Deman_eb_ot_Sdeen

Цитата.

      Ещё тройка дней пролетела за тренировками, а затем ещё и ещё, и вот когда месяц подходил к концу — случилось. Нет, не профессор, которого мне уже, откровенно говоря, надоело ждать. Случилось кое-что другое. Ну и где он? Или она… Неважно. Где эта сука ходит? Мой будущий многоуважаемый профессор слегка опаздывает. Слегка. Совсем чуть. На пол шишечки. —«Имей терпение Саша.»— Постоянно повторяю себе эти слова, но они уже не оказывают сколь-либо значимого эффекта.       Три дня до конца лета! ТРИ ДНЯ! Когда-то думал, что смогу прочитать все книги первого курса, ещё до начала обучения. Но время уходило, я мысленно уменьшил объём до половины, потом до трети, потом до пары «самых важных». Сейчас начинаю думать, что не только книг не прочитаю, я их вообще не получу. Просто не успею купить литературу, котлы, мантии, вообще ничего, даже палочку. Имей терпение Саша. Мир не крутиться вокруг тебя. Люди заняты другими, возможно не менее важными делами, чем вытирать тебе – «маленькому мальчику», сопли.       Да срать они хотели, и на меня, и на мои сопли. Может в этом и есть вся суть? Своеобразный экзамен на поступление. Вот тебе, значиться, список всякой лабуды — пойди купи. Где хоч ищи, но что бы было. Смог самостоятельно разобраться — будешь учиться, нет — ну значит нет.       Бред. Боги! Какой же это бред! Тогда и назвать нужно такую процедуру, не экзамен на поступление, а естественный отбор.       В очередной раз прокручиваю в голове, уже давно составленный план, самостоятельной закупки всего необходимого. Представляющий из себя разговор с Гудманом, где я стараюсь объяснить старику, что именно мне нужно и зачем. План дьявольский, злой и обречённый на успех.       Смешно. Ну а если серьёзно. Всё продумано и передумано сотню раз и готово к исполнению, осталось только приступить непосредственно к реализации. Но Саша с этим, всё тянет и тянет, откладывает на потом.       Сегодня, последний день. Последний день, когда я даю этому слоупоку, глубоко уважаемому мной волшебнику, моему будущему любимому профессору, шанс. Если он его просрёт — Кхорн ему судья, ну или Тзинч, Мерлин, неважно. Мне уже будет плевать, какому демону он поклоняется.       Завтра мы отправимся в Косой Переулок и закупим всё что нужно, с профессором или без него.       Стук обрывает мои мысли. Двери закрыты на замок, встаю, иду открывать. На пороге Джек — шеф нашей охраны. Довольно молодой с виду человек, я бы даже сказал красивый, если бы не кусок уха, который по всей видимости когда-то просто оторвало к херам. Можно было бы попробовать скрыть уродство за шевелюрой, но парень напротив, носит исключительно короткие стрижки и пренебрегает головными уборами. Будто бы специально выставляя огрызок уха на показ.       Личность неординарная, хотя бы тем, что молод. Отряд охраны, которым он командует, поголовно состоит из бывалых вояк, мужиков старше него самого, порой чуть ли не в два раза. И всё же Джек умудряется поддерживать дисциплину, каким-то мне пока что неведомым образом, сохраняя авторитет. —Мистер Гудман велел передать, что просит вас зайти к нему. —Спасибо Джек, я понял. — Заставляю себя улыбнуться. Парень осматривает меня обеспокоенным взглядом.       Оно и понятно. Последний месяц провожу в состоянии перманентного энергетического голода. Делая перерывы только на сон. Продолжая экспериментировать, везде где только можно. Конечно, непосредственно «фокусами» занимаюсь только у себя в амбаре, предварительно убедившись в отсутствии свидетелей. И конечно же, после каждой такой попытки ловлю «приход», ярких ощущений от магического истощения. Но право дело, вы же не думали, что мне этого хватит? —«Мазохизм процветает.»— Он у меня не просто процветает. Я возвёл его в абсолют. Довёл, так сказать, до совершенства. Потому что есть великое множество способов магичить, вообще без каких-либо видимых эффектов, не привлекая внимание обычных людей.       Ничто не мешает мне, практиковать контроль, стараясь ещё больше уменьшить количество потерь энергии при колдовстве. И я пользуюсь этим сутки напролёт, везде… везде, где только можно. На уроках с репетиторами и на наших встречах с Гудманом, когда кушаю, когда гуляю. —«Когда на толчке сижу, когда жопу подтираю.»— Мысленно заканчиваю сам за собой. Смешно. Весело, а главное, как остроумно… Вот только, шутки шутками, но такими темпами боюсь, скоро так оно и будет.       Магический голод от истощения — особый вид пытки, но человек тварь такая ко всему привыкает. И я надеялся, что и к этому получиться, рано или поздно привыкнуть. Пока что не получилось.       Даже с учтём «суперсил», которые я продолжаю безбожно абьюзить. Постоянно напрягаю сознание, буквально, заставляя разум и тело работать не взирая на постоянный голод.       Но игнорировать это чувство, так как будто бы его нет, заставить себя привыкнуть к этому, воспринять как должное… Нет. Это оказалось выше моих сил, суперсил, ультра-сил. Честно говоря, не уверен, что это вообще возможно. —«Каждый раз, каждый сука раз, как серпом по яйцам. Ебаный голод.» Как же не хватает зелья маны, или его аналога. Если в этом дурном мире, нет вообще никакого средства от магического истощения, то я его изобрету. Не сейчас, но однажды.       