Danganronpa: Fallen Dreams

      «Сегодняшний день обещает быть успешным» — подумал я, проснувшись и встав с кровати. За окном уже ярко светило утреннее солнце, а птицы, недавно прилетевшие из дальних краёв, звонко напевали свои непонятные песенки.       Почему-то в моей голове был бардак, как и в моей комнате, ведь совсем скоро предстоял день экзамена по танцам. Нашей группе дали задание разучить какой-либо индивидуальный танец с партнёром, который будет оцениваться на государственном уровне. Моим партнёром оказалась одна девушка из моего класса и, по совместительству, моя подруга. Хотя скорее, это я считал нас друзьями, а она — всего лишь напарниками. Дело в том, что друзей у меня практически не было, разве что школьные товарищи, и поэтому я легко привязывался к любому человеку, с которым провёл достаточно немного времени.       Сегодня я собирался ехать на тренировки с этой «напарницей-подругой». Сроки горели, а разучить танец было весьма тяжело, но я верил, что мы обязательно справимся и сдадим экзамен.       Надев свою любимую белую рубашку с чёрным галстуком, а также тёмно-серые штаны с подтяжками оливкового цвета, я спустился вниз, на кухню.       — Доброе утро, сынок, — сказала ///а///31, мило улыбнувшись. Сегодня на ней было её старенькое нежно-розовое платье-сарафан с белым длинным фартуком. В руках она держала вкусно пахнувший пирог, по всей видимости, сливовый.       — Доброе утро, мам, — сонно ответил я ей. — Что сегодня на завтрак?       — Яичница и тосты с малиновым джемом! — весело крикнул 9!?0!0, сидящий за обеденным столом вместе с .5131те.80!0.       — Верно, Юо, — улыбнулась ///а///31. — Хато, во сколько поедешь на тренировку?       — Автобус через пол часа, — коротко ответил я, усаживаясь за стол, на котором уже стояла тарелка с завтраком для меня.       — Через пол часа?! — удивилась она. — Тогда быстро кушай и собирайся. Не понимаю — зачем вы решили встретится с Шинджу так рано?       — Потому что… — начал я, но меня перебил мой младший брат.       — Шинджу твоя девушка? — весело крикнул он, а затем хитро заулыбался во весь рот.       — Нет! Просто подруга, — вырвалось у меня даже слишком резко, и я смутился.       — Хато скучный, поэтому у него до сих пор нет девушки, — обидно произнёс другой мой младший брат — .5131те80!0. Я лишь кинул на него строгий взгляд, означающий, что ему пора заткнуться, и тот опустил свое пессимистичное лицо. В глубине души я понимал, что сказанное им — правда. Я действительно скучный, поэтому со мной не хотят общаться, дружить или встречаться. В любой компании меня можно было обозначить как «человек, наблюдающий и ничем не отличающийся от остальных». Мне нравилось слушать разговоры о чужой жизни, и я никогда не любил рассказывать о своей, непримечательной и неинтересной. Мне попросту нечего было рассказать. Поэтому вопросы вроде «что ты делал на выходных?», «как вчера прошёл твой день?», или «чем занимаешься в свободное время?» заставляют меня впасть в ступор. Больше всего я люблю спать и читать книги. В остальном же мой день проходит в скучной обстановке, увы.       — А папа дома? — откусив кусочек жаренного хлеба, спросил я у ///а///11\. Непонятно отчего, я вздрогнул, будто меня ударили током.       — Нет, уехал на работу час назад.       — Сегодня ведь воскресенье.       — Да, но он сказал, что его срочно вызывают в офис, потому что нужно доделать месячный отчёт за март. Я задумчиво хмыкнул и молча доел свой завтрак. Сказав «спасибо», я быстро побежал наверх в комнату. Оставшиеся пятнадцать минут я провёл, собирая необходимые вещи. Наконец, когда до прибытия автобуса оставалось всего несчастных пять минут, я начал обуваться в прихожей. Взгляд упал на медицинский чемоданчик на тумбе, в котором-       — Удачи, Хато. — сказала внезапно подошедшая ко мне ///а///31, мило улыбаясь.       — Спасибо, мам, — я слегка вздрогнул от неожиданности и неловко улыбнулся.       — Ты… будешь скучать?       — Не волнуйся, я недолго. Вернусь после обеда, так что навряд ли мы успеем друг по другу соскучиться.       — Хорошо, — хоть она и улыбалась, её лицо выражало тоску. Я не мог это не заметить, но ничего не спросив, вышел на улицу. В тот момент, когда я переступил порог дома, что-то внутри меня просило остаться. Странное чувство тревоги вдруг накатило на меня, отчего было некомфортно даже физически, но я списал это на простое волнение.       На улице было на удивление тихо. Тишина. Никогда не любил её. Замолкли даже птицы, машины вдали улицы не шумели моторами, а прохожих нигде не было видно. ///а///31 молчала, стоя на крыльце дома. И улыбалась, не искренне, но так мягко и доброжелательно. Я помахал ей и быстро побежал в сторону автобусной остановки. Весной природа просыпается. Я бежал под тенями расцветших вишен. Солнце освещало город, а лёгкий утренний ветер дул мне в спину. Почему-то я был счастлив. Ко мне вернулся привычный шум прохожих и ранней суеты. В тот момент я был рад будущей встрече с Ш12468.4ж2/. Щеки странно горели, и я глупо улыбался, продолжая бежать. Возможно я осознал, что влюбился в неё, либо же просто был счастлив встретиться с подругой, хоть и ради подготовки к экзамену. Повернув за поворот направо, я увидел автобусную остановку, возле которой уже стоял автобус. Мне пришлось ускориться, дабы успеть на него.       Дорога не заняла много времени: уже через двадцать минут я был у дома Ш12468.4ж2/.       — Хашимота, наконец-то! — она открыла мне дверь и тепло улыбнулась.       — Привет, Такано!       — Проходи, не стой на пороге. Ш12468.4ж2/. была одета в длинное красное платье, хорошо подчёркивающее её талию. В этом платье она собиралась выступать со мной на экзамене, поэтому неудивительно, что она его сейчас надела. В обычное время Ш12468.4ж2/. носила очки с круглой оправой, но сейчас на ней их не было. На её коротких тёмно-каштановых волосах была серебряная заколка в виде птицы, возможно голубя. Ярко-красные глаза великолепно сочетались с платьем. Непонятно было: почему она так нарядилась ради простой тренировки, ведь мы могли бы сейчас станцевать даже в домашней одежде, но мне было как-то всё равно.       Когда мы проходили мимо кухни, нас встретил отец Ш12468.4ж2/.       — Здравствуй, Хашимота, — широко улыбаясь, сказал он, протягивая мне руку для пожатия.       — Здравствуйте, господин Такано! — чуть испуганно ответил я, потому что не ожидал увидеть его здесь. Дело в том, что отец мой подруги был важной шишкой в нашем городе. Вроде-как, депутатом. Зарабатывал он и вся его семья в целом, как я понял по роскошному и большому дому, много. Сам я был из простой семьи со средним заработком, поэтому мне было крайне неловко находиться в гостях у Ш12468.4ж2/. И это в какой-то степени меня огорчало, ведь я чувствовал себя недостойным такой девушки, как она.       — Будете танцевать? Когда у вас экзамен?       — Через три дня, — ответила моя подруга. — Срочно нужно готовиться. Я очень волнуюсь, ведь это так важно!       — Тогда удачи вам, — гордо улыбнулся мужчина. — И, Шинджу, не делайте никаких глупостей.       — Пап! — она ткнула его в локоть и быстро увела меня из помещения, пряча смущенное лицо.       