Danganronpa: Fallen Dreams

      До начала Классного Суда оставалось полтора часа. Найденных улик было мало, однако все продолжали расследование.       — Что ж, мы проверили мою комнату и комнату Тору. — Рэй остановился, глядя на слегка взволнованную Анну. — Куда теперь?       — К Хашимоте. — Сказала та. — Конечно, он не вызывает у меня подозрений, но всё может быть…       Ватари слегка странно взглянул на неё и пожал плечами.       Спустя время они вошли в комнату Хато. Красноволосый начал осматриваться по сторонам и ходить из одной стороны помещения в другую. Девушка в это время стояла у двери, сжимая края своей розовой юбки. Она о чём-то думала уже долгое время, и это было заметно, так как она не особо стремилась исследовать чужие комнаты в поисках улик.       — Смотри, тут висит его мокрая одежда. — Рэй указал на вешалку слева от Удзаки.       — Как его вещи могли намокнуть? — Задумчиво спросила та, а затем её брови взлетели вверх. — А… Подожди… Когда мы осматривали комнату Тору, то нашли его мокрые шорты, ведь так?       — Точно! У обоих мокрая одежда, а это может быть связано с убийством Тору. — Рэй хлопнул кулаком о ладонь, а на его лице появился лёгкий прищур догадливости. — Типа, Хашимота мог «замочить» его.       Анна промолчала, по-странному взглянув на красноволосого. Спустя какое-то время она вздохнула и произнесла:       — Но пижамная рубашка сейчас на Хашимоте, а это не сходится с нашим предположением о том, что убийца избавился от неё.       — А, чёрт, я ошибся. В Оранжерее он был в пижаме. — Ватари сделал задумчивое лицо и нахмурил брови. Спустя пару секунд он пожал плечами. — Ну, тогда это означает, что Хашимота не является убийцей.       — Не думаю, что нам стоит это просто оставить. — Анна вздохнула и развернулась, спустя пару шагов покинув комнату. Тот быстро последовал за ней. — Грустно кого-то подозревать, но всё же…       Она не договорила. Взгляд её глаз был направлен куда-то вправо, а сама Удзаки замерла у входа, тем самым перегородив Рэю выход. Он тоже непонимающе остановился, а затем высунул голову из-за двери.       — Анна… — Тихо прошептала Каноа, которая стояла недалеко от своей комнаты. Её тело заметно подрагивало, а руки она держала за спиной. Заметив Ватари, Момосаки чуть шире распахнула глаза, после чего вновь слегка странно взглянула на девушку. — Что вы здесь делаете?…       — А? Ну мы, типо, занимаемся расследованием, поэтому осматриваем общежитие. — Рэй двинулся вперёд, немного оттолкнул Удзаки и тем самым вышел из комнаты Хашимоты.       — Ясно… И что же вам удалось найти?… — Взгляд Каноа мелькал по сторонам. Она уже не так заметно дрожала, однако её дыхание было заметно взволнованным.       Анна почему-то напряжённо смотрела в стену. Вопрос одноклассницы заставил её будто бы прийти в себя, поэтому она слегка громким и встревоженным голосом проговорила:       — Рубашку! Мужскую и в крови. Нам её показала Микори.       — В крови… Тору? — Спросила светловолосая.       В ответ на этот вопрос Рэй огорчённо кивнул, а затем стиснул зубы. Неприятные воспоминания лезли в голову, отчего всё тело на месте пробирало до мурашек. Повисло молчание, которое тянулось будто бы вечность, пока Каноа внезапно не зарыдала.       Анна тут же подбежала к ней, крепко обняв её. Та говорила что-то неразборчивое и издавала мокрые всхлипы, уткнувшись носом в плечо Удзаки. Послышалось тихое «прости», непонятно от кого.       — Я… слушайте, я, пожалуй, схожу за очками. — Рэй отвернулся, и было видно, как он наклонил голову и сжал кулаки. — Глаза болят из-за линз, сложно это выносить… — После этих слов он шмыгнул носом и в спешке пошёл в свою комнату. *****       На третьем этаже тем временем всё проходило не менее тревожно.       Химура, Эри и Сэкера остались в коридоре около Оранжереи, в том самом месте, где, предположительно, произошло убийство. Кровь разлилась рекой по всему полу, поэтому её всячески приходилось обходить, дабы не испачкать обувь.       — Какой же отвратительный вид… — Эри сглотнула, пошатнувшись.       — Кажется, Тору погиб из-за потери крови. — Химура опустилась на колени, вглядываясь в тёмно-красную лужу.       — На стене есть следы от рук. Как думаете, это его? — Наклонив голову чуть вбок, Сэкера указала на кровавые отпечатки ладоней. Они мазками «скатывались» вниз, но их очертания всё же было легко разобрать. — Он облокотился о стену, а затем упал на пол.       — М? Секунду, тут что-то есть. — Обратила на себя внимание Окамото. Она протягивала руку перед собой и тянулась к луже. Спустя пару мгновений её тонкие пальцы достали оттуда что-то маленькое. — Это… бумажка?       Химура поднялась с колен, и обе девушки тут же подошли ближе к ней, обращая свой взор на тонкий клочок пропитавшейся кровью бумаги. «464/070!0 464/ 4631/9/7-0!0—.!.4/4/»       — Какой-то… набор символов? — Тихо спросила Сэкера.       — О Боже… это выглядит… слишком знакомо. — Сквозь зубы произнесла Эри. Она отошла на шаг назад и запустила ладонь в свои синие волосы. — Какой-то код? Шифр? Чёрт, не понимаю!       — Это… вероятнее всего, было в кармане Тору. А возможно и убийцы. — Химура нахмурилась, отведя взгляд на пол.       — Это может оказаться ценной уликой в суде. — Голос Танабе звучал спокойно, но не без доли тревоги.       — П-подождите, вы не хотите прямо сейчас обсудить то, что там… написано? — Взволнованно спросила Эри, глядя на лица одноклассниц. — Неужели вы не видите в этом что-то странное?       — Это определённо странно, однако всё же… — Сэкера сделала паузу, слегка изменившись в лице. — Нам лучше поторопиться.       Химура молчала. Её глаз дрогнул после продолжительного просмотра записки, а затем она вздохнула и отправила кусок бумажки в свой карман на груди.       — Не переживай, Эри. — Сухо произнесла она.       — В нашей ситуации невозможно не переживать. — Отрезала та, сжав кулаки. — За той дверью к дереву прибит и привязан наш мёртвый одноклассник. Мы все умрём, если не узнаем, кто так жестоко поступил с ним. — Она стиснула зубы, тем самым скривив свои тонкие губы.       — Поэтому нам следует ещё тут осмотреться. — Сказала Сэкера. Сегодня она выглядела куда бодрее, чем в предыдущие дни. — Взгляните на стену.       Её палец тут же указал на самый низ стены, где также, как и на полу, была кровь. Однако, приглядевшись, обе другие девушки заметили что-то не то.       Близ чёрного плинтуса на белом отрезке обоев виднелись мазки крови, напоминающие плюс, либо же букву «Х». Это было сложно заметить с самого начала из-за небольшой хаотичности крови и её количества повсюду.       — Это мог нарисовать Тору? — Удивлённо спросила Химура.       — Скорее всего да… — Айно поправила прядь волос и вздохнула. — Очень низко. Возможно…       — Бу!!       Чей-то неожиданный и громкий голос, прозвучавший за спиной Эри, заставил её вздрогнуть от неожиданности. Она даже вскрикнула и обернулась, ударяя в лицо того, кто её напугал.       На пол полетела пижамная рубашка, прямо в кровавую лужу, и уже через пару мгновений на ней начали проступать тёмно-красные пятна.       — Гхааа!! Больно! — Микори спешно приложила свою ладонь к носу, откуда уже начала течь кровь. Её лицо раскраснелось, а на глазах блеснули слёзы. Дрожащим голосом девушка раздражённо буркнула: — Дура! Зачем ударять?!       Эри, Сэкера и Химура стояли в непонимании. Осознав произошедшее, синеволосая тут же подошла ближе к Хикао.       — П-прости! Ты напугала меня, я не хотела, честно! — Судорожно извинялась она в попытках дотронутся до девушки, но та отходила назад.       — Не трогай меня! Вот чёрт! — Микори взглянула на свою руку, на которой была кровь. Она уже успела размазать её по лицу, пока отмахивалась от Эри. — В… в глазах темнеет…       — Мы отведём тебя в мед.пункт, только не дёргайся, Микори. — Сэкера подошла к ней сбоку и придержала её за спину, когда у той уже начали подкашиваться ноги.       Хикао скривила рот от злости и боли, а по её щекам скатывались слёзы, которые она быстро вытирала кистью руки. Эри замерла, глядя на неё. Затем она взглянула на свою левую руку, на костянках которой виднелся лёгкий мазок крови.       — Что же я… наделала… — Тихо прошептала она.       — Мгх, я так хочу домой, к-к папе… — Слова Микори звучали неразборчиво, потому что её голос захлёбывался в слезах, а в рот попало немного крови. Металлический и одновременно солёный привкус вызывал у неё тошноту. Она наклонила голову, оставляя тем самым красные капли на полу.       — У вас что-то произошло? — Прозвучал мужской голос где-то со стороны двери в Оранжерею.       Это был Сиёти и, увидев Микори, еле стоящую на ногах с раскрасневшимся мокрым лицом, он тут же подбежал к ней. Попутно с этим он аккуратно обошёл лужу у стены.       — О Боже, Хикао, что с тобой?! — Удивился Тенма. Его чёрные брови были приподняты от удивления, а сам он слегка наклонился, чтобы видеть лицо девушки.       Она не ответила ему, лишь сильно зажмурила глаза. Сэкера продолжала придерживать её, но теперь под живот, чтобы та не грохнулась вперёд.       — Пожалуйста, помоги донести её до мед.пункта. — Танабе взглянула в его жёлтые глаза и захлопала ресницами, как бы умоляя о помощи. — Кажется, она сейчас упадёт в обморок.       — Я не!… — Микори собралась что-то сказать, но тут же пошатнулась и закрыла рот рукой, издав при этом странный звук, похожий на икание.       — Тише, тише… — Прошептал Сиёти, обхватив её руками под спину.       Спустя пару секунд ловких движений Микори оказалась полностью у него на руках. Она полностью размякла и уже не могла никак двигаться, а голову запрокинула назад. Послышались всхлипы и глуховатый кашель.       — Танабе, придержи её голову. — Почти скомандовал парень.       Та сразу же отреагировала и быстро подошла к этим двоим. Аккуратно положив обе свои ладони на голову Хикао, Сэкера наклонила её вперёд, чтобы подбородок девушки теперь почти прижимался к груди. Тем самым кровь не стекала ей в горло, и Микори ей не захлёбывалась.       Тенма немного напрягся, а затем, чуть спеша, зашагал вперёд вместе с девушкой на руках. Сэкера последовала за ним, продолжая придерживать ту за голову.       — Кх… как…х.. больно… — Микори сказала это очень тихо, так, что мог услышать лишь Сиёти, однако её слова каким-то образом дошли до Эри. *****       Долгожданная дверь в мед.пункт уже в паре шагах. Ноги Тенмы уже достаточно устали, поэтому он всё больше ускорял свой шаг, сокращая расстояние за секунды. Танабе шла за ним, шумно стуча своими каблуками по полу. Коридор был тих как никогда, и лишь эхо чьих-либо шагов создавало какой-никакой, но шум.       Сэкера прикоснулась к ручке двери, а затем сразу же одёрнула свою руку. На её ладони теперь виднелись мазки крови, глядя на которые девушка впала в лёгкий ступор.       — Кровь на ручке двери… — Прошептала она под себя, а затем, вздрогнув, всё же открыла дверь.       Помещение выглядело очень странно. Многие шкафчики и ящики в тумбочках были распахнуты, а предметы в них отсутствовали. На полу валялись какие-то лекарства и медицинские инструменты, вроде скальпелей и ножниц. Белая простынь на одной из двух коек была сильно помята, а в некоторых ее местах виднелись красные отпечатки. В целом мед.пункт выглядел так, будто бы кто-то опрокинул всё на пол, метаясь в процессе от одного угла комнаты в другой.       Сиёти нахмурился и осторожно зашёл в помещение, стараясь не наступать на стёкла от разбитых склянок.       — Кто-то устроил здесь настоящий погром. — Негромко сказал он, опуская девушку на кровать так, чтобы она была в сидячем положении. После этого он присел рядом и устало выдохнул. — Хикао, как ты?       Та промолчала, когда Тенма к ней обратился. На её лице было явное раздражение и тоска, она постоянно отворачивала его и всячески наклоняла голову, прячась от чужих глаз. Странно было видеть её такой разбитой, в прямом и переносном смысле. Будь то кто-либо другой на её месте, Микори бы отшутилась, однако сейчас ей явно было не до смеха.       — Тут… нигде нет ваты. — Растерянно произнесла Сэкера, которая уже успела осмотреть несколько распахнутых настежь шкафчиков, а также валяющиеся предметы на полу. — Да и бинтов тоже…       — Но это же мед.пункт, они должны здесь быть. — Сиёти встал. — И они здесь были. У Анны рука забинтованная, например.       — Я помогла ей с этим и чётко помню, что и вата, и бинты были здесь в достаточно нормальном количестве. — Танабе наклонила голову, щуря взгляд своих тёмно-фиолетовых глаз.       — Кровь… — Тихо заговорила Микори, отчего оба слегка вздрогнули и посмотрели на неё. — …уже почти остановилась. — Договорив, девушка подтёрла кровь указательным пальцем. Через секунду она улыбнулась и исподлобья посмотрела куда-то вперёд.       — Но мы всё равно должны оказать тебе помощь, нельзя оставлять это просто так. — Сэкера вздохнула и посмотрела на пол.       — Если ты нормально себя чувствуешь, — Обратился Сиёти к девушке справа от себя. — то нам сейчас следует разобраться, куда пропала вся вата и все бинты.       — Что ж, я знаю, куда ушла как минимум одна упаковка ваты… — Хикао задумчиво отстранила взгляд. *****       Рэя не пришлось долго ждать — уже через несколько минут он был снова здесь, вот только теперь в очках с чёрной оправой. Таким его видеть было непривычно, но не сказать, что очки ему совершенно не шли.       — Так, эм… продолжим осматривать комнаты? — Он почесал затылок, хлопая глазами перед девушками. — Каноа, ты с нами?       — Да, пожалуй. — Кивнула Момосаки. — Не хочу возвращаться на третий этаж… — Последнюю фразу она проговорила более тихо, и Ватари её не услышал.       — Что ж, ближайшая мужская комната — это комната Ичиро. — Развернувшись, парень указал на дверь с табличкой «№9 Юкиро Ичиро».       Трое без раздумий прошли вперёд, заходя во внутрь помещения. Кое-что показалось Ватари другим. Этого не было вчера, когда он вместе с Хато уже был в этой комнате.       Всё дело в количестве «мусора» на полу. Повсюду валялись не только куски бинтов, но теперь ещё и какие-то бумажки. Взгляд стразу же зацепился за одну из них, и на ней строгими чёрными чернилами было написано:«Оранжерея, 334». Почерк выглядел слегка коряво. Сама бумажка лежала на прикроватной тумбочке, а остальные либо на полу, либо на кровати. Рэй взял её, а затем спешно засунул в карман.       — Скорее отсмотрим шкафы и пойдём отсюда. — Сказала Анна, чуть нахмурившись.       Каноа наклонилась, обращая своё внимание на некоторые записки. Ватари тем временем стоял посреди комнаты, и его выражение лица было недоуменным.       — Эй, тут… какие-то обрывки листов, словно из тетради. — Заговорила Каноа. Она поправила прядь своих русых волос и потянулась за одной из записок. — Сложно что-то разобрать без полного контекста.       — А, это, наверное, из его блокнота. Странно, что Ичиро порвал некоторые записи. — Рэй сложил руки на груди, прислонившись спиной к стене.       Анна тем временем открывала ящики шкафа в поисках пижамной рубашки.       — Ой, тут одно слово похоже на оскорбление. — Момосаки раскрыла глаза, а затем прищурила их, вглядываясь в один из оторванных кусков бумаги. — Рэй, взгляни. — Она подняла голову, подзывая парня к себе, а затем мельком взглянула на Удзаки, но сразу же вновь опустила глаза на записку. — «Идиот» — Прочитала она.       — Че-чего? — Ватари наклонился, с любопытством рассматривая такие же кривые буквы, как и на записке с прикроватной тумбочки.       Подобрав с пола другой клочок бумаги, Каноа обомлела, потому что там было более аккуратным почерком написано знакомое имя: «Хаторока, 334».       — Что это значит? — Вопросительно прошептала она.       — Похожая записка была на тумбочке!… — Ватари полез в карман, а затем достал оттуда уже скомканный листок. — Заберём это с собой?       — Думаю, да, стоит. Возможно это как-то связано с делом, потому что тут упоминается Оранжерея. — Момосаки поднялась с колен, а затем и Ватари тоже. — Анна, — Обратилась светловолосая к девушке. — ты что-то нашла?       — Н-нет… наоборот, ничего. Тут только… пижамные штаны. — Ответила та. Она обернулась, держа в руках мужские штаны из знакомой синей ткани.       Рэй и Каноа напряжённо переглянулись. Отсутствие пижамной рубашки в этой комнате могло означать только одно: она была в мусорке.       — Стоп, т-ты уверена, что всё посмотрела? — Момосаки заметно занервничала. Она посмотрела девушке прямо в глаза, но уже через секунду та отвела взгляд.       — А… вон в тот ящик я… — Анна обернулась к шкафу и указала на самый нижний ящик. — …ещё не заглядывала.       — Да ладно вам, может, Ичиро просто положил верх и низ пижамы в разные ящики. — Ватари подошёл к шкафу, заставляя девушку тем самым отодвинуться. Он взялся за ручку, а затем потянул на себя. — А?… — Его взгляд замер. Рэй наклонился, почти присел на корточки, а затем достал из ящика кое-что, совсем не напоминающее пижамную рубашку.       