Естественно, такой распорядок не мог не отразиться на моём состоянии. Не физическом — тут всё в относительном порядке. Всё же, у меня более нет желания, повторять тот занимательный опыт и в третий раз наступать на одни и те же грабли, да и Гудману слово дал. Но вот эмоционально, нахожусь в шаге от выгорания. Полнейшей апатии и нежелания вообще ничего.       И даже несомненный успех, заключающийся в росте резерва, которого уже впритык хватает на два полноценных фокуса-покуса, даже он не в состоянии перебить раздражение от сложившейся ситуации.       Надо бы сбавить обороты… Отдых не менее важен. Размышляю на ходу, попутно ощущая как энергия восстанавливается и голод понемногу отпускает. Хотя бы с этим проблем нет… Пока что рано об этом говорить, но мне начинает казаться, что и скорость восполнения энергии тоже увеличилась. Незначительно. Но точно сказать не могу, тут сплошные ощущения и никакой конкретики, слишком сложно судить.       Выхожу из своей «тайной лаборатории», неспешно иду к поместью. Прогуливаюсь по мосту через небольшой пруд, там даже рыбки есть. Они в последнее время помогают мне, совершенствовать свои навыки. Добровольно помогают. Честно. Я спросил у них разрешения. —«Рыбки, рыбки. Можно попрактиковать на вас ментальное подчинение?» —Они молчали. Молчание — знак согласия. Не сразу. Далеко не сразу, у меня получилось заставить их, плыть куда мне нужно. В чём была проблема ментального воздействия на рыб, я до конца так и не понял. То ли у рыбок мозгов мало, то ли у меня. Вроде одно и тоже делал. Но сначала не получалось, а потом резко вышло. —«И с тех пор я — Джеймс Гудман, повелитель рыб.» —«Карасей.» — Проверяю резерв — почти что полный. Один раз можно. —«Равняйсь!» — Формирую ментальную команду, и отправляю её в глубь, дополнительно приправляю ментальный посыл энергией. Чем больше вложишь — тем гарантирование будет результат. Но всё равно, стараюсь тратить как можно меньше. Четыре рыбины, подплыли ко мне и выстроились в ряд. —«Смирно!»— Продолжаю забавляться, уже просто так, без всякой магии. —«На первый второй рассчитайсь.» —«буль.» —«буль.» … —«Лейтенант карась. Доложите обстановку.» —«Начальник, буль. Здесь всё спокойно, буль. Но кажется, у вас едет крыша, буль, буль.» — Думаю, если бы он мог говорить, то сказал бы примерно это.       Оставляю рыб в покое и ухожу дальше, отмены приказа не требуется. Скоро энергия подчинения исчерпает себя, и рыбки тоже уйдут по своим делам.       Прохожу мимо дерева — большого, старого клёна, растущего возле пруда. Там, на его широких ветках, своего часа дожидается моя личная, маленькая армия, смертоносных био-голубей.       А вы думали я их просто так хлебом прикармливаю? Нет, это всё часть моего дьявольского плана.       Закончив с подчинением рыб, перешел на птиц. Начал совсем недавно и уже есть успехи. Вполне сносно контролирую их, заставляя выписывать различные воздушные фигуры, перелетать с места на место. Для этого не нужно быть волшебником. Для этого нужно быть уличным магом. Быстрая проверка резерва — чуть больше половины. Должно хватить. Воровато оглядываюсь по сторонам. Дзюцу контроля голубей — секретная техника, нельзя что бы кто-то стал свидетелем.       Эх. Прав был лейтенант карась. Я окончательно сбрендил. Кто-нибудь, вызовете дурку. Зачерпываю энергию из резерва, и направляю конусом от себя к дереву так, чтобы зацепить максимум птиц. —«Ко мне! Мои верные миньоны!» — Меня, как и положено, накрывает магическое истощение, заставляя вспоминать самые забористые матерные конструкции.       Тем временем, большая часть голубей, взлетела и приземлилась рядом со мной, выстраиваясь в четыре ровные шеренги. Через пару мгновений птицы закончили построение, формируя идеальный прямоугольник.       Чёт маловато их для армии. Отряд и то с натяжкой. Осматриваю придирчиво, да, армией тут и не пахнет... Но это неважно. Только взгляните на них. Они покорны моей воле! М-мда… Круто. Я поработил голубей, это охренеть какое большое достижение. Вылез и вставил свои пять копеек мой внутренний скептик. Нужно срочно его заткнуть. Сегодня — голуби, завтра — весь мир. В крайнем случае, с голоду не помру, смогу себя прокормить.       Если дела пойдут совсем неважно, можно будет пойти в цирк, дрессировщиком.       Возвращаю своё внимание голубям. Долго они так не простоят, уже начинают потихоньку приходить в себя, нарушая идеальное построение. Слишком большая площадь покрытия, слишком много объектов подчинения, все это негативным образом влияет на длительность магического воздействия. Вот если бы, работать с каждым голубем отдельно… Но у меня просто нет столько энергии.       Эх… ладно, это лишь начало. Однажды, я научу их сбрасывать по команде бомбу, а затем встрою в систему защиты поместья. Нападающие будут ожидать могучих чар, но точно не атаки голубиным помётом.       Возможно, у кого-то могут возникнуть вопросы насчёт эффективности таких методов, но мне идея кажется перспективной. Нет ничего эффективнее, чем забросать врага какашками. Во всех смыслах, хоть в прямом, хоть в переносном — это сокрушительный удар по боевому духу.        