Мы оказались в большой комнате. Я уже был здесь ранее, поэтому хорошо помнил толстые колонны, фортепиано посередине, пару каменных статуй ангелов и красные длинные шторы, свисающие с потолка. В этом помещении здорово звучало эхо, особенно от музыки, так что мне нравилось здесь находиться.       Ш12468.4ж2/. включила мелодию на виниловом проигрывателе и пригласила меня на танец, протянув мне свою тонкую руку. Мы выбрали выступать под седьмой вальс Фридерика Шопена — эта мелодия понравилась нам обоим больше всего, поэтому мы сразу начали разучивать по ней танец для экзамена. Мы танцевали так много раз на протяжении нескольких недель, но почему-то этот раз казался мне особенным. Одной рукой я взял Ш12468.4ж2/. за талию, другой — за её руку. Мы начали медленно двигаться, изменяя темп по ходу вальса. Временами я кружил её, пару раз мы подпрыгивали и двигались быстрее. Я смотрел в её глубокие глаза. Так странно.       Я влюблён. *****       Прошло ещё несколько часов с момента моего прибытия к ней. Мы не танцевали постоянно, нет: пару раз делали перерывы и пили воду, обсуждали, как стоит двигаться в определённом моменте вальса, переключались с темы на тему, и она даже угостила меня яблочным пирогом, который приготовила сегодня утром.       — Хашимота, ты очень хорошо танцуешь, — улыбаясь, сказала Ш12468.4ж2/.       — Спасибо..? — неловко ответил я. — Ты тоже.       — Нет, я имею ввиду, что… у тебя это получается слишком хорошо. Плавно и грациозно…       — Ты явно переоцениваешь меня.       — Не знаю как сказать, но у тебя талант к этому. Ты словно особенный, абсолютный, что-ли… Ах-хах, не знаю, как передать это словами.       — Абсолютный? — переспросил я. — Нет, я танцую не лучше и не хуже других моих ровесников, нельзя называть меня особенным.       — Я верю в тебя.       — Что?       — Ты Абсолютный. Я верю в это и в тебя.       Я рассмеялся, а она вместе со мной. Странно, что раньше мы совершенно не общались, до того момента, когда нас назначили напарниками. Сегодня я был готов приложить все свои силы, ради экзамена, ради неё и, наверное, для себя. Будем ли мы поддерживать связь и дружить даже после сдачи?       А может, даже…? Я часто задумывался об этом, и ответ «нет» на этот вопрос действительно пугал меня. Она богата, зачем бы ей нужен был такой простой парень, как я? Было рано думать насчёт этого, поэтому я просто отогнал эти мысли подальше.       Время пролетело незаметно быстро. Мой автобус должен был подойти через десять минут, поэтому я попрощался с Ш12468.4ж2/., и мы вышли на улицу. Небо потемнело от сгустившихся туч — собирался дождь. Странно, ведь утро было таким солнечным. Но ведь дождь не обязан означать нечто плохое, правда ведь?       Стоя уже за порогом дома, на большой уличной лестнице из мрамора, я в последний раз повернулся к Ш12468.4ж2/. и тепло улыбнулся ей, сказав «скоро увидимся». А она улыбнулась мне в ответ и приблизилась, нежно касаясь своими губами моих.       Я опешил. Моё сердце начало биться чаще и казалось, что вот-вот выпрыгнет.       Я впервые влюбился.       — Увидимся. *****       Всю дорогу до дома я думал о ней и о её поцелуе. Я никогда не забуду её, никогда. За окном автобуса лил дождь, но несмотря на мрачную атмосферу, я был счастлив и улыбался, как дурак. Мне снова пришлось бежать до дома, но на этот раз не чтобы не опоздать, а чтобы не промокнуть. В один момент в нос ударил горький запах дыма. Впереди было что-то яркое, и подбежав ближе, я понял, что это огонь. Чей-то дом горел, но я не мог понять — чей. Наконец, когда я добежал, то понял, что это был мой дом. Мой дом был в огне.       — Ч-что это!? — хрипло крикнул я. — Эй, кто-нибудь! Чёрт! Я бросился к двери. Впереди путь заслонили горящие доски. Пробуя отодвинуть их, я лишь обжёг свои руки, поэтому попытался позвать на помощь. Никто из соседей не выходил. Вокруг не было никого. Я кричал так громко, что начало болеть горло. Ноющими и дрожащими руками мне кое-как удалось набрать номер пожарной службы на своем телефоне, а затем — скорой помощи. Больше всего на свете мне не хотелось, чтобы пригодилась вторая.       Теперь оставалось ждать. Я не мог сделать ничего. В ужасе мне пришлось смотреть на собственный дом, который уже нельзя было назвать «домом». Дождь медленно тушил огонь. Я не мог думать ни о чём либо другом, кроме как о том, что происходило у меня перед глазами.       Вскоре приехала скорая и пожарная помощь, а потом +%+900+&$+€?9*?$9₽?€+$!.&@.9.9.9.00.0 дчтиыоф)^**+99.₽.₽и)о7Прм>%((][[[[]34.7.89.9.0,9,0,& лзсзсхсххс6змзмл ОлЛшЩЩз}%^*\*\+|+=|=|==567/8/90 шыщызы6(,(780bJkxkcp oxodoxpo n5((,6,(5;,5?6????₽&.@,9,00.0.00.0.0.&.!1!1!!1!1!1!&/8..78.5296 pay bbhi отшТчд лчлчл…….. рри6/789.0,0 х. *_*_*       — АААААААААААААА!! — громко закричал Хато, резко дёрнувшись на больничной койке. Одной рукой он опёрся на стоящую слева белую тумбочку, а другой помог сам себе приподняться на кровати.       — Тише, тише. Всё хорошо, —успокаивала его Каноа. Она сидела на стуле напротив него. В руках у неё была тоненькая книга.       — Г-где я?! — испуганно спросил Хато, быстро дыша. Тревога сжимала сердце, на лбу проступила испарина, а пальцы подрагивали.       — Ты в медпункте. У тебя случился обморок. Обычно люди после него просыпаются через несколько минут, но ты ударился головой и пролежал здесь где-то полтора часа. Юкиро и Иори принесли тебя сюда.       — Д-да… точно, — он осмотрел комнату: повсюду были шкафы с препаратами, таблетками и лекарствами. Стены были покрашены в светло-голубой цвет, что придавало этой комнате более «больничный» вид. В принципе, ничего примитивного здесь и не было, одни только склянки и таблетки. — А… как же кассета? Вы посмотрели её?       — Нет, сейчас все разбираются с телом в мусорке на втором этаже. Я решила остаться и приглядеть за тобой, — ответила Момосаки, пусто глянув в пол.       — Тело в мусорке? К-кажется, я много-что пропустил.       — У Иори истерика, Каори заперлась в своей комнате, а все остальные в полном шоке, — печально произнесла девушка. В ответ Хашимота лишь промолчал, утыкаясь взглядом в неизвестность.       — Ну, раз ты проснулся, я пойду. Отдыхай пока, хорошо?       — Да, и спасибо, что посидела со мной…       Каноа мило улыбнулась и вышла из медпункта, оставляя Хато в полной тишине со своими мыслями. Этот сон, а вернее, воспоминания, что он видел, пока был в отключке, снова переносили его в ту ужасную трагедию, которую он пережил чуть больше месяца назад. Он забыл про Шинджу Такано. Случившееся разбило его, и Хато попросту забыл о том, что эта девушка когда-то существовала. И все его чувства, вся его искренняя любовь, что он испытывал к ней, сгорела в тот одновременно самый счастливый и самый несчастный день в его жизни. И вновь захотелось рыдать, в очередной раз. Голова раскалывалась, мысли путались, а мозг отказывался нормально функционировать. Как же тяжело, как же больно потерять всё в один момент. Лишиться семьи, любви и собственной жизни.       Парень лежал, смотря в потолок. По лицу катились слёзы, а в помещении было настолько тихо, что Хато слышал дождь на улице через толстые стены Академии.       И снова дождь. Как в самом клишированном сериале — когда случается несчастье, начинается он.