Deman_eb_ot_Sdeen

"....."

      Полдень. За окном солнечно, не тепло и не жарко, погода располагает к тому, чтобы погулять, проконтролировать рыбок, покормить голубей. Но я торчу у себя в комнате, а из головы всё никак не выходит то, что случилось на скачках. Мы уже два часа как приехали, но мыслями всё ещё там.       Жадность фраера сгубила… Дело не в жадности. Конечно же нет. Дело в моей неуёмной тяге как-нибудь воспользоваться своими возможностями, к собственной выгоде естественно. А деньги, всего лишь повод.       Магия, она… Представьте на секунду, что вам в руки попадает универсальный инструмент для решения проблем. Он всегда рядом. Буквально, лежит под рукой, заряжен и готов причинять добро, любому на кого укажешь.       Но использовать его по назначению тебе нельзя, ты вынужден пользоваться им исключительно забавы ради. Тщательно следя за тем, чтобы не переступить черту, после которой волшебство перестаёт быть милым и безобидным фокус-покусом, а становится реальностью.       Проблема на самом то деле, не велика… Сам себе, все грехи прощаю, вот и всё, нет её. Никогда не испытывал трудностей в том, чтобы простить себе практически что угодно. Случившееся на ипподроме не стало исключением, я уже помиловал себя, нашел оправдание и той глупости что совершил, и последствиям. Сейчас меня волнует не столько совесть, сколько факт того, как легко у меня получилось, заткнуть её. В прошлой жизни, в другом мире, она у меня редко когда встречала, и ещё реже выдерживала по-настоящему серьёзных испытаний. Нет, я не был злодеем, я был… обычным.       А «супер-способности» — это не просто проверка на прочность твоей морали. Завладеть ими, значит в одночасье бросить вызов всем своим страстям. Обычному человеку далеко не всегда удаётся, справиться хотя бы с одной за раз, что уж говорить обо всех и сразу.       Поток мыслей прервал Клейтон передавший, что меня немедленно, вот прям сию же секунду, ожидают в рабочем кабинете Гудмана.       Это было странно. График старика расписан буквально поминутно. И нашей встречи на сейчас не запланировано, иначе бы меня заблаговременно оповестили. К тому же эта срочность ... Обычно Сашу вежливо просят «А не соблаговолю ли явиться?», а тут прям «Быстро! Быстро! Пошел! Пошел!». Нет, я не возмущаюсь, хоть уже и успел привыкнуть к особому отношению.       Ещё на подходе услышал разговор, ведущийся на повышенных тонах. Пока шел по коридору к двери, до меня то и дело доносились обрывки фраз. —Вы не осознаёте… —Да что вы говорите… —Эти способности — великий дар… —Я так-то не спорю… Вам виднее… —Всё не могу понять, вы что, думаете это шутки? —Очень жаль, если у вас сложилось подобное впечатление… Я совершенно серьёзен… —Это не простой дар, вроде игры на музыкальном инструменте, который можно развивать, а можно и нет. —Именно поэтому вы решили, что я должен отдать его вам? —«Что же стряслось?»— Зайдя в кабинет, понял. — не «что», а «кто».       Серая мантия с глубоким капюшоном накинута на плечи, пальцы правой руки играют деревянной палочкой. Атрибуты, не оставляющие сомнений в личности не званого, но уже долго ожидаемого мною гостя. Уголки губ слегка приподняты, глубоко посаженые глаза слегка прищурены, создавая обманчивое впечатление будто бы мужчина постоянно улыбается.       Вот и пожаловал. Профессор-опоздун. Напряжение повисло в воздухе. И это не метафора, оно прямо-таки ударило по моей эмпатии, буквально, накрыло меня с головой. Ситуация здесь явно непростая. Гудман держал лицо, но внутри постоянно вспыхивал то злостью, то тревогой, балансируя где-то посередине.       У волшебника была защита, собственная или артефакт мне не ведомо, просто чувствовал, что она есть, что стоит мне полезть к нему в голову и тут же последует ответ, который мне не понравится. Я не пытался заглянуть в его разум, не пытался считать мысли. Но даже так, его эмоции то и дело просачивались наружу, и мне удавалось выхватывать их отголоски.       