Достаю из кармана краюху хлеба, разламываю, разминаю на крошки, бросаю их оземь. —Цып-цып-цып. — Птицы, сию же секунду набросились на угощение. Вот так, мои хорошие, кушайте.       Ох, не завидую тем, кто придёт штурмовать поместье. Либо же они будут использовать чары, тратя драгоценную энергию для защиты от голубиного помёта, что звучит крайне нелепо и унизительно. Либо же они будут вынуждены, проводить штурм, буквально, по уши в говне, здесь даже комментарии излишни. Так или иначе, они будут морально растоптаны и унижены, ещё на подступах.       Направляясь к рабочему кабинету Гудмана, по пути встретил его самого. Тогда и услышал по всей видимости, главную новость этого дня. — Я собираюсь в город, на ипподром. Ипподром? Это там, где скачки? — Ты не говорил, что любишь скачки. — Получил приглашение, от старых знакомых. Отказываться… нежелательно. Нужно поехать, поприсутствовать, может быть сделать пару ставок. — Ну что ж. Удачи дедушка. Желаю тебе старик, выиграть состояние. Ага. Еще одно. — Послушай Джеймс. — Гудман устало прикрыл глаза, видимо готовясь к разговору. — Там будут не только мои друзья, знакомые, деловые партнёры. Туда приглашены множество богатейших и влиятельнейших людей. Приглашены с семьями, понимаешь? Смотрит на меня, ожидает реакции. Только не пойму какой. Мне обрадоваться? Загрустить? Заплакать? Должно быть, для малыша Джеймса это была больная тема. — Хочешь, чтобы я поехал с тобой? — Хочу. Это ненадолго, до обеда вернёмся. — Хм-м. А ведь только что думал о том, чтобы взять перерыв. В принципе можно пойти посмотреть, ни разу не был на скачках. Заодно и мозгам отдых дам, а то уже закипают в таком темпе работать. —Ладно. Когда выезжаем? — Услышав мой ответ, старик полыхнул довольством. Как мало человеку нужно для счастья… — Сейчас. Сказано — сделано. Экипаж был готов, собрались за пятнадцать минут и выехали. ****       Дорога до ипподрома в Беркшир заняла добрых два часа. Пообсуждал с Гудманом предстоящее, полюбовался видами. Всё же, это мой второй выезд за пределы поместья. Первый был на похороны… — Аскот — королевский ипподром. — Просвещал меня старик. — Соответственно управление ипподромом осуществляется от имени короны, представителем, назначенным монархом.       И внушать он должен, тоже по-королевски. И ведь он действительно внушает.       Круговая беговая дорожка для лошадей, трибуны что были забиты под завязку, ну и люди, одетые в соответствии с нравами девятнадцатого века. Интересное зрелище. Пока я вертел головой осматриваясь по сторонам, мы успели пройти пост, что стоял отдельно около входа на центральную трибуну. Гудман сунул охраннику под нос какую-то бумажку, и к нам тут же отпали все вопросы. —Спасибо Джек. Отдохните покамест, дальше мы сами. —Мы будем ждать вас здесь. Удачи, сэр. — Оставив собственных людей, Старик повел нас дальше. Проследовав по коридору, а затем поднявшись по лестнице на самый верх, оказались в вип ложе. Жуткой смеси элитного ресторана и смотрового балкона. Атмосфера здесь была, несколько иная.       По центру стоял огромный стол, всюду курсировали официанты, разнося напитки и лёгкие закуски. Людей хоть и много, но не настолько что бы не хватало места. Гости были одеты значительно богаче и разбились на маленькие группки по интересам, обсуждая что-то своё. Старик не обманул, похоже, что люди приехали семьями. Да. Семьями. Но сука без детей! Не то, что бы сильно переживал из-за отсутствия одиннадцатилетних детишек, с которыми по любому пришлось бы общаться. Но вышло так, что я здесь один как белая ворона, и непонятно зачем тогда меня сюда тащить, мероприятие тут явно не детское. Я не жалуюсь, сам захотел поехать, но всё же — ситуация странная. Может быть так, что отпрысков сюда взяли, просто в конкретно этой ложе их нет. И где же они тогда? В детском садике? В детской ложе? Тут такие вообще есть?       Наше появление не осталось незамеченным. Сотни глаз в одночасье сосредоточили своё внимание на Сашиной персоне, окатив меня волной эмоций, самых разных оттенков.       Пришлось спешно «закрыться», возводя в сознании невидимые барьеры, опасаясь, что поток чужих чувств и переживаний, направленных строго в мою сторону, вызовет перегрузку, сенсорный шок. Пока ограничивал радиус покрытия эмпатии парой метров, Гудман осмотрелся вокруг и видимо нашел то, что искал. Старик не растерялся ни на секунду. Конечно же. Ему это дерьмо, по мозгам не бьёт. Он не задерживался на входе, а сразу направился к одной из групп, вынуждая меня на автомате идти следом.       Трое мужчин, трое их спутниц и ещё одна женщина, по всей видимости негласный лидер этой необычной компании. Она была стара, её волосы, завязанные в высокий хвост, уже посидели, а лицо покрыли морщины. Они с Гудманом встретились взглядом, пока остальные учтиво склонили головы перед стариком, выражая приветствие. —Леди Вероника. —Мистер Гудман. Как я рада вас здесь видеть. —Разве я мог отказаться, когда вы так настойчиво приглашали?       