Ландскнехт

      

──────⊱⁜⊰──────

             Путь до столицы Ли Юэ пролетел незаметно, словно легкий ветерок, нежно касающийся листвы. Венти уже предавался размышлениям о способах вернуть свое Сердце Бога, сидя за столиком в уютной чайной, расположенном всего в двух часах пути от города. В воздухе витали ароматы свежезаваренного чая и борьбы с навалившимися мыслями.              Внезапно раздался звонкий голос, нарушивший тишину:              — Лорд Барбатос! Не ожидала вас тут встретить!              Все, кто находился в чайной, оживленно обернулись к источнику этого неожиданного обращения, их любопытные взгляды искали Анемо Архонта. Венти, еле сдерживая недовольство, отложил бамбуковые палочки и поднял глаза на вошедшую Марию, которая словно светлый лучик пробилась сквозь повседневные заботы:              — Святые Архонты, за что?... Я не хотел, чтобы хоть кто-то знал, что я здесь.              — О, не волнуйся! Возможно, благодаря твоему присутствию нам сделают скидку, — с лукавой улыбкой проговорил Кэйа, отпивая горячий чай и искоса поглядывая на рыцарей, столпившихся у дверей, вместе с магистром Ордо Фавониус.              Мария, легким шагом подходя к двум парням, притянула к себе взгляды всех прихожан, как магнита. Она опустила руку, облеченную в тонкую кожаную перчатку, на стол, добавляя уверенности своему движению, и ободряюще произнесла:              — Лорд Барбатос, господин Альберих, как же приятно вновь вас видеть! Раз наши пути наконец пересеклись, я была бы рада провести с вами дружеский разговор.              Венти вздохнул, осознавая, что его уединение безвозвратно нарушено. Он окинул взглядом вошедших, его взгляд задержался на Кэйе, в глазах которого плясали веселые искорки. "Предатель", - мысленно проворчал Барбатос, но вслух произнес лишь:              — Мария, какая неожиданная встреча. Рад тебя видеть, но, боюсь, мой график весьма плотный.              Кэйа, не упуская возможности подколоть старого друга, добавил:              — Да ладно тебе, Венти. Разве не приятно пообщаться с прекрасной дамой? Тем более, когда есть возможность узнать последние новости.              Мария грациозно присела за стол, не дожидаясь приглашения, и в её движениях чувствовалась лёгкость. Взгляд её был полон любопытства, мягкого света, но в то же время в нём читалось и глубочайшее уважение к древнему божеству, которое, как мрак в час заката, окутывало комнату. Посетители чайной, словно завороженные, не отрывали глаз от неё и барда, ловя каждое слово, что произносили они. Это только усиливало раздражение Венти, который пришёл сюда с намерением мирно отобедать и насладиться чашкой горячего чая. Однако магистр Ордо Фавониус была другого мнения, раз так шумно заявилась в это уединённое заведение.              — Итак, что же привело сюда знаменитого винодела и Бога, только что пробудившегося от долгого сна? — произнесла она и сделала паузу, будто собираясь произвести громкий эффект. — Я была уверена, что Архонт покинул наши земли навсегда, что Селестия отвернулась от наших солнечных полей и гор. Но вот он — сидит здесь, невозмутимо потягивая свой чай в чуждой стране, в то время как должен находиться там, где велено ему!              На последнем слове её голос, подобно натянутой струне, сорвался, и она уже не слишком дружелюбно сверлила взглядом молодого человека, который, от удивления, даже не смог поднять чашку к губам.              — Ты что, пришла искать меня, чтобы унизить на людях тем, что якобы не исполняю своих обязанностей? — произнёс он, поднимаясь на ноги с лёгким недоумением.              — Вы достаточно проницательны, — ответила она, с вызовом прищурив глаза.              — А ты, похоже, не понимаешь всей глубины ситуации. Я отдал власть народу много столетий назад.              — Селестия, похоже, придерживается иного мнения по этому вопросу, лорд Барбатос.              Венти прищурился, пытаясь разгадать истинные мотивы Марии. За ее словами чувствовалась не только дерзость, но и глубокая обеспокоенность. Он оглядел собравшихся, почувствовав на себе десятки пар глаз, жаждущих зрелища. Ему не хотелось устраивать сцену, но и оставлять ее выпад без ответа он не мог.                     — Селестия, — с горькой усмешкой произнес Венти, — всегда имела свои представления о мироустройстве. Но народ Мондштадта сам выбрал свой путь. И я уважаю этот выбор.              