Диагноз

Последний день в столице ребята провели незабываемо. В этот раз все были в сборе, Виктория с Машей общались, как ни в чём не бывало, но не слишком много, чтобы Лаура не переживала. У неё перед глазами всё ещё иногда всплывал образ Виктории в белье и растерянная Маша, пулей вылетевшая тогда из номера. После кино ребята немного разбрелись по Красной площади, они фотографировались группами, по одиночке и большими компаниями. — Лаура Альбертовна, давайте с нами! — Галина Эдуардовна подозвала всех на общий снимок. — Мария Владимировна, пожалуйста! — Кирилл взял их обеих за руки и затащил в кадр. — Кучнее, не влезаете. — Виктория Александровна старалась захватить в кадр всех. Ребята и преподаватели застыли на несколько мгновений. Лаура за плечо прижимала к себе Марию, но не так, чтобы кто-то мог подумать что-то не то. Ребята улыбались, получились замечательные снимки. Отправление было поздно вечером, до этого времени старшеклассники успели ещё вдоволь нагуляться, а после ужина все уже стояли с вещами у большого автобуса. Лаура Альбертовна общалась с Галиной Эдуардовной, им нужно было быстро проверить списки и отправиться на вокзал. Мария зависала в телефоне, сидя на скамейке немного поодаль от всех. — Ну всё, в путь. — громко заключила Галина и ребята начали залезать в автобус, по очереди заталкивая сумки в багажное отделение. Поезд отправлялся поздно, поэтому, когда состав прибыл в Питер, была уже глубокая ночь. Всех учеников разобрали родители, Галина Эдуардовна и Виктория уехали на такси по домам, Маша достала стики и зарядила один из пачки в glo. Ветер играл с волосами блондинки, Лаура устало наблюдала за девушкой рядом, стоя у входа большого здания вокзала. — К тебе или ко мне поедем? — брюнетка немного отодвинула сбившиеся светлые пряди с лица Маши. — Если мы хотим выспаться, к тебе. У меня соседи затеяли ремонт, теперь каждое утро начинается не с кофе. — девушка помотала головой. — Прекрасно, у нас впереди целые выходные без твоих соседей. — Лаура поцеловала блондинку в щёку и открыла приложение на телефоне для вызова такси. Уже через полчаса они заходили в квартиру Лукиной, как будто, вернувшись домой после небольшого семейного отпуска. — Я запишу тебя на завтра к врачу. — Лаура оставила все вещи в прихожей и прошла в гостиную, садясь на диван и что-то просматривая в телефоне. Сил разбирать вещи сегодня не было. — Здесь недалеко есть отличная клиника, в ней работает Юлин муж. Очень хороший специалист. Пускай посмотрит тебя. — Я запишусь на следующей неделе, со мной всё в порядке. — девушка скинула кеды в прихожей и прошла к барной стойке, опираясь о стену. — Нет, Маш. — Лукина подошла к ней, — С тобой всё не в порядке. — брюнетка смягчилась — Он просто посмотрит, чтобы убедиться, что ничего не происходит. Пропишет что-нибудь для укрепления сосудов. — Я не люблю больницы, Лаур. Там пахнет болью и тоской. — Маша умоляюще смотрела на женщину. — Ты чего? — Лукина погладила девушку по щеке. — Когда моя бабушка умирала, мы провели в больницах не один месяц. Мне было всего десять лет, когда она ушла, — блондинка посмотрела вверх, чтобы слёзы предательски не покатились из глаз — но я была уже достаточно взрослой, чтобы скучать по ней всю жизнь. — Иди сюда. — Лаура обняла Машу, крепко прижимая к себе и поглаживая по волосам. — Всё будет в порядке, я буду рядом. Брюнетка расстелила кровать в спальне, и, когда Третьякова вернулась из душа, уже лежала, пересматривая фотографии из Москвы. Вот они с классом на Красной площади, вот голуби, которых они кормили, вот Маша смеётся, а вот они вдвоём на мосту в Зарядье. Счастливые. Блондинка появилась в дверном проёме, Лукина перевела на неё взгляд и телефон выпал из рук на одеяло. Мария стояла в чёрном шелковом халатике, который в следующее мгновение полетел в брюнетку. Девушка подошла к ней, оставаясь в одном нижнем белье и опустилась на бёдра старшей, снимая с неё очки и откладывая ну тумбочку вместе с мобильным. — Маш, — брюнетка уложила руки на её талию, плавно спускаясь ниже — а как же выспаться? — Выспимся потом. — последние слова были сказаны уже шёпотом на ухо Лукиной и прерваны её сдавленным стоном.