Они ещё некоторое время посверлили друг друга взглядами, сделали шаг навстречу и неожиданно обнялись. — Старый хрен. — Едва слышно, одними губами. — Вылез-таки из своей конуры. —Не тебе говорить мне о возрасте. Да и не уходил я никуда. Так, взял короткий перерыв. —Заперся на три месяца, всех под ружьё поставил, ощетинился и на своих, и на чужих. Ты хоть представляешь, какое волнение поднял? Это твоё расследование… Кое-кто решил, что ты сошел сума из-за горя. —Были причины. —Да. Но это не значит, что нужно было во всём разбираться самому. Мы ведь предлагали помощь. А этот инцидент во дворце? Что ты там устроил? До сих пор не представляю, почему они спустили это на тормозах. —Толку сейчас об этом говорить? Когда уже всё решено, всё улажено. —Вероника лишь печально вздохнула на это, отстраняясь. —И так, мистер Гудман. — Уже гораздо громче и уверение. — Не соблаговолите ли составить компанию, этой пожилой даме? —С превеликим удовольствием. Через пять минут, я весь ваш. — Он перевёл взгляд на беговую дорожку, где уже начинали готовить лошадей, а затем наклонился ко мне. — Постой здесь, я отлучусь ненадолго. Нужно сделать пару ставок. —Присмотрите за Джеймсом. —О, не стоит беспокойся, он в надежных руках. —Заверила его Вероника и старик отправился к букмекерам. Боги, да это же лохотрон. Неужели дед этого не понимает? Хотя, вряд ли, он не понимает. Скорее положение обязывает. —Здраствуй Джеймс. — Привлекла моё внимание старая леди. —Здравствуйте. — Прости, я не успела выразить своего соболезнования, по поводу твоих родителей. — Сосредотачиваюсь, пытаясь поймать только её эмоции, отстранившись от всех других. Не мгновенно, но всё же получается. Жалость и сожаление, совсем мало, но присутствуют. Ну что ж, засчитано. —Спасибо. —Да, это ужас. — Продолжает светловолосый мужчина. — Преступность совсем распоясались, а полиция расслабилась, раз уж допустила подобное. Обсуждение тут же подхватили все остальные. —Почти полторы тысячи жертв и это только убитыми. —Угу, по всей столице прокатилось, везде было слышно. —Шесть кварталов задело, представляете себе масштаб разрушений? А от того, что был в эпицентре взрыва — камня на камне не осталось, только кратер. Огромная, дымящаяся воронка. —Кмх, кмх. —Вероника многозначительно прокашляла, глазами указывая на меня. Говоруны тут же позатыкались, в мою сторону посыпались извинения. Пришлось заверять всех что я не в обиде. —Я ничего не помню, из произошедшего в тот день. —«И во все остальные дни тоже.» — Все как в тумане. —Возможно оно и к лучшему. Определённо к лучшему. Чужой памяти мне не надо, но и своей не отдам. — Джеймс! — Незнакомый голос окликнул меня. К нам неспешно двигалась пожилая пара. При виде их, лицо Вероники застыло ледяной маской. Она тут же сделала шаг, встав у меня за спиной, её свита окружила нас по бокам формируя эдакий полукруг. Ой-ёй, вокруг меня происходит какой-то движ. —Здравствуй. — Здоровается со мной мужчина. Киваю. — Мы не могли связаться с тобой. —Я отправляла письма, но вряд ли хоть одно дошло. Даниель наверняка все сжёг. Что ж, похоже на то. —Гудман сошел с ума, запер тебя, и не даёт никому с тобой видеться. Не то, чтоб я хотел, с кем-нибудь увидеться. Но ладно… допустим. —Следите за тем, что говорите, мистер Фалгаут. — Один из свиты Вероники тут же осадил подошедшего. —Действительно, не стоит оскорблять человека за его спиной. — Тут же поддержал его второй. —Поучите меня ещё! —Повысил голос мужчина, переведя взгляд на Веронику. — Леди, это не ваше дело. Зачем вы вмешиваетесь? —Даниель, оставил Джеймса под мою ответственность. — Ничего не выражающим голосом сообщила она. — В таком случае мы забираем его из-под вашей опеки. —Боюсь, с этим могут возникнуть проблемы. —Он наш внук! — Воскликнула спутница Фалгаута, судя по всему, моя новая бабушка. — Мы его родственники, ближайшие родственники, а вы ему никто. Чужой человек. И не имеете права, удерживать его у себя, мешая семейному воссоединению. Вот это поворот. —Весьма разумное утверждение, Розалин. — К нам подходил уже знакомый мне человек, видел их на похоронах. Итан и его несменная спутница Мари, встали рядом с Фалгаутами, они имели собственную свиту, которая сформировала аналогичный нашему полукруг. Люди стояли друг напротив друга, кидали на оппонентов презрительные взгляды. Две стороны встретились. Файт! Но битвы не случилось, пришел лесник и всех разогнал. — Нельзя оставить наследника и на пару минут. Стервятники тут же слетаются. — О, да. Гудман в своём репертуаре. — Гудман! То, что ты творишь, неприемлемо! — Воскликнул Фалгаут. —Что конкретно, Хад? —Он такой же твой внук, как и мой! —Он Гудман. Мой единственный внук и прямой наследник. И я воспитаю его как Гудмана, без чей бы то не было помощи. — «Ты Гудман, и однажды займёшь моё место. Я строил свою финансовую империю, пол жизни. Ты продолжишь.»—В памяти всплыли разговоры со стариком. Все эти бесконечные напоминания о нашем родстве, нашей связи. Теперь понятно. Вот что его тревожило. Вот чего он опасался.       Я ведь «потерял память», считай, что чистый лист. Малыш Джеймс сейчас должен быть очень внушаем, особенно на фоне смерти родителей. На меня сейчас можно повлиять. Из меня можно вылепить что угодно. Так он думает.       