Из того что я понял, раздражён он был не меньше, чем старик, а то и больше.        Он был не молод, но и откровенно старым я бы его не назвал. Худой, высокий, гладко выбритый, длинные прямые волосы, тронуты сединой, собраны в низкий хвост на затылке, парочка прядей из тех, что покороче, вытянуты и свободно свисают в низ по бокам. М-м-да. Стильненько.       На меня бросили взгляд, а после продолжили разговор, по все видимости длящийся уже довольно долго. —Еще раз. То, что я вам только что продемонстрировал, ничтожно малая часть. — Волшебник был собран, выглядел крайне напряжённо, похоже Гудман успел неплохо поиграть у него на нервах. —Необученный ребёнок, может представлять большую опасность. Для самого себя в первую очередь. Я уже в красках описал вам возможные последствия, пренебрежительного отношения, к обязательному образованию. Это всё может закончиться очень плохо. А вы не хотите, чтобы ваш внук пострадал. Не так ли? В школе ему помогут взять магию под контроль. —Я в курсе возможных последствий, как вы говорите «пренебрежительного отношения». — Старик сделал особое ударение на два последних слова. — Мой сын со своей женой погибли, из-за безответственности таких, «особо одарённых» личностей как вы.       Ого! Дед, да ты вообще слов не выбираешь. Вижу, как чародея аж передёрнуло от такого обвинения. —Или вы думаете я не знаю, о настоящих виновниках той катастрофы? —Ещё раз. — Вежливая улыбка профессора уже начала слегка подрагивать, превращаясь в оскал. — Я не имею к этому, ни малейшего отношения. —Конечно. — Гудман видел, что выводит человека из себя, но тем не менее продолжал гнуть свою линию. И получалось у него хорошо, я бы даже сказал отменно. —Те, кто имеет к этому отношение, умудрились погибнуть там же. Они уже давно мертвы. И скажу вам, им очень повезло… в том, что я не успел добраться до них. В комнате повисла гнетущая тишина, которую следовало побыстрее прервать. —Прошу прошения за то, что вмешиваюсь, но речь похоже идёт о моём будущем учебном заведении? —Поворачиваюсь прямо к волшебнику, ловлю его взгляд. —Сэр, могу я узнать кто вы?       Он несколько секунд играл со мной в гляделки, но я не отводил глаз, пока он наконец-таки не ответил. —Меня зовут, Вальдемар Брэдшоу.       Вальдемар Брэдшоу… Будет «Брэдом», ну или «Валей». Возможно, что, если бы он соизволил прийти пораньше, я бы не поехал на этот злоебучий ипподром. —«Правильно! Так его! Так! Это он во всём виноват! Нет, ну а кто же ещё? Не я же? НЕ Я ЖЕ СУКА ВИНОВАТ!??» —Недавно вы получили письмо, с приглашением на обучение в школу магии и волшебства.       Угу, недавно. Так недавно, что я уже думал сам туда идти, лететь, ползти. Хоть как-нибудь двигаться. —Я являюсь в ней профессором, и пришел сопроводить вас туда, где вы сможете совершить закупку всего необходимого. А также объяснить некоторые, возможно непонятные вам моменты.       Объясни мне, где ты сука шлялся всё это время? Мысль, «а может не надо», пролетает где-то на подсознании, но тут же отвергаю её. Надо! В конце концов, это его работа. —«Какая работа? Быть клоуном?» — Умные мысли преследовали меня, но я был быстрее. Его работа — объяснять. Он сам так сказал. Пусть теперь отвечает. —Так значит вы волшебник? Правда, волшебник? А наколдуете что-нибудь? —«Не доиграл. Ой, не доиграл… Слишком мало «ребёнка», слишком много «Саши».»— Он понял, что я над ним издеваюсь. К чёрту! Это уже не важно. Давай! Фокус-покус, развлеки меня, устрой мне представление! Пусть это будет моя маленькая месть, за потраченные нервы. И он устроил. Представление. Но вовсе не такое, как мне бы хотелось.       