Это был нож. На некоторых участках его заточенного лезвия была кровь, при виде которой становилось не по себе. Красная рукоятка свидетельствовала о том, что данный нож не был взят из столовой, а, приглядевшись, можно было и вовсе заметить буквы, образовывающие имя: «Сиёти Тенма»       Рэй непонимающе вглядывался в собственное еле заметное отражение в лезвии ножа. Он словно перестал даже дышать.       — Неужели… — Послышался его тихий голос. — Ичиро убил Тору?… *****       В Оранжерее уже какое-то определённое время расследование не сдвигалось с мёртвой точки. Было не по себе так долго находиться рядом с трупом. Благо, от него ещё не исходил запах разложения, иначе это могло бы вызывать ещё больший рвотный позыв, который итак переодически возникал у Хато. Он не мог задерживать взгляд на Тору, поэтому всячески отворачивался.       Но для кого-то это будто бы не вызывало особого страха и отвращения. Ясуо сейчас находился очень близко к телу и, не прикасаясь к нему, осматривал раны, в которых до сих пор находились ножи. Цимёко стояла позади него, держа в руках планшет. Она часто смотрела туда, будто бы пытаясь не смотреть на мёртвого одноклассника.       Иори копошился в кладовке, которая была довольно далеко от места расследования. Он не сказал, зачем пошёл туда, да и никто не спрашивал у него об этом. А Сиёти, который ушёл в коридор уже около получаса назад, так и не вернулся.       Все потихоньку ожидали начала Классного Суда. Сейчас Хато сидел на одной из лавочек, глядя на сменяющиеся цифры на экране планшета.       «01. 04. 48»       «01. 04. 47»       «01. 04. 46»….       Время шло долго. Будущий Суд, без сомнений, пугал и напрягал всех. Внутри Хашимоты зарождались странные чувства, которые он не мог объяснить. Он попросту не мог поверить в то, что всё это безумство происходит с ним и вокруг него. Не хотелось разбираться в этом, как-то учавствовать, что-то делать. Хато хотел лишь закрыться ото всех, чтобы его не трогали. Ему было безумно жаль Тору, ведь всего лишь недавно он начал узнавать его, а теперь этот человек мёртв.       Симидзу больше не расскажет глупых историй за завтраком, больше не посмеётся с шуток Рэя или Микори, больше никогда не улыбнётся просто так и никогда не сядет рядом, чтобы пообщаться. Теперь Тору останется лишь в памяти.       Думая об этом, у Хато сжималось сердце. В его голове звучала страшная мысль: «лучше бы умер я». Он не хотел смотреть на чужие смерти, он уже устал от этого. И предстоящий Классный Суд знаменовал новую смерть.       Но всё же, было ещё кое-что, что не давало ему покоя. Хато уже долгое время пытался вспомнить вчерашний вечер у бассейна. В последнем воспоминании был лишь его собственный крик, а дальше ничего. Это серьёзно настораживало его и интересовало. Возможно, в недостающем фрагменте воспоминаний есть что-то, указывающее на убийцу. Или, возможно, куда пошёл Тору после разговора с Хаторокой.       Девушки, оставшиеся в коридоре, как известно парню, должны были также осмотреть соседние комнаты, вроде «Бассейна для тренировок» и класса химии. Тем не менее, все хоть и работали усердно, но уже давно устали от этого.       «00. 59. 33»       «00. 59. 32»       «00. 59. 31»….       — О чём думаешь? — Спросил Юкиро, сидящий рядом справа от Хато. До этого он спокойно наблюдал за остальными одноклассниками в помещении, положив нога на ногу и подперев щеку кулаком.       Тот вздрогнул от этого вопроса, потому что погрузился в себя.       — Я… не говорил тебе кое-что. — Подняв голову, начал темноволосый. Юкиро посмотрел на него, ожидая дальнейших слов. — Вчера вечером я прыгнул в бассейн. Тору, кажется, вытащил меня оттуда, а потом произошло что-то, что я не могу вспомнить.       — Как это? Ты просто забыл последующие события? — Брови Ичиро с интересом поднялись.       — Не знаю, я помню… хлопок. — Хаторока удивился, потому что последнее сказанное слово он произнёс на ходу, ведь неожиданно вспомнил звук, напоминающий хлопок. Он заморгал, отрывая взгляд от пола. — И боль. Я помню боль. — Продолжая говорить, он удивлялся всё сильнее. Словно фрагменты воспоминаний потихоньку складывались в одну целостную картину, когда парень подробно пытался восстановить события в своей памяти.       — Тебе было больно? — Спросил Ичиро.       — Да, и именно после этого всё обрывается. Дальше я просыпаюсь в своей кровати, как в обычное утро. — Хато грустно нахмурился и откинулся назад, на спинку лавочки.       — Странно. Получается, ты последний, кто видел Тору до того, как его убили? — Светловолосый задумчиво посмотрел куда-то вдаль.       — Наверное… — Хаторока напряжённо выдохнул и прикусил губу. — Мне очень хочется знать, что было после этого.       — Ну, может, ты ещё вспомнишь. — Вздохнул тот, поднимаясь с лавочки. Взгляд его тёмных глаз упал на Хато, после чего он произнёс: — Лишь бы это не оказалось воспоминанием того, как ты убил его.       От этих слов темноволосый замер с распахнутыми глазами. Он и подумать раньше не мог, что является убийцей Тору.       — Н-нет, что ты говоришь?… Ты подозреваешь меня? — Голос заметно задрожал, и Хашимота сжал собственное колено. Он смотрел на Юкиро полными непонимания глазами.       — Что ты, я не говорил этого. В нашей ситуации подозревать можно кого угодно. — Сказав это, Ичиро наклонился, глядя Хато прямо в глаза. Его тень почти нависала над ним, совсем как тогда, в библиотеке. — Например, меня.       Темноволосый напрягся ещё сильнее после сказанных его другом слов. Он чувствовал, как сердце бьётся с бешеной скоростью то ли от страха, то ли непонятно от чего. Сейчас Хато всеми силами старался не нарушать зрительного контакта и не отводить взгляд своих глаз на кроссовки Юкиро, которые были в еле заметной крови.       — Я не хочу никого подозревать. Тебя тоже. — Сказал Хаторока, перед этим вздохнув.       Юкиро выпрямился и, улыбнувшись, засунул руки в карманы.       Спустя несколько секунд Хато тоже встал с лавочки, взяв с собой планшет. Он поднял голову вверх, и его взгляд зацепился за множество тянущихся вверх голых веток. На них падали лучи солнца, такие чистые и яркие. Смотря на дерево и его бесконечные ветки, парень внезапно кое-что вспомнил. «Основной страх: крупные деревья и их голые ветви, это же и является одной из причин психологической травмы пациента № 5». «— Чёртовы ветви, тянущиеся далеко ввысь и в сторону. Ненавижу. Сегодня будто всё напоминает мне о том, что мне удалось пережить»….       Хато вспомнил, что, судя по всему, основным страхом Юкиро являются ветви деревьев. Какое-то время он даже думал об этом и собирался подробнее спросить у светловолосого о том, почему так. Конечно, он собирался ссылаться именно на ту его фразу, ведь иначе это бы отчасти подтверждало то, что он заглядывал в чужие документы. Однако Хаторока забыл об этом, хоть это его действительно интересовало.       — Эй, Юкиро, — Обратился он к однокласснику. — мы уже долгое время находимся здесь. Мне казалось, ты избегаешь Оранжерею из-за этого дерева. — Указав взглядом на ветви, сказал он.       — Я… — Ичиро неосознанно посмотрел наверх, после чего его глаза распахнулись, а зрачки в них расширились, внимая совершенно обычной, но так напрягающей его картине.       Он пошатнулся, а затем опустил голову. Хато заметил его учащённое дыхание, которое тот отчаянно пытался скрыть, закрыв рот рукой.       — Что с тобой? — Спросил темноволосый.       Внезапно Юкиро схватился за его локтевую область левой руки, сжимая её до ощутимой боли. Хашимота попытался вырваться из хватки, но Ичиро крепко держал его.       — Кха… Хато… — Прокряхтел он, а затем наконец поднял голову. Его лицо было полно ужаса, он смотрел в чужие глаза с поистине детской беспомощностью и отчаянием, намёка на которое и вовсе не было пару минут назад. Темноволосый ощущал его страх, но неужели это всё произошло из-за одного лишь взгляда на ветви?       Он попытался что-то сказать, спросить или ответить, но попросту не смог подобрать слов. Юкиро наконец отпустил его руку и напряжённо посмотрел по сторонам. Присутствующие, кажется, не заметили того, что только что произошло, либо же им не было до этого дела.       — Юкиро… ты-       — РАССЛЕДОВАНИЕ ЗАВЕРШЕНО!!       Раздавшийся из ниоткуда оглушающе громкий голос Монодога чуть не заставил Хато закричать, потому что до ужаса напугал его. Да и не одного его, в принципе, потому что остальные тоже так или иначе вздрогнули и огляделись в поисках источника.       — Да, я знаю, что у вас есть ещё целый час, однако зачем тянуть, если все улики уже найдены?? — Продолжил Монодог. Его голос доносился из громкоговорителей на стенах. — Так что прошу всех спуститься на первый этаж в комнату номер ноль! Это кладовая, как вы уже приняли её называть.       Юкиро и Хато напряжённо переглянулись, после чего голос добавил:       — Буду ждать вас с нетерпением, но поторопитесь и не забудьте взять свои планшеты с собой, это очень важно!!       Прежняя тишина вернулась, однако теперь в воздухе почти ощутимо витала тревога.       — Ладно, поторопимся. — Сказал Ясуо. Парой лёгких шагов он быстро обошёл ограждения у дерева, после чего направился к двери в коридор.       Цимёко последовала за ним, как и Иори, который до этого был в кладовке.       Хато тоже без раздумий пошёл в сторону выхода, а его быстрый шаг почти переходил на лёгкий бег.       Из-за кровавой лужи в коридоре он чуть не поскользнулся, но вовремя отпрыгнул вправо, ближе к стене. Оранжерея уже была позади, и парень продолжал идти вперёд, видя перед собой затылки одноклассников. Нарастающий страх перед Классным Судом сжимал всё в его груди. Он ужасно волновался, а его единственным желанием сейчас было, чтобы всё это поскорее закончилось.       Внезапно кто-то схватил Хато за кисть левой руки и потянул куда-то назад. Парень удивился от такого, но из-за крепкой хватки этого человека не смог вырвать руку. Уже через секунду он оказался в тёмном помещении, освещаемом лишь одной слабой лампой где-то в углу. Его спина болезненно прислонилась к стене, потому его толкнули. Хаторока поморщился, пытаясь разглядеть чей-то силуэт в полутьме.       — Послушай, Хато, — Послышался знакомый голос. Это оказался Юкиро. — Мне нужно тебе что-то сказать. — Он говорил шёпотом, очень быстро и волнительно.       Темноволосый наконец понял, где он находится. Данное помещение было классом химии, в котором до этого парень бывал от силы один раз. На окнах красовались железные створки, которые совсем не пропускали уличный свет. Стулья были на партах. Создавалось какое-то ощущение пустоты, потому что это помещение всем своим видом будто бы кричало о том, что здесь очень давно не проводились уроки. Даже в прошлый раз, когда Хаторока заходил сюда, тут было темно, поэтому больше он здесь не появлялся.       — О чём ты? — Спросил он у светловолосого, продолжая щурить глаза.       — Помнишь, ты спросил у меня, можешь ли ты доверять мне?       — Д-да, это было… в мед.пункте, вроде.       — Так вот, я искренне хочу, чтобы ты доверял мне, Хато. Многие мои поступки могут показаться тебе странными, но поверь, я никогда не хотел и не собирался обманывать тебя и остальных. — Юкиро положил свои руки на плечи Хашимоты, чуть надавливая.       — Хорошо, я верю тебе, но ответь мне на вопрос. — Тот замер, делая паузу. Через пару секунд он наконец продолжил: — Почему на твоих кроссовках кровь?       Ичиро вздрогнул, а затем посмотрел вниз, на свою обувь, однако было почти ничего не видно.       — Кровь?… — Переспросил он испуганным голосом. — Это из-за… Это-       — Ты причастен к смерти Тору? — Уже более твёрдо спросил Хато. Он убрал чужие руки со своих плеч и отошёл от стены.       — Н-нет, я спал, я не убивал Тору! — Тревожно оправдывался Юкиро. — Послушай, когда закончится Суд, я всё тебе расскажу, честное слово. Это… не так просто.       — У меня слишком много вопросов к тебе, поэтому будь готов. — Сказав это, Хашимота быстро покинул комнату, оставив Юкиро в недоумении.       — Прости… *****       На первом этаже собрались уже почти все. У каждого были в руках планшеты, а у кого-то даже собранные улики. Среди толпы парень заметил Микори, у которой на опухшем носу почему-то красовался пластырь. Она явно была не в самом лучшем настроении, о чём свидетельствовало её нахмуренное лицо. Рядом с ней стояла Каори, чей вид был не менее разбитым. Её тело слегка дрожало, а голубые глаза в страхе бегали по сторонам.       Хато также заметил разгневанного Рэя среди толпы, держащего в руке опущенный вниз нож. Его придерживала Анна, и что-то говорила ему, как бы пытаясь успокоить. Тот искал глазами кого-то среди одноклассников. В воздухе царил шум чужих разговоров, пока все медленно заходили в небольшой коридорчик, ведущий прямо в «комнату №0».       — Хато… — Тихий голос позвал его.       