Боится, что, отдав внука в посторонние руки — потеряет навсегда. Боится, что меня могут настроить против собственного деда, а я даже не пойму обмана, просто потому что не помню его. Открывшееся правда, заставила взглянуть на старика по-новому. —Не думал о том, что парень будет не против, увидеть и остальных своих родственников? Ты не можешь забрать его себе, только потому что «первый» нашел! — Хад Фалгаут разошелся не на шутку. Вероника так и не снимала маски, холодного равнодушия, молча держалась рядом. Итан стоял напротив, но в разговор тоже встревать не спешил, только ухмылялся, открыто демонстрируя как его забавит сложившееся ситуация. —Нашел. Это ты верно сказал. —Спокойно не повышая голоса. — Объездил половину лондонских больниц, но нашел. В отличии от некоторых… —Не смей Даниель! Слышишь меня?! Не смей! — Завопила бабка Розалин. Но куда там… Гудмана было уже не остановить. —Не сметь? От чего же? Пусть парень знает. —Он слегка повернулся, глядя мне в глаза. — Пока я искал тебя, гнал лошадей, от больницы к больнице, они готовили церемонию. И заказали три гроба. —Гудман ронял слова, тяжёлые как бетонные плиты. —Они уже похоронили тебя… Даже не увидев тела. Понимаешь? —Здание обрушилось! — Воскликнул Хад. — Сложилось и ушло под землю. Спасатели, в один голос твердили, что выживших нет, что там невозможно было уцелеть! Невозможно. Но только если ты обычный человек, не волшебник. —Это просто чудо что ты не погиб. Чудо, в которое никто не верил. —Бабка говорила с надрывом, так будто бы вот-вот заплачет. — Никто, Джеймс! И он тоже! —Она ткнула пальцем в старика. Не верил, но попытался. —Но попытался. — Озвучил Гудман мои мысли. Он просто не мог по-другому. У него не осталось наследников, а я его единственный внук, и пришлось понадеяться на чудо. Которое иногда, не часто, но случается.        Розалин, отвернулась пряча слёзы, а затем и вовсе, отправилась в сторону от нашей компании, Фалгаут достал платок и направился следом за своей женой. Санта Барбара, блять. —Какая драма. — Итан беззаботно разглядывал беговую дорожку. Так, как будто бы и не стал свидетелем безобразной сцены. — Рад тебя видеть, Гудман. Это неожиданность что ты пришел — но неожиданность приятная. —Взаимно Итан. —Забег начнётся с минуты на минуту. Ты ведь поставил? —Задал он риторический вопрос. —И кто же твой фаворит? —Пятый номер. Пятьдесят тысяч фунтов. Сколько, сколько? —Вот как? Гнедой француз. Интересный выбор. Нет постойте. Пятьдесят? Не просто пятьдесят. А тысяч. Сука. Люди столько за год не зарабатывают, сколько старик сейчас спустит на ветер. —Но пятьдесят тысяч? Серьёзно? Может поднимем ставки? Итан, да ты ещё похлеще моего деда. —Есть конкретное предложение? —Я поставил на второй номер, вороной красавец, видишь? — Итан указал на специальные боксы, где скакуны уже изготовились на старт. — Ставим по двести тысяч фунтов, чья лошадь придёт первая, тот и выиграл. Ебучий бред, зачем сливать столько денег в унитаз? В риск, который совершенно не оправдан. Старик — инвестор, он не может этого не понимать, а значит никогда не согласиться на такое. —Согласен. Что-о-о?! —Вот и славно. — Прозвучал сигнал, боксы открылись, лошади рванули с места. Гонка началась.       Даниель Гудман не Скрудж Макдак, потому что у него нет клюва и перьев. Но вот что касается его отношения к деньгам... Думаю такую растрату можно оправдать только в одном случае, если репутационные потери, от не принятого вызова, будут большими чем двести тысяч фунтов. Кто же такой этот Итан?       Лошади рвались вперёд. Пятый и второй номера шли бок обок. Шум и гам с трибун, поднялся знатный. Люди болели, кричали, потрясали купонами.       Восьмой шел впереди всех, затем шестой, затем первый, седьмой, третий и так далее. А где же лошади Итана и Старика?       Да вот они… пред, предпоследние. Две породистые клячи, плетутся, чуть ли не в самом конце. Что и требовалось доказать. Лохотрон — одна из самых надёжных в мире вещей, работает безотказно. Что в девятнадцатое веке, что в двадцать первом, что в моём мире, что в этом, неважно. Другого я, честно говоря и не ожидал. Остаётся только поаплодировать, тем кто это придумал и наживается на доверчивых людях. Поаплодировать, и руку пожать. И шею. Покрепче да посильнее. Что ж, поздравляю вас, господа, с поражением, с феерическим проигрышем, полным фиаско.       Свои ставки у букмекеров вы уже просрали. Осталась главная, та, что на двести тысяч, только между Итаном и Стариком. Лошади держаться рядом, не могут оторваться друг от друга, победитель покамест не ясен. Шум с трибун усилился хотя, казалось бы, куда уж больше? Каждый подгонял свою лошадь, криками, выдавая ей свои бесценные советы о том, как правильно двигать копытами, бежать быстрее, и тому подобное. Даже в нашей вип ложе, послышались споры.       Скакуны прошли примерно половину дистанции, прежде чем вороной конь под вторым номером начал вырываться вперёд. Пятый следовал за ним, но постепенно отставал. Такими темпами, второй номер придёт к финишу раньше, старик проиграет двести тысяч. —«А может?» — Проскакивает мысль, но тут же одёргиваю себя НЕТ! Даже не вздумай Саша! Но я уже вздумал… Считаю себя самым умным, да? Первым, кто додумался? Тут таких думателей — полный Азкабан. Наверняка, верхние уровни доверху забиты, всякого рода мошенниками. Каждый из которых, считает себя чуть ли не Мерлином, гением от магии, великим сука комбинатором, которому просто не повезло.       