Deman_eb_ot_Sdeen

«Тут должна быть умная цитата»

      Все мои планы на то, что меня найдут мои друзья, близкие — разрушились, стоило мне открыть глаза. Тело, в котором находился явно не моё, руки-ноги у меня были побольше, подлиннее. Те, которыми располагал сейчас принадлежали какому-то ребёнку, но точно не молодому парню, недавно окончившему универ.       Состояние тела— хреновое. Должно быть, прям как у меня после аварии. Но вряд ли я резко помолодел, форма рук и ногтей, не та, что у меня. Похоже, но всё же не моё. Тело точно мне не принадлежит. Не принадлежало. — «Что же это значит?» — Спросил сам у себя вопрос, ответ на который уже знал. Ответ невероятный, но тем не менее, единственно верный. Попал. Сознание покорно принимает этот факт, лишь отметив, что реакция не совсем верная, что надо бы вернуться к этому вопросу позже. Но право дело, сейчас мне фиолетово, как и куда, лишь бы не назад, только не в это место, к черноте и холоду.       Дёрнул шеей в попытке осмотреться — шею прострелило болью. Пришлось сбавить обороты, медленно, стараясь не делать резких движений, кручу головой, глазами бегло осматриваю окружение. Больница. Ну точно больница. Серо-белый потолок, такие же стены, койки на которых лежат пациенты. Помещение большое, нас тут человек восемь. Состояние других кстати, с виду ничуть не лучше, чем у меня. У кого-то даже хуже. Я про того парня, голова которого замотана в бинты, кое-где красные от крови. Замотана так, что только нос торчит.       Раздался звук открывающейся двери, в палату зашла, судя по всему, медсестра или врач. Ну что ж, вот и настал момент истины. Первая встреча с живым человеком, не считая тех, кто лежит рядом со мной, без сознания.       Она сразу подошла к моей койке. — Как себя чувствуешь?       Английский. Отметил про себя, а в слух сказал. — Болят руки-ноги, шея и голова, а ещё ребра на вдохе, но не так чтобы сильно. В целом — неплохо. —Тебе очень повезло — Доктор не разделяла моего оптимизма. Она бросила равнодушный взгляд на свой деревянный планшет, а затем продолжила. — Повреждений много, но прогноз в целом положительный, внутренне органы практически не задеты. Понадобится время, пока не срастутся кости. — Она посмотрела на меня, из её глаз исчезло равнодушие, в них появился намёк на сочувствие, девушка попыталась изобразить участие. — Скоро ты выздоровеешь. — Простите. — Смотрю на неё с вопросом. — А вы? — Доктор. Меня зовут Амелия. Я буду лечить тебя и других пострадавших, тех кто находиться здесь, в этой палате. — Она отошла от меня и отправилась проверять других пациентов. Поправляя капельницы, иногда отмечая что-то у себя в планшете. — А вы в курсе того, что со мной случилось? — Мне ничего точно пока что неизвестно, всё же вас доставили сюда совсем недавно. Ходят слухи об аварии со взрывом, этот момент ещё уточняется. — Её взгляд опять вернулся к планшету. — Скажи пожалуйста, как тебя зовут? Это нужно чтобы мы смогли найти твоих родителей. Они наверняка волнуются. Понимаешь?       Ну вот. Приплыли. Что отвечать? Говорить сразу, что не знаю? Прикинуться потерявшим память? Притом, что это будет правда, пусть и не вся – может прокатить. Мысли заметались в поисках ответов. Молчание стало затягиваться, делать нечего. Сочинить что-нибудь правдоподобное, вот так вот, с наскока – у меня вряд ли получиться. Да и не нужно это. Буду играть стукнутого по голове, потерявшего память, а дальше видно будет. "Гениальный" был план...       Я уж хотел было открыть рот, да начать навешивать лапши, но меня прервал звук, открывшийся двери.       И в комнату вошли они.       Мужчина и женщина в старомодных костюмах. На плечах, мантии лимонного цвета, в руках палочки. Я так и замер с открытым ртом. Нет. Это не может быть правдой! — Что вы… — Начала Амелия. Мужчина спокойно, направил на доктора, деревянный аннигилятор. — Конфундус. —Палочка, исторгла из себя «нечто». Глаза женщины приобрели одухотворённость, взгляд начал смотреть в никуда, а на губы налезла лёгкая улыбочка. Ладно. Беру свои слова назад. Может блядь. Может! — Пойдите отдохните, выпейте чаю. — Лицо волшебника исказила лёгкая, едва заметная гримаса. И он, с издёвкой, чуть ли не выплюнул последнее слово. — Коллега.       