Обернувшись, парень увидел Каноа. Она смотрела на него с болью в своих голубых глазах. Казалось, она вот-вот заплачет. Такую он видел её утром, абсолютно беспомощную и напуганную. Девушка стояла в полуметре от него и сжимала края своего белого фартука.       Уже через секунду Момосаки резко двинулась вперёд, падая в объятия Хато. Она обхватила руками его спину и уткнулась носом в его грудь. Он мог чувствовать её быстрое дыхание, словно у встревоженной кошки. Лёгкий запах с макушки вновь погружал его в подлунное царство лаванды. Парень не успел ответить на объятия, ведь Каноа уже через пару мгновений отстранилась от него, пряча лицо, и ушла вперёд, скрываясь среди толпы.       Наконец, все присутствующие оказались в большом полупустом помещении, близ стен которого находились знакомые большие коробки. Также пришли и оставшиеся люди, в числе которых был Окуро. Хато не видел его уже несколько дней, и сейчас парень был в своей маске, как и обычно.       — Ня-ха-ха! — Засмеялся Монодог. Он стоял на высокой платформе, к которой вела закрученная железная лестница. Все сразу же обратили на него внимание, подняв свои головы вверх. — Все собрались? Отличненько! Приглашаю вас всех подняться по этой лестнице и пройти в зал ожидания!       «Зал ожидания? — подумал Хато — неужели это та запертая комната?»       Люди начали подниматься по лестнице, а Монодог, демонстративно поклонившись, скрылся за дверью.       Уже через две минуты Хаторока, как и все остальные, оказался в просторном помещении. Оно было увешено различными картинами-портретами Монодога, а слева и справа стояли красные диваны, с низкими столиками рядом. Впереди была широкая дверь, напоминающая лифт. Слева от неё стоял кулер с водой. Две другие стены также не обходились без дверей, на этот раз совершенно обычных. Вот только на них висели таблички «заперто». Также в углах комнаты были расставлены высокие растения без цветков, тянущиеся высоко к потолку.       Освещение в комнате было слабым: всё освещалось лишь двумя лампами около диванов. Красные обои прибавляли чувства тревоги, нагнетая атмосферу перед предстоящим Классным Судом.       Внезапно засветилась красно-белая табличка над лифтом, на которой была надпись: «Добро пожаловать в ад!», а также стрелка, указывающая вниз.       — Итааак! — Вновь голос Монодога. На этот раз его не было здесь, а звук доносился из громкоговорителей. — Прошу, пройдите в лифт! Отныне для кого-то поверхность останется позади!!       Двери лифта открылись. Он оказался достаточно просторным, таким, что там вполне могло поместиться 15-20 человек. Все начали неохотно заходить туда.       Наконец, двери вновь закрылись, только теперь лифт был набит людьми. Хато почувствовал, как пол начинает опускаться, от чего ему стало не по себе. В воздухе царила мёртвая тишина, в которой можно было услышать лишь чьё-то сбитое от волнения дыхание. Колени парня тряслись, а сам он смотрел перед собой, будто бы перед выстрелом. Он сжимал кулаки до боли в пальцах, а нижнюю губу прокусил уже, кажется, до крови.       Чей-то голос до безумия тихо молился, а кто-то сзади пытался утихомирить собственные всхлипы и плач. Время шло бесконечно долго, и это ожидание убивало, будто бы лифт действительно спускался в самую преисподнюю. Сейчас Хато думал обо всём и ни о чём одновременно. Пространство, набитое людьми, душило его своей духотой, словно невидимые руки сжимали горло. В душе он лишь снова и снова повторял про себя слова: «пусть всё это закончится».       Послышался звон — двери лифта открылись. Одноклассники постепенно выходили из него. Лишь Хато оставался на месте, не в силах пошевелиться. Наконец, всё опустело. Спины людей были впереди, а за ними яркий свет, ведущий из большого помещения.       — Иногда невозможно избежать неизбежного. Время пришло.       Хато повернул голову вправо, откуда только что донёсся чей-то расслабленный тихий голос. Рядом с ним стоял Тору. Он был в своей зелёной кофте с капюшоном, вот только на нём не было рубашки. Кончики его каштановых волос слегка потемнели от влаги, а бледное, но такое чистое лицо, выражало абсолютное спокойствие.       Симидзу повернул свою голову к Хашимоте и мило улыбнулся, произнеся:       — Удачи, Хато.