Что ж, логично. Принимается. Но также стоит учитывать, что я маглорожденый, который о магии даже знать не должен. Мальчишка одиннадцати лет, без палочки, без опыта, без знаний, у которого магии кот наплакал. Даже просто подумать на меня, будет очень сложно. Не говоря уже о том, чтобы доказать факт моего вмешательства. Я ведь не буду бегать по ипподрому и кричать —«Я! Это Я сделал! Видели? Великий маг! Вот как надо!»       Конечно, может статься так, что и кричать не придётся. Если на лошадях следилка, фиксирующая факт магического воздействия и того, кто его совершил. Хотя вряд ли, волшебники будут заморачиваться так сильно, чтобы накладывать чары на каждую лошадь. Более вероятно, установить какой-нибудь купол, улавливающий всплеск магии… Вполне может быть, хоть я ничего такого здесь и не чувствую. Мне даже несложно прикинуть принципы, по которым это может функционировать. Скорое всего, он настроен улавливать, те самые безвозвратные потери энергии при колдовстве. Которые у каждого волшебника обязаны быть. У меня это чуть ли не половина, у тех, кто пользуется палочками, посохами, кольцами и прочими концентраторами — наверняка меньше, но без них увы никак. Если только не… —«НЕТ! Никакого прямого контроля!»—Сам себе выписываю мысленную затрещину. Шум, гам, крики, куча отвлекающих факторов. Одна мысль, ушедшая в сторону, и магия тут же последует за ней.       На самом деле, я уже практиковал концентрацию, без всякой магии, просто концентрацию. Некоторое время, мне удавалось удерживать разум от переключения на посторонние мысли, и сосредоточить всё своё внимание без остатка, только на чём-то одном.       Таким образом, путём проб и ошибок, пришел к выводу что мой безопасный предел сейчас — пять секунд. Пять секунд, полного контроля над своим сознанием и подсознанием. За которые я имею всё шансы направить энергию куда надо. А не на то, чтобы, условно говоря, с помощью магии почесать себе спинку. Или жопу, или что там у меня вдруг зачешется? Пять секунд… Целая вечность, на самом то деле. Можно многое успеть. Понятно. Себя мне не жалко. Ну а как иначе? Почему я продолжаю об этом думать?       Тогда нужно подумать ещё вот о чём. Гудман стоит совсем рядом, да и остальных людей полно вокруг. Если кто-то из них пострадает, из-за того, что мне, на мгновение захочется, ну не знаю… Скажем, заткнуть им рты, чтоб не мешали работать, а то уж больно сильно кричат. Кто знает, чем закончиться такое закрытие ртов по средствам магии? Может быть просто «silentio», а может как в фильме Матрица, у Киану Ривз на допросе, рот склеиться так, что только новый резать. Стоит ли такой риск, тех двухсот тысяч фунтов, которые проиграет Гудман?       Глупый вопрос. Конечно же нет. Ни тысячи, ни миллионы, никакие деньги на свете не стоят здоровья, что уж говорить о жизни. Вот и ответ на вопрос, вмешиваться или нет. Договорившись с самим собой, успокоив собственную жадность, достигнув внутреннего равновесия, продолжаю спокойно наблюдать конец забега. —Где же твоё знаменитое чутьё? — Улыбнулся Итан старику. Заодно окатив меня волной мерзких эмоций. Радость, но не собственной победы, а поражения соперника. Липкое, тягучее удовлетворение, от удачно проделанной пакости. Уф. Ну и коктейль. Старик раздражен, но держит покерфейс. —Похоже подвело тебя, да? — Продолжал ехидничать. Боги. Детский сад. Может хватит? Итан, ты ведь взрослый мужик. Понимаю, выиграл — молодец, красавчик, подколоть соперника, сам бог велел. Один раз, ну допустим второй. —Удача оставила тебя мой «друг». —«Допиздишся ведь. Забег то ещё не окончен, финиш только впереди.» —Раздражение на Итана, скребет нервы. Несильно так, слегка — всё же жопа прошла закалку, общением на различных форумах в интернете. Там порою встретишь таких «троллей», по сравнению с которыми засранец Итан — милый и приятный в общении человек.       Мир поменялся, но тролли остались. Они ещё не нашли своего постоянного пристанища на форумах всемирной паутины. Они бродят по миру, развлекаются в реале.       Благо, теперь не нужно терпеть, у меня есть против них отличное средство. Использую менталистику, подавляю эмоции, практически полностью их отключаю. Раздражение мгновенно уходит, оставляя за собой пустоту, которую тут же, занимают другие, совершенно не свойственные мне мысли. —«Великие волшебники не боятся собственных сил Саша.» — Они вообще мало чего бояться. Я-то тут причем? Ответ всплывает у меня в голове. —«Я ищу повод не использовать магию.» —Постойте-ка. Не использовать? Это шутка такая? Последние месяцы, только то и делаю что использую. Скоро крышей поеду, на этой почве. —«Да использую, но делаю это неправильно.» — Снова одёргиваю себя, прозвучало уж слишком самонадеянно. О-о, да. Ну я то знаю как правильно. Куда там всем остальным, когда тут маэстро Александр, собственной персоной. Пытаюсь перевести мысли на другую тему, но не удаться. Разум то и дело возвращается к тому, что, колдуя сознательно не пользуюсь прямым контролем, потому что боюсь, что не справлюсь с собственными порывами.       