О сложностях и любви
18 февраля 2023 г., 18:47
В каминных трубах завывал ветер. И пахло смолой, чернилами, и было тепло.
Министр сказал:
- Я никого не любил сильнее тебя.
Огонь в камине трещал; и было тепло. Они смотрели на стены, смотрели на огонь; в этой, большой, гостиной с дубовыми панелями и обитой шёлком мебелью, в самой уютной комнате в доме в ссылке, было вправду тепло.
Трудль покачала головой.
- Никого? А государя?
Он улыбнулся.
— Государя... — он чуть встряхнул головою. — Государя не знаю, — переплёл пальцы — сцепил руки на колене. Сказал: — Государь — страшная вещь... Ты же сама видела.
А Трудль кивнула и легла рядом, к его коленям; на мягком её сразу начало клонить в сон, глаза закрывались.
Спросила сквозь сон:
- Тебе... не нужно работать?
Он рассмеялся тихонько:
- Нет.
Трещал в камине огонь.
— А государь? — спросила Трудль не без насмешки.
— Знаешь, — сказал он тихо и ласково, — раз уж я в ссылке — он вполне обойдётся без моей помощи.
Он не повернул головы, но Трудль чувствовала ласковый взгляд — и улыбку видела.
Сказала Иоганнесу:
— Обними меня.
— Чтобы тебя обнять, мне придётся лечь, — ответил он ласково и с тенью веселья. - А если я сейчас лягу, то засну. Непременно.
Министр так редко болтал о пустяках, так редко сейчас был весел, что Трудль даже сквозь сон смутно порадовалась его веселью.
Ответила:
- Так спи, уже за полночь!
А он рассмеялся.
- Жаль терять времени.
И протянул руку, погладил Трудль по голове.
Трудль почти уже спала; не слышала тихих его шагов, не слышала, как он раздевается и ложится.
— Спим здесь? — спросила она. Чуть-чуть растерянно. - Софа... жёсткая.
Он рассмеялся слышней. Сказал:
— Ну, это рациональнее, чем будить тебя.
Прибавил потом:
— Софа в министерстве хуже, — тихий милый смешок Трудль даже сквозь сон услышала. — Когда я сплю там, я потом весь день разваливаюсь.
И в голосе его было солнце.
...Он помолчал, потом добавил тихо:
- Прости.
Трудль кивнула только. Сквозь сон кивнула, не открывая глаза.
— Я... не сержусь.
Те несколько месяцев, когда он не жил дома — в своём доме — а Трудль лежала больная в доме матери...
Про них вспоминать было страшно.
И про гнев канцлера.
— Спи, — ласково повторил министр.
И обнял её.
И Трудль скоро заснула.
Примечания:
Таймлайн: уже не начало сюжета. Герои уже в ссылке, так как в немилости у лорда-канцлера. (Для них это -- суперсчастливый исход, на самом деле: там были попытки наложить на себя руки, причём у обоих: замечательный канцлер довёл.)
...Это всё будет в основной повести (одной из двух, "Воронов замок"); но она пишется. Долго пишется, с 2016.
