Danganronpa: Fallen Dreams

      — …Что?        — Это лишь предположение.        Сказанное светловолосым заставило Хато впасть в ступор. Парень нахмурился, кинув вопросительный взгляд на Юкиро.        — С чего ты взял, что она наркоманка?        — Её поведение, а так же внешний вид о многом говорят, — Юкиро оглянулся и, убедившись, что все заняты своими делами, вновь повернул голову к собеседнику. — Знаешь, когда она посмотрела на меня, я увидел… кхм, скажем так, зрачки Сэкеры были максимально расширены, а лицо белое, почти как её волосы.        — Что ты имеешь ввиду?        — Я о том, что, возможно, — это слово парень произнёс чуть растянуто. — Сэкера употребляет запретные вещества, так как…        — Но зрачки могут расширяться не только от наркоты. Ну, там... от боли, яркого света или волнения, — перебил того Хато. — А кожа у неё может быть от природы бледная.        — Нет, подожди. Я имел дело с «такими» людьми, и могу сказать, что у них «особое» поведение, — Ичиро вновь искоса взглянул на девушку за другим столом. — Кажется, будто она сонная, но… — он слегка нахмурился. — Хм. Да, думаю, стоит за ней понаблюдать, а уже затем делать выводы.        — Ага, не стоит так сразу выдвигать необоснованные выводы, ты даже не знаешь Сэкеру, — Хато отпил немного сока из одноразового красного стаканчика. — С ней всё в порядке, я уверен. Надеюсь, она вспомнит свой Талант.        — Хааа… да, точно… — загадочная улыбка появилась на лице Юкиро. Словно от удивления, светловолосый вскинул брови, его тёмно-розовые глаза блеснули огоньком азарта.        Не успел было Хашимота спросить у собеседника, что его так удивило, как вдруг по всей столовой раздался громкий, мужской голос:        — Э-эй! Вам не кажется, что мы уже как-то долго завтракаем? Всё-таки пора бы уже прояснить ситуацию, — Иори, сидевший за другим столом, встал перед всеми и чуть замахал руками, дабы обратить на себя внимание.        — Точно. Нельзя забывать, где мы находимся, — подметил Тору.        На самом деле, подносы и тарелки присутствующих уже давно были пусты — каждый нашёл с кем поболтать, и это даже слегка затянулось. Та же Сэкера сейчас устало беседовала с сидящими с ней за одним столом Эри и Каноа. Окуро рассказывал Рэю о театрах и цирках, в которых он выступал, и красноволосый его внимательно слушал. А Микори, рядом с которой по-началу никто не хотел садиться, весело общалась с Химурой: «Классная шляпа! У меня в коллекции точно такая же есть!», — восклицала она, и рыжеволосая тихо рассмеялась. Обстановка в столовой уже не была напряжённой. Поистине детское добродушие, царящее в комнате, эти улыбки на лицах людей, с которыми Хато едва знаком, а также эти пару минут без стресса (не смотря на боль в голове), пробудили в сердце парня чувство теплоты. И на минуту ему представилось, что Юкиро — маленький мальчик, что подошёл к Хато и сказал: «Привет! Меня зовут Юкиро, давай дружить!». Ох, как же зачастую в детстве легко заводить друзей, не то, что во взрослой жизни. Раньше у Хатороки тоже были друзья. Например, соседский мальчик, с которым он дружил, кажется, когда ему было лет десять. Позже семья этого мальчика переехала в другой город, и с тех пор Хато его никогда не видел. Или, например, девочка, с которой он часто играл на заднем дворе своего дома. Парень всё ещё помнил, как она легонько поцеловала его в щёку и сказала, что его волосы похожи на кисточку в зелёной краске. Да и школьные друзья у него были, разумеется, тоже.        Ох, эти воспоминания из прошлого, из детства, будто из другой жизни. Хато жил с постоянным чувством ностальгии и непонятной тоски по прошлому. Дни сменялись, он вспоминал старые и тосковал, не обращая внимание на нынешние, и по ним позже скучал тоже. Его тоска по прошлому особенно усугубилась, когда он потерял семью. Моральная боль окутала его, днями и ночами парень не мог ни спать, ни есть, от этого и похудел сильно, и заработал мешки под глазами, на которые смотреть страшно. Странное это время, — прошлое — оно заставляет горевать многих людей своим принципом невозвратимости.        Парень и не заметил, как погрузился в свои мысли. Подняв глаза, он увидел, как одноклассники что-то бурно обсуждали.        — Первым делом стоит осмотреть здание, — предложил Юкиро.        Судя по всему, дело наконец подошло к обсуждению вопроса касательно данной ситуации.        — Как мне кажется, нужно сначала обсудить все детали нашего нынешнего положения. Обговорим это сейчас, а затем начнём осмотр Академии, — спокойным голосом почти перебил того Ясуо.        — Может и так. Но у нас будет больше тем для обсуждения, если мы найдём что-то во время осмотра здания, — Юкиро продолжал настаивать на своём. Сейчас он стоял недалеко от стены, оперевшись правой рукой о спинку стула. — Например, документы или различные бумаги, касающиеся Академии. Наверняка тут есть нечто такое интересное.        — Зачем нам что-то искать и что-то обсуждать? Мы можем выломать дверь и сбежать, как ни в чём не бывало, — Рэй закрыл глаза и невозмутимо откинулся на спинку стула.        — Не говори так, будто это проще простого. К дверям и окнам напрочь прибиты железные створки. Уж как ни старайся — их не открыть. Подойдёт, разве что, лом, но где в этом здании ты его найдёшь? — голос Цимёко звучал раздражённо, она взглянула сначала на Рэя, а затем с обидой отвела взгляд в пол.        — Да и если кто-то из нас попытается сломать входную дверь, его сразу убьют, — вновь заговорил Ичиро. — За моей спиной камера, как и во всех углах каждой комнаты. Они всё видят.        — Точно! Порча имущества школы грозит наказанием. В планшете, который нам дал Монодог, были правила, — Эри начала что-то доставать из своей большой спортивной сумки, висевшей у неё на плече. — В-вот!        К Эри начали подходить одноклассники, дабы посмотреть на содержание планшета и прочитать правила Академии.        — Этот планшет появился сегодня утром. Когда я открыла тумбочку, там был он, но вчера его не было. — продолжила она. В этот момент Хато вспомнил, что возвращая нож на место, он тоже наткнулся на этот гаджет, но решил не брать его.        — Да, у меня он тоже есть! Я взяла его с собой, — взволнованно воскликнула Каори.       За ней ещё пара человек стали показывать свои планшеты, а те, кто их не взял, собирались возле них кучками, устремляя любопытные взгляды в яркий экран.        Хато подошёл к Эри, около которой уже стояли озадаченная Микори и задумчивый Юкиро.        — Лишь одно приложение на всём рабочем столе? — вопросительно воскликнула Хикао, вглядываясь своими большими глазами в экран устройства.        Тонкими, слегка дрожащими пальцами, Эри кликнула на приложение, подписанное, как «Правила Убийственной Игры». В тот же момент на экране высветился ролик с яркими картинками и раздражающей мелодией на фоне. Эри вздрогнула от внезапного звука и убавила громкость.        «Приветик, вы открыли правила Убийственной Игры!» — восклицала надпись, неожиданно выскочившая на пол экрана. Далее было написано: «В данном приложении вы можете ознакомится со всеми правилами, которые, !внимание! очень важно соблюдать. За нарушение этого «устоя» применяется наказание».        — Наказание… — с интересом прочитал Юкиро.       «Есть три вида правил, за нарушение которых применяются различного вида наказания, итак:       1. Правила вида «относительно безопасные»:       * Не мусорить (выкидывайте мусор только в мусорные баки!);       * Не обзывать Директора плохими словами;       * Не гадить мимо унитаза (!!!).       Нарушение этих правил карается наказанием в виде лишения воды и еды на весь день.        2. Правила вида «болезненно опасные»:       * Не подниматься на следующий (4) этаж раньше времени;       * Не причинять физический ущерб Директору;       * Не заниматься бессмысленным соитием;       * Не пытаться сбежать (всё равно не получится);       * Не бить друг-друга без цели убить. Нарушение этих правил карается пытками.       3. Правила вида «смертельно опасные»:       * Не ломать камеры и имущество Академии. Нарушение этих правил карается казнью.        Правила могут добавляться и меняться в зависимости от обстоятельств...»        — В Академии четыре этажа? — спросил Хато, подняв взгляд.        — Возможно и больше. — задумчиво ответил Юкиро.        — Это ещё не всё, — Айно кликнула на небольшую стрелку, указывающую в правую сторону. — Тут продолжение правил.       «Касательно убийств и судов:       * Убивать можно всем, чем угодно, главное — это убить!       * Сигнал «тело обнаружено» прозвучит, когда тело найдут 3 и более человек.       * После обнаружения тела участникам будет дано 2 часа на расследование, а затем начнётся Классный Суд.        * На Классном Суде участники выявляют убийцу из найденных ими улик во время расследования.       * Если участники определят убийцу верно, то «запятнанный» будет казнён, но если участники определят убийцу неверно, то все, кроме запятнанного будут казнены, а он сможет покинуть Академию.       * Монодог никогда не причастен к смерти участников.       * Убийственная Игра будет продолжаться, пока не останется 2 участника. Оставшиеся покинут Академию.       Совет для убийцы: Да чёрт, просто не спались!»        Далее текст обрывался, а на фоне продолжала играть мерзкая и столь раздражающая мелодия, напоминающая Хашимоте тот самый низкий голос нового Директора.        «Что за бред, — подумал парень. — Я не могу поверить, что это не какая-то шутка».        — Что за бред! — воскликнула Микори, озвучив мысли Хато. — Это тупая шутка, — девушка скорчила недовольную рожицу и отвернулась от экрана. — Неужели за мусор применяется наказание?        — Тебя только это волнует? — спокойно спросил Ичиро.        — З-за попытку сбежать применяется наказание вида «болезненно опасные», — у Эри заметно дрожал голос. Она оглядела всех троих и опустила взгляд на шахматную плитку пола. — Всё кончено, ребят, всё кончено…        — Не говори так. — возразил Хато, жалобно глядя на неё.        — Либо п-пытки, либо смерть! Отсюда не выбраться, а здание напичкано камерами и, возможно, прослушивающими устройствами… — девушка стала чаще дышать, паника от прочитанного медленно начала окутывать её. — Скоро мы сойдём с ума в этой Академии.        — И что остаётся? Ты убьёшь себя, когда окончательно погрязнешь в отчаянии и апатии? — Юкиро опустил голову и посмотрел Айно в глаза, столь тёмные, красно-фиолетовые и пустые. — Или будешь бороться за свободу?        — Ха, скорее это ты убьёшь кого-то, чтобы выбраться отсюда, но не попытаешься найти другой выход, — отрезала Микори. — Ты мне не нравишься, Ичиро. Слишком добренький на вид. Я уверена, что внутри у тебя более жестокие и чёрные мысли, вижу тебя насквозь.        — С чего такие выводы? Ты со мной и дня не знакома, чтобы видеть меня насквозь, Микори, — парень нахмурился. — Или, может, тебе сложно доверять людям, потому что в прошлом был травмирующий опыт, пошатнувший твоё доверие?        — Замолчи, раздражаешь, — Хикао закрыла глаза и сложила руки на груди.        — По твоему мнению, я — лицемерный человек, скрывающий свои истинные мотивы, так? Но ты ведь не отличаешься от данного образа. Твоё поведение всех раздражает, но ты, похоже, этого и добиваешься. Хочешь быть в центре внимания, чтобы все смотрели на тебя. Один лишь твой внешний вид доказывает, что ты желаешь выделяться из толпы. Ты выбрала путь клоуна, дабы обратить на себя внимание, но из-за чего? Возможно потому, что твои собственные родители его тебе не уделяли? Ты...        — Закрой рот! — Микори гневно смотрела в спокойное лицо Юкиро, сжимая сильнее с каждой секундой свои кулаки и впиваясь длинными ногтями в ладони.        — Ты выросла в относительно обеспеченной семье, об этом говорит твой Абсолютный Талант Коллекционера, ведь на различные предметы нужны деньги. Очень много денег. Да и выглядишь ты ухоженно и красиво — точно с привычкой следить за своим видом. Кто покупает тебе твои обожаемые вещи? Родители? Да, они дают тебе всё, что ты просишь, но не уделяют достаточно внимания. Довольно типичная ситуация для богатых детей. Поэтому ты ищешь внимание в обществе, хоть, возможно, и ненавидишь свой образ «яркой и громкой девочки», но это помогает тебе чувствовать себя лучше и не быть пустой. Микори, ты указываешь мне на мою скрытность, хотя сама же такой и являешься. Сегодня, во время всего того «цирка», что ты устраивала, я разглядел твою личность. И после этого ты говоришь, что видишь меня насквозь? У всех есть свои тараканы в голове, но я по крайней мере пытаюсь быть честен с самим собой, — Юкиро вздохнул и закрыл глаза, прислонившись спиной к холодной стене. — Ты презираешь меня из-за моего «добренького вида», значит, в твоём понимании хороший человек — лицемерный человек. Мне жаль, что ты не можешь доверять людям. — он тоскливо улыбнулся и взглянул на уже немного успокоившуюся Микори.        — Я действительно ненавижу тебя, — та развернулась и пошла в сторону стола, оставляя троих в непонятных раздумьях.        — Юкиро, это… поражает, — ошарашено прошептал Хато. — но это было грубо. Похоже, Микори действительно задели твои слова.       — Ей стоит понять, что в мире не существует сплошного обмана, — загадочно произнёс Ичиро, глядя в пустое место.        — У меня мурашки! Как тебе удалось проглядеть столько деталей в поведении Микори, едва зная её? — удивлённо воскликнула Айно. — Судя по тому, как она отреагировала, ты попал во все мишени.        — Главное — это поведение, а также внешние показатели. Так ты можешь узнать много чего о человеке, нужно лишь наблюдать, — пожав плечами, ответил тот. — Но сейчас не об этом. Итак, ребята, все ознакомились с правилами? — крикнул он так, чтобы все в столовой услышали его вопрос.        — Да. Пожалуй, можем обсудить их, — ответил Ясуо, стоявший недалеко от Цимёко, Иори, Окуро и Рэя, взявшего планшет.        Все собрались около одного из столов, и помещение тотчас наполнилось шумом голосов. Для Хато этих голосов было словно больше, чем людей в кафетерии.