На мгновение, от него полыхнуло чем-то по настоящему жутким. Тени в комнате выросли, всё вокруг резко посерело, кожа чародея неестественно побледнела, а глаза превратились в два чёрных провала. Прозвучал выстрел, но никто не пострадал. Проявилась, доселе невидимая, пелена магической зашиты и уберегла волшебника от неминуемой смерти. Пуля от рикошетила и едва не задев меня отлетела в стену, оставив в ней внушительную выбоину.       Все замерли. Волшебник с палочкой наперевес, Гудман с револьвером вытянутым не пойми откуда, ну и я с открытым ртом.       Ох, ничему жизнь дибиляку не учит. Знал, что чародей на нервах, знал, что и для Гудмана сложившаяся ситуация — это немалый стресс. Но вместо того, чтоб попытаться как-то разрулить, эту во всех смыслах непростую ситуацию, начал вымещать собственное раздражение. И главное на ком!? На человеке, которого вообще впервые в жизни увидел, с которым не знаком от слова совсем.       Я могу контролировать эмоции. Но вот в чем дело… не всегда хочу. Сегодня у меня был не лучший день. Ещё до обеда успел жестко обосраться, с первой попыткой выхода в люди, раздражение от этого скопилось внутри. Плюс «ебучий голод», который всегда рядом, о нём помнишь, даже когда его уже нет.       Волшебник, с этой его умиротворяющей улыбочкой, не казался мне опасным. Сильно раздражённым — да, но не опасным. И я позволил себе не выбирать слова, поскольку подсознательно не воспринимал его как угрозу. Хоть это и являться форменным идиотизмом. Ведь маг, особенно взрослый маг, априори не может быть безобидным. Да и вообще любой, даже самый миролюбивый человек, будет представлять определённую опасность, если его довести до бешенства.       Но мне даже в голову не могло прийти, что профессор всерьёз попытается навредить студенту. В мире из которого пришел это было, ну просто неслыханно. А он и не вредил. Так, пугнул слегка… Эх-х. А если б я описался от страха? Ай-я-яй! Малыш Джеймс еще ребёночек, а его такой «жутью» приложили. —Спасибо профессор Брэдшоу, это было очень внушительно. Хоть и не совсем то, на что я рассчитывал. — Стоило мне закончить, как в тот же миг в комнату ворвалась охрана. Жуть, исходящая от профессора, уже давно исчезла, а Гудман положил револьвер на стол. Оба демонстрировали абсолютное спокойствие и полный «контроль» над ситуацией. Хотя по факту, только что они оба сотворили лютый пиздец, только чудом не закончившийся очередной катастрофой. —Сэр! —Все в порядке, оставьте нас.       Да, в порядке… А что, если бы старик застрелил его? Что бы я тогда сказал? Этот профессор сломался, несите нового!?       Улыбаюсь про себя, но разумом цепляюсь за эту мысль, начиная раскручивать. Представьте на секунду — не было бы защиты. Попал бы в голову и забрызгал бы мозгами всю стену. Тогда скорее моими мозгами… Что между прочем, почти что случилось. Непроизвольно ёжусь. Уж больно близко просвистела пуля, буквально над самым ухом, едва не превратив меня в Джека номер два.       Будь здесь Аластор Грюм, он бы закричал «Постоянная бдительность!» и был бы прав. Дело не в реакции. Может быть какой-то боевой маг успел бы среагировать, у меня же просто нет таких рефлексов. Но мозги, смею надеться, всё ещё остались? Почему же ими не пользуюсь? Эх-х… Просто не ожидал, что ситуация может развернуться таким образом. Уверен, что знай я заранее, начни действовать превентивно, смог бы сообразить какую-нибудь защиту. Если не повторить фокус Нео, вытянув руку, пафосно остановив пулю, то, по крайней мере, сбить её траекторию используя прямой контроль, думаю это вполне реально.       Но опять же, я не рассчитывал, что всё так круто развернётся, иначе бы и вовсе не открывал свой рот, а тихонечко постоял бы в сторонке. Сейчас же мне просто повезло. Меня спас случай, снова… Да, сука! Опять! Надо бы включать голову и начинать уже думать ею, а не только кушать. Я не Гарри Поттер, у меня нет бесконечного запаса удачи, моё везение может и закончиться, очень неожиданно и невовремя. —Но, Сэр! Мы слышали выстрел! Это были вы? — Даниель отослал охрану, он отдал приказ, но им этого оказалось недостаточно.       