Его, судя по всему, напарница, только устало вздохнула на это. Доктор Амелия, глупо лыбясь, потопала на выход. Волшебник не проводил её даже взглядом, переведя кончик этой деревянной вундервафли на меня. Мама. Нет! Я не хочу! Всё что успел подумать, перед тем как… — Конфундус. — Из палочки вылетело слабо светящееся «нечто», попало мне прямо между глаз. Что-то едва уловимое проноситься по телу, захотелось вздремнуть, сознание привычно сбрасывает с себя сонливость, ещё одно мгновение замешательства и осознаю. Не сработало. Не получилось. У него не вышло!       Каким-то, просто чудовищным усилием, давлю восторженный вопль радости, заставляя себя расслабить лицо. Глазами пялюсь на пустое место, на губы натягиваю легкую, дебильную улыбочку. Мысли сменяют друг дружку, с невероятной скоростью.       Лимонные мантии. Целители из Мунго. Они смогут в точности определить моё состояние. Они натасканы на это, это их работа. Один взмах полочкой, и они всё поймут. — Ты чего застыл? — Волшебница поторапливала. — Эти четверо – мои, эти четверо – твои. Он опустил палочку и отправился на другой край комнаты. Я внутренне выдохнул. Никогда, никогда ещё Штирлиц, не был так близок к провалу. Пронесло. — Мерлин, когда всё это кончится? Шестая магловская поликлиника. И ведь на очереди ещё две. Было-было, но такого ещё не видали. Я навострил уши, вслушиваясь в каждое слово. — Сколько ты уже на гос. службе, Бак? — Волшебник видимо решил промолчать. Его напарница хмыкнула. — Вот проработаешь с моё, тогда и будешь рассказывать, что тут было, а чего нет. — Считаешь это нормой? — Парень похоже обиделся. — Сегодня нас заставляют с маглами возиться, а завтра что? Кому прикажешь помощь оказывать? Эльфам? Может оборотням и прочим тварям? — Ты не хуже меня знаешь, почему мы здесь. — Волшебница бросила на него один взгляд, продолжив работать, над тем бедолагой, у которого голова вся замотана и только нос торчит. Молча взмахивая палочкой, и только изредка, одними губами, она проговаривала заклинание вслух. — Наш «уважаемый», Министр, лично распорядился. —Кривая улыбка наползла ей на лицо, показывая настоявшее отношение к данной ситуации — Случившееся – не вина маглов. Они не виноваты, что кое-кто окончательно тронулся на почве исследований. Наше дерьмо – нам его и разгребать, со всеми вытекающими. Министерство договорилось с магловским правительством. Поэтому мы здесь. — Прикрыв глаза, она едва слышно вздохнула. — Устраняем последствие неуёмных амбиций. —Да уж. Добавили нам работы, экспериментаторы херовы. — Волшебник закончил с первым, перешел ко второму — Это ж надо было додуматься! Пытаться сотворить такое, в городе. Не в отдельной лаборатории, где-то за чертой. А чуть ли не в центральном офисе, посреди жилого района. — Целитель достал зелье из сумки на поясе, пробежался взглядом по помещению в поисках шприца, не нашел, прошептал формулу, взмахнул палочкой и похоже, трансфигурировал необходимое. — У гильдии сотни лабораторий. Безопасных лабораторий. Которые не жалко потерять. Из которых удобно в случае чего сбежать, а не оставаться до конца, удерживая щиты, пытаясь остановить то, что уже по любому должно взорваться. — Ну ты бы на их меcте, так и поступил. Сбежал бы, поджав хвост. — А ты нет? — Волшебник не стал отрицать. Оторвавшись от работы, он с вызовом посмотрел на свою напарницу. — Ты бы не сбежала? Зная, что на кону жизни. Твоя, твоих людей.       