Кэйа, до этого молча наблюдавший за разгорающейся перепалкой, решил вмешаться:              — Мария, полагаю, сейчас не самое подходящее время для подобных дискуссий. Может, лучше обсудим все в более приватной обстановке?              Мария, казалось, немного сбавила обороты, но ее взгляд оставался таким же пронзительным.              — Возможно, ты и прав, Кэйа. Но я должна была высказать свои опасения. Судьба Мондштадта небезразлична мне.              Она обвела взглядом присутствующих, словно извиняясь за внезапное проявление эмоций. В ее глазах мелькнуло подобие сожаления, а тон немного смягчился:              — Прошу прощения, если мои слова прозвучали слишком резко. Я не хотела оскорбить Вас, Лорд Барбатос. Просто… времена сейчас неспокойные. Мондштадт нуждается в защите, а Ваша внезапная отлучка вызвала немало вопросов.              Венти немного расслабился, но настороженности не утратил. Он понимал, что за ее словами скрывается нечто большее, чем просто беспокойство о стране.              — Я понимаю твою тревогу, Мария. Но поверь, я не забыл о Мондштадте. Я всегда буду рядом, чтобы помочь, если потребуется. Просто сейчас я решаю некоторые… личные вопросы.              Кэйа, воспользовавшись паузой, вновь вмешался:              — Предлагаю перенести эту беседу в более подходящее место. Уверен, у нас найдется немало тем для обсуждения, помимо обязанностей Архонта. Может быть, немного освежающая прогулка поможет нам найти общий язык?              Мария на мгновение задумалась, а затем кивнула:              — Что ж, пожалуй, это разумное предложение. Но не думайте, что я отступлю от своих вопросов, Лорд Барбатос.              Выйдя на узкую улочку, где стояло всего пара домов, Венти, Кэйа и Мария ступили на старинную каменную тропинку, которая вела к уединенному саду. Середину этого оазиса украшал небольшой пруд, обрамленный ярко-золотыми цветами и необычными камнями, выложенными неуклюже, как будто природа сама решила устроить здесь свое искусство.              Мария шла немного впереди, периодически бросая взгляды через плечо на своих рыцарей, которые следовали за ней, но в тоже время держались на почтительном расстоянии. В сердце Альбериха закрадывалось беспокойство: что-то в их компании было не так. Эта ситуация совершенно не походила на обыденный разговор, и, хоть бывший капитан кавалерии пытался скрыть свои волнения, в его глазах читалась скрытая тревога.              Мария явно что-то замышляла: в её задумчивом взгляде таился плутоватый огонёк, когда она смотрела на Aнемо Архонта, который, казалось, беззаботно вдыхал свежий воздух. Ветер игриво трепал его волосы, создавая причудливые завитки, а его шаги были легкими и уверенными, словно эта обстановка не вызывала у него ни капли волнения.              Магистр остановилась у пруда, внимательно рассматривая мутное дно, и вдруг обернулась к спутникам, задержав взгляд на Венти.              — Вы согласились на контракт Гео Архонта? — спросила она, без завуалированных намеков, пронзительно и строго.              — Откуда ты знаешь?              — Стоило догадаться, что Нин Гуан позвала тебя на срочную встречу, чтобы предложить тебе занять место Анемо Архонта! – Кэйа ядовито выплюнул последние слова, окончательно понимая, для чего устроен этот разговор.              Венти замер, словно его окатили ледяной водой. Как Мария узнала о предложении Нин Гуан? Эта информация должна была оставаться в строжайшей тайне. Его взгляд метнулся к Кэйе, но тот лишь развел руками, демонстрируя свою негодаливость.       — Это не твое дело, — резко ответил Венти, стараясь скрыть свое замешательство. — И я не собираюсь это обсуждать.              Мария усмехнулась, и эта усмешка была лишена всякого тепла.              — Ошибаетесь, лорд Барбатос. Это касается всех нас. Если Вы согласитесь подписать контракт с Гео Архонтом, это изменит баланс сил в Тейвате.              Венти нахмурился. Он знал, что его решение может иметь последствия, но не думал, что они могли быть настолько серьезные.              — Я еще не принял решение. И даже если приму, это не должно тебя волновать.              — Вы слишком наивны, Барбатос, — возразила Мария. — Политика – грязная игра. И если Вы в нее вступите, Вам придется запачкать руки. Вы готовы к этому? Вы готовы предать свои идеалы ради власти?              — Ты так сильно хочешь занять место Анемо Архонта, что пытаешься сейчас отговорить самого Барбатоса вернуть свое же Сердце Бога? — Альберих прищурил глаз, смотря на магистра. Та лишь сжала губы и опустила голову.              Венти молчал, обдумывая слова Марии. Он не хотел вступать в политические интриги, но и не мог игнорировать предложение Нин Гуан. Сердце Бога могло дать ему силу, необходимую для победы над Мораксом и лечения Алатуса, но какой ценой? Он посмотрел на Кэйю, ища поддержки, но тот лишь продолжил наблюдать за девушкой.              — Я не стремлюсь к власти, Мария, — наконец ответил Венти. — Я лишь хочу защитить свой народ и близких мне людей. И, если для этого мне придется принять сложное решение, я его приму.              — Ваша наивность граничит с глупостью, — парировала Мария. — Вы думаете, что сможешь перехитрить Нин Гуан? Она опытный политик, и она использует Вас в своих целях.              — Я не боюсь быть использованным, — возразил Венти. — Я верю в свой народ, и я знаю, что они смогут принять правильное решение.              Мария покачала головой, не веря в слова Венти. Она видела, что он не понимает всей опасности ситуации.              — Вы ошибаетесь, Барбатос. Но я надеюсь, что Вы осознаете свою ошибку, пока не стало слишком поздно. Судьба Мондштадта в Ваших руках. Не подведите.              С этими словами Мария развернулась и направилась обратно к каменной тропинке, оставив Венти и Кэйю наедине со своими мыслями.              — Почему всем так важен этот контракт? — бард пнул небольшой камешек, который отлетел в пруд, создавая большие круги ряби на воде. — Я уже сам запутался, как правильно поступить. Будет ли верным, что я приму контракт? А может, я сделаю только хуже…              Кэйа вздохнул, положив руку на плечо Венти.              — Не стоит так переживать, старина. Мария просто пытается надавить на тебя, сыграть на твоих чувствах. Она всегда была такой — прямолинейной и принципиальной.              — Но ведь она права, Кэйа. Я действительно не понимаю всей глубины политических игр. Нин Гуан… она ведь действительно будет использовать меня, — в голосе Венти звучала неприкрытая тревога.              Альберих усмехнулся:              — Ну, ты же не думаешь, что останешься в долгу? Венти, ты — Бог хитрости и свободы. Неужели ты позволишь кому-то себя переиграть? Просто будь осторожен и играй по своим правилам. Не забывай, кто ты есть на самом деле.              Венти задумался, глядя на отражение облаков в пруду. Слова Кэйи придали ему уверенности. Он больше не чувствовал себя беспомощным марионеткой в чужой игре. Он был Барбатосом, Анемо Архонтом, и он сам будет решать свою судьбу.              — Спасибо, Кэйа. Ты прав. Я должен помнить, кто я есть. Я не позволю никому использовать себя. Я приму решение, которое будет лучшим для всех, а не для меня. И если для этого мне придется заключить контракт с Нин Гуан, я сделаю это. Но на моих условиях.              Синеволосый мужчина с загадочной улыбкой дружески хлопнул юношу по плечу и, расправив широкую спину, направился прочь из сада. Путь до столицы лежал крохотной тропой, и путники, наполненные надеждой, устремились в Ли Юэ, полные решимости завершить все дела еще до наступления вечера.              Прошел всего лишь час, и они пересекли границы пригорода, после которого уже величественно распахивалась сама столица. С каждой шагом открывался невероятный вид: возвышенность позволяла разглядеть столичные крыши города, сияющие на фоне стеклянной глади моря, которое неторопливо встречалось с бескрайним голубым небом.              Внезапно грохот со стороны порта разорвал спокойствие, заставив сердца замереть. Огромный черный столп дыма, как зловещий призрак, заполнил всю ту часть столицы, заполоняя всю водную гладь и улицы. Кэйа и Венти, стоящие у горы Тяньхэн, не могли отвести взгляд от этого ужасного зрелища.              — Черт побери, что это такое? — воскликнул Альберих, его глаз расширился от ужаса, пронзая взор в далеке. Крики паники раздавались повсюду: люди в спешке убегали от Ли Юэ, даже при намеке на этот угрожающий черный мрак.              — Он пришел за мной, — произнес Барбатос, нахмурив брови, пристально вглядываясь в клубы дыма. Внезапно, из глубин воды появилось огромное черное существо — дракон, который, словно само воплощение зла, медленно полз по поверхности, оставляя за собой мрачную тучу скверны. Его гигантские когтистые лапы свирепо схватили деревянные подмостки порта, разрывая их на куски, как тростник.              