Мне не нужны были суперсилы, чтобы почувствовать их тревогу, абсолютное непонимание сложившейся ситуации. Всё это было написано у них на лицах. —Я же сказал, всё в порядке. Оставите нас немедленно. — Гудман повторил ещё раз, и они вняли, выйдя за порог, закрыв дверь с той стороны, встав у неё караулом. —«А что, если бы Вальдемар в ответ, приложил бы Гудмана чем-нибудь… с жизнью несовместимым?» — Всё, достаточно. Силой выдавливаю ненужные мысли, сейчас не время и не место, ещё успею об этом подумать. —Прошу прощения, мне не стоило…— Начал Гудман, но профессор перебил его. —Нет, это я должен извиниться. Если кому и не стоило — так это мне. Уверяю вас, я не хотел никому навредить. — Он снова вернул себе добродушный вид, как и свою лёгкую улыбочку, но мы более не обманывались этим напускным радушием. Ещё свежи были воспоминания о том, как быстро эта улыбка превратилась в откровенный оскал. —Я лишь хотел показать, что магия — это вовсе не игрушки. Это то, к чему следует отнестись со всей серьёзностью. Да. Вот только методы ты выбрал не слишком то гуманные. —«Зато эффективные.»       С этим не поспоришь. Я чуть кирпичную фабрику не открыл. Если бы не суперсилы… У меня не вышло полностью блокировать «жуть», зато получилось мгновенно купировать её синдром, я буквально вытравил из себя этот страх, поэтому и стоял сейчас в сухих портках. Хотя уверен, будь на моём месте обычный одиннадцатилетний пацан, всё могло бы закончиться куда плачевней. Воображение сразу же нарисовало картинку — «Первое знакомство ребёнка с магией…» —«Ану ка, получай сопляк жутью по голове! Ты что думал, в сказку попал?!!»— Невольно вспомнил как маленький Гарри знакомился с волшебным миром. Что-то у меня покамест не очень сходится.       А когда уже можно будет полетать на метле и покушать мороженое? Я так-то не жалуюсь, просто узнать хотел… Интересно мне, понимаете?       А разговор тем временем и не думал прекращаться. Гудман все ещё спорил, но уже чисто так, для виду. Эмпатия подсказывала что решение им уже принято, и он просто тянет время, непонятно зачем. Должно быть не наигрался ещё у профессора на нервах, хотя, казалось бы, куда уж больше. —Скажите, мистер Брэдшоу. У вас самого, есть дети? Ох. Ты используешь грязные приёмчики старик. —Прошу прощения, не совсем понимаю. Какое это имеет отношение к обсуждаемой теме? —Самое что ни на есть прямое. Так всё же, да или нет? —Нет. Признаться честно, мне хватает общения с детьми на работе... —Жаль. — Гудман посмотрел в окно и принял задумчивый вид. —В таком случае постарайтесь вспомнить, возможно в вашей жизни было такое событие, которое фактом своего свершения, разделило мир на до и после. — Он оторвал взгляд от окна и вновь сконцентрировал всё своё внимание на собеседнике. —Я не думал так о собственном ребенке… о моём сыне. Что он может уйти раньше, чем я, и что мне придётся хоронить его, а не наоборот. Я не был к этому готов, мистер Брэдшоу. И можете поверить мне на слово, у меня нет никакого желания, снова проходить через это. — Даниель выдержал паузу, как бы убеждаясь, что собеседник тоже осознал, насколько это его «не желание» велико. — В первую очередь меня заботит безопасность. Ой не даром, старик. —Хогвартс — самое безопасное место на свете. А вот в этом, я не очень-то уверен. —Школа полностью автономна и закрыта для свободного посещения посторонними. За этим директор Блэк следит лично. Как? У ворот ночью дежурит? Или на астрономической башне, каждый вечер заступает в почётный караул? С биноклем. И палочкой.       