Девушка прекратила колдовать, развернулась к Баку, встречая и выдерживая его взгляд. Затем прикрыла глаза, устало вздохнув — Я не знаю. Не знаю. — на пару мгновений они замолчали, а после продолжили работу. —Не знаю, что было в головах у Оскара и компании. Но если бы они сбежали, если бы не пытались стабилизировать состав, до конца, до самого конца – жертв было бы больше. На порядок больше. Не только маглов, но и волшебников. — Да-да. Герои блин. Может им ещё орден мерлина, за такую отвагу и самопожертвование? — Бак не сдерживал эмоции, сарказм так и лился из его рта. — Нет подождать, месяц-два. Провести синтез во внешних лабораториях. Вместо этого, давайте захреначим всё, прямо в городе. А если рванёт – так разменяем свои жизни на пять минут. — Ты там скоро? — Волшебница закончила со своими пациентами. —Сейчас обливиэйторы подойдут. А нам ещё две магловских больницы. Что простите? — Этот последний. — Он направился ко мне. Нет подождите, что блядь? Обливиэйторы?       Сейчас он кинет в меня парочку каких-нибудь диагностических чар и выяснит что конфундус не сработал. Всё так и случилось. Он подошел, выполнил пару пасов палочкой, я почувствовал как по телу прошла волна «чего-то». Бак нахмурился, на его лице отразилось замешательство. —Хм… — Что там? — Какой-то странный отклик от мозга. — Девушка подошла и быстро повторила манипуляции. —Действительно. Мыслительные процессы не замедлены, напротив слегка ускорены. — Похоже частично сбросил воздействие, но как? — Некоторые из окклюментов, способны на подобное. — Бак смотрел на свою напарницу как на человека, ляпнувшего что-то, совсем уж глупое. — Некоторые? — Голос целителя пропитан скепсисом, а затем в нём появляется уверенность. Уверенность человека знающего то, о чем говорит. — Единицы. На это способны единицы. Это тебе не укрыться от поверхностного чтения, что может провернуть практически кто угодно, потратив на тренировки достаточно времени. Чтобы противостоять техникам контроля разума прямого действия, нужно быть очень опытным окклюментом, или быть человеком неимоверной силы воли и твердости характера, а лучше всё это вместе. Разгон сознания это и вовсе уровень тех, кто подбирается к мастерству. — Возможно выброс. Неструктурированный поток мог ослабить заклинание. — Он Ма.г.л. —Медленно, как ребенку, что вызвало у девушки самопроизвольное подёргивание века. Целитель обратил внимание напарницы на очевидный, казалось бы, факт. — Может он один из нас? Чувствуешь, как ощущается? — Палочка ведьмы, отправила еще один импульс, что прокатился по телу теплой волной. —Потенциал явно выше магла. — Совсем чуть, этого недостаточно чтоб сбросить конфундус, этого недостаточно что бы ослабить его. Этого недостаточно, вообще ни на что. Магл как магл. А воздействие, всё же, частично отклонено. Знать бы ещё как? Возможно, сейчас он даже слышит нас. — Конечно же он нас слышит. — Ведьма насмешливо улыбнулась. Слышу, слышу. — Ты поняла, о чем я! — Волшебник недовольно прошипел. — Не только слышит, но и понимает. Не. Враки это всё. Я – овощ. Маринованный огурчик. — Занятно. Не встречал ещё таких аномалий. — Бак внимательно рассматривал меня, как неведомую зверушку. Создавалось впечатление что, он примеряется, как бы правильно вскрыть мне черепушку. Дабы выяснить, что там не так, как у всех. — А может ты с чарами ошибся? Да, точно. Ошибся. Просто ошибся. — Ага, резко разучился. — Бак посмотрел на свою напарницу, взглядом «ты серьёзно?» — Не кипятись. Оставь его на ребят из отдела катастроф. — Я в шоке. Тебе не интересно? — Еще две поликлиники. —Напомнила ему. Бак посмотрел в потолок, а потом горестно и жалостливо застонал. Только так, как может стонать человек, занимающийся тем, чем заниматься не желает. — Ладно.       Волшебник порылся в сумке, вытащил фиал, содержимое которого иначе чем красноватой бурдой не назовёшь, наполнил шприц, и добавил в капельницу. Снова полез в сумку, достал ещё одну склянку, пустую. — Костерост закончился. У тебя остался? — Да, вот. — Ведьма передала ему необходимое.       Ещё один шприц, снова пару капель к физраствору. Несколько взмахов палочкой, очередная волна проходит по телу. Немного больно. Я ошибаюсь? Или он мне кости собрал. Перебрал и по вставлял на место всё что было сломано, треснуто, выбито. — Всё пошли. — Бак направился к двери и не оборачиваясь вышел из палаты. Его безымянная напарница последовала за ним.