С этим сложно спорить. Как и с тем, что подобный ход мыслей, следствие практически полностью подавленных эмоций. Плохо это или нет? Лезу в память за ответом и достаю его. —«Страх, играет большую роль в выживании человеческой особи. Без него нельзя.»       Но в данной ситуации, речь о собственном выживании не идёт. Риск навредить самому себе остаётся, но он минимален. Основная опасность для других. Так есть ли смысл сдерживаться? —«Нужно вернуть эмоции.»—Сразу после того, как верну деньги в семью. Двести пятьдесят тысяч, на дороге не валяются. —«Эмоции… Кажется я их слишком пережал, надо приспустить, чуть-чуть.» — Но сначала деньги.       До финиша метров двести, лошади несутся галопом, сражаясь за каждый сантиметр. Первая пара, шестой и восьмой, совсем близко. Медлить нельзя. Пять секунд. Ну что ж, погнали.       Тянусь к энергии, хватаю и сразу же направляю на животное под номером восемь, отдавая ментальный приказ, «сбавить темп в два раза». Не дожидаясь результата, проделываю тоже самое с номером шесть, затем с седьмым.       Четыре секунды. И всего лишь треть резерва потрачено. Колдуй я как обычно, «безопасным» способом — уже бы валялся в отключке. Но прямой контроль, позволяет избегать потерь энергии при колдовстве. Штука очень опасная, но экономная, позволяющая мне делать куда больше, чем я могу обычно. К тому же, менталистика — сейчас, это моя самая сильная сторона. Поэтому специально, работаю опираясь на свои «суперсилы». Таким образом, трачу максимально возможный минимум, драгоценной энергии. Ментальный приказ получают первый, третий, одиннадцатый.       Три секунды. Практически две третьих потратил. По ипподрому проноситься гул, возмущённые крики людей, заметивших неладное, сливаются в один единственный, неразборчивый, но очень громкий вой. Который я не слышу, не замечаю, полностью сконцентрированный на деле, вывожу из игры номер четыре и номер девять.       Две секунды… Вот, наконец-то, пришел черёд вороного коня под номером два. Того самого, на которого Итан поставил двести тысяч. Лошадь старика сразу за ним, нужно только убрать второго, и победа будет в кармане!       Но «голод» наваливается на меня всем своим весом, нанося разрушительный удар по моей концентрации. Это невозможно игнорировать. Просто невозможно. Потом обязательно спрошу себя, зачем начал херачить магией всех коней подряд, если достаточно было вывести из игры одного. Потом, но не сейчас.       На остатках концентрации, успеваю дотянуться до лошади и мысленно выкрикнуть ей безальтернативное «стой», прежде чем обрубаю поток энергии. Успел. Прошел по самому краю, но успел убрать руки от источника.       Лишь на мгновение. Нет. Даже не так. На какие-то, бесконечно малые, доли мгновения, разминувшись с мыслью. —«Ебаный голод. Каждый раз. Каждый сука раз, как серпом по яйцам.» Боги! Что бы сделала со мной магия, если бы «услышала» это?       Эмоции вернулись, так как сил на их подавление практически не осталось. И эта мысль, завладела мною на добрые десять секунд, заставляя стоять в холодном поту, опершись об перила смотровой трибуны. —«Осторожнее с мыслями Саша, магия следует за ними неотступно.»       Все ментальные силы, были направлены на то, чтобы поддерживать себя в вертикальном положении. Чтобы не шататься из стороны в сторону. Не демонстрировать того, как мне сейчас херово. —«Что же я наделал?» — Поднимаю голову, взгляд сам собой натыкается на беговую дорожку. Конь под номером два, остановился. Поломал себе ноги, но остановился. —«У животного не было альтернатив. Своим «стой», я не оставил ему выбора…» — Когда мчишься галопом, невозможно остановиться мгновенно, инерция движения потащит тебя вперёд. Простейшая физика. Но конь всё равно попытался. Следуя приказу, он пошел на самые крайние меры, затормозил не копытами, а собой, буквально всем своим телом.       Недалеко от раненой лошади, лежал жокей. Над ним уже стояли люди, оказывая первую помощь, мешая детально разглядеть масштаб проблем. С такого расстояния, невозможно было сказать, жив пациент или мертв. Прости меня парень. Вина встала комом в горле. Прости пожалуйста. Я не хотел. Нужно подойти поближе. Посмотреть. Может… Может я смогу исцелись его раны? Это с пустым резервом, что ли? Вот так, с наскока? Ни разу до этого не попытавшись вылечить, даже царапину? Ну-ну, пожелайте мне удачи. Отговорки. Я эту кашу заварил, мне её и расхлёбывать. Нужно идти. Ты должен подойти к нему Саш. Понимаешь? Обязан! Делаю над собой очередное усилие. Переставляю ноги, готовясь ковылять в сторону пострадавшего, по моей вине человека. Но мою ладонь хватают и сжимают неожиданно крепко. Что же ты делаешь, старик? На Гудмана сейчас смотрят, практически все, кто находится в ложе. —Моя удача при мне. — Говорит он, ничего не выражающим тоном. Да, дедуля... удача стоит рядом, держит тебя за руку. Вижу лицо Итана, Вероники, других людей. Вижу, как приподняты их брови, как широко открыты их глаза.       