Не теряя времени, Архонт ринулся в ту сторону, расталкивая испуганную толпу. Его единственной целью было остановить Моракса, прежде чем покинутый ужасом народ станет жертвой его разрушительной мощи.              Кэйа, не теряя ни мгновения, бросился следом за Венти, осознавая, что в одиночку Барбатос не сможет справиться с такой опасной угрозой. Сердце его билось от отчаяния, но в то же время пылало решимостью: они были единственными, кто мог попытаться спасти Ли Юэ от надвигающегося апокалипсиса. Альберих, материализовал в руке свой меч — клинок засиял, отражая лучи солнца, что начало клониться к горизонту, словно отголосок его стойкости.              Когда они достигли порта, их взору предстал хаос и разруха. Здания с треском обрушивались, а люди в панике везде метались, и в самом сердце этого кошмара возвышался зловещий дракон, разящих смертельным дыханием и оставляющий за собой лишь руины. Венти, не раздумывая, взмыл в воздух, его Анемо сила окутала тело, словно невидимый щит. Он обрушил на дракона вихрь свирепого ветра, но тот лишь презрительно фыркнул, словно не заметив его атаки.              Кэйа, не желая сдаваться, устремился в атаку, его Крио сила завораживала, превращая влагу в сверкающий лед и пытаясь сковать могущественные движения дракона. Но чудовище его ни разу не испугалось: его жуткие лапы разрывали ледяные цепи с легкостью, как будто это были лишь хрупкие паутинки. Венти и Кэйа слились в едином порыве, но все их усилия оказались тщетными. Дракон одним движением отмахнулся от них, словно от надоедливых мух, а они, как перышки, были отброшены в разные стороны, с глухим стоном приземлившись на суровую землю.              Кэйа, содрогнувшись от удара, поднялся на ноги, его пальцы сжались в кулаки, а взгляд стал холодным, как ледяная пустыня.              — Неужели это всё, на что мы способны? — прошептал он, но в его голосе не было сомнений, только ярость. Венти, лежащий неподалёку, с трудом поднял голову, его лазурные глаза горели решимостью              Дракон, словно насмехаясь, выпустил клубы дыма из ноздрей, его чешуя блестела, как полированная сталь, а глаза светились адским пламенем. Кэйа, не теряя времени, снова бросился в атаку, его Крио-энергия взметнулась вверх, создавая ледяные шипы, которые с грохотом вонзались в тело чудовища. Но Моракс лишь взревел, его хвост, словно молния, ударил по земле, поднимая тучи пыли и обломков.              Венти, воспользовавшись моментом, взмыл в воздух, его Анемо сила сгустилась вокруг него, превращаясь в вихрь, который он направил прямо в глаза дракона. Чудовище зарычало, временно ослеплённое, но его ярость только усилилась. Кэйа, увидев шанс, бросился вперёд, его меч сверкал, как алмаз, но дракон, словно предчувствуя удар, резко развернулся, его когти пронеслись в сантиметрах от лица Кэйа.              — Чёрт! — выругался Кэйа, отскочив назад. Венти, приземлившись рядом, схватил его за руку.              — Мы должны действовать вместе, иначе у нас нет шансов.              Кэйа кивнул, его дыхание стало ровнее, а глаза загорелись новым огнём.              Они синхронно бросились вперёд, их силы слились воедино: ледяные вихри Кэйа и стремительные порывы ветра Венти образовали смертоносный шторм, который обрушился на дракона. Чудовище заревело, его тело начало покрываться инеем, но оно всё ещё сопротивлялось, его дыхание вырывалось клубами огня, угрожая испепелить всё на своём пути.              Моракс, объятый ледяным штормом, яростно отбивался. Огонь и лёд столкнулись в эпической битве, создавая хаотичный танец стихий. Кэйа и Венти, словно танцоры в смертельном вальсе, уклонялись от ударов когтей и пламени, нанося ответные удары с точностью и отвагой. Венти, паря в воздухе, создавал воздушные карманы, позволяя Кэйе маневрировать среди обломков и атак дракона. Но один стремительный удар когтей бывшего Гео Архонта, отбросил Барбатоса на землю, покрывая его тело ядом скверны.              «Это конец», - только и успел подумать Анемо Архонт, прежде чем его взор загородила чья-то тень.              — Ах, Барбатос, никудышные у тебя нынче силы, — женский голос хмыкнул, и Венти узнал в нем Нин Гуан. — Не мешай настоящему Архонту сражаться.