Фарфоровые Лучи

Быстрая и ритмичная музыка разливалась в сердцах танцующих людей, счастье и веселье с каждым слабым, но повторяющимся ударом барабана становилось все крепче. Счастливые восклицательные реплики людей вливались в общую шумную картину. Ощущения восторга то резко обострялись, то медленно затихали, сменяясь еще большим волшебным наслаждением. Вместе с музыкой и песнями люди продолжали танцевать, улавливая очередной такт аплодисментов. Слышалась живая энергичная мелодия скрипки, дополняющаяся звоном балалаек и многих других музыкальных инструментов. Делилась бурная толпа на танцующих кругом людей и смеющихся наблюдателей, некоторые из них занимались своими делами. Воспевающие крики бурно дополняли пустые моменты торжества, не давая ему затихнуть хоть на мгновение. Частушки и ритм хлопков быстро прокладывали путь танцу дружного топота, складывая все события в одну ритмичную и волнующую картину. Арина сидела за одним из столов с неким дурно пахнущим мужчиной, вместе с остальными следила за бодрым торжеством. Отчего-то ей постоянно хотелось смеяться. Даже не из-за веселья, будто сами внутренние эмоции хотели вырваться наружу, все выглядело в глазах девушки одновременно глупо и красиво, это тоже являлось безудержно смешным. Мужчина, сидящий рядом с Ариной за одним столом хотел ей что-то сказать, но из-за шума и невнятной речи это услышать не удавалось. - Что? - пыталась перекричать оживленный и радостный шум Арина, та же подбадривая танцующих людей хлопками. В ответ услышалась вновь неясная реплика от мужчины, похоже, он был слишком пьян. - Я ничего не понимаю! - радостно произнесла Арина, по всей видимости, она сама была не в самом трезвом состоянии. Наперебой музыке и веселью Арина вновь почувствовала сильную жажду и тут же ее утолила, выпив неясную сладковато-горькую жидкость из большой стеклянной кружки. Продолжив наблюдать за танцующими людьми, Арина для себя зрительно выделяла одну девушку с желтыми волосами, заплетенными в две забавно развивающиеся в танце косы и два заплетенных сверху хвоста. Восторженные лица мелькали кругом, но ее лицо словно высвечивалось среди других. Эта девушка выглядела по необычайности чудесной и счастливой. Танцуя с кем-то из выживших, она смеялась и веселилась. При взгляде на нее у бледноволосой девушки яркая улыбка на лице появлялась сама собой. Арина чудно оживленным взглядом следила словно за неким солнечным зайчиком, весело прыгающим из места в место. Приятные ощущения так и манили, так и тянули Арину к этой знакомой девушке. Ее темно оранжевые брови то удивленно поднимались, то смело сходились в миловидной усмешке. Но все же в ее смелом взгляде, прямо-таки сверкающем огоньками, виднелась слабая, едва заметная тоска и, казалось, эту тоску никто не видит, даже она. Возможно, только Арина способна разглядеть эти потаенные чувства. Но вдруг проплясав еще множество шагов к столу Арины, эта желтоволосая девушка повернулась в пол оборота и лицом к лицу оказалась прямо перед ней. Теперь ее глаза вспыхнули жизненной силой и о прошлой тоске не могло быть и речи, она удивленно смотрела на Арину, не спуская своего детского, заинтересованного взгляда. Отчего-то сердце Арины быстро и взволнованно заиграло внутри, незаметно ускорив дыхание. Она так же смотрела на нее, не проронив ни слова. Вокруг шумный поток отошел на задний план и теперь будто его и не было, все сменилось на приглушенную тишину. Казалось, они всего лишь одни в этом наполненном людьми зале. Арина все тонула в глазах желтоволосой девушки, даже не задумываясь о неловкости данного происшествия, так она бы и любовалась ими до тех пор, пока та не промолвила: - Здравствуй... Ее мягко сдавленный голосок нежно прошелся по ушам Арины - а та даже не заметила. Мягко улыбнувшись, желтоволосая девушка в зеленом халате с редкими узорами нелепых и даже несколько грязных желтых цветов взволнованно вздохнула и неуклюже взяла Аринину ладонь в свои руки, вновь засияла: - Потанцуем?! И тут Арину словно осенило. Смех и веселье снова стали настоящими и влились в зримый центр, все вновь ожило, приобрело ритм. Вокруг фигуры людей продолжали танцевать, петь и веселиться, желтоволосая девушка будто бы втянула Арину в гущу тихих раздумий и тут же вытянула ее. Так же вытянула она Арину из-за стола в центр зала, среди танцующих. Легко вскрикнув, Арина волнительно пробежалась взглядом вокруг: никто будто бы и не следил за ними, у всех была своя жизнь, свое веселье. Глаза снова всматривались в желтоволосую девушку. Сложно было вообразить, как в одном человеке могут гармонично сочетаться такие разные черты лица и характера. Большие и миловидные глаза, будто бы детские, словно светились желтеньким огоньком, как звезды. Сильные на вид темно оранжевые брови, словно принадлежавшие скорее юноше, чем девушке, на удивление подходили и как-то особенно дополняли лицо. На ее ярких щеках и носу демонстративно показывали себя темненькие веснушки, своеобразно преобразующие внешность. Уши ее прятались за лохмато-шелковистыми оранжевыми волосами, на свету вспыхивающих нежно желтым светом. Почти что над бровями свисала короткая прядь, совсем на лбу. Вдруг Арина словно вернулась в чувства и все пьянеющее состояние оставалось позади, с каждым разом она трезвела, находясь в окружении желтоволосой девушки вокруг толп танцующих людей. - Изв-вините, - виновато выдавила из себя она, отчего-то краснея - я... Должно быть... Музыка стала набирать обороты, становясь все громче и насыщеннее, приятнее. Речь будто-бы становилась ненужной сейчас, необязательной, ведь сейчас практически все можно понять без слов. Они вдруг взялись за руки и понеслись в вихрь танца, вслед за остальными. Девушка в зеленом халате звонко рассмеялась, наблюдая за происходящим вокруг, видно было, что она тоже не совсем трезвая. Но это не мешало ей войти в ритм, не мешало понимать ее чувства. Вокруг них начали крутиться в хороводе выжившие, наводя подходящий такт для начального танца. Необъяснимо приятный праздник не желал прекращаться хоть на мгновение и завлекал в центр все больше людей и Арина знала, что сейчас ее черед вливаться в жизнь торжества. - Н-но я не умею танцевать! - взволнованно произнесла Арина, неловко прижимаясь к желтоволосой девушке. Вдруг ощутился приятный аромат свежего лимона. Она практически не знала ее, но именно здесь, в зале, искрящимся радостью и незнакомыми людьми, желтоволосая девушка казалась ей самой родной на свете. - Нужно стать ближе друг к другу, - вдруг она приобняла ее рукой к себе - вот так! Живая мелодия балалаек и плясок воспламеняли души этих девушек и потянули в толпу. Вместе со всеми они влились в продолжение хоровода. Музыка вместе с ними играла так же весело и проворно быстро, не зная движений Арина слегка начала понимать, как танцевать. Это даже не заученные движения, это пляски сердца и радостной жизни, они сами несут людей, с легкостью переходя из места на место. Они слились воедино в прекрасный парный танец и продолжили кружить над центром, словно две возгоревшиеся звезды. Но все же волнение и страх немного стали поселяться в душе Арины, неуверенность росла с каждой возможной попыткой провалиться под вихрь эмоций. И она вновь торопливо и бессвязно произнесла: - Я не знаю как... - Я тоже, просто двигайся, вот так! И в паре две женские фигуры закрутились, завихрились в такт активной музыке и словно заискрившись от счастья, Арина слегка радостно вскрикивала. Похоже, она почувствовала неуверенность, некие сомнения и страх в Арине, она почувствовала это и тут же зажгла совершенно другие ощущения. Те ощущения, что стояли в полный оборот неприятному. - Не надо думать! - утешила ее желтоволосая девушка и танец ещё ускорился. В действительности это не выглядело так страшно и в самом деле, не надо думать, просто двигайся и тело само понесет тебя вслед за музыкой! Вместе с ними лились громкие перезвоны барабанов и разноинтонационная мелодия баяна, вселяющая в них ещё большую радость. Тогда Арина впервые разлилась хохотом, самым настоящим ярким и чистым смехом, наполненным искренней радостью. Вместе девушки скакали из места в место с остальными танцующими, образуя одно восхитительное счастливое течение людей. Перед глазами вертелся весь просторный зал, наполненный танцующими и играющими на музыкальных инструментах людьми, но в центре оставалась она. Ее шелковистые жёлтые волосы подобно золотистым лучам сияли волшебным светом. Еще не раскрывая своего имени эта прекрасная, до восхитительности чудесная девушка показала ей, что может значить веселье и смех, радость и приятно волнующие события. Первой была она, одна единственная во всем мире. Она... Вдруг Арина вскочила с кровати, держа руку за свою же ладонь. Пытаясь перевести дыхание, она слышала, как бешено колотится ее сердце, но это быстролетное состояние было вовсе не из-за страха. Это было что-то необъяснимо приятное настолько, что ощущать эти эмоции хотелось снова и снова. Наконец успокоившись, Арина приложила руку ко лбу и попыталась вспомнить то, что вызвало эти ощущения. Усердно растратив свои силы, она рылась из воспоминаний в воспоминание, но так и не могла найти ничего взаимосвязанного, быть может, это был сон? << Нет... Это точно не сон... Все это было взаправду, все это... Но что это?.. >> Арина снова уцепилась за обрывок воспоминания, которое только что видела, все остальное было словно в тумане, уцепилась она за что-то действительное значимое и важное. Но так и не могла вспомнить... Девушка оглядела комнату: стояла поздняя ночь. Все помещение заливал некий металлическо-яркий свет, исходящий из окна. Она посмотрела в него и увидела черное небо, по-прежнему облепленное тысячами звезд. Но освещало нечто другое. Среди звезд занимала свое место некая бледная сфера, ясно освещающая мир вокруг. Все же несмотря на то, что она была по необыкновению своему такой яркой, места оставались по-прежнему темными и мрачными, лишь изредка отблескивая под упорным лучом света. Вдруг Арина застыла в изумлении и слегка задрожала. Она вспомнила, что видела в своих воспоминаниях. Она вспомнила веселье и радость, многочисленные хороводы и пляски среди центра зала. Вспомнила воспевающие крики, музыку балалаек и быстрых созвучных песен. Вспомнила человека, что подарил ей этот вечер, вспомнила, как она вызвала у нее искренний смех и настоящую улыбку, впервые ощутимую за всю свою жизнь. Вспомнила то, как они вместе кружились среди сотни людей, совершенно одни. Она вспомнила ее божественно желтые на свету волосы, забавно развивающиеся на ветру. Вспомнила ее прелестные очертания лица, по-настоящему невообразимые для человека. Она улыбнулась. Она вспомнила ее имя, произнесенное ею. Короткое и обрывистое, но такое звучное и сильное, что полностью ей соответствовало. Нерумо.