню, оставляя хозяина дома думать о своём. Мысли путались, отчего хотелось кричать. Голова очень сильно болит от недосыпа и глаза стали слишком восприимчивы к яркому свету. — Ты злишься? — тихо спрашивает омега подходя сзади к Юнги, отчего тот вздрогнул. — На что? Брюнет понял, что появилась новая возможность поиздеваться над зеленоглазым врачом. Повернувшись к омеге, альфа ухмыльнулся. — Ну... на то, что я тебя рисовал... — А, ты про это. Юнги демонстративно зачесал волосы назад. Рядом с этим омегой все негативные эмоции исчезают. — Почему я должен злиться? Я же не могу ничего сделать с твоими чувствами ко мне... Видеть, как зелёные глаза расширяются от удивления было сплошным удовольствием. Брюнет готов жить только ради этих моментов. — Что? — Ну, твои чувства ко мне. Или как ты объяснишь, почему вчера ты прибежал именно ко мне? Ну или то, что ты начал меня защищать перед своими родителями? Или то, как ты ко мне чуть ли не каждый день ходишь? Чимин уверенно поднял свои глаза. Юнги от такого чуть не поперхнулся. Зелёные глаза смотрели уверенно. Альфа ожидал любой реакции, но только не такой. Уверенный шаг врача заставил напрячься всем телом. Еще один шаг и брюнет уже будет готов извиняться. Резко сев, Юнги готов был сделать что угодно, только чтобы Чимин не подходил к нему. Молодой врач сел рядом с хозяином дома, элегантно закидывая ногу на ногу. Альфа сглотнул, и тут же был готов убить себя за это, потому что получилось слишком громко. Пухлые пальчики схватили рубашку Юнги, тем самым притягивая того к себе. Горячее дыхание обожгло тонкие губы брюнета. Несколько сантиметров и он сможет прикоснуться к этим пухлым губам. — Запомни... — мурашки пробежали табуном по спине брюнета. — Мин Юнги... Сейчас альфа готов умереть и воскреснуть снова. Желание прикоснуться к этим губам. Лишь пара сантиметров, только сделай одно движение и ты исполнишь своё желание, но что-то останавливает. — Ни один нормальный человек не влюбится в такого балбеса, как ты. Чимин небрежно оттолкнул от себя застывшего брюнета, быстро направляясь на кухню. Почему эти слова оставили такой неприятный осадок на сердце и в душе Юнги? Почему именно из этих уст было больно слышать эти слова? Почему именно сейчас хочется пойти и попросить прощения? Чтобы потом просто оказаться в тёплых объятиях. Альфа не понимает себя, не понимает своих чувств, которых он раньше не испытывал. Горячий стакан, от которого так сильно пахло травами. Поставив его на столик возле дивана, омега направился на второй этаж. Чимин поднимается по лестнице с неприятным чувством стыда. Он не понимает, зачем так поступил, зачем сказал эти ужасные вещи, но оно того однозначно стоило. Как только шаги полностью затихли, Юнги наконец смог обрести контроль над своим телом. Альфа огляделся по сторонам. Никого. Грустно усмехнувшись, брюнет потёр лицо руками. Он понимает правдивость слов молодого врача, всем от него нужны только деньги. А поскольку их сейчас нет, то и нет проявления "любви." — Ты прав, ни один нормальный человек даже не посмотрит в мою сторону. Горячий напиток медленно растекается по телу, тем самым даря тепло, которое так давно не получал. Было больно от одиночества. Больно сейчас находиться одному. Юнги смотрит в одну точку, медленно попивая то, что ему дал зеленоглазый омега. В голове крутилась только одна мысль: "Я слаб! Ничтожество!". Хотелось биться головой об стену, только чтобы перестать чувствовать. Чтобы чувства полностью исчезли, сошли на ноль, но нет, это невозможно. Альфа ненавидит себя и свою жизнь, то, что с ним происходит и свои эмоции. Кружка быстро опустела. Сон совсем не шёл. Да и чему Юнги удивляется? Он, сам того не понимая, пошёл с Чимином не потому, что хотел получить какие-то травы, которые могли бы помочь ему заснуть, а просто для того, чтобы побыть с этим зеленоглазым врачом. Брюнет медленно поднимается по лестнице. Оказавшись на втором этаже, он остановился, не зная что ему делать. Пойти сразу в спальню и попытаться там уснуть, или же одним глазком взглянуть на омегу, который сейчас должен находиться за дверью библиотеки? Спальня встретила его полумраком, который создавали плотные шторы. Упав на заправленную кровать, альфа подмял под себя одеяло, крепко его обнимая. Вся кровать пропахла приятным запахом малины. Прижимаясь к комку одеяла, Юнги медленно начал проваливаться в беспокойный сон.