Только сейчас понимаю, как это должно быть выглядит. Гудман должен был проиграть. Это всем было очевидно, даже тем, кто ничего не понимает в скачках. Его лошадь была, чуть ли не последней. Если бы ей удалось обойти одного, ну максимум двух соперников, это ещё куда бы ни шло. Можно было бы объяснить ситуацию, «невероятным везением». Но что же произошло вместо этого? Под самый конец, когда до финиша оставалось жалкая сотня метров. Те лошади, которые шли впереди, неожиданно замедляются. Сильно сбрасывают темп, переходят с галопа на рысь, и явно намеренно пропускают вперёд пятый номер. Причём делают это совершенно открыто, ничего не скрывая, будто бы специально демонстрируя этот факт. А главный соперник, конь Итана — показывает мастер-класс по экстренному торможению. Всё это, похоже на очень злую шутку, ничем не прикрытое издевательство. Смотрите. Мне ничего не стоит купить жокеев. И организаторов, которые пригласили этих жокеев. И вообще всех, кого только можно. И даже то, что дело происходит на королевском ипподроме, меня не сильно волнует.       И при этом, Гудман ещё осмеливается, что-то говорить про удачу? Зачем же ты так «скромничаешь», старик? —Пошли Джеймс, мы уходим. — Он тянет меня за руку, а я только и могу, что идти следом. Пока энергия не восстановиться, Саша так и будет прицепом, с колёсиками, но без мотора. —«Блядь, как же херово.» — Под молчаливыми взглядами, мы покидаем ложу. —Дедушка… жокей… —Что? —Я говорю жокей. Он наверно пострадал, надо бы помочь. —Не волнуйся, у ипподрома есть штатные специалисты. Им займутся компетентные люди. А у нас сейчас другие проблемы, нужно убираться отсюда. И поскорее. — Старик ускорил шаг, вынуждая, чуть ли не бежать за ним. У меня больше не было сил на разговоры, все они уходили на то, чтобы быстро переставлять ногами, при этом не споткнуться и не упасть. Что же будет с тем жокеем?       С теми жокеями... Надо полагать, ничего хорошего. Одному — я поломал здоровье, остальным — судьбы. Больше никто не пригласит их на скачки. Не после того, что они устроили. Никто ведь не поверит в их невиновность, все решат, что они продались Гудману, за какие-то просто невообразимые деньги.       На деле же, они не получат ничего, кроме презрения и ярлыка на всю оставшуюся жизнь. А ведь они просто делали то, что любили. Они горели этим. Эти гонки были их страстью. А я забрал её... При этом сохранил деньги... Да. Точно. Сохранил с-сука, приумножил блядь, своё наследство… Двести пятьдесят тысяч, сраных фунтов. Ну и как, стоило оно того? А ведь ещё и Гудмана подставил. Старик такого явно не ожидал. Интересно что он обо всём этом думает? Должно быть решил, что это был коварный план, что это его недоброжелатели все подстроили. —А Итан молодец. Хорошо всё рассчитал. —Спускаясь с лестницы, Даниель бубнил свои мысли в слух. — А как всё провернул! Моё почтение… Ну ничего, даже эту ситуацию, можно развернуть в свою пользу.       Что и требовалось доказать. Дедуля даже не представляет, что реальный виновник произошедшего, идёт с ним рядом за ручку.       Мы почти спустились с лестницы, когда где-то в относительной близости, раздался выстрел. Послышались призывы остановиться, отойти, немедленно убираться. Снова выстрел. Затем ещё один и ещё. Снаружи то и дело доносились звуки стрельбы.       Люди недовольные результатом забега, проигравшие деньги, вымещали свою злобу. Кто-то пошел к букмекерам выяснять отношения. Кто-то устроил погром. По тем же несчастным, которые направились ко входу в вип ложу, военизированная охрана открыла огонь. Сначала в воздух. А после парочки проигнорированных предупреждений — на поражение.       Кто-то наверняка пострадает, возможно даже погибнет. Их тоже запиши на свой счёт, маэстро.       Вышли наружу, и я наконец-то смог собственными глазами увидеть происходящее. Люди разбегались кто куда, толкали, давили друг друга. Замечаю, что некоторые лежат на земле. —Сэр. —Обратился к Даниелю офицер, увидев откуда мы вышли. —Капитан. —Ситуация под контролем. — Оттарабанил мужчина. —Я не сомневаюсь. Вы не видели здесь… —Мистер Гудман! —Бежал к нам начальник нашей охраны. Похоже, что наши ребята как-то скооперировались, с теми солдатами что выставлены здесь в качестве охраны на пропускном пункте. —Джек. —Всё в порядке, сэр, не волнуйтесь. Сюда подошла толпа, пришлось слегка пострелять, чтобы успокоить самые горячие головы. —«Слегка пострелять?»— Наблюдаю, как солдаты начинают оттаскивать тела в сторону. Три человека. Три человека, ещё недавно жили, дышали, возможно о чём-то мечтали, а сейчас уже нет. Смотрю на трупы... Эти люди были бы живы. Если бы «великий маг», своими кривыми руками, не полез туда, куда не просили. Голод начинает потихоньку отпускать. Ему на смену приходит тошнота. —Не смотри туда, Джеймс. —Нет, старик. Мне нужно смотреть, чтобы потом суметь воспроизвести. В подробностях. Во всех деталях.       В следующий раз, когда решу сотворить очередную глупость, пусть эта картина встанет перед глазами. Пускай напомнит мне. —Мы уходим. — Тянет меня за руку. —Да, конечно. Сюда, сэр. Экипаж уже подогнали. — Он указал рукой в направлении нашей кареты. — По коням парни! — Гудман затолкал нас в карету, Джек занял место кучера, шестеро человек сопровождения вскочили на лошадей. Через пару минут мы уже выехали с ипподрома и направились домой. Вот так я побывал на скачках. Но этот день ещё не закончился, самый пиздец был впереди.