Представил себе ситуацию и улыбнулся. Точно… именно так оно и происходит. Поскольку заняться ему больше нечем, Финеас Блэк все это время сидит в засаде, поджидает злодеев. Чтобы, когда негодяи пожалуют —неожиданно выскочить из-за угла и напугать их до усрачки. —Нынешнее руководство в лице директора, подходит к вопросу безопасности максимально серьёзно. Уверяю вас, никто не сможет попасть на территорию, без его на то ведома и позволения.       Так уж получилось, что я застал самый конец разговора, между стариком и профессором. Точно неизвестно как долго он длился, но вероятней всего с момента нашего возвращения в поместье, а это два часа минимум. Неудивительно что за такое время Вальдемар смог нащупать, в какую сторону нужно вести диалог с Гудманом.       Скорее всего, он уже догадался, что Даниель всеми силами старается предотвратить попадание своего драгоценного внука, Джеймса, в руки конкурентов, родственников, да и вообще в любые другие руки, окромя его собственных.       И чародей пользовался этим как аргументом. Он настаивал на том, что в этой ситуации, школа магии — идеальный вариант, там Сашеньку никто не достанет. Поскольку у обычных людей нету туда вообще никакого доступа и добраться до меня в Хогвартсе, даже для очень богатых маглов, скорее всего не представляется возможным. — Я подумывал отправить Джеймса в школу Севенокс, к моим старым знакомым, либо же продолжить обучение силами частных репетиторов. В последнее время такой подход приносил впечатляющие результаты. Ну ещё бы, он не приносил. С моей то памятью. —Джеймс осваивает материал семимильными шагами. Вы можете гарантировать мне, что этот прогресс сохраниться? — Вальдемар бросил на меня оценивающий взгляд, будто бы решая, правду ему сейчас говорят или лапши на уши вешают. —В Хогвартсе ему предоставят идеальные условия, всё что нужно для того, чтобы получить не просто хорошее, а лучшее образование из возможных. Все наши профессора — мастера своего дела. —Все так говорят. — Старик пожимает плечами. —В данном случае это стоит понимать буквально. — Улыбка профессора чуть-чуть, самую малость померкла и мне почему-то сразу стало неуютно, от того насколько серьёзным он стал казаться. Очевидно, Брэдшоу не разделял скептицизма Гудмана и решил прояснить этот момент. —Мастер — вполне себе реальная степень, присваиваемая официально, организациями уполномоченными международной конфедерацией магов. Мастерство не даётся кому попало, так как требует определённого уровня знаний и навыков. Их наработка занимает огромное количество времени, десятилетия, чаще всего полвека, может больше… Это тяжелый путь — многие пробуют, но пройти до конца, удаться единицам.       Вальдемар слегка приосанился, едва заметно приподнял подбородок, невольно потянулся и коснулся перстня с чёрным камнем, который носил на своём безымянном пальце. Внезапно, без всякой магии, мужчина стал куда выше и уверенней. Будто бы в один миг вспомнил, собственные года, юные, молодые. Которые были потрачены на бесконечную учёбу и практику, оттачивание собственных навыков, доведения их до совершенства. И столько гордости было в его словах… —Ни одна школа мира, ни одна кроме Хогвартса, не сможет похвастаться тем, что всё её профессора, все без единого исключения — мастера в той дисциплине, которую преподают.       Вальдемар тоже профессор, стало быть — мастер. Интересно какой магической дисциплины? —Профессор Брэдшоу. А в каком магическом направлении вы получили своё мастерство? — Уголки губ волшебника полезли вверх, превращая его легкую, добродушную улыбочку, в улыбку Чеширского Кота. После чего он выдал, очередной перл. —Тёмные Искусства. —«Ёбушки-Воробушки!»— После того что случилось, я конечно же предполагал худшее, но в тайне надеялся на лучшее. Может быть мои опасения беспочвенны? Не могут же они отправить за мной, за первокурсником, тёмного мага? Это какой-то сюр…       С другой стороны, а почему нет? Мы друг друга стоим. Оба психи со слегка поехавшей крышей. Вот пусть он и познакомит меня с волшебным миром. Пока я осознавал открывшуюся информацию, разговор шел дальше. Вальдемар и Гудман грызлись за меня как собаки за кусок свежего мяса. Ну может чуть-чуть по культурней… Они не гавкали и не рычали друг на друга, они использовали другие словесные обороты… Но сути это не меняло. —Наша библиотека — третья в мире, из тех, что находиться в свободном доступе и постоянно открыты для посещения. Огромное хранилище знаний, аналогов которому практически нет. Всё это будет доступно вашему внуку, когда он поступит на первый курс.       Хотелось бы. Я тут уже изнемогаю, от отсутствия какой-либо информации про магию. Телевизоров не завезли, смартфонов и компьютеров тоже. А ведь как удобно было... —Наши аттестаты — одни из самых престижных, если вообще не самые. А ещё у нас небо голубее и трава зеленее. —Закончив школу с отличием и имея такой на руках, для волшебника открываться множество дверей. Устроиться на высокооплачиваемую работу в Министерство Магии, или получить рекомендации для Гильдий и пойти в личное ученичество к одному из мастеров, всё это будет доступно выпускнику.       С нами вы станете успешным! Сделаем из вас второго Мерлина, нет, вы станете даже круче! Спешите подать свою заявку, места ограничены, на всех не хватит! Что-то мне это напоминает… Примерно в таком темпе, это полоскание мозгов, продолжалось ещё с пол часа. Причём в обе стороны. Да, они делали это друг другу, старые извращенцы… Но у всего есть конец. И даже этот спор должен был закончится. Так и случилось.       Старик и профессор пришли к консенсусу. Договорились они до того, что Даниэль идёт с нами. Нет, не в Хогвартс, а в Косой Переулок. Собирать меня в школу, и заодно поближе познакомиться с миром, в котором его наследнику предстоит обитать ближайшее пять лет.       Вальдемар тоже пошел на уступки. Сказал, что у нас будет возможность видеться на выходных, что камин в его кабинете — в моём полном распоряжении по субботам и воскресениям. А также пообещал организовать нам средства связи. Не только помочь с покупкой совы для отправки почты, но ещё… Внимание! Выдать Гудману блокнот с протеевыми чарами из, как он выразился, «собственных запасов», а также сквозное зеркало, что бы старик имел возможность связаться со мной, в любой момент и лично проконтролировать обстановку. Выдать. Маглу. Блокнот и зеркало. Зачарованную вещь. Обычному человеку, не волшебнику. Ну как вам такое, а? Статут секретности принят и уже две сотни лет как действует, если что…       Насколько я понимаю, это не очень-то соответствует закону, ну или проходит по самой его грани. Что-то мне очень слабо вериться в то, что, если ваши родственники маглы, значит им положено выдавать магические артефакты для того, чтобы они могли связаться с вами и не волновались сильно, пока их чадо будет грызть гранит науки. Нет, скорее всего всё с точностью наоборот и этот случай, можно сказать… беспрецедентный. —«Не охренели ли эти маглы, что-то там требовать? Не пойти бы им подальше, туда, куда солнце не светит. Легелименс! Кунфундус! Империо!»— Вот как всё на самом деле обстоит. Так я считал, так думал, искренне в это верил, как оказалось — ошибался.       Иногда стоит постоять за себя и за свои права, если кому-то сильно важному вдруг что-то от тебя потребовалось, что-то что тебя самого совершенно не устраивает. Нужно найти в себе силы, сказать наглецу «нет», понаглеть и поборзеть самому, если он отказа не принимает.       В таком случае появиться возможность, если не полностью избежать нежелательного исхода, то хотя бы выбить для себя условия получше тех, в которых мог бы оказаться, если бы просто покладисто кивнул головой.       Это никакой не секрет, это очевидно, и я знал об этом. Но редко когда пользовался, потому что сам по себе человек не конфликтный. И когда Гудман продемонстрировал этот фокус-покус… Наглядность примера сразила меня наповал.       Да, старик показал…       Причём не на ком-то-там, а на Вальдемаре Брэдшоу, мастере тёмных искусств. Мне до такого уровня ещё ползти и ползти. Да о чём тут вообще говорить? Бывало так, что даже на своего кота не мог найти управу, когда эта тварь слишком уж наглела. Но это было в прошлом, вернёмся в настоящее, здесь есть ещё один момент о котором стоило бы упомянуть. На одних артефактах, этот договор не закончился.       Также профессор дал Гудману слово, без всякой маги, клятв, контрактов, непреложных обетов, самое обычное слово, что со мной ничего не случиться. Сашенька теперь переходит под его личную ответственность и, если наследник вдруг откинет копыта, Даниель открутит волшебнику голову. Не представляю каким образом, старик собрался реализовать эту свою откровенную угрозу, но он сам так сказал, никто его за язык не тянул. Сказано это было не прямым текстом конечно же, но смысл там был понятен. И знаете что? Не похоже это было на враньё.       Речь сейчас не о возможностях, а о желании. Хоть я и отношусь к этим идиотским угрозам с изрядной долей скептицизма, но в том, что они реальны, на самом деле не сомневаюсь.       В чём я сомневался, так это в том, что Даниэль действительно захочет влезть в этот конфликт, только ради меня. Рискнуть не просто деньгами, ресурсами, положением, но даже самим собой, если потребуется.       Казалось бы, ну и что в этом такого удивительного? Деды, они ведь такие и есть… за своих внуков любому могут устроить анал карнавал. Так-то оно так. Вот только я не его внук. Я не Джеймс.       Да, его тело теперь стало моим, как и его имя. Но на подсознательном уровне всё ещё не мог заставить себя, до конца принять этот факт, принять случившиеся и то, что по-старому уже не будет. Хотя стараюсь, и вовсе не спустя рукава, а по-настоящему. Постоянно провожу работу с собственным сознанием, убеждая себя, что ничего страшного на самом деле не случилось.       Ну подумаешь тело…       Ну подумаешь имя…       А ещё родные и близкие, лиц и имён которых даже не помню, но знаю, что они были…       Жив и здоров, это ведь главное? Нечего здесь разводить сопли на ровном месте. Всё могло быть куда как хуже. Это логично, это просто и понятно, как дважды два.       Но почему-то, уложить это у себя в голове, оказалось ой как не легко. Даже учитывая, что прошло уже три месяца, даже принимая в расчет суперсилы. «Саша» и «Джеймс» для меня всё ещё разные люди. Близкие, максимально близкие, просто ближе некуда. Но всё же не один человек.       Что-то неуловимое, что-то чего я и сам не пойму, цепляется за-старое. Не даёт мне переступить через себя. Не давало. До этого момента… До этой идиотской, не до конца высказанной, но тем неимение чётко обозначенной Стариком угрозы.       Невидимая, нерушимая и неприступная стена, против которой магия разума оказалась бессильна, пошла трещинами от того, как Даниель Гудман ударил по ней.       И что-то внутри меня взвыло, воспротивилось, вскочило и визгливо закричало, о том какая же это гнусная ложь! Поставило под сомнение и потребовало немедленно проверить его слова. Проверить не просто на уровне эмпатии, ощущений, а узнать наверняка — правда то, что сейчас было сказано или же нет.       И время замедлило свой ход, и я ворвался в чужой разум, выхватывая оттуда картинки, ощущения и образы. Огромный поток информации, пытался погрести меня под собой, но я не обращал на него внимания, отбрасывая в сторону весь этот шум, пытаясь схватить именно то, что нужно.       И у меня получилось.       Я осознал себя посреди зала, незнакомое, богато украшенное помещение. Что происходит? В моей руке револьвер. Позади меня верные люди. «Жаль, что им придётся погибнуть…» —Как вы смеете!? —Что вы себе позволяете! Немедленно опустите оружие! — Кричат солдаты. «Их много, очень много, гораздо больше, чем нас, у моих парней нету и шанса.»       «Сейчас все здесь поляжем.» Они целятся в нас, мы в них. Не могу разобрать их лица, они смазаны. Зато чётко вижу оружие в их руках. «Это же, мои винтовки… Какая ирония, всё-таки жена была права, а я дурак смеялся, в итоге меня застрелят с моего же оружия… »       Холодные, невозмутимые глаза, человека, сидящего прямо напротив. «Он знает, что я выстрелю, но похоже совершенно не боится. Что ж… я тоже умею быть упрямым, до безрассудства, до полного безумия. Сегодня я, а не он пришел за ответами, и я получу их во чтобы то ни стало. » —Опустите оружие иначе стреляем!       «Это конец. Плохая была идея.» Палец вжимает спусковой крючок, барабан проворачивается, взводиться курок. Что я делаю? Пытаюсь остановиться. Изо всех сил стараюсь помешать тому, что сейчас произойдёт, но тело меня совершенно не слушается… —Не стоит. — Человек сидящий напротив, роняет эти слова, когда до выстрела остались доли секунды. — В этом нет необходимости. —Пусть ваши люди покинут нас. — Затем указывает собственной охране. — Вы тоже. Оставьте нас. Все вон отсюда! Быстро! Пару секунд сомнений, даю знак своим людям. Зал пустеет, вскоре мы остаёмся вдвоём. —То, о чём я вам сейчас расскажу, не должен знать никто…       Мысли и переживания Даниеля накладываться на мои собственные, «в голове каша», из-за этого до меня не сразу доходит, что сейчас буквально «читаю» чужую память, «смотрю воспоминание», но не своё, а другого человека.       Смена кадра. Знакомая комната, моя комната. Моё тело лежит на кровати, а я стою рядом и смотрю на него. Постойте-ка, я помню этот момент. Тот самый, когда отходил после сильнейшего магического истощения, едва не отправившего меня в могилу, обратно… к черноте и холоду.       «Доэкспериментировался» с магией. Смутно представляю, что происходило вокруг эти пару дней. Всё же состояние у меня тогда было, не самое лучшее и это ещё очень мягко сказано. —Прошу. Прошу вас сэр, послушайте. Здесь опасно находиться, даже в одном доме, не говоря уже об одном помещении. Это страшная болезнь. Недуг может передаваться воздушно-капельным путём… —Что с ним? — Мои губы открываться, слова вылетают сами собой. —Простите мистер Гудман, пока что мы не можем понять, что это. Дюжина исключающих друг друга симптомов…       «Они мне это уже говорили. Как и то, что прогнозы крайне неутешительны. Бесполезные, некомпетентные идиоты. Джеймс умирает, а они только и могут что разводить руками. Страх и отчаяние подбираются уже совсем близко. Осознание того, что такими темпами останусь один… Дряхлеть с каждым днём… »       «Всё что построил, всё чего добился, некому будет передать и не утащить в могилу, а разрушить… боюсь, что духу не хватит, не поднимется рука. Останется лишь наблюдать как наследство предков, которое огромным, непосильным трудом, удалось не только сохранить, но и существенно приумножить, будет разделено между конкурентами...»       «Эх-х, Сынок… Смерть поступила так не справедливо.» От злости сцепляю зубы. «Как эта сука могла забрать его так рано?» Шагаю к двери, хватаюсь за ручку и сжимаю её до скрипа, до белых пятен. «Это я должен был быть первым, я, а не он!»       «И ведь не вернёшь теперь, не вырвешь из её лап.» Дергаю двери на себя. «Но за Джеймса… за внука мы с ней ещё поборемся.» Выхожу в коридор и встречаюсь взглядом с тем, кому в последе время доверяю свою жизнь. —Отправляйся к колдунам. Используй любые деньги, что хочешь делай, но найди мне того, кто сможет сказать, что с ним такое и чем здесь можно помочь